Клятва

КИМ ТЭХЁН Пламя из камина, обрисовывало на моем лице яркие узоры, пока я сидел в кресле в своей гостиной, в своем доме. Я разглядывал свои руки, кисти моих рук сидели на бедрах ближе к коленям, а пальцы свисали между моих разведенных ног. Большие, с выступающими венами и довольно загорелые, после долгого нахождения в жарких полях битв, держа острое лезвие меча, они казались мне незнакомыми. Мои руки меня пугали, и чувствовал я себя одиноким и ущемленным, почти что оскорбленным. Особое внимание моих глаз доставалось правой руке, которую в скором времени я сжал в твердый кулак. Затем поднявшись, я в последний раз задержал взгляд на пылающем огне. Время для завершения обряда. Мои огромные стопы ног в высоких армейских ботинках, смотрелись смешно на идеальных ступенях, деревянной лестницы, что вела на второй этаж. Я весь выгляжу смешно. Скривив свое лицо, останавливаюсь на верху лестницы, задерживая дыхание. Перед ногами был ковер ярко желтого цвета, что украшал пол длинного коридора второго этажа. Я замялся: «В праве ли я, наступать на это воплощение яркого солнца, своими грязными ботинками?». Через мгновение, уверено наступаю на него, уходя в глубь коридора, к двери в свои покои. Уверено зажимаю ручку правой рукой, и резко останавливаюсь, держа руку неподвижной, пялясь на нее. Делая глубокий вдох, при этом закрыв свои глаза, все же открываю черную, тяжелою, дубовую дверь и вхожу в комнату. Задерживаюсь в проходе двери, все еще сжимая в руке ручку от нее, и с некой злостью, смотрю на свою жену, что сидит на краю кровати, что размешена возле стены по центру комнаты. Она сидит поджав ноги, обняв их, и опустив свою голову на свои колени. Выглядит несчастной, в своем солнечно желтом платье. Какого хера она выглядит несчастной?! Я резко захлопываю за собой дверь, из-за чего она поднимает на меня встревоженные глаза. Боишься? Сжимая челюсть, подхожу к подножью кровати, и сгорбившись к ее уровню лица, обхватываю ее лицо руками, дотрагиваясь губами к ее лбу, в коротком, сухом поцелуе. За обычаем, именно так принято приветствовать свою жену, коротким поцелуем в лоб. Затем убираю руки, гордо возвышаясь во весь рост, приказывая: - Следуй за мной, - и громкими шагами иду в сторону дверей ванны, что совместна с покоями. Слышу за своей спиной шуршание простыни под ней, шелест платья, а потом и тихие шаги по полу. Она не говорит ни слова. Открывая дверь ванной, захожу в помещение, обнаружив уже наполненную круглую ванну горячей воды, что расположена прямо в центре комнаты. Она деревянная и встроенная в пол, а прямо напротив, сбоку, на всю стену расположены окна, от потолка к полу, которые выходят на оранжерею, комнату с моими любимыми цветами. Отодвигаюсь от прохода позволяя Мии пройти в перед, и закрываю за ней дверь. Она не говорит ни слова. Мия останавливается в шаге от ванны, напрягая спину в стойкой, прямой осанке. Ее тонкие, маленькие, белые пальцы сжимают платье по бокам. Я подхожу к ней, останавливая свое тело в сантиметре от ее спины, руками отодвигаю ее длинные волосы на правое плече, и резко выдыхаю теплым воздухом, ей в заднюю часть ее шеи. Затем, немного отодвигаюсь, чтобы развязать шнуровку со спины платья. Сперва, я развязываю бантик, что был завязан лентой в низу спины, а затем, медленно вытягиваю эту ленту, освобождая ее из петелек платья. Лента падает у моих ног, одновременно с ее платьем. Резко вдыхаю воздух и провожу подушечками пальцев по ее позвоночнику, вдоль обнажившиеся спины, а в следующий момент, обвожу взглядом ее попу. Она довольно неплохая, и я уверен, что если ее сжать, то она будет пиздецки мягко ощущаться. Ощущаю, как она нервно напрягает спину под моими касаниями: - Это лишнее, - строгим голосом говорит, повернув голову слегка в сторону, глазами пытаясь посмотреть на меня сзади. Я сжимаю свои челюсти и холодным тоном отвечаю: - Как скажешь, - резко отворачиваюсь, закрывая глаза, отхожу на два шага от нее, и провожу правой рукой по волосам, заправляя их пальцами назад. Через