Страшно и больно

Тихо. Даже слишком. Эта тишина съедает меня заживо. Ещё пять минут и я сойду с ума от этого молчания. Но теперь некому шуметь, кроме дождя. Мне надо жить и это приговор на мне. Это словно кандалы. Я не хочу больше жить! Я не делала ничего плохого, но в то же время я отобрала их жизни за мою. Это неправильно, не так всё должно было кончится! Мне одиноко, грустно и тоскливо! Я чувствую вину, она тянет меня на крышу, но я не могу умереть. Ведь двое людей заплатили за то, что бы из нас троих выжила я. Зачем так получилось? Не понимаю. Я виновата. Я виновата. Я виновата. Умереть нельзя. Умереть нельзя. Умереть нельзя. Надо себя перетерпеть. Надо терпеть!       Очень хочется спать. Веки тяжелеют, в глазах темнеет, голова болит, в ушах звенит. Я накрылась одеялом и последнее, что я увидела, это таблетки. Таблетки? Откуда? Неужели я сделала это, сама того не заметив? Но как? Когда? Почему я не контролировала себя? Я… Я случайно, я не хотела. Я даже не поняла, когда я успела. Простите, не удержалась. Но это должно было случиться. ***       Я открываю багажник машины. Двое парней, которых мне дал мой босс, неуклюже перетаскивают труп в пакете. Чёрная ночь прячет моё дело от чужих глаз. Я уже собираюсь садится в машину, но вдруг я слышу шорох. Это не ветер и даже не дворовая кошка. Я опускаю руку в карман и отхожу чуть подальше. Только я сделала шаг, на дороге оступился какой-то парень и упал передо мной. Он становится на колени, смотрит на меня своими щенячьими глазками. Он нёс стандартную брехню, про то, как он хочет жить, что никому ничего не скажет. Однако убивать — это моя работа, мой труд, за который мне платят. И свои заказы я всегда выполняю на совесть, ради своего же блага! И я не могу допустить ни помарочки в своём ремесле. Я хороший работник. Не один десяток жертв был отправлен в мир иной моими руками. Так что я привыкла ко всем этим сопливым предсмертным речам.       Но… ведь это простой мальчик, он ни в чём не виноват. Почему собираюсь спустить курок? Что, если бы я была на его месте? Он всем сердцем хочет жить! Почему мне надо ему помешать? Почему он заслуживает смерти? Он человек. Это важнее, чем то, что он нас заметил. Целая жизнь дороже моих обстоятельств. Я не стану убивать живого человека.       — Я не должна его убивать —       Неожиданно я заметила нечто странное в его лице, оно мне знакомо. Даже более, чем знакомо. Щемит в голове, со мной что-то не то. Он мне… дорог? Я не знаю, это чужое чувство, будто что-то ёкнуло. Такого не должно было быть! Кто он? Что было до того, как мы пришли сюда? Чей труп сейчас прячут? Почему я занимаюсь этой работой? Где я? Кто я? Что я такое?       Это же Гриша. А я Дина. И я не убийца, и он не убийца. Это сейчас была не я, это был кто-то другой. Я не стану убивать своего друга.       Я опустила пистолет от его лба и глядела на него с некой благодарностью. Он убежал. Я отстранилась, словно от гипноза, и старалась понять произошедшее. Когда я обернулась, не было уже ни машины, ни трупа, ни двоих. Небо посветлело. Я гляжу наверх, на этот прекрасный бледный рассвет и осознаю нечто очень важное, нечто что я никогда не чувствовала. Я иду вперёд. *** Я еду в лифте. Когда я обращаю внимание на своё отражение в зеркале, меня посещает что-то между отвращением и непониманием. Это не то лицо, которое я ожидал встретить. Я открываю дверь на крышу многоэтажки. Передо мной огромный город, полный ночного освещения, вечной суеты и людей. Красиво. Очень красиво! Но я не чувствую себя частью этого бурного мира. Я ошибка, меня не должно существовать. Мне страшно и больно.       Стою на краю, вспоминая что-то размытое, что-то, что я забыл. Я ещё раз осматриваю весь вид, будто ищу что-то определённое, что мне необходимо как воздух. Я смотрю вдаль, я жадно разглядываю каждую деталь, в опьяняющей надежде что-то найти. То, что я вижу, сейчас вдохновляет меня. Зачем мне прыгать? Почему я думаю, что хочу умереть? Я имею право на жизнь, как любой человек! И я хочу жить не потому, что мне есть зачем, а потому что я простой человек! Это часть меня — жизнь и стремление к ней! Если я пока отречён от этого всего, я буду стараться это исправить. Я хочу влиться в этой мир! Что бы не было за моей спиной, всё можно изменить! Я не должен сдаваться! Может мне трудно, но надо подождать. Я добьюсь своего! — Я не должен умирать —       От внезапно вселившейся в меня воли к жизни, я вспомнил, кто я такой. Я Гриша, но проживаю чужую судьбу. Я резко осмотрел свои руки. Потом я увидел необъятное светлое небо. Нежное, доброе. Оно будто было со мной, оно было за меня. Опустив взгляд, я уже был в своём городке. Я иду вперёд. *** Идёт снег. Пушистый и белый. Кладбище. Стоит Диночка в чёрном, а позади неё парень, которого я когда-то застрелил. Она грустная, молчит. Он кладёт руку ей на плечо, успокаивая. Она ему улыбнулась, будто не ожидала этого. После она тяжело выдохнула, приобняла его и отошла к машине, возле которой стоял мой брат. Парень постоял ещё чуток и тоже ушёл. Они продолжают жить, они не остановились, их что-то ждёт. Я посмотрел на гробовую табличку — написано моё имя.       — Я рад, что когда-нибудь уйду —       Человек не вечен. Ничто не вечно. Я поднял голову и встретил спокойный мирный рассвет. Он будто обещал остаться со мной после смерти. От облегчения, я прикрыл глаза, а когда открыл, был ещё живым, в своём городе. Я иду вперёд. *** В конце концов они все трое вышли на одну улицу. Словно ничему не веря и думая, что это сон, они переглядывались друг с другом. Дина чуть неспокойно пялилась на холодную лужу, в которой отражались кочующие облака. Она аккуратно опустила рукава и заворожённо глядела на свои руки. На них не было ни часов, ни шрамов. Она не сдерживала своей улыбки, отчего Гриша и Дядя так же смотрели на свои кисти. Все трое были свободны жить. Каждый на минуту задумался о своём, попрощался с этим кошмаром, приготовил себя к тому, что его встречает будущее. Они молча разошлись, каждый в свою сторону. *** Зимой моего дяди не стало. Он скончался от сердечного приступа. По крайней мере, мне так сказали, и я хочу так верить. Мы похоронили его на кладбище того же городка. Когда я его провожала в последний путь, мне не было слишком грустно или слишком больно. Я была спокойна, за то, что теперь в покое он. Пройдя то, что прошла, я научилась ценить жизнь и смерть, ставить грань между этими берегами. Я свободна, мой дядя свободен. И Гриша тоже свободен.