О совместном отдыхе

Луч уже заходящего солнца скользил по комнате, пробиваясь сквозь неплотно закрытые шторы. Если бы кто-то из случайных прохожих заглянул через окно, то первым делом увидел бы женскую щиколотку, которая высунулась из-под тонкой простыни, служившей подобием одеяла. На кровати лежала Ирина Алексеевна Павлова, впрочем, лучу солнца, потревожившему её сон, это вряд ли было известно, как и любому случайному прохожему. Белая простыня была натянута практически до подбородка, светлые волосы разметались по подушке, а ресницы слегка подрагивали. Ирина, почувствовав сквозь веки солнечный свет, заворочалась на постели. Мозг жадно пытался уловить последние секунды сна, однако попытки закончились крахом. Ирина, вытащив руку из-под простыни, начала нащупывать ладонью воздух, пытаясь найти тумбочку. Когда же пальцы наткнулись на деревянную поверхность, появилось осознание — что-то не так. Приподнявшись на одном локте, Ирина, не без труда открыв глаза, дернулась. Находилась она не в своей квартире, и пришлось потратить пару секунд на то, чтобы принять этот факт. Еще несколько ушло на воспроизведение в памяти событий вчерашнего дня. — Толь! — крикнула Ирина, приняв сидячее положение и нащупывая ногами шлепки, — Толя… Ответом ей послужила тишина, в которой едва различалось пение птиц, доносившееся с улицы. Посидев несколько минут в прострации, Ирина, оттолкнувшись ладонями от постели, направилась в сторону ванной комнаты, расположение которой успела запомнить еще вчера вечером. Дверь поддалась легко, оповещая таким образом о том, что внутри никого нет. — Ничего себе, — пробормотала себе под нос Ирина, начиная оглядывать помещение. По правую сторону от входа тянулась столешница с двумя раковинами, чуть выше находилось зеркало, в котором отражалась просторная ванная, в углу спряталась душевая кабина. Но больше всего Ирина удивилась второму выходу, который представлял собой открытую прозрачную дверь, которая вела на террасу, где находился бассейн под открытым небом. В воздухе чувствовалась влажность. — Надо же, чего только и не придумают, — удивленно проговорила Ирина, делая медленные шаги по помещению. Выйдя на террасу, медленно огляделась, пытаясь понять, будет ли её видно со стороны улицы, однако возведенные стены, примерно в три метра в высоту, укореняли в сознании тот факт, что при строительстве гостевых домиков всё было учтено. «Да, господин Алеников… вы себе не изменяете… а обедают здесь, подозреваю, золотыми вилками?» Ирина усмехнулась собственной мысли, продолжая оглядываться и вдыхать свежий воздух — вот и причина столь продолжительного сна. На остров опускались сумерки. Не сумев совладать с собственным любопытством, Ирина, сделав пару шагов вперед, присела, опустила правую ладонь в воду, дабы прочувствовать температуру. «Интересно, а океан теплее?» — промелькнула мысль в голове. Несколько секунд Ирина бездумно водила рукой туда-сюда, завороженно наблюдая за легкими брызгами на воде. Всё вокруг было в новинку. Оторвавшись, наконец, от такого занятия, она вернулась в ванную комнату, желая направиться в душ. Тело положительно откликнулось на слегка прохладную струю воды — Ирина только сейчас осознала, как ей было жарко всё это время. Прикрыла глаза, желая немного передохнуть от той маленькой дозы полученных впечатлений… «И это я еще даже не видела пляж, океан… сам остров… а что там было написано на сайте отеля? Тропические рыбы практически у берега, и не нужно заплывать далеко…» До самого последнего момента, даже пройдя досмотр в аэропорту, Ирина сомневалась в правильности своего решения. Прошлый и совсем недавний полёт на самолёте не привёл ни к чему хорошему, а в этот раз ещё и девять часов в замкнутом пространстве на огромной высоте. Анатолий, замечая её нервозность, искренне старался сделать так, чтобы снизить тревожность, предпочитая засыпать Ирину всей информацией о месте их отдыха, не забывая делиться планами на ближайшие пять дней. А ещё не отпускал её от себя ни на секунду, предпочитая даже в вип-зале обнимать за талию, пока они сидели на небольшом, но уютном диванчике, пили кофе и пытались вникнуть в фильм, транслирующийся по «общему» телевизору. Постепенно Ирину отпустило, а в самолёте она и