просто (по)целуй.

      – пиздец... – в один голос ругаются твои друзья.       парни на своих местах за своим любимым столом в столовой. ты попросил встретиться до первой пары, и, конечно, они все как один примчались к тебе. вот так и показывается дружба, ведь не каждый будет готов поднять свою задницу и приехать намного раньше начала занятий.       сам ты вчера сразу после инцидента пришел домой и завалился спать. написал лишь своим в общий диалог, мол, все хорошо я дома, чтобы они не доставали звонками, и отрубился с горя. делать ничего не хотелось, да и сейчас не хочется. ты даже не знаешь как дотащился до университета, честно.       – хочешь, мы утроим ему темную? – Сан прижимается к столу, чтобы другие люди в столовой его не услышали. хоть сейчас еще нет девяти утра, всякие ранние людишки все же собрались посидеть.       – да-да, мы за тебя горой! – поддакивает Уен. по нему видно, что он не выспался, весь помятый такой, не похожий на себя. перед ним на столе стоит бумажный стаканчик из кофейни с недопитым холодным капучино.       – я честно от него такого не ожидал. – Чонгук хмурит брови. говорит это спокойно, холодно, в отличие от яро возмущающихся парней. – мы конечно друзьями с ним не были, но общались, и вот такое, ну просто беспредел.       он разочарован, а это самое ужасное, когда Чонгук в чем-то или ком-то разочаровывается. и ты, наивный Феликс, до безумия не хочешь, чтобы он разочаровывался именно в Чане, потому что ты сам еще этого не сделал.       почему-то сам не разочаровался в нем.       и просто потому что потом заслужить доверие Чона будет сложнее всего. ведь когда вы с Чаном начнете встречаться, ты хочешь чтобы друзья поддерживали твой выбор. не то чтобы ты так зависим от мнения других людей, но друзья это правда важно.       стоп, что?       после всего что было ты еще тешишь себя мыслями об отношениях?       до чего же наивный.       Чан тебе сказал, все понятно разъяснил, что ты его не привлекаешь.       разве нет?       скажешь еще свои любимые аргументы, которые потом и пресечешь сам.       Чан тебя поцеловал – он был пьян, дурень, не знал, что ты это ты.       он тебя защитил от Чанбина – он же сказал, что бережет всех студентов, ты не исключение.       вы зажимались в той подсобке, и у него так сердце стучало – только вспомни, что потом он общался со всеми твоими друзьями, будто тебя не существует, будто ты ему противен.       все, хватит? достаточно аргументов. эй, Феликс, что молчишь?       – эй, Феликс. – трясет тебя за плечо Сан. – что молчишь? ты в порядке?       ты не в порядке. сидишь натянув на себя капюшон синей толстовки – так ты чувствуешь себя более защищенным. смотришь на парней, которые выглядят не очень. Чонгук упирается подбородком в открытую банку энергетика, потому что безумно хочет спать, у Сана видок, будто он вообще не прикладывался головой к подушке, а Уен пришел даже в мятой футболке. и все ради тебя – тухнущего Феликса.       Сан после своих слов огребает по плечу от Уена.       – ты что сдурел? конечно Феликс не в порядке. – говорит он. – что ты за фигню спрашиваешь?       – да я хоть как-то пытаюсь его поддержать!       – как? говоря то, что собираешься побить Чана?       – никаких драк. – серьезно говорит Чонгук, вмешиваясь в беседу парней. он даже не в том смысле, что против решения проблем насилием (и это тоже, конечно), он скорее говорит о том, что вероятнее Чан побьет твоих друзей, нежели они его.       Сан округляет глаза, показывая на себя пальцем, мол, что вы из меня придурка делаете, который способен только кулаками махать.       – а что вы тогда предлагаете, умники хреновы? – все еще возмущается он.       – предлагаю ничего не делать. – говоришь отстраненно, вымученно. – давайте оставим все как есть? без избиений, – смотришь на Сана с Уеном. – без разочарований… – теперь одариваешь взглядом Чонгука, который тоже смотрит в ответ. – просто организуем будку поцелуев, сдадим экзамены, и все. нормальный план на последние месяцы этого учебного года?       все молчат. не знают как лучше ответить, и надо ли вообще.       – ну Ли-икс… – жалобно начинает Сан, кладя руку тебе на плечо. – как мы можем все так оставить, когда какой-то там пацан тебя задевает.       конечно, он дело говорит. у тебя самого должна была остаться капля гордости, чтобы показать что с тобой не могут так обращаться, будто ты игрушка. то притягивать, то отталкивать.       только вот проблема.       если бы Чан сейчас написал, даже без извинений, так просто, мол, жду тебя на втором этаже, ты бы подскочил в ту же секунду, даже не дочитывая сообщение, искал бы так его, этого Чана, опираясь на чувства, по всему сраному второму этажу.       после всего что было, Феликс, ты бы все равно прибежал к нему, и коришь себя за это.       – просто… – снова говорит Сан. – я не хочу чтобы ты загонялся из-за слов какого-то там мудака. ты правда красивый и будь я девушкой, то точно с тобой замутил! – он ярко улыбается. – черт, тебе же не нравятся девушки… ну тогда, если бы я был парнем, то замутил… да что ж такое, я и так парень…       – не вышел у тебя комплимент, завались. – перебивает его Уен, протягивая через стол руки, и намекая тебе дать свои. ты так и делаешь, и он сжимает твои ладони. – придурошный хотел донести, что мы дорожим тобой, и понимаем какого тебе приходится. пускай всякие Чонгуки и Саны, которые и два слова связать не могут этого не скажут, поэтому скажу я. мы, Феликс, все для тебя сделаем, чтобы ты был счастлив и не грустил…       это очень… мило. тебя это правда трогает до глубины души, и ты рад, что тебе достались такие друзья.       – поэтому у меня есть план, по круче избиения Чана… – Уен коварно улыбается выпуская твои руки, и делает движение будто убирает пряди светлых волос за уши как дива. – давайте чмырдосины и милаш Феликс, все сюда придвинулись и слушаем, епта.       ***       план твоего друга был до безумия прост. даже в какой-то степени являлся просто усовершенственной версией твоего собственного плана.       Уен старательно вьется вокруг тебя, выпрямляя одну прядь волос за другой. он героически прогулял ради тебя первую пару, чтобы показать как правильно укладывать волосы, ведь по видеоурокам ты ничерта не понимаешь.       волосы твои цвета соломы, такие, с желтым отливом. друзья тебя в шутку цыпленком зовут, или утенком – как подвезет.       Уен уже машинкой сбрил тебе затылок и подравнял с боков, чтобы ты ходил красавцем, и выглядел более опрятно.       он тебе настойчиво что-то объясняет, прыгая с плойкой в руках, перед большим зеркалом шкафа-купе. ты через отражение видишь, как Сан развалился на твоей кровати, серьезно смотря в телефон, и поедая печенье, которое нашел у тебя на кухонных полках. его брови то хмурятся, то наоборот направляются вверх, и он кивая улыбается.       ты знаешь, что он переписывается с девушками, которые могли бы участвовать в будке поцелуев. бескорыстно помогает тебе организовывать конкурс. ну как тебе – вам. Сан с Уеном тоже участвуют в качестве "трофея". они пацаны не занятые, терять им нечего, и будет что внукам рассказать. это все их слова.       