Теория Великого Объединения Шэнь Цинцю: очищение ци

После долгого перерыва в учебе, вызванного этой поездкой, Шэнь Цинцю выглядел хорошо отдохнувшим и счастливым. Он также носил новый пояс — не его собственной работы, но очень хороший. Значит подарок или новая покупка в поездке. И самое главное, он был здесь, а не продлил визит, как Юэ Цинъюань того боялся. Когда двое младших принесли еду — и были отговорены от дальнейшего обслуживания, на чем те очень мило настаивали, — Юэ Цинъюань воспользовался уединением, чтобы сжать руки Шэнь Цинцю. — Тебе понравился аукцион? — Да, я думаю, что купил несколько хороших камней. Обязательно покажу тебе, как что-нибудь из них сделаю. И еще мы пообедали с мадам Чжу Хун. Юэ Цинъюань кивнул, сразу узнав имя. — Она восходящая звезда на рынке торговцев нефритом. — Сощурившись, он с подозрением посмотрел на закрытую дверь и поднял заглушающую печать. Затем Юэ Цинъюань тщательно осмотрел приготовленную для них еду. Она была очень хорошо спланирована и также хорошо подана. Ассортимент включал как собственные предпочтения Юэ Цинъюаня — из тех, о которых он говорил лично — так и блюда, которые Шэнь Цинцю выбрал в последний раз, когда ел на Цюндине. Его младшим, возможно, понадобится несколько советов в области тонкой игры, но они отлично справлялись с реализацией. И — Юэ Цинъюань скрыл улыбку — самый младший также сделал несколько серьезных дополнений. Блюдце коричневого солодового сахара и кувшин горячего подслащенного соевого молока для их чая. Кто-то явно очень серьезно подумал о том, что они посчитают за угощение, и добавил это к еде самостоятельно. Конфеты, вероятно, были тщательно подобраны учеником еще в Праздник середины осени. Юэ Цинъюань собирался озвучить свои наблюдения, но остановился, увидев слабую, крошечную улыбку Шэнь Цинцю, потянувшегося за кувшином с соевым молоком. Хорошая работа, мысленно похвалил Юэ Цинъюань. Дополнительный балл. Он сделал мысленную заметку выяснить, кто несет ответственность, и вознаградить их соответствующим образом. Улыбки Шэнь Цинцю все еще были такой редкостью, даже сейчас. Они пообедали и обсудили дела. — Я написал ей письмо, — поделился Шэнь Цинцю. — Возможно, ты мог бы его перечитать и убедиться, что я… — он неопределенно махнул рукой. — …что я использовал правильный тон. — С удовольствием, — подтвердил Юэ Цинъюань. Он помедлил, а затем добавил: — Я думал, что ты, возможно, захочешь продлить свой визит. Шэнь Цинцю моргнул. — В Линчен? Нет, это приятная маленькая школа. Но я рад вернуться домой. — Он бросил короткий взгляд на Юэ Цинъюаня, говоря это, и, похоже, был удовлетворен его ответом. Юэ Цинъюань был готов к тому, что Шэнь Цинцю захочет продлить поездку. Заклинателям зимнее путешествие давалось куда проще, чем смертным. Более того, Шэнь Цинцю мог бы и вовсе остаться в Линчене до весны. Даже не чувствуя родства, сам Юэ Цинъюань с трудом покидал своих братьев. Он почувствовал острую боль от воспоминаний, но она быстро утихла. В конце концов, его кровные узы стали гораздо слабее, чем узы с боевой семьей. Юэ Цинъюань был рад узнать, что Шэнь Цинцю чувствовал то же самое. Когда он вернулся из поездки, то подал заявку на новое жилье. Это было похоже на шаг вперед: переезд из комнат, где он когда-то беспокоился, а затем и оплакивал Сяо Цзю. * После обеда Юэ Цинъюань проводил Шэнь Цинцю на Цинцзин. Их учителя все еще были на собрании. По дороге они свернули в один из жилых районов Цюндина, и Юэ Цинъюань указал издалека на дом, который он реквизировал, когда вернулся из поездки. Это было одно из нескольких похожих небольших зданий, расположенных вокруг центрального двора, предназначенных для старших учеников, оставшихся в школе. Они не стали к нему подходить; команда сотрудников Цюндина усердно работала над его уборкой и ремонтом. — Очень красивое место, — одобрил Шэнь Цинцю. — Сообщи мне, как решишь его украсить. Я сделаю несколько подходящих картин. Юэ Цинъюань улыбнулся и взял его за руку, продолжая путь. — Спасибо. Скоро ты сам увидишь… — Он замялся. — Жуань-шиди хочет устроить собрание, пока мы все здесь. И это был бы отличный повод. Шэнь Цинцю кивнул. — Я сделал для тебя несколько каллиграфических кистей, когда делал набор для себя. Они станут хорошим подарком на новоселье.