вовсе смогла погрузиться в чтение книги, случайным образом выбранной из домашней библиотеки. Вот только поспать удалось часа два, а одним лишь перелётом дело не закончилось. Дальше последовало непродолжительное, но всё равно нервное для Ирины путешествие на катере от аэропорта до нужного острова. Впрочем, к тому моменту, в голове уже были мысли о предстоящем сне. Почувствовав прикосновение к талии, Ирина резко дёрнулась, распахнула глаза, понимая, что вновь провалилась в мир грёз слишком глубоко. — Тише, — мирно проговорил Анатолий, касаясь губами виска, — чего ты дёргаешься? Это я, — прикосновение губ к шее, мгновенно вызвавшее мурашки. После прогулки по острову, с непривычки, появилось желание освежиться, однако сейчас все мысли ушли в другую сторону — очень нужно было сделать так, чтобы этот отпуск плодотворно повлиял на развитие отношений. Ирина выдохнула, ощутив нарастающий темп сердечного ритма. Сделала глубокий вдох, стараясь не теряться сейчас из-за прикосновений таких знакомых рук… которые, она не сомневалась, слишком хорошо знают, что с ней делать. Вызывало недоумение и привлекало одновременно. — Нельзя же так пугать! — проворчала она, выдыхая, — мало ли, кто может быть… что-то вас, Анатолий Борисович, я не наблюдала в номере! — от небольшого нервного потрясения показалось, что вода стала ещё холоднее. Раздался тихий смешок. — Изучал территорию… не будить же вас, Ирина Алексеевна… как спалось, кстати говоря? — ладони не собирались отпускать талию, — на новом месте? — сделал акцент на второе слово, в то время как подушечки пальцев медленно водили по животу Ирины. Анатолий считывал каждую реакцию, даже секундную. — Спалось чудесно… но немного жарко было… в этом рае есть кондиционер же? Я так долго не смогу, — изо всех сил пыталась сдержаться и не поддаваться на столь очевидные провокации… по крайней мере, надеялась хоть немного побыть неприступной. Анатолий снова улыбнулся, прикрывая глаза и упираясь лбом в макушку Ирины, вдыхая чуть выветрившийся запах духов, а его ладони активизировались, начиная изучать её тело. Одна медленно скользила выше, желая атаковать грудь, вторая же опускалась по податливому телу. Соскучился всё-таки. Губы вновь опустились на шею, скользя по вене, затем опустились на плечи — атаковывали каждый миллиметр влажной кожи. Ирина растерянно замерла, в который раз ругая себя за то, что связалась с человеком, который слишком хорошо знает нужные точки на её теле. Сердце вновь стало стучать быстрее, а вода, лившаяся из душевой лейки, установленной в потолке, по ощущениям стала горячее. — Толь… — на выдохе сказала Ирина, сделав шаг назад, тем самым окончательно уперевшись в него, — а можно я как-то… закончу? — А я тебе мешаю? — губы коснулись лопатки, одна ладонь плавно скользнула к груди, чему лишь способствовал нанесенный минутой ранее гель для душа. По телу Ирины пронеслись мурашки, что не укрылось от Анатолия. — Не… — с влажных губ сорвался хриплый выдох, — мешаешь. Раздался тихий смешок. — Так мешаю или нет? — бархатный шепот на ухо, ладонь медленно добралась до низа живота, замерла, слегка затаившись, — определись, — последовало легкое прикосновение к груди. Ирина с бешенной скоростью утрачивала контроль над собственным телом, которое реагировала на каждое умелое прикосновение Анатолия. Зрение утратило фокус, а голова непроизвольно откинулась назад, устроившись на плече. С каждой секундой дыхание становилось глубже, грудь вздымалась выше, что не могло не радовать Анатолия. Казалось, что он ведёт свою игру, и сейчас счёт в его пользу. На губах Ирина возникла слабая улыбка, свидетельствующая о том, что её обладательница получает удовольствие. Адски хотелось сейчас отдаться наслаждению, удовольствию и, безусловно, яркой разрядке. С пересохших губ сорвался приглушенный стон — реакция на слишком умелые движения пальцев. — Аккуратнее, — тихий голос Анатолия, в котором был слышен абсолютный контроль над ситуацией. Ему нравилось наблюдать и чувствовать реакцию на все свои действия. Ирина выдохнула, одна ладонь упиралась в холодный кафель, вторая, подрагивая, коснулась внешней стороны запястья Анатолия. Вода, шумящая в душе, служила отличной звукоизоляцией. Хотя и прятаться было не от кого.