о Чонгуке, конечно, и речи быть не могло, он-то окольцован. пока еще только ногами Тэхена вокруг своей шеи, но когда-нибудь будет и кольцом на безымянном пальце.       Сан снова хмурится в отражении зеркала, и тяжело вздыхает, видимо ему отказали. ну как ему – вам. хоть отношения его пока не интересуют, популярностью он пользуется у противоположного пола очень даже неплохой. дружит с девчонками разными, его на тусовки, к слову, чаще всех приглашают. ну как чаще вас всех – тебя вообще не приглашают. уж извини, правда она такая.       вообще у Чонгука, конечно, знакомых в универе больше всего, он и старше и опытнее, и почему-то привлекает всех своей холодностью. и люди такие, мол, смотрите, я дружу с непробиваемым красавчиком Чон Чонгуком.       потом уже идет Сан, с его вечными пацанами и девчонками, с которыми он знакомится на разных концертах и мероприятиях. Уен ему не завидует, ведь разделяет большинство знакомых, ну Сан его знакомит со всеми, они же лучшие друзья.       а что до тебя, Феликс?       знакомства тебе не особо и нужны. вполне хватает друзей, да пары знакомых. нет такого, чтобы одолела срочная нужна пообщаться с кем-то новым.       но с одним человеком ты, конечно, все же, пообщался бы. жаль только, что он с тобой не особо-то хочет.       вообще не хочет.       – ну что, Рико, как успехи? – обращается Уен к Сану.       кто такой Рико, спросите? а это пингвин из мультфильма Мадагаскар. такой бешеный, со взрывчаткой ходит. это Уен придумал, что вы вчетвером как эти пингвины.       Уен, конечно же, как главный заводила сделал себя Шкипером – лидером пингвинов. Чонгук – это Кавальски, отвечает за ум. что пингвин в их команде, что Чон в вашей, тут не поспоришь. такой самый спокойный персонаж что-ли. только вот спокойный он со всеми кроме вас. он еще тот "оторви и брось", на спор может и асфальт облизать, а может и фотку члена в конфу скинуть со словами "ой не вам, диалогом ошибся". только вот второе он не на спор делает, и на самом деле диалогами никогда не ошибается. так, кто там остался...       ну и ты – Рядовой. самый смешной пухлый пингвин с глазами в разные стороны. он вроде все время приманкой был, или чудил невесть что. в общем, все поняли.       – успехи так себе, капитан. – отвечает Сан с кровати. – вы там скоро?       он смотрит на тебя не через отражение в зеркале, а так – напрямую.       – классно выглядишь. – говорит он без какого-либо подтекста. – тебе идет такая прическа.       и ты теряешься в этом простом дружеском комплименте.       волосы у тебя уложены гелем назад, открывая лоб. последний раз ты так ходил на вечеринку к Хенджину. помнишь чем это кончилось?       конечно помнишь. забывай.       – спасибо. – мямлишь в ответ.       Уен даже расщедрился и одолжил тебе несколько своих вещей. не бесплатно конечно, отплатишь потом услугой за услугу. твой друг разбирает пакет со шмотками, выкидывая их на кровать, так что Сану приходится потесниться. вот летит черная водолазка, следом небесно-голубой свитер и серый свитшот с вышивкой Nasa во всю спину, в конце приправляется все бежевым тренчем и белой рубашкой.       офигеть, так офигеть.       – смотри, – снова начинает твой друг. – я составил несколько образов, нам ведь нужно показать кого потерял Бан Чан.       это в общем-то и весь план.       так и называется: "показать кого потерял Бан Чан".       вот так просто.       ***       хорошие тебе друзья достались. правда.       вы уже подъезжаете к универу. Сан расслабленно ведет свою ласточку, то и дело переключая песни из плейлиста Уена, потому что они все не те по настроению. тот, конечно же, ругается, мол, оставь, ты что, это такая классная, ты послушай только. в итоге он сдается, когда Сан наконец оставляет их любимую песню, и залезает в телефон – сверяет все.       вы же едете не просто так, абы куда.       твои друзья нашли группу Чана, узнали его расписание, переподов, нужный кабинет, и поехали, чтобы ты красавец прошелся мимо, сверкая глазками.       ты снова сидишь сзади. то и дело поправляешь рукава черной водолазки, натягивая их до середины ладоней. сегодня погода не жалует – пасмурно и холодно. ты накинул пиджак, а поверх горлышка водолазки крупную цепочку. брюки и ботинки тоже черные все в тон, все как и придумал стилист Уен.       ты должен переживать, но почему-то едешь на откровенном похуе. серьезно, даже сам от себя в шоке. вчера вы с Чаном не пересеклись, когда ты весь поникший еле приполз в университет, и слава богу. сегодня ты хотя бы подготовленный, и не ударишь в грязь лицом.       – курс на четвертый этаж нового корпуса. – говорит Уен, поворачиваясь к тебе.       он, конечно, красавец как и всегда, в общем-то. волосы уложил, прилично оделся, не то что вчера. Сан же удосужился просто надеть синие треники и толстовку из одного комплекта, типа тоже нарядный.       а вот теперь ты что-то приссал, да Феликс? сидишь ножкой дрыгаешь на нервной почве, а уже выходить пора. скажи спасибо, что хоть друзья с тобой попрутся.       время – конец большого перерыва. как раз все студенты уже подходят к своим кабинетам, чтобы по скорее занять вакантные места: для кого-то это последние парты, а для кого-то прямо перед носом преподавателя.       ну, что, Феликс, теперь серьезно нервничаешь? поднимаясь по ступенькам на четвертый этаж, прямо к кабинету Чана. друзья твои идут впереди, что-то бурно обсуждая, впрочем как и всегда, они ведь у тебя никогда не затыкаются.       сразу после лестницы идет длинный коридор, который сейчас пустует. только в конце за поворотом слышатся голоса и смех. ну все, обратного пути нет.       руки что-то вспотели, и ноги предательски идти не хотят.       похуй говоришь тебе, Феликс? охотно верится. план как-то уже не кажется таким гениальным... пройтись просто перед Чаном, и что вот он должен сделать? подумать типа: "о боже, Феликс такой красавчик, как я мог назвать его стремным, беру свои слова назад!"       да уж... может, пока еще не поздно сказать парням, мол разворачиваемся, ты передумал. или всегда план кажется таким абсурдным перед его исполнением? давай, Феликс, соберись, говори: "парни, я передумал".       – парни!       только вот тебя опережают.       – Сан, Уен, Фели-икс! – кричит Минги, завидев вас издалека.       он широко раскинув руки бежит к вам через коридор. твои друзья тоже кричат его имя, и встают в позу для объятий.       Минги, конечно, когда бежит так быстро, выглядит устрашающе.       запретите, пожалуйста, дылдам бегать. желательно на законодательном уровне…       – я так рад вас видеть, ребята-а! – он сгребает вас в объятия своими огромными ручищами, сжимая насколько позволяют силы, а потом отстраняется ярко улыбаясь.       у него на загорелой шее болтается цепочка крупного плетения, поверх расстегнутой на верхние пуговицы зеленой рубашки. весь такой светится и заряжает позитивом… и как ему это удается?       – какими судьбами в этом корпусе? – спрашивает Минги, приобнимая тебя и Сана за плечи.       – да, преподавательницу по английскому ищем, она же обычно в ваших кабинетах со своими подружайками сидит. – идеальное прикрытие выдуманное Уеном. от части это правда, потому что их преподша и правда обитает здесь, только вот она им совсем не нужна…       слово за слово ты даже не замечаешь, как вы подходите к группе Чана… то ли Минги так заболтал, то ли ты просто забылся с его приходом.       – о-о, парни! – знакомый голос Хенджина, и ты сразу же оглядываешься в поисках источника звука.       тяжело сглатываешь, бегая глазами по лицам присутствующих, не находя Чана. слава богу.       Сан и Уен идут на встречу обниматься с Хенджином будто не виделись лет сто, а не с прошлой недели. друзья рассказывали, что встретили его с милой девушкой пока гуляли.       – Ликс! – он тоже тебя обнимает по-дружески, и ты льнешь к нему. сегодня Хенджин не особо запарился с внешним видом (в отличие от тебя конечно, ты-то как на праздник вырядился!) стоит в темной футболке поло, и пахнет терпкими духами.       вы встаете в такой импровизированный круг из пяти человек. твои друзья болтают с друзьями Чана, ярко выражая эмоции. Минги стоит рядом с тобой, и ты мимолетом смотришь на его ярко красные волосы, которые он, похоже, снова подкрасил, потому что, кажется, что если зарыться носом в его локоны, можно почувствовать запах аммиачной краски.       Хенджин жалуется на то, что у них сегодня только одна третья пара, и то что их гоняют в универ по чем зря. Минги тоже подхватывает, говоря про экзамены, а Сан и Уен что-то поддакивают насчет курсовых, мол, тоже иногда приходится ездить только ради одной консультации.       – а где Чан, кстати? – говорит Сан будничным тоном, как бы между строк.       ты после его слов размораживаешься, переставая смотреть в одну точку.       – ой, не знаю. – хмурится Хенджин. его высокий светлый хвостик трясется, когда он качает головой. – он не сказал нам ничего.       – его и вчера не было. – тихо говоришь ты на автомате, смотря снова в стыки плиток на полу.       – э-э, да у нас вчера в принципе пар не было. – отвечает Минги.       ага-а! вот ты и спалился сталкер хренов.       неловкое молчание, Уен откашливается:       – понятно... слушай, Хенджин-а, а ты не хочешь рассказать нам про ту милую девушку? – Уен тычет локтем в него, игриво поднимая брови.       – ой, точно, я сколько его пытал, он ни в какую! – Минги пихает Хеджина в плечо, и тот отшатывается.       к твоему счастью, и наверное Хенджина тоже, к кабинету подходит преподаватель.       – Хван, Сон, вам отдельное приглашение нужно? – хмурый дядька с круглыми очками на носу, и стопкой бумаг в руке, стоит, опираясь на дверную ручку.       – уже идем, сэр, – кланяется ему Хенджин. – кстати, Феликс, ты сегодня классно выглядишь!       – да-да, я тоже хотел сказать, что тебе очень идет этот стиль. – напоследок говорит Минги и толкает своего друга в кабинет.       итого, что мы имеем?       два (лучших?) друга Чана сделали тебе комплимент, и поняли, что ты так разоделся ради этого Чана, которого уже второй день нет в универе.       хорошо это или плохо – не знаешь.       ***       выходные прошли на удивление хорошо. Уен и Сан потащили тебя в кино в субботу на какой-то очередной боевик с ограблением банка. все как вы любите. потом вы ходили наедаться в Макдоналдсе всякой вредной едой, все в лучших традициях. друзья отвлекали тебя и смешили как могли, так что ты давно так не отдыхал в выходные, тем более на последних месяцах обучения первого курса.       в воскресенье, ты, как приличный ученик, доделывал отчеты, которые накопились за пару недель. в общем занимался разгребанием долгов, не забывая подпрыгивать от каждого уведомления приходящего на телефон. вдруг Чан что-то выложил.       но все уведомления были от кого угодно, только не от него.       делать нечего, в понедельник собираешься красивешным: новые джинсы, подаренные тебе Тэхеном, серое худи со значком Nasa, которое одолжил Уен, и джинсовка сверху (ну хоть что-то твое).       нервничаешь. снова. постоянно. потому что знаешь ради кого укладываешь волосы все утро. опять же зачем? знать бы.       просто хочется чтобы он увидел и все тут. без объяснений.       весь такой в предвкушении идешь до универа пешком – погода хорошая, настроение вроде тоже. не ныкаешься по коридорам, как это было раньше, а ходишь с высоко поднятой головой. даже в столовой громко смеешься и яро размахиваешь руками, рассказывая шутку, не боясь привлечь к себе чуть-чуть внимания.       только вот никто не смотрит. точнее, Чан не смотрит. потому что в понедельник вы так и не пересеклись.       не пересеклись и во вторник, и в среду, и даже в следующий понедельник.       ты во всю занят подготовкой к зачетам, которые под конец года уже поджимают долгами. и, конечно же, занят организацией конкурса, ведь ты за него отвечаешь, и зря времени терять точно не собираешься. ты уже привлек первокурсника из своей группы по имени Чонин. у него забавные каштановые волосы, вечно торчащие в разные стороны, будто там живут птенцы, и улыбка такая широкая от брекетов.       самое сложное по твоему мнению было привести девочек в конкурс. пацанов-то ладно, набрал кое-как, (и кое-каких) а вот девушек... у тебя в группе примерно поровну человек обоих полов, только ты ни с теми ни с другими особо-то не общаешься.       твой сложный выбор в итоге пал на двух девушек, которые по твоему мнению были самые нормальные. не в плане адекватные, хотя это, конечно, тоже, а в плане, что они тебя не пошлют после твоего"привет". может даже выслушают, если повезет, опять же.       – эм, Рюджин, Йеджи, привет. – подходишь ты к ним после одной из пар. они долго собирают в сумки свои полторы тетрадки, и поэтому вы почти единственные кто остались в кабинете.       они, до этого смеялись, а потом заинтересованно посмотрели на тебя. вокруг их парты витал аромат сладких духов. невозможно понять кто из них пользовался какими, все запахи смешались в один, но зато красивый.       – о-о, ты, кажется, Феликс? привет. – улыбнулась Йеджи. у нее рыжие волосы в высоком хвосте, а сама она похожа на лису. даже одежда такая подстать – приталенное красное платье, и кардиган сверху.       ты представляешь, Феликс, они даже знают как тебя зовут. вот это новость.       – привет, ты что-то хотел? – Рюджин заинтересованно смотрит, прижимая к себе маленькую сумку, в которую, наверное, помещается одна тетрадь, да ручка.       у нее светлое каре, с серебряным отливом, не как у тебя цвета соломы, выглядит более благородно. купить тебе тоже оттеночный шампунь что-ли...       – да, – ты чешешь затылок – нервничаешь. – хотел спросить, не хотите ли вы... – заминаешься между словами, под пристальным взором двух пар девичьих глаз. – короче, – резко выдыхаешь ты. – я делаю конкурс на праздник окончания года, и это "будка поцелуев". не хотите ли вы поучаствовать в качестве тех, кого будут целовать?       ты, до этого закрывший глаза от стеснения, теперь решил посмотреть на девушек. они переглядываются между собой, на тебя даже и не думают смотреть. Рюджин приподнимает брови, подавая сигналы Йеджи, мол, почему нет, а та в ответ хмурит брови, а-ля, ну не знаю.       – да давай, что ты, один раз живем. – говорит блондинка. – интересно же! неизвестно когда мы еще сможем в таком поучаствовать.       – да... может ты и права. – менее уверенно отвечает ее подруга. – ведь парней у нас нет, надо хоть в конце первого курса как-то оторваться.       