Часть 1
18 ноября 2021 г., 21:24
« — but the most important?
— watch up to sammy. yeah, I know»
одинокой лунной трассой, заболевший в летний зной, я бреду в огонь прекрасный, разрушаю мир собой. плачут ивы, плачут звезды, тучи гроздятся гурьбой. одиноко, тускло, серо — больше нет пути домой. я безумие вдыхаю, поднимаю пыль и гром. меня боги презирают, оставляют на потом. мои руки в черной крови, и взбешен мой дикий взгляд. может быть, и путь я знаю, только не хочу назад. мне не так уж много надо, если честным быть с собой. моя личная награда — ветер северный, живой. он свистит в моей одежде, он стремится в небеса, может даже вложить сможет что-то да богам в уста. насмехаясь над судьбою, пью со смертью терпкий ром, со жнецами мы на воле разделили общий дом. я в безумии прекрасен, я бесстрашен, я смеюсь я рыдаю, когда страшно. но уже — не преклонюсь. не склонюсь я пред заветом, старым, дряхлым стариком, не склонюсь ни здесь, ни где-то — ни по воле, ни силком. пусть взревет почище зевса воли истинной клинок, в этих битвах, в этих чащах я исполню свой зарок. я навечно сохраняю твое тело пред собой. его демоны ломают, взвившись яростной сворой. тонким шелестом сережек на березовых ветвях я услышал твою просьбу, знаю твой последний страх. тонны черных клубов дыма! я стою, едва дыша. мои легкие рвут крики, тело рвет моя душа. вырывается грудною клеткой в поле вмиг она — и исчезнет за тобою, в ада грозные врата. я недвижен, я бессмертен, замираю я скалой, мои груды черных склонов режет воющий прибой. буйством скалится природа — призываю ураган, и разверзнуть землю грешну был ему приказ отдан. знаешь, в первое мгновенье, перед пламенным дождем, вовсе не было стремленья тем богиням быть вождем. громыхая, сотрясая божью твердь передо мной, грозно тучи наступали, предначертан мне был бой. только вспомнив твое сердце, твоих глаз азарт живой, всколыхнулась во мне воля предвечерней теплотой. разливаясь мягким светом по изранненым глазам, собирала она слезы, веря ломанным следам. твоя твердая походка все мелькала с немотой, и в глаза все лезла челка. я все думал: ты — со мной. только я не слышал смеха, я не слышал звонкий глас, чтобы возвратить все это, я тебя из ада спас. бились с богом мы три года. с люцифером — целый век. где же видано, сказали, чтоб в аду был человек! и велели возвращаться, обернувшися душой, с этим телом распрощаться, обрести покой земной. ты же был тут где-то, рядом. обессиленной порой я к тебе все обращался, умолял: вернись домой! но моя душа исчезла, спрятана за семь замков, с твоей делит заключение в цепь железную оков. лязг металла, зубной скрежет, сера, копоть, сажа, дым. тела демонов пронзаю я с намереньем благим. глаза стелет туман битвы, руки рвут живую плоть. подбираясь к вратам ближе, кистью твердой схвачу кость. и свергая гневом диким с плетей кованых замки, озаряю небо светом, раздираю я тиски. я вхожу в прекрасну залу, небо льется с потолка, всюду демоны рыдают, корчат черные бока. их сияющие яства, кубки, живопись, вино — все в бесчестье, в беспорядке, изувечено давно. здесь колонн ряды коринфских, фризов длинный коридор. в удивительном искусстве поджидают грех и мор. крошкой рушатся под землю древних скульпторов следы, я в аду; но словно где-то, где сейчас взойдут цветы. есть такое впечатленье, накрывает с головой, демонское ль то забвенье, или, может, мир иной, но вот только точно знаю: это место — не финал. это место оскорбляет масок черных карнавал. изгибаясь с волчьим хрипом, рвутся демоны за мной, ногти их скребут дорожки на искусной мостовой. здесь падет чудес завеса, здесь царит вовечно мрак, и греховные порывы грязных душ вершат здесь брак. я, почти решив остаться, озираюсь, изумлен. как могло мне показаться, что я адом был пленен? твои руки вырывают из сознания стрелой все губительные мысли. что ж ты делаешь, герой? мягким, легким лунным светом освещаются черты, те, что я узнаю с детства, те, что с детства носишь ты. ты высокий, как и прежде, и немного впечатлен. я не чувствую вселенной. только знаю, что влюблен. вижу, знаю, но забуду, как на дне твоей души скопом плещется обида, воют демоны в тиши. небо льется столпом света, свет искрится в наготе, свет мерцает в аду где-то, пока я спешу к тебе. и влетаем мы друг в друга, неразлучные всегда, слышу, как забилось сердце, словно это все — игра. словно мы с тобою дети, и пускай нам лет по пять, словно лето, речка, мама, и бежим во двор гулять. даже здесь, среди разрухи, среди мора и чумы — в месте том, где обитают человечества грехи, ты все так же со мной дышишь, и найду я мир с огнем, в одном, знаешь, в одном только нахождении вдвоем. твои руки тоже в крови, и взбешен твой дикий взгляд. вот теперь и ты путь знаешь, и теперь — хотим назад. теперь, в день, когда с тобою не свели нас небеса, знаю, что я ад взрываю за одни твои слова. и в тот миг, когда отвергнет бог опять мою любовь, когда спросит, почему я попрекаю все его запреты вновь, когда знать он пожелает, чего стоила судьба, я скажу ему: взгляните в брата моего глаза.