***

Сумерки окончательно окутали остров слишком быстро, что было характерно для этой местности. Однако Ирину это не устроило — было немного грустно, что первый день вполне заслуженного отдыха прошёл так быстро. — Ты спать не хочешь? — поинтересовался Анатолий, убирая в карман телефон, когда они с Ириной вдвоём покинули террасу, где до этого ужинали. — Нет, я же днём поспала. Не сказать, что Ирину совсем не устраивал подобный расклад — после последних событий в жизни перерыв был необходим, расстраивало только потраченное на сон время. Хотя душ оказался бодрящим во всех смыслах этого слова. — Ну, Ирина Алексеевна, — Анатолий мягко приобнял её за талию, начиная уводить по узкой дорожке в сторону шумящих волн, — есть такое явление как джетлаг… если ты проснёшься в пять утра, не вздумай меня будить. — Конечно, мы же сюда прилетели, чтобы спать, — ворчливо отозвалась Ирина, позволяя уводить себя в сторону океана, тем более, им так и не удалось дойти до пляжа, если не считать ночного катера. — Ну, вот с завтрашнего дня, — усмехнулся Анатолий, — как-нибудь разнообразим нашу культурную программу. Ирина бросила на него быстрый взгляд, давя в себе желание вставить едкую шпильку в отношении «культурной программы», но быстро передумала — в конце концов, иногда действительно можно думать о чём-то другом. По мере приближения пляжа, запах океана чувствовался в воздухе всё более отчётливо, был полный штиль, вода еле-еле омывала берег. Ирина дёрнулась, почувствовав песок между стопой и резиновой поверхностью шлёпок. — Ты поэтому сказал не брать ничего хорошего из обуви? — буркнула, держа Анатолия за руку и ступая на пирс. Нужно было пройти около пятидесяти метров вперёд, до конца — до места, где начинается глубина, и особо смелые прыгают в воду именно там. — Именно поэтому, Ирина Алексеевна, — усмехнулся Анатолий, — ты бы ещё свои сапоги сюда притащила. — Нормальные сапоги, между прочим! — Я помню, — Анатолий посмотрел на Ирину, перехватывая её взгляд, а в его глазах, несмотря на темноту вокруг, всё равно были видны горящие искорки. — Не продолжай, — изо всех сил пыталась спрятать улыбку. Доносились тихие плески воды, разбивающиеся о металлические конструкции, поддерживающие пирс. Периодически, конечно, этот звук раздавался из других мест, и в свете лунной дорожки было заметно, что творения рук человеческих здесь не причём. «Интересно, а ты помнишь хоть что-то из того, что я тебе рассказывал про обитателей океана?» — размышлял Анатолий, продолжая держать Ирину за талию — меньше всего ему хотелось потом слушать, что это не отпуск, а покушение на убийство. Пирс заканчивался небольшой беседкой — широкий деревянный пол, всё также существующий за счёт металлических конструкций, уходящих в глубину воды, а посередине подобие диванчика. Ирина и Анатолий подошли к неогороженному краю. Вода подсвечивалась — где-то внизу стояли мощные фонари. Дул слабый ветер. Ирина, держа Анатолия за руку, вновь бросила взгляд на поверхность воды, а где-то внутри появилось чувство тревоги — ведь со стороны океан выглядел спокойным, но сколько всего скрывается там, в глубине. «Чёрт подери, нужно было действительно поспать побольше в самолёте, пока мне не стало мерещиться всякое!» — подумала Ирина, нервно прикусив губу изнутри. Анатолий, всё это время был занят изучением своей спутницы, едва