несколько долгих секунд, где я эхом слышал только свое глубокое дыхания, чувствую, как нежная рука прикасается к моему предплечью левой руки. - Повернись, - звучит ее приказной тон. - Как ты разговариваешь со своим мужем?! – вырывается у меня с рыком, когда я резко, поворачиваюсь назад, отбрасывая ее руку. Замечаю, как она стискивает свои зубы и смотрит на меня выжидающим, и в тоже время испепеляющим взглядом. Тем временем, я оглядываю ее взглядом с макушки до пят, задержавшись немного дольше, на ее обнаженную грудь. Лучшую грудь, что я когда-либо видел. Мой член дергается в штанах, и я пытаюсь удержаться и не облизать свою нижнюю губу. В раздражении я поднимаю взгляд на ее карие глаза. Воцаряется минутная тишина, где наши глаза воюют друг с другом. - Я к тебе обращаюсь! – рычу, раздраженный, скорее не ее молчанием, а своей реакцией на ее обнаженное тело. В следующий момент, я получаю кулаком в свой живот, от чего толком и не чувствую боли, за годы сражений, понятие боли для меня сузилось, но ее кулаку, удар об мои твердые брюшные мышцы причинили вред, поэтому она со стоном боли, хватается второй рукой за свой кулак, пытаясь унять боль. Чувство страха стягивает мне живот, и я одним шагом приближаюсь к ней. - Дура, - хватаю ее поврежденную руку разглядывая на наличие каких-либо ушибов. Мия резко вырывает свой кулак из моих рук, и стальным голосом говорит: - На это времени нет, мы не успеем к рассвету. После этих слов она тянется руками к стальным пуговицам на моем камзоле и медленно, одним за одним расстегивает их. Я смотрю насколько сосредоточено она наблюдает за каждым действием своих пальцев рук. Потом рассматриваю ее вздымающеюся, от дыхания, оголенную грудь, потом смотрю на то, как подрагивают ее ресницы, как она поджимает свои пухлые губы, а так же на рой веснушек на ее плече. Желание сильным ударом вспыхивает в моем сознании, становясь гуще, и распространяется по всему телу, пока я за ней молча наблюдаю. Тем временем, она снимает с меня камзол и поднимает глаза, смотря на меня, ей хватает секунды, чтобы взгляд наполнился пониманием: - Дальше сам, - нервно, слишком громко, говорит, резко поворачиваясь ко мне спиной. Мой взгляд сразу же падает на ее великолепный зад. С каких пор он стал для меня великолепным?! Черт. Я неосознанно продвигаюсь, ставлю руки на ее плечи, прижимаясь к ее спине и упираясь вставшим членом в ее тело. Вдруг, я осознаю на сколько она маленькая по сравнению со мной. Она едва достигает мне до груди. Черт. В целом, я к этому привык, другие люди всегда меньше меня, и если в бою это помогает, то с женщинами наоборот мешает. Женщины как и мужчины меня сторонились и боялись, поэтому мне приходилось посещать частные дома и просить управляющего, завязать глаза девушки, чтобы она не знала кто ее брал, чтобы не видеть всепоглощающего страха в ее глазах. В сексуальном плане я был немного озабочен, и мне нужно было больше секса чем другим мужчинам. Если я его не получал, то становился взрывоопасным и невыносимым. Особенно нестерпимое желание, появлялось где-то раз в три-четыре месяца и длилось, казалось, вечность, в те моменты, мой член ужасно ныл, чего-то требуя, но я не знал чего, ведь даже если я сутками не вылезал из публичного дома, жажда и боль не уходила, а только усиливалась, и казалось выедала мне мозги. Я решил, что это мое проклятие, мой рок. Но сегодня, моя первая брачная ночь, и моя жена это не та, что я хотел бы обидеть. А судя по разнице в росте, и в мышечной массе, я скорее всего обижу. Я опускаю глаза на мой вставший, через кожаные штаны член. Я должен удержать себя. Просто держи от нее руки подальше. Я делаю глубокий вдох и выдох, немного сжимая руки на ее плечах. Я не смогу держать руки при себе! Я быстро поднимаю ее на руки, слыша от нее удивленный вскрик, и направляюсь к ванной. Становясь с ней на руках, на корточки, я осторожно кладу ее в ванну. Затем, отхожу от нее, снимая рубашку. Мия, по началу, недоуменно смотрит на меня, а потом, когда моя грудь и торс обнажаются, отворачивается от меня, смотря на цветы по ту сторону окон. Через минуту, полностью голый, опускаюсь в ванну на против Мии. Теплая вода полностью прячет ее тело под прозрачной водой, я же только по пояс оказываюсь в воде, но не обращаю на это особо внимания, и ставлю ноги, чуть сгибая их в коленях, по обе стороны, от вместе сведенных ног Мии. Долгое время мы молчим, пока она все так же смотрит на цветы сквозь окно, а я рассматриваю ее профиль, отмечая какой у нее красивый носик. Я нервно дышу, еле держась, чтобы не схватить свой член рукой, и не начать дрочить прямо тут, перед ней в ванной. В попытке успокоится, ставлю руки на деревянные края ванны, и сглатываю. - Тебе нравятся цветы? – задаю вопрос хриплым басом. - Мгм, - кивает она. - У тебя есть любимый цветок? – постукиваю указательным пальцем правой руки, по краю ванной. - Нет, - поджимает она свои восхитительные губы, поворачиваясь лицом ко мне. Теперь еще и губы у нее восхитительны? Что дальше? - Дай мне свою левую руку, - приказывает она. И я даже и не подумав возмутится из-за ее тона, сразу же протягиваю к ней руку, слегка пододвигаясь ногами ближе, чтобы ей было удобно ее схватить. «Все что угодно» - вторит мое сознание. Какого черта? Я хмурюсь, но поздно выхватывать назад руку, ведь она уже в ее руках. Какой смысл, сейчас указывать на ее тон и поведение? Мия поворачивает мою руку запястьем вверх, и очерчивает указательным пальцем, вдоль вен на запястье, затем тихо, что даже я не сразу понимаю значения ее слов, она говорит: - Обещаю ценить, - после ее слов на запястье, там, где она провела пальцем, появляется написанными черными, чернильными буквами ее два слова. Это брачная клятва, что ставят друг на друге, женатые люди, в ночь бракосочетания. Ритуал проводится именно в воде, и именно таким способом. Клятву можно начертить на любом участке тела любимого, которое только ты захочешь. Нельзя обещать все подряд, нужно обещать только то, что сможешь сдержать до самой смерти, ведь если нарушить обещание, клятва расплывется по коже и оставит ожог, причиняя боль человеку, что этот ожог носит. Она обязательно должна начинаться с клятвенных слов, а также, клятву, нужно будет подтвердить обязательным поцелуем на коже. Что Мия и делает, оставляя короткий поцелуй на моем запястье, после чего отпускает руку. - Твоя очередь, - холодно раздается эхом ее голос в моей голове. Мое сердце наполняется обидой, и я резко пододвигаюсь к ней еще ближе, руками хватая ее за бедра, и ставя попой на мои бедра так, что мой вставший член, теперь зажат между нашими животами. Она рефлекторно ставит свои руки на мои плечи, чтобы не упасть пока ее глаза нервно поблескивают. - Что ты делаешь? – растеряно спрашивает, сжимая руками мои плечи сильнее, и пытаясь отодвинуть свой живот от моего хуя. - Сиди на месте, - выдыхаю ей прямо в губы. – Ты сама сказала, что моя очередь, я могу поставить клятву куда захочу. - Только, прошу тебя, имей совесть, - предупреждает меня, замерев на месте. - Конечно, - улыбаюсь, сжимая ее бедра руками. Затем, обхватываю правой рукой ее за спину, прижимая ее ко мне, а указательным пальцем левой руки провожу поперек ее шеи, прямо по середине. - Обязуюсь, - поднимаю глаза к ее глазам, у меня перехватывает дыхание, и я поспешно продолжаю: - любить тебя. Как только я осознаю свои слова, я хмурюсь, осуждающим взглядом смотря на нее, как будто это она меня заставила, такое произнести, а не я сам, это только что сделал. Я опускаю глаза на слова, что теперь украшают ее шею. Какого лешего?! Это совсем не то, что я собирался сказать! Но в следующий момент, несмотря на свое недовольство, я, закрыв глаза и делая глубокий вздох, все же подтверждаю клятву прижимая свои губы к тому участку на шеи, где начерчены слова, а затем, подавшись неизвестному порыву, чуть покусываю кожу, вслед слыша ее всхлип, и словно успокаивая провожу по укусу языком. «Моя» - звучит из глубины меня мой голос, но он кажется незнакомым и каким- то диким, будто во мне проснулoсь дикое существо.