девушки только теперь поднимают на тебя головы, и говорят, будто ты до этого их совсем не слышал.       – мы согласны.       вау, это тоже оказалось не так уж и сложно.       ***       ты уже отчаялся. опять Чан тупо пропал на две недели. ни одной истории в Инстаграме, ни одного ретвита в Твиттере, да даже лайка! ничего...       уже думаешь хоть живой приходи в универ. переживаешь за Чана, так что даже обиды отошли на второй план.       что он там сказал? что ты стремный для поцелуев? насрать, все, никаких обид, только, Чан, приди пожалуйста, дай на тебя посмотреть. ты обещаешь, что уже не обижаешься...       только твои молитвы и заклятья не помогают. Чан не приходит и всю эту неделю. его друзья упорно молчат, мол, ничего серьезного, с Чаном все хорошо, но так и не говорят где он. тебе, конечно же, не то чтобы есть дело, но все равно интересно, а как он будет под конец года сдавать долги. или у участников студсовета всегда все хорошо и они любимчики учителей? наверное.       что до конкурса, так ты вместе с другими студентами-организаторами, встречаешься после пар, где вы обсуждаете декорации и советуете друг другу как будет лучше сделать то или иное мероприятие       делали декорации вы сами. с другими ребятами из "будки" собирались в гараже у Сана по будням. его родители любезно разрешили там оставаться, и заниматься своими делами.       в выходные Сан привозит к нему в гараж девчонок. вы в это время с Уеном и Чонином, уже на неделе сколотили стойки и вывеску.       на улице жара, вы в майках, почти обливаетесь потом, пока мама Сана то и дело приносит вам холодный лимонад. у вас уже места в животе нет, и вы задолбались бегать по туалетам, но выхода не было, для вас же старались.       с девочками вы тоже встречались на неделе после пар. они как главные, креативные умы вашей "компании", отвечали за дизайн будки и взяли все на себя. купили банки краски, вместе с Саном, и еще на ходу придумали все украсить лампочками и светодиодными лентами.       вот запары вам прибавили, еще электричество проводить и лампочки устанавливать, ну ничего, справитесь. зато красиво будет, да?       Йеджи веселая выносила из машины небольшие банки с краской, и ты, конечно, как главный альтруист тире джентльмен подлетел к ней.       пока не приехал Сан с девочками, вы с Уеном и Чонином просиживали задницы на потрепанном диване, который еще в прошлом году вы притащили со свалки. не подумайте, диван-то хороший. потрепанный слегка временем, с парой дырок от сигарет и всего такого, так что вы его отмыли и даже гордо зашили кое-где.       – ой, спасибо большое! – говорит девушка передавая тебе банки. от нее пахнет клубникой и она вся такая воздушная. в своих джинсовых шортах и белой футболке, совершенно без макияжа выглядит такой волшебной. намного красивее, чем когда ты видишь ее в универе. вы кстати не общаетесь в группе, как-то не складывается. даже не здороваетесь.       Рюджин несет пакет с кистями и лампочками, здороваясь с тобой. она тоже выглядит так по-простому мило: светлые волосы в небрежном пучке, шорты по колено и майка.       – ну что, начнем? – Сан закрывает багажник, и отряхивает руки. он, как хозяин площади, на которой вы обитаете, командует мероприятием.       сейчас уже позднее субботнее утро. родители Сана около получаса назад уехали в гости, так что можно материться и вести себя как полные дебилы. все как вы любите.       – я спрашиваю, начнем? – говорит он более настойчиво, и ты наконец смотришь на него с другого конца открытого гаража. у него в руках ящик пива, а сам он лыбится Чеширским котом.       бутыли бренчат друг об друга в пластмассовом коробе, предвещая веселый день.       за эти несколько недель вы сблизились с Чонином и девочками, так что ты мог бы их назвать хорошими знакомыми, переходящими в друзей. тебе сложно даются знакомства и новые люди. тяжело начинать общаться и проводить время. бывает даже не всегда комфортно с новыми персонажами в твоей истории, но сейчас люди вокруг тебя не такие. они по особенному подходят тебе.       ты это чувствуешь, когда во время покраски вывески, случайно капаешь на руку Йеджи белой краской, и она в ответ красит тебе часть лба кистью. ты выпадаешь на секунду, а вокруг тебя все смеются. над тобой, вообще-то, Феликс.       на полу уже небольшой склад бутылок. ты вместе с девочками пьешь вкусовое пиво с грейпфрутом и ягодами, а друзья твои настоящее пацанское пиво, как крутые.       Сан с Чонином, до этого занимавшиеся проводкой, валяются на полу от смеха, а Уен с Рюджин, которые пытались еще секунду назад докрасить низ красной стойки, теперь тоже почти падают с ног.       смешно вам, да?       ты макаешь свою кисть в банку, и размахивая ей в разные стороны.оставляешь кляксы на лицах и одежде парней, валяющихся на полу, а потом следом брызги на другом парне и девчонке рядом с ним. они все замолкают, и ты начинаешь смеяться, смотря на их лица.       – ах так, да?! – вскакивает Рюджин, и прямо пальцами зачерпывает красную краску, проводя тебе по волосам, а потом по лицу и доходит до груди.       и ты в ответ ей кистью по черной майке, так что она улыбается, будто сейчас убьет тебя.       а потом сзади подкрадывается Йеджи и Сан, выливая тебе еще до этого неоткрытую синюю краску прямо на голову.       ты выдыхаешь, наклоняешь голову, смотря на то, как капли краски стекают с твоих волос на пол гаража. кидаешь кисть следом за этими каплями, и резко разворачиваясь, начинаешь обнимать ребят, обтираясь об их лица синими волосами. Йеджи визжит, Сан орет на тебя, а тебе смешно, вам всем смешно.       Чонин следом с Уеном налетают на вас, и начинается перестрелка красками. вам даже пришлось выйти во двор, чтобы не задеть только что старательно выкрашенные вами декорации.       и вот истратив всю лишнюю краску, которая так и не ушла на благое дело, вы валяетесь на траве. все цветные, все немного пьяные, но вам так весело. родители приедут только завтра утром, так что можно вообще не париться.       ты раскинув руки и ноги лежишь звездочкой, смотря в небо. вы потратили почти весь день на декорации, и хоть время близилось уже к вечеру, солнце все так же пекло. тебе было так все равно, что ты хотел спокойно лежать. и ты бы и продолжил, если бы не Сан.       Чонин и Уен лежали рядом с тобой. один на боку, подперев голову рукой, а другой использовал твой живот как подушку, подставил лицо солнцу. Рюджин и Йеджи тоже были рядом. болтали с вами о том какие вы все придурки и смеялись с нелепых шуток Уена.       так вот, были все кроме Сана. он был занят тем, что отматывал десятиметровый садовый шланг, чтобы в один момент окатить вас ледяной водой.       девочки визжат, вы, парни, ругаетесь трехэтажным матом, а Сану хоть бы хны, стоит, в метре, напор шланга регулирует, закрывая пальцем конец, так что струя превращается в мелкий дождь.        – охладитесь... или отмойтесь, а лучше все сразу. – смеется он.       – пизда тебе, чепушила. – вскакивает на ноги Уен, пытаясь налететь на Сана. только вот тот направляет всю струю на друга, не давая подобраться к себе.       вы, тоже все встаете следом, чтобы хоть как-то одолеть общего водного врага. ну, и шланг.       