уловимо усмехнулся — кто бы мог подумать, что та будет реагировать именно вот так. Взгляд зелёных глаз зацепился за тень, медленно скользящую где-то под водой. Неприятная догадка посетила разум. — Толя… — стараясь быть спокойной, Ирина отступила назад на всякий случай, сглотнула, — а что ты мне там говорил… «А я так и знал, что ты меня не слушала!» — А что я тебе говорил? — Анатолий обнял Ирину, прижав спиной к своей груди, пытаясь таким образом показать ей, что защитит её. Сейчас ему нужно было сделать всё, чтобы реабилитироваться за прошедший месяц. — Про то, кто здесь обитает, Толя, — Ирина вновь бросила взгляд на поверхность воды, однако той большой тени уже не было — только мелкие, суетящиеся. — А ты что, биологию прогуливала? — ситуация откровенно забавляла Анатолия, а собственный инстинкт самосохранения, видимо, спрятался где-то внутри. — Прекрати! — сквозь зубы прошипела Ирина, затем сделала попытку вырваться из сильных рук, которые держали её в своеобразных оковах. Разумеется, Анатолий не позволил этого сделать, лишь сильнее обнял, а его губы коснулись уха. Ветер подул сильнее. — Ирина Алексеевна, если ты про акул, то они безопасные… В эту секунду раздался громкий всплеск воды. Ирина почувствовала, как появляется раздражение, прикрыла глаза, начиная считать до десяти. — Безопасные?! — прошипела она, делая ещё один шаг назад, вынуждая Анатолия отзеркалить своё действие. — Абсолютно. Рифовые акулы тебя трогать не станут… если ты их, конечно же, трогать не будешь, — подытожил он, устраиваясь на мягкой поверхности деревянного сооружения, напоминавшего диван, — завтра сама всё увидишь, — притянул к себе Ирину. Та выдохнула — нельзя сказать, что испугалась всерьёз, потому что здравый смысл подсказывал: никто не стал бы открывать курорт в потенциально опасном месте. «Интересно знать, что я увижу… вот здесь? Ты меня сюда собрался тащить плавать?! Вот туда? В глубину?!» — этим вопросам было не суждено сорваться с губ, потому что Ирина понимала — если у них с Анатолием есть будущее, то насмешки по поводу её навыков плаванья будут ещё долго. Раздался громкий гул — над островом на низкой высоте пролетел самолёт, разрезая светом фар темноту. Ирина прикрыла глаза, затем медленно уложила голову Анатолию на плечо — нужно было перестать куда-то бежать в мыслях и хотя бы ненадолго выдохнуть. Им обоим, как воздух, была необходима эта перезагрузка. Анатолий почувствовал запах шампуня и улыбнулся, смотря на гладь океана. — Не холодно? — поинтересовался он, ощущая дуновение ветра. Ему самому был очень важен этот отпуск, пускай и такой короткий. Находиться в Москве, среди призраков прошлого, было уже невозможно. Однако даже смена обстановки не помогла всем мыслям улетучиться из головы — всё равно что-то было не так, и в первую очередь лично построенные Анатолием границы, которые мешали нормально расслабиться. В особенности те, которые выросли из-за тех событий, которые случились за последний месяц. Попытки унять собственную боль слишком быстро перешли ту тонкую грань, где началась зона комфорта Ирины. — Нет… — её тихий голос заставил Анатолия достаточно быстро вынырнуть из мыслей. — Посидим ещё или пойдём? — поинтересовался он, забирая одну ладонь Ирины в свою, а подушечка большого пальца скользнула по костяшкам. Было необходимо чувствовать её рядом с