***

Глава 295

— Шэнь-шиди, с возвращением, — сказала Янь Аньмин, отмахиваясь от приветствия и махая рукой в ​​сторону приготовленного чайного стола. — Все прошло хорошо? Шэнь Аньвэй улыбнулся, садясь на предложенное место. — Очень хорошо, по всем пунктам. — Не всем; мы все ещё не знаем, кто выиграл ставку, — кланяясь, посетовал Чжао Юньлань. — Возвращение к детской травме — едва ли подходящее место для романтического прорыва, — сказала Янь Аньмин, поднимая печати конфиденциальности вокруг безопасной гостиной. — Хотя если это затянется слишком надолго, я могу проиграть пари и вмешаться. — Янь-шицзе лучше всех знает своего ученика, — мягко сказал Шэнь Аньвэй. Она поморщилась и согласно кивнула. — Теперь он беспокоится, что слишком на него давит. Поздновато спохватился. Чжао Юньлань кашлянул. — Юэ-шичжи хорошо отреагировал на наше обсуждение демонов и духов. Видимо, это также всплыло в их групповой миссии. Янь Аньмин кивнула и посмотрела на Шэнь Аньвэя. — Тогда, если твоя бывшая команда захочет?.. — С огромным пылом, — улыбнулся Шэнь Аньвэй. — Похоже, для них это был скорее творческий отпуск, чем выход на пенсию. — Отлично. Тогда я организую знакомства. Что ж, встреча Альянса бессмертных прошла так, как и ожидалось. Хуаньхуа уже начал готовить экспедицию, ожидая согласия Альянса. — Янь Аньмин нахмурилась. — Они собрались ехать весной? Жестковато по отношению к ученикам, — удивленно сказал Чжао Юньлань. — Там наверху в это время довольно холодно. — Да, и хозяин дворца собирается руководить ими лично. В качестве тренировочного упражнения, как он говорит. Хотя, учитывая информацию от молодого Шэнь Цинцю, его явный интерес меня интригует. — Она пожала плечами. — Я уверена, что наши ученики нашли все самое существенное, и никаких признаков скрытого хранилища обнаружено не было. Шэнь Аньвэй задумчиво кивнул. Чжао Юньлань не сводил с него глаз. — Что ж, это решает вопрос о том, что делать с проходом, — сказал он, когда его муж промолчал. — У Хуаньхуа так много отпрысков благородных семей, что все четыре империи узнают о нем к лету. Янь Аньмин фыркнула. — Да. И Цинхэ Не тоже вызвался помочь с уборкой. Им нужны любые потенциальные лютые мертвецы — у них возникли проблемы с их поиском. — Природа исцеляется, — спокойно сказал Шэнь Аньвэй. — После того, как большая часть испорченного Иньского железа была запечатана, его влияние на воду и воздух очистилось само собой. — И скатертью дорога. Но нам нужно будет найти замену — я полагаю, вы над этим работаете? Шэнь Аньвэй кивнул. — Мы следуем некоторым многообещающим направлениям расследования, но пока рано говорить, какие из них могут принести плоды. — Ммм. Кстати о Цинхэ Не, их школа скоро сменит лидера. Даже запланированно… в качестве разнообразия. А Шан-шичжи, судя по всему, провидец. — Янь Аньмин наклонила голову. — Молодой Шэнь Цинцю что-нибудь об этом говорил? Шэнь Аньвэй покачал головой. — Шэнь-шичжи даже не считает себя провидцем, — добавил Чжао Юньлань. Янь Аньмин на мгновение закрыла глаза. — Светлейшие умы своего поколения. — Они молча подняли чашки в тосте. — Ну что ж. Я оставлю просвещение Шэнь Цинцю на усмотрение Шэнь-шиди. — Я склонен позволить ему разобраться самому, — признался Шэнь Аньвэй. — Он пережил столько перемен, особенно в последнее время. Его сопротивление этой идее может быть просто следствием. Янь Аньмин кивнула. — Как хочешь. В твое отсутствие ходило много слухов, и я не думаю, что все из них распустили вы. Видимо, некоторые ученики строили свои собственные предположения. Некоторые думают, что он какой-то дальний родственник семьи Лань… — Гусу Лань? — удивленно переспросил Чжао Юньлань. Она смиренно склонила голову. — Они самые. Другие пришли к выводу, что малыш Шэнь Цинцю был спасен из некой строгой аскетичной школы… Чжао Юньлань закрыл лицо. —… Цинъюанем. Я не сомневаюсь, что там имела место смелая погоня по крышам при лунном свете, — невозмутимо закончила она. — О, это прекрасно, — рассмеялся Чжао Юньлань. — Жаль, что я не додумался до этого. Шэнь Аньвэй с улыбкой покачал головой. — Похоже, нам больше не придется беспокоиться о распространении сплетен. — Даже если бы пришлось, молодой Шан Цинхуа аккуратно решил эту проблему, — сухо сказала Янь Аньмин. — Он говорил своим сверстникам не верить слухам. Поэтому те принялись делиться теми крупицами информации, которые им удалось почерпнуть, чтобы найти правду, в которую они могут поверить. Подумать только, а мы-то считали, что слух о незаконнорожденном императорском наследнике был слишком невероятным, чтобы в него поверили. Очевидно, мы недооценили их воображение. — Она сделала паузу, чтобы отпить чаю. — Были ли какие-то непредвиденные проблемы? Шэнь Аньвэй покачал головой. — Нет. Было бы опасней, встреться они без предупреждения — их сходство необычайно. Молодая Цю Хайтан на мгновение подумала, что видит своего старшего брата. Но наваждение прошло. Янь Аньмин удовлетворенно кивнула. — Значит кризис предотвращен. Она будет присутствовать на конференции? — Нет. Ни как посетитель, ни как участник, по крайней мере в этом году. Хотя глава школы Лу планирует усилить ее боевую подготовку. — Тогда наш путь свободен. — Она посмотрела на Чжао Юньланя. — Есть какие-нибудь изменения на этом фронте? Чжао Юньлань покачал головой, лицо его помрачнело. — Он совсем распоясался. И его сыновья не лучше. — По одной проблеме за раз. Их уровень совершенствования достаточно низок; без покровителя они что беззубые шавки. Шэнь-шиди, я оставлю это дело тебе. — Если он попытается проделать тот же трюк, мы будем готовы, — торжественно пообещал Шэнь Аньвэй.