ты подрезаешь Сана сбоку, выхватывая из его рук конец шланга, и пытаешься направить напор на него же. Йеджи сзади закрывает руками глаза Сану, а Чонин встает с другой стороны от тебя, тоже пытаясь направить шланг в другую от Уена сторону.       и, конечно, вам это успешно удается. Сан повержен, весь облит водой с ног до головы, и был бы еще прополоскан в этой луже, которая налилась под ваши ноги, если бы Рюджин не побежала выключать воду.       теперь вы лежите вчетвером звездочками на траве. сохните. девочки пошли мыть головы от остатков краски, которую вы сначала им старательно выводили уайт-спиритом.       пиво уже окончательно выветрилось из ваших голов, так что вы решаете пешком проводить Рюджин, Йеджи (которая решила переночевать у подруги, чтобы не пугать родителей своим видом) и Чонина до общежития университета.       и знаешь что? тебе абсолютно все равно как вы выглядите. как ты выглядишь.       башка вся синяя, ты едва отмыл лицо, выглядишь как смурфик. да и ребята рядом с тобой такие же. Уен похож на папуаса, с красной рожей, Сан решил лицо свое даже не отмывать сказал ему похуй.       ну вот и тебе похуй. и девчонкам в разрисованных шмотках – похуй. и Чонину с красно-бело-синей головой, будто он флаг России – тем более похуй.       идете по вечернему городу, прохожие на вас оборачиваются, может даже кто-то фотографирует. а вам весело, смешно. угараете в голос, придумывая друг другу клички. сейчас этим главенствует Сан, поэтому вы всем табором думаете как бы его обосрать, и громко-громко смеетесь, когда Чонин наконец называет его: "залупой немытой".       как же тебе весело, и как же тебе похуй.       ***       в понедельник, в надежде на лучшее, снова собираешься красивым. краску вы отмыли вчера, в воскресенье. буквально искупались в уайт-спирите. хотя у тебя еще кое-где за ушами виднеются синие кляксы.       после таких бурных выходных, рутина внезапно наваливается на тебя. на следующей неделе – первого мая – уже конкурсы, потом через день и экзамен, а после экзаменов еще курсовую надо написать, тему которой ты знаешь уже как несколько месяцев...       забот полон рот, в общем.       пары сегодня фигня, всего две штуки – вторая и третья, так еще и не шибко важные. можно прийти в универ только чтобы поболтать на этих самых парах, да пофорсить в новом прикиде, чем ты и планировал заняться.       у Сана с Уеном сегодня вообще была только первая пара, так что вы не пересеклись, а Чонгук пишет курсовую еще с прошлой недели, так что в универе тоже не появляется.       ну ничего, думаешь, будто один никогда не ходил, первый раз, что ли.       ты садишься за пустую парту, как и обычно в конце кабинета. девчонки тебе помахали со своих мест, когда ты зашел, и на этом хватит.       уже даже препод резвенько зашел в кабинет, запыхавшись поправляя очки, как за ним следом влетел опоздавший Чонин, плюхнувшись без разрешения рядом с тобой.       ни то чтобы конкретно тебе нужно было услышать вопрос, но обычно люди спрашивают, мол, не занято? я упаду? ты один сидишь, можно я рядом?       может Чонин просто знает, что ты всегда один сидишь? уже не важно.       – привет, смурфик. – говорит он, а ты в ответ только глазами пялишь на него и все. – классно выглядишь.       точно, в универ-то ты собираешься как на парад, это вам не в гараже сидеть красками брызгаться.       – привет. спасибо. – отвечаешь ты тихо, потому что преподаватель уже начинает проводить пару. – ты тоже.       Чонин тоже выглядит более презентабельно, но ты удивлен не этому. а тому, что ты с кем-то говоришь на паре. когда вообще такое было, чтобы ты болтал с одногруппником? сам не помнишь.       – Ли, Ян, что за шум на галерке? у вас там обсуждения поважнее моего организационного момента? – говорит препод довольно грозно, зыркая на вас, а вы в ответ синхронно: "извините", и смеетесь.       – давай во в дворе похаваем сегодня? – говорит шепотом Чонин прижимаясь к парте, прячась за спинами одногруппников. – только сначала в столовке встретимся, я хочу купить там хот-дог. душу за него готов продать. он даже вкуснее чем на заправках, представляешь?       представляю, думаешь ты. Чонин такой разговорчивый, офигеть.       – конечно, давай.       с Чонином было идти очень непривычно. ты ведь кроме как со своими друзьями ни с кем по универу больше и не ходил. Чонин этот шабутной, от него энергией пышет. он ведь на год младше, и это почему-то чувствуется. не в плохом смысле – в хорошем. он такой наивный, детство в жопе играет, как говориться. у тебя конечно тоже, но ты просто по темпераменту спокойный.       в столовую вы заходите рано. звонок только-только прозвенел, и всякие голодные студенты еще не успели занять очередь в буфете. зато, голодный Чонин успел это сделать, еще издалека завидев, что людей за его священными хот-догами нет.       делать нечего, ты смеясь заходишь в столовку, смотря в спину бегущего одногруппника. потом оглядываешь всю пустую столовую, она сейчас такая светлая, солнце прямо в окна, и уже думаешь вальяжно следовать за своим новым знакомым, как вдруг останавливаешься. точнее, тебя останавливают.       пара карих глаз, пропиливших тебя насквозь. просто пригвоздивших к полу.       Чан сидит в метрах четырех-пяти от тебя. по-простому – в двух столах. смотрит внимательно, даже не думая отводить взгляд. как-будто все так и надо.       оглядывает так с ног до головы: вид твой оценивает. белые кроссовки, джинсы (все те же, подаренные Тэхеном, твои любимые теперь), рубашка голубая и тренч перекинут через руку.       красивый ты, красивый, Феликс, знаешь сам. давай, Чан, смотри наконец!       только теперь он смотрит прямо в твои глаза. сам весь такой свежий, не при смерти, как ты уже воображал в худших снах. тоже в рубашке, с волосами зачесанными назад. и улыбкой.       такой на одну сторону, как ухмылочка, только куда приятнее. тебе она нравится.       ладно, тебе весь он нравится, что уж тут.       сидит улыбается, все еще глядя прямо на тебя. представляешь, Феликс?       может тебе…       снится?       и ты стоишь лыбишься как придурок, а сердце колотится как бешеное. еще секунду и эта вибрация по всему телу пройдет, так что даже невооруженным глазом будет видно как тебя трясет бедного.       может вот оно? ну все. этот взгляд просто так быть не может. он ведь что-то да значит.       хах, наивный. он значит твое поражение.       девушки, сидящие рядом с Чаном, проследив за его взглядом поворачиваются на тебя. это все те же Лиса и Дженни из студсовета. ты даже их не заметил сначала, уж извините, слишком был увлечен парнем в двух столах от тебя. пока они не начали смеяться. громко, демонстративно, так чтобы ты слышал.       – о это тот лох что-ли. – говорит Дженни.       – капе-ец, что он так пялится, ненормальный какой-то. – отвечает ей Лиса, все еще смотря на тебя. тоже изучает, только с презрением.       твоя улыбка вмиг сползает. не то чтобы с лица, а прямо на пол. думаешь, что она больше и не поднимется, или все же есть шанс? Чан тоже перестает улыбаться, и смотрит на тебя с жалостью. молчит и смотрит. почему он не может ничего им сказать?       – Чан-и, это же тот, кого ты назвал стремным, почему он не отстает? может, втрескался в тебя? – Лиса закидывает ногу на ногу, дуя губы.       почему он молчит?       – фу-у. так он еще и педик что ли? мало того, что подозрительный типчик, так еще и с наклонностями...       Дженни смеется после своей шутки, и Лиса подхватывает.       почему Чан, черт возьми, молчит? еще секунда и ты все выскажешь этим двум стервам. только вот ты не успеваешь.       – я и тебе хот-дог купил. – подлетает рядом Чонин, приобнимая тебя за плечо и разворачивая к выходу. у него и правда в руках два хот-дога в обертках. смотрит он на тебя так печально, прямо в глаза. – не надо с ними связываться. – шепчет он, когда вы уже оказываетесь в коридоре. – семья Монобан спонсоры университета во многих соревнованиях, поэтому лучше Лисе дорогу не переходить. по себе знаю...       это все. точка невозврата. пошел этот Чан окончательно и бесповоротно. ты своего решения не поменяешь. так вести себя это перебор.       думаешь, надо бы рассказать все Чонину. если он правда уберег тебя от конфликта, то он должен знать в чем дело. но вы ведь не друзья... так общаетесь недельку другую и все. знакомые не захотят разговаривать на такие темы, а чтобы стать друзьями, нужно наверное, хотя бы цвет любимый знать.       – Чонин, слушай. – говоришь ты. – какой твой любимый цвет?       – зеленый. – он протягивает тебе хот-дог. – а твой?       – красный. – с улыбкой принимаешь его у друга. ***       лампа стоящая прямо напротив, ярко светит тебе в лицо, так что приходится закрыть глаза. Рюджин колдует над тобой в, так называемой, гримерке, которая должна была предназначаться для театрального кружка, который уже как пару лет не сформировывался в универе. спорт танцы и всякая другая всячина интересовала ребят больше, чем заучивание реплик. через пару часов здесь, в актовом зале, начнется концерт посвященный сегодняшнему празднику.       – ну что? – слышишь ты за спиной голос Чонина.       – уже заканчиваю. – отвечает ему Рюжин, дыша тебе в лицо.       тебе щекотно, и ты еле сдерживаешься, чтобы не засмеяться, и случайно не пошевелиться.       – там уже Чонгук и Тэхени-хен пришли, мы с ними на улице болтаем… вау.       слышишь теперь восхищение Уена, а следом за ним такой же возглас Чонина.       – это так классно выглядит, Рюджин, ты прям волшебница. – хвалят девушку парни.       тебе уже не терпится посмотреть, поэтому ты резко открываешь глаза, замечая, что Рюджин тоже стоит в стороне рядом с парнями, и все трое смотрят на тебя.       а ты в это время на себя в зеркало, только в ответ смотрит, будто кто-то другой.       у тебя волосы теперь цвета платины, а не жженой соломы. Рюджин отдала тебе оттеночный бальзам, сказала, что у нее их много куплено. волосы тебе она убрала, как когда-то это делал Уен, только она еще нанесла на виски специальные блестки и залачила прядку лезущую тебе в глаза, а под этими глазами у тебя наклеены стразы.       вы все решили, что будете в одном стиле – в черных рубашках и с блестками на лице. у Сана стразы над и под бровью, будто прокол, у Уена, просто штук десять над бровями в линию. у Йеджи и Рюджин, конечно, макияж и стразы на щеках, так же как и у Чонина.       рубашки черные вы взяли у Чонгука и Тэхена, потому что сами таким богатством не располагаете.       – вот это да... я что попал на показ мод? – говорит Тэхен, когда вы теперь в переполненном составе встречаетесь на улице.       – мой любимый хен, смотри я в твоих джинсах и рубашке. классно, да? – отвечаешь ему с улыбкой. льстишь, конечно, это ты любишь. нет, ну он правда твой любимый хен, чего уж тут.       – Чонгук, ты один как уродец выглядишь. – Тэхен поворачивается на него, хлопая глазами. будто не он только что сейчас обосрал своего парня перед первокурсниками и друзьями.       – я то? ты себя вообще видел? надо было тебя дома оставить.       Чонгук отвечает безэмоционально, в своем репертуаре. пытается не вестись на провокации Тэхена, но выходит так себе.       – это вообще-то и мой университет тоже! хочу и прихожу на праздник. – Тэхен хмыкает, складывая руки на груди.       – да ты выпустился уже миллиард лет назад. живое доказательство того, что динозавры не вымерли.       Чонгук – Тэхен, счет один один.       все смеются над кривляньем парней. вот так и выглядит истинная любовь? когда вас расцепляют друзья, чтобы вы не поубивали друг друга.       – все-е, пойдемте уже ближе к нашему конкурсу. – тянет Уен Чонгука, а ты Тэхена.       Сан улыбаясь идет позади, рядом с перваками:       – у нас всегда так, не переживайте.       а ты так и идешь, смеясь, когда Тэхен все же отвешивает Чонгуку поджопник, и вы чуть все не падаете от этого.       – спасибо, что сказал. – кивает Йеджи.       народу уже заметно прибавилось с того момента как ты уходил краситься. вы с ребятами еле протискиваетесь через толпу. все уже глазеют, на пока еще не открывшиеся лавки с конкурсами, покупают разные напитки и еду приготовленную студентами университета.       сам праздник решили проводить в парке через дорогу от главного корпуса. там довольно много свободного места на площади, где вы как раз культурно и расположились вокруг одного колеса обозрения и еще пары аттракционов.       – итак, представляю вашему вниманию... – ты гордо встаешь напротив своего конкурса, расставляя руки в стороны. – будку поцелуев!       твои друзья хлопают, и ты радостно запрыгиваешь за стойку.       будка выглядит очень ярко, особенно с включенными лампочками. за твоей спиной находятся две небольшие стойки, которые будут разделять целующихся, а за ними на каркасе натянута красная ткань (найденная на барахолке). над стойкой за которой ты стоишь, располагается белая вывеска "kiss" тоже с лампочками. она даже мигает – Сан постарался.       Чонгук с Тэхеном восхищенно смотрят. больше, конечно, Тэхен. Чонгук так, в его обычно манере, мол, хвалить никого нельзя, а то зазнаются еще. хен же на похвалу никогда не скупится.       до начала ярмарки оставалось совсем немного. на улице очень душно, воздух густой, теплый, уже почти летний. ты издалека бегло смотришь как копошатся другие ребята-организаторы. машешь парню с соседней развлекаловки, у него это пулять дротиками в шарики с разного расстояния за призы, а потом машешь девушке, которой досталось вместе с подружками делать аквагрим.       уже стемнело. значит точно пора. людей становится все больше – ярмарка официально открылась.       Чонгук с Тэхеном разбрелись смотреть другие конкурсы, твои помощники спрятались за ширмой, так что пока остались только вы с Уеном. и, конечно, он как как главный экстраверт вселенной начинает очень громко говорить созывая всех присутствующих:       – шаг вперед дамы и господа! подходите ближе и познайте силу и нежность поцелуя с нашими прекрасными участниками! – люди заинтересованно подходят и переговариваются, а ты наблюдаешь за всем из-за стойки. Уен продолжает. – приобретайте билет и мятную конфетку. воспользуйтесь ей обязательно! – все смеются. от Уена так и веет уверенность и харизмой, пока он жестикулируя рассказывает. – всего пять долларов! количество билетов и поцелуев ограничено!       все снова смеются, и ты замечаешь, что заинтересованных людей становится все больше. парни и девушки рассматривают вашу будку, и конечно же ходящего туда-сюда Уена.       – как вы могли заметить, наша будка для поцелуев особенная. участники, которых вы поцелуете, будут в масках. – Уен подходит сначала к стойке слева. – во-первых, для дам: единственный и неповторимый Чхве Сан!       все аплодируют, и девушки визжат, когда Сан выходит и указывает пальцами на свое лицо и тело, мол, да-да, это я.       – хорошо-хорошо. – Уен проходит к другой стойке. – и для парней, невероятная Рюджин! – она мило машет, и отправляет всем воздушные поцелуи. парни, сложив ладони рупором, кричат ей комплименты. – ну же, начнем наш праздник! – наконец говорит Уен и все дружно хлопают.       очереди выстраиваются мгновенно. ребята кладут деньги в ящик с такой скоростью, что вы с непривычки не успеваете доставать конфеты с полки под стойкой.       Сан первый целует какую-то милую девушку и все хлопают. Рюжин тоже кокетливо берет парня за воротник рубашки и притягивает к себе.       все больше людей приходит, слетаясь на яркую вывеску, словно насекомые на сладости (хотя Чонгук, который снова пришел уже в разгар мероприятия, придумал другую аналогию про мух и...). ладно, не только на огни, но еще и на визги людей, потому что обычно к вам в будку приходили с друзьями, и, конечно, когда кто-то один целуются, все его поддерживают.       Йеджи сменила Рюджин, а Сана – Чонин. вам всем почему-то очень весело. атмосфера такая, знаешь, необычная. люди вокруг радуются, ликуют, постоянно хлопают и кричат, так что и ты вместе с ними, когда кто-то из твоих друзей снова целует очередного незнакомца.       Чонин поначалу очень стеснялся, особенно когда к нему подошла девушка с пирсингом языка (ты узнал это только потом), и твой друг переживал, что циркуляр ее украшения зацепится за его брекеты, но к счастью этого не произошло.       ну, а Йеджи просто брала и целовала всех парней первая. к ней даже один раз девушка подошла, но твоя подруга не растерялась. улыбнулась ей потом в поцелуй, и та радостно ушла.       тебя как ведущего тоже сменили, теперь там стояли Сан и Рюджин, а ты, за так называемыми кулисами, стоял "откисал". Уен тоже был рядом, весь такой заведенный и взбудораженный. ему вообще голову сносило от атмосферы. он отодвинул штору, чтобы взглянуть на очередь.       – ну что там? – спрашиваешь формально, отпивая воду из бутылки. вы молодцы, заранее закупились ей и оставили все за кулисами.       – там она! – вскрикивает Уен, смотря на тебя а, потом высовывает свою бошку обратно.       ты, повторяя его движение, высовываешься, смотря на очередь.       – вон там, видишь? в девчачей очереди.       да, конечно ты ее видишь. Лису и Дженни сложно не заметить, они прямо выделяются в толпе. эдакие дивы в ярких платьях и нарисованных на лицах аквагримом цветах.       ты не стал расстраивать Уена и говорить как Лиса поступила с тобой тогда в столовой. если он правда влюблен, то ему будет неприятно это слышать, тем более, если она враждебно настроена к тебе, это не значит что будет так же к и Уену, верно?       – сейчас очередь немного пройдет, – говорит Уен, не отрываясь смотря на девушек. – и я пойду, поменяюсь с Чонином, чтобы Лиса поцеловала меня.       хороший план, конечно, только вот тебя не покидает чувство, что, что-то сегодня пойдет не так.       ты улыбаешься другу и киваешь.       все будет нормально – подбадривающе поднимаешь большой палец вверх.       он попросил выйти тебя и сказать о замене когда придет время, и тебе стало как-то беспокойно, ведь ты сегодня ничего кроме "здравствуйте", и не говорил другим людям.       ладно. все ради друга.       – итак, – прокашливаешься, чтобы придать голову твердости, пока вываливаешься из-за кулис. – замена участников будки! – выходишь в центр обращая на себя внимание толпы. – теперь представляю вашему вниманию Чон Уена!       толпа хлопает, и Уен искрящийся от радости, спешит занять место Чонина. тот, в свою очередь, выдыхает – надеется отдохнуть. целоваться, знаете ли, тоже тяжело!       – эм, а никого нормального не будет что-ли?       ты поворачиваешься на небрежно брошенную фразу Дженни. конечно, только она могла такое сказать.       – мы сюда шли ради нормальных пацанов, а тут в итоге какие-то ноу неймы. – Лиса смеется после своих слов, будто правда пошутила.       Уен весь помрачнел. ты смотришь на друга, потом переводишь взгляд на Чонина и подруг. даже толпа смутилась и затихла, не говоря уже про вас.       – что будем делать? я к Уену даже не приближусь. – громко говорит Дженни, чтобы слышали все.       – я – тем более. – поддакивает Лиса, зыркая на того, типа проверяет реакцию. – Уен сегодня выглядит еще хуже чем обычно, я не собираюсь платить деньги за поцелуй с ним.       они хихикают, и тебя пробирает злость.       – у вас какие-то проблемы? – говоришь ты, обращаясь к двум стервам.       – что? проблемы с чем? – отвечают они, хмурясь. Лиса даже перестает чавкать жвачкой.       – ну, не знаю, со вкусом, там, например? – они молча слушают. – или что? не вдупляете? походу еще и с мозгами. проблемы.       кто-то в толпе одобрительно закричал тебе в поддержку.       – ты что, совсем берега попутал, зай. – Дженни пытается как-то вывести счет в свою пользу. – ты хоть знаешь кто...       – да мне как-то похуй. – пожимаешь плечами. – съебались отсюда. быстро.       в толпе кто-то еще и захлопал после твоих слов. Дженни попятилась назад, а Лиса все стояла, пропиливая тебя взглядом.       – а ты что смотришь так? – говоришь это со сцены. чувствуешь себя выше нее. – страшилок на конкурс не приглашали. я не хочу чтобы кто-то вроде тебя целовал моих участников, проваливай.       Лиса вся аж покраснела. от злости или стыда, кто знает.       – только попробуй еще сказать что-то в сторону Уена...       она уже не стала дослушивать. молча развернулась и протаскиваясь через толпу ушла прочь, следом за подругой.       – извините, теперь продолжим. – улыбаешься людям, которые стояли перед тобой в немом шоке. – на чем мы остановились? ах, да, на замене участника! Уен, надевай маску, Чонин, можешь отдохнуть.       ты сменяешь Сана на посту продавца билетов и выдавальщика мятных конфет.       к вам неуверенно подходит девушка, которая была в очереди сразу за стервами. у нее длинные светло-розовые волосы, и лицо такое кукольное, ты даже заглядываешься – она правда красивая. молча покупает билетик и встает напротив Уена.       ты видишь, что твой друг безумно нервничает. ладони бесконечно вытирает об брюки и мнется с ноги на ногу. конечно, как тут не понервничать, когда наговорили всякого перед толпой народа, так еще и девушка пришла целоваться с тобой.       – эм... привет... я надеюсь, что тебе нравится тот кого ты видишь. – неловко говорит он.       а она просто притягивает его к себе. все аж аплодировать начинают, после тебя, конечно. ты первый хлопаешь и визжишь.       – я надеюсь тебе тоже нравится. – девушка снимает с него маску, и Уен впритык смотрит ей в лицо, а потом взяв ее за подбородок снова целует.       все. шоу удалось.       ты весь искришься, радуешься за друга. конечно, не каждый день такое бывает.       Уен, в конце концов, сразу слинял с этой девушкой гулять. вы не стали возражать, кто вы такие вообще. всего лишь друзья, которые только и могут, что поддержать его. девушку, кстати, зовут Розэ, ну или Чхэен, как представилась она вам сама.       