собой. На Ирину такое действие подействовало неожиданно расслабляюще, а губ коснулась слабая улыбка. — Посидим… — пробормотала она, поудобнее устраиваясь, забираясь с ногами на диванчик, — Толь, — бросила взгляд на молчаливый берег, — а расскажи что-нибудь… интересное. Атмосфера сейчас была располагающая к чему-то подобному, а на душе у Ирины было тепло. Анатолий, впрочем, такого энтузиазма не разделил, даже слегка напрягся. «Рассказать? Что я тебе могу рассказать?» — острое ощущение, что сейчас можно сказать что-то не то, что мгновенно разрушит созданную атмосферу тепла и спокойствия. — Интересное… — проговорил он, затем кашлянул, а ладонь медленно гладила Ирину по талии, — а ты знаешь, что акулы кусаются во время секса? Наверное, это было совершенно не то, что хочется слышать, сидя вечером на берегу океана, в романтичной обстановке. Ирина широко открыла глаза, замерла, пытаясь понять, не послышалось ли ей. Затем медленно приподнялась и посмотрела на Анатолия. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций — слишком хорошо умел прятать их внутри. Брови Ирины медленно поползли наверх, а слова не подбирались. Анатолий почувствовал, что ещё секунда, и сдерживать смех станет невозможно. — Ты это по личному опыту знаешь? — медленно проговорила Ирина, всё ещё отходя от шока, даже не понимая, что её так удивило. То ли совершенно неромантическая фраза, то ли сама суть, то ли факт того, что Анатолий это знает. В ответ последовала тихая усмешка, через секунду сменившаяся обоюдным, громким смехом.

***

Вентилятор с широкими лопастями, находившийся прямо над постелью, крайне нервировал Ирину. Ещё больше, в прочем, её нервировал Анатолий, который устроился рядом с ней на постели. Всё было бы неплохо, если не телефон в его левой руке. — Чего ты ёрзаешь, жарко? — поинтересовался Анатолий, не отрывая взгляда от рабочей почты — проверять её стало привычкой уже очень давно. Ирина бросила взгляд на экран телефона, нервно прикусив губу. «Нет, это уже ни в какие ворота!» — А ты спать не собираешься? — последовал закономерный вопрос, а желание выкинуть смартфон стало приобретать отчётливые формы. Анатолий, уловив в тоне Ирины небольшую угрозу, перевёл на неё взгляд. — Сейчас, дочитаю и лягу. Ты, кажется, устала первой. И говорила, что не хочешь проводить весь отпуск в постели, так что… спокойной ночи, завтра тебе понадобятся силы. Вновь вернулся к телефону, а Ирина нервно дёрнулась. — А про акул ты мне вот это всё, — её ладонь аккуратно потянулась к смартфону, — зря рассказывал я так понимаю? Анатолий медленно перевёл непонимающий взгляд на Ирину, что дало её возможность отобрать телефон окончательно. — Задолбал ты меня своим чтением почты! — раздраженно заявила она, отодвигаясь на постели и откладывая устройство на тумбочку со своей стороны кровати. — А вот это, — Анатолий навис над Ириной — его ладони упирались в подушку параллельно её голове, — было очень необдуманно. Никогда больше так не делай, — в голосе появились строгие нотки, а в серых глазах мелькнуло раздражение. Впрочем, Ирину это не смутило от слова совсем, хотя, наверное, нужно было отступиться. — Интересно знать, и что там такое важное и интересное? Про чей ещё секс ты мне расскажешь завтра? — зелёные глаза сузились, — между прочим, ты слишком много думаешь про… Анатолий, дабы не разводить сейчас