Рыковы. Новая жизнь.

День в семействе Рыковых выдался на удивление спокойным. Если можно отнести к спокойствию то, что командование парадом полностью отдано Анечке. Эта милая крохотная девчушка с глазами цвета лазури, золотыми локонами,  точёным носиком и очаровательной беззубой улыбкой изрядно проверяла родителей на стрессоустойчивость. Вот и сегодня Анна Павловна требовала к себе внимание с самого утра, выражая  недовольство громким плачем. -Рыков, просыпайся - буркнула сквозь сон Арефьева. -Оль, ну чего ты опять начинаешь, дай поспать - недовольно пробормотал Паша. -Паш, сейчас твоя очередь, я пол ночи не спала,  глаз не сомкнула, укачивая её, пела ей колыбельные, а она —  ни в какую. Уснула под утро только. Рыков поцеловал жену в щёку, заботливо подоткнул одеяло, затем он осторожно подошёл к кроватке. Анечка смотрела на папу, точно заворожённая, широко раскрыв глазки. Паша оказался прекрасным отцом: он менял ей подгузники, кормил, купал, наряжал, читал обожаемой дочурке сказки и пел колыбельные песенки, а главное — на его руках Анечка быстро успокаивалась, переставала плакать и улыбалась, подобно чеширскому коту,  хлопая ресничками. -Солнышко моё, что за истерика? Что за саботаж? - сказал Павел, держа малышку на руках. Разумеется, глупо ожидать ответа на подобный вопрос от ребёнка в возрасте четырёх месяцев. Затишье было недолгим, Анна Павловна проявляла характер так, как умела: плакала, кряхтела, норовила освободиться от папиной ласки и крепких объятий. -Маленький, мы так с тобой маму разбудим, а ей это ох как не понравится - обратился Рыков к дочери. Паша принял решение приготовить завтрак для любимой жены, Аню он взял с собой на кухню, разместив дочку в переноске. Он стоял у плиты и напевал: "Мы ж тебя кормили, мы ж тебя поили. На ноги поставили, танцевать заставили". Аромат яичницы с беконом заполонил квартиру, Ольга проснулась и присоединилась к семье. Сегодня Ольга Кирилловна была необычайно красива: нежные локоны спадали на плечи, в небесно-голубых глазах читался залихватский задор, а на плечах красовался накинутый плед - оттого выглядела она по-детски наивно. -Госпожа, прошу к столу, завтрак готов - позвал Ольгу Павел. -Паша, я тебя обожаю! - сказала Арефьева. Пара села завтракать. Едва успев притронуться к пище, супруги прервали трапезу. Анечка снова заплакала. Оля и Паша поочерёдно качали дочь на руках, не понимая, чего та от них требует. Сегодня не работала даже сверхспособность Рыкова утихомиривать дочь одним лишь взглядом