Чонина снова поставили целоваться, не успел он толком отдохнуть, и Сана за стойку, а ты пока ушел за кулисы, пополнять запасы конфет, да просто посидеть выдохнуть после такого стресса.       но тебе это толком не удалось, потому что, к тебе влетели Сан с Чонином. бросили свои посты, засунув бошки между штор, и впритык смотрели на тебя.       – срочно выходи! – у Сана глаза огромные.       ты молчишь, брови только приподнимаешь, мол, что?       – там... моя бывшая стоит в очереди, я не могу... не хочу с ней целоваться! Феликс подмени! – воет Чонин.       нет, ну тебе же правда в конце-то концов нужно было бы выйти на эту вашу сцену. делать нечего, пора целоваться.       ребята облегченно выдыхают, когда ты соглашаешься. Чонин стягивает с себя маску, нацепляя ее на тебя прямо на ходу.       что сказать, с закрытыми глазами некомфортно. чувствуешь себя уязвимо и не в своей тарелке.       Сан объявляет о замене парней, представляя тебя как Ли Феликса. все хлопают, и ты машешь рукой в толпу. вроде ничего такого, а страшно почему-то. голоса все сливаются, ребята разговаривают, шумят, слышно даже визги людей с других конкурсов. не разобрать ничего.       тебе кажется, что даже чувства обостряются. слышится все очень громко, и запах странный.       – эм привет. – неловко здороваешься, потому что это твой первый "клиент", точнее "клиентка", ты же будешь целоваться с девушками.       ты чувствуешь еще большую неловкость, потому что девушка напротив тебя все еще молчит. нет, ну она вроде бы и не должна говорить. надо уже покончить с этим побыстрее.       ты приближаешься через разделяющую вас маленькую стойку, чувствуешь тепло чужого тела и останавливаешься.       запах.       это запах знакомых тебе духов, которых ты даже название не знаешь, но ноги автоматические подкашиваются, когда ты чувствуешь его.       тебе на щеку ложится теплая ладонь, не позволяя отстраниться, и ты вздрагиваешь.       ты уже знаешь кто это. чувствуешь. каждой клеткой своего тела, которое тебя не слушается.       знаешь, кто это, но признаваться себе не хочешь.       чувствуешь его дыхание, и тяжело сглатываешь. он почему-то медлит. ты думаешь, разглядывает твои губы, не иначе. ты к сожалению, или к великому счастью, этого же сделать не можешь.       он вторую руку заводит тебе за голову, надавливая на себя, а ты упираешься в его грудь.       в грудь Чана.       сжимаешь рубашку на его груди, пальцами пробираясь до воротника.       голова вообще пустая. что-то было? злость? ненависть? точно не сейчас. сейчас ты окрылен.       рядом с ним ты всегда окрылен.       а еще ослеплен, свой невинной влюбленностью.       голову тебе эта влюбленность вскружила, будто ты первый кто ее чувствует, и она так отыгрывается на тебе за всех людей, когда-либо живших на планете.       – просто целуй. просто целуй, Кристофер. – не выдерживаешься ты, подтягивая Чана за воротник ближе к себе. почти рычишь, улыбаешься с вызовом, мол, ну давай же, ты ради этого здесь. не знаю что тобой движет, ровно столько, сколько не знаю что движет и мной самим, говоришь в мыслях.       и Чан целует.       ох, целует так, что у тебя сейчас глаза заискрятся. если бы не повязка, так все уже были бы осыпаны маленькими искорками. у тебя в животе такое чувство будоражит и щекотит, когда он языком проводит по твоему. когда немного отстраняется, а потом двумя ладонями берет твое лицо и целует с новой силой. сминает губы своими с жадностью, что ты не успеваешь отвечать, лишь сам крепко держишься за воротник его рубашки.       ты даже не слышишь звуков вокруг. все молчат? кричат? что все делают? да какая к черту разница. ты даже ног не чувствуешь, не говоря уже про то, чтобы слышать каких-то там людей вокруг. ты чувствуешь только эпицентр своей влюбленности сосредоточенной в губах, который Чан с таким трепетом целует.       боже, как же он целуется. еще немного и ты улетишь в стратосферу, а потом сразу и в сам открытый космос.       это и происходит, когда Чан сам снимает с тебя эту маску. ты видишь его огромные темные глаза, зрачки которых быстро бегают по твоему лицу. рот у него приоткрыт, губы ярко-розовые. воротник весь смят от твоих рук, и темные волосы растрепанны в разные стороны, так что со стороны может даже и не видно его покрасневших щек и ушей. только ты это видишь.       он улыбается, тяжело дыша, и перехватывает твою руку, хватая за запястье. после чего тянет прочь со сцены. ты даже не оборачиваешься. друзья тебе замену найдут, ничего страшного.       Чан ведет тебя вглубь парка, подальше от конкурсов и толп людей пришедших на ярмарку. там где вы наконец останавливаетесь, даже фонарей поблизости нет. оба тяжело выдыхаете, и ты наконец вырываешь свою руку из его хватки.       – зачем ты… зачем ты поцеловал меня? – ты как будто слышишь себя со стороны.       – мне захотелось.       – что значит захотелось? после того как ты назвал меня стремным? – ох, этот разговор в любом случае нужно было начать.       – я, я не… – отпирается Чан, но ты его перебиваешь.       – или может тебе захотелось сразу после того как меня обсерали в столовой, а ты молчал.       – я не мог, Енбок…       – не называй меня так. – строго отрезаешь.       неужели он все помнит…       – мне жаль, что между нами все сложилось так. – говорит Чан с досадой, но тебе что-то не верится. злоба возвращается.       – если бы тебе было жаль, может быть ты бы извинился, и не общался бы только с моими друзьями, избегая меня. – тебе уже хочется повысить голос.       Чан молчит, и ты думаешь, что ему тоже есть еще что сказать, но ты говоришь первым.       – если бы ты вел себя нормально, а не общался бы со мной "качелями", все было бы нормально. – закипаешь. – ты сам подумай: сначала говоришь, мол ты не гей, обжимаясь со мной в каморке, хотя я просто хотел подружиться, потом просишь поцеловать тебя на тусовке Хенджина, после чего сразу же избегаешь. болтаешь там с моими друзьями будто меня и не существует, будто ничего и не было. защищаешь меня от Чанбина, после чего я думал что все, неужели я смогу с тобой сблизиться, так нет же, обсераешь меня перед студсоветом, после чего еще добиваешь случаем в столовой.       тяжело дышишь, смотришь на реакцию Чана, а он глаза в землю, и ладонь к тебе тянет, хочет за руку взять, только ты ее одергиваешь.       – еще и сейчас что творишь? целуешь меня перед толпой? что пытаешься этим доказать?       – ничего не пытаюсь… – он поднимает глаза. – ты мне…       – ничего не пытаешься? тогда почему оставил меня одного организовывать этот конкурс.       ты чувствуешь себя паршиво-разбито. хочется заплакать, ком уже подкатывает к горлу. почему все так? даже если бы сейчас Чан извинился, ты бы еще подумал. но он стоит как истукан, слушая все предъявы.       – Феликс, я хотел сказать что ты мне правда…       – тебе плевать на мои чувства. если бы я тебе правда, ты бы не вел себя со мной как с игрушкой. захотел оттолкнул, захотел притянул! я тебе будто вещь какая-то, делай что хочешь, я на все отвечу. – задыхаешься, делаешь паузу. – иди нахуй, Чан. даже слушать тебя уже не хочу. ты достаточно сказал и сделал за это время.