На своих местах

      Оливия проснулась с чувством полной сухости во рту. Она некоторое время прижимала ладони к глазам, периодически потирая их. И когда наконец отняла руки от лица, свела брови у переносицы, оглядывая пространство вокруг. К носу пробился запах пороха и чего-то до искр в сердце близкого. Зрение сфокусировалось. Две рыжие макушки. Она снова в комнате близнецов. И, Мерлинова борода, в рубашке Джорджа! Застёгнутой поверх почти голого тела. Оба брата спали на животах с двух сторон от неё. Скорее всего кровати оставались сдвинутыми ещё с прошлой ночи. Лив тихонько села, пробегаясь взглядом по их широким, рельефным спинам, залитым полосками пробивающегося солнечного света.       Как она оказалась в их комнате? Почему в рубашке Джорджа? Что вообще было после последнего осушённого стакана виски, который она помнила? И главный вопрос - что произошло этой ночью? Она уставилась на шею Фреда. На видимой её части красной отметиной выделялся след то ли от засоса, то ли от чьих-то хватких пальцев. Пояса парней были закрыты лёгкой простынью, но остальное тело каждого оголено. Незваная догадка прокралась в голову Оливии. Не-не-нет. Нет. Они не могли переспать. Эймс усиленно начала перебирать в памяти события прошлой ночи. Но после очередного глотка огневиски и смеха Джинни на фоне всё куда-то уплывало.       Как она могла? Вот так легкомысленно провести свою первую ночь с ними. Она же даже ничего не помнила. Почти ничего. Где-то в глубине воспоминанием пронеслось ощущение крепких рук Фреда на её талии, за ним руки Джорджа, скользящие по её ключице и ещё несколько плохоочерченных видений. Она не должна была этого делать. Не просто не так, не при таких обстоятельствах, но и вообще. Она ведь ясно помнила реакцию той старой волшебницы вчера. Помнила, как в голове её в ту минуту промелькнуло опасение, что точно так же на них посмотрят и их родители. И после всего, что она поняла в тот момент, она просто перечеркнула всё и отдалась эмоциям.       Джордж пошевелился во сне, перекладывая голову на другой бок. Лив поняла, что нужно уходить, пока они не проснулись. Она осторожно слезла с кровати, сняла с себя рубашку, подавив при этом желание вдохнуть поближе доносимый от неё аромат, сгребла свою одежду и, прикрывая ей оголённую грудь, вышла на цыпочках в коридор, откуда трансгрессировала в ванную. Сталкиваться сейчас с кем-то не хотелось, да и было не уместно, учитывая её вид.       После ванны она вернулась в свою комнату, встретив там только Гермиону. Эймс не успела поинтересоваться, где младшая Уизли, как та появилась на пороге.       - Я смотрю, не одна я ночевала не у себя, - хитро проронила та. Судя по её настроению, у них с Гарри ночка задалась.       - Я такая дура! - в отчаянии произнесла Лив. - Вы не представляете, что я натворила. - И она рассказала им о том, что было утром, и что ничего не помнит до него, заключив рассказ выводом, что эту ночь они с близнецами провели вместе.       Джинни и Гермиона не знали, как реагировать. Они были приятно и сильно удивлены. Им очень хотелось порадоваться за подругу, но они видели, что ту пожирают неоднозначные чувства.       - Слушай, не знаю, что было у них в комнате. Но то, что было в "Трёх мётлах", я отлично помню. Я ведь выпила меньше всех. Мы просто хорошо проводили время, веселились. Ничего особенного, кроме того, что ты, как и хотела, "надралась", - процитировала её Грейнджер. - Когда мы собирались домой, ты, впрочем как Рон и Джинни, уже нетвёрдо стояла на ногах.       - Опс, позвольте вмешаться, - вставила Уизли. - К моменту, когда мы остались с Гарри наедине, я значительно протрезвела, - она буквально светилась довольством.       Гриффиндорки одарили её многозначительными понимающими улыбками, и Гермиона продолжила:       - Так вот, мы собирались домой, и Фред подхватил тебя на руки. Близнецы, конечно, тоже пили, но, видимо, меньше, чем вы трое.       - Или им доза нужна побольше, - вскользь ухмыльнулась Эймс.       - Поэтому Фред крепче держался на ногах. Он сказал что-то вроде того, что обещал донести тебя до кровати. Но ты же особа гордая, - хмыкнула улыбаясь Гермиона, - даже в таком состоянии и при том, что влюблена в него, не дала этого сделать. Ты начала просить его отпустить тебя. Но он не соглашался. Тогда ты запротестовала, ёрзая в его руках, а потом, судя по всему, либо поцарапала, либо ущипнула его за шею, - лицо Оливии прояснилось. Так вот откуда красная отметина. - В конечном итоге он сдался. И ты, хоть и шаткой, но довольной походкой пошла на своих двоих.       - А как я в их комнате то оказалась? Вы, две свахи, отпустили меня? - с лёгкой укоризной посмотрела Эймс на подруг.       - Я до своей комнаты вообще так и не дошла, - ответила Джинни.       - Мы зашли сюда вдвоём и уже, вроде как, собрались спать, немного поболтав, - сказала Гермиона. - Собеседник из тебя выходил, конечно, так себе. Ты уже съедала половину слов и немного клевала носом. Мы поговорили и молча лежали каждая в своей кровати. Ты так вертелась, всё не могла улечься. И спустя несколько минут вдруг выбралась из своей постели, пробубнив их имена, и вышла из комнаты в одних трусиках и футболке. Я подумала, что тебе стало нехорошо, и ты ушла в ванную. А потом, почти сразу, я уснула.       - Тут всё и обрывается, - подвела итог Лив, - а что было дальше, знают только Джордж и Фред. Ладно. По крайней мере небольшой пробел заполнился. И теперь понятно, откуда красный след на шее Фреда и мелькающие в голове картинки его рук на мне.       Девушки ещё недолго поговорили о Джинни и Гарри и отправились завтракать. Лив немного задержалась, приводя себя в порядок после принятия ванны. Она вышла из комнаты и повернулась закрыть дверь. Её перехватили крепкие руки и, развернув, прижали к стене.       - Доброе утро, - весело произнёс Фред. Он опёрся рукой о стену с левой стороны от Лив, нависая над ней. Джордж сделал то же самое с правой.       - Ушла утром, не дождавшись и не разбудив нас, - сказал младший.       - Мне нужно было в ванную, - сердце возвращалось к обычному ритму после скачка. Потребуется время, чтобы привыкнуть к их тяге так неожиданно появляться.       - Тем более стоило нас разбудить. Сходили бы вместе, - заигрывал Фред.       - Больше не будет никаких "вместе", - ответила Оливия. - Я не должна была вчера приходить. А вы не должны были пользоваться тем, что я пьяна.       - Так что же, нам стоило выставить тебя за дверь? Ты ведь не хотела, чтобы тебя носили на руках. А сама бы ровно ты точно обратно не ушла. Да и уснула почти сразу.       - И кроме того, мы не против, если ты и сегодня придёшь. И завтра. И вообще переберёшься к нам.       - Нет, - испуганно ответила Эймс. - К вам я больше ни ногой. А за вчерашнее мне будет стыдно до конца жизни.       - А за что тебе стыдно? За ту фразу про рубашку? Так это было мило, - прокомментировал Джордж.       - Какую фразу?       - Подожди. Ты вообще хоть что-нибудь помнишь?       Оливия виновато покачала головой.       - Тогда позволь поведать тебе эту увлекательную историю, - начал Фред, и оба убрали руки от стены. - Вчера мы выполнили свой долг и проследили, чтобы ты благополучно добралась, хоть и не до кровати, но хотя бы до комнаты. И ушли в свою. А когда уже разделись и собирались раздвинуть кровати, зашло твоё пьяненькое, красивое тело. Ты сказала, что в своей кровати тебе без нас пусто.       - И что ты принимаешь приглашение переночевать с нами, - продолжил Джордж. - Ты поплелась к постели и вдруг увидела мою рубашку на стуле. Пробубнила, что весь вечер мечтала снять её с меня, - улыбался он, - и стянула с себя футболку.       - Не волнуйся, ты стояла спиной к нам. А если бы лицом - мы бы отвернулись, - заверил её Фред.       - Надела мою рубашку на себя, долго копошась с пуговицами. Знаешь, ты чертовски милая пьяная. Потом залезла между нами. Я застегнул ещё пару верхних пуговиц, чтобы ничего не открылось, - тут у Оливии сошлось, откуда воспоминание прикосновения его рук. - И ты почти сразу уснула. А после и мы.       Что-то размером с огромный камень свалилось с её души, захлёстывая чувством облегчения. Ничего не было. Ей просто хотелось уснуть рядом с ними. А они, как она вообще могла так плохо о них думать, они не тронули её. Она глубоко выдохнула.       - А утром тебя и след простыл. Как нюхля после кражи.       - Надеемся, сейчас ты не собираешься сбежать.       Она расплылась в самой довольной улыбке:       - Собираюсь, - и рванула мимо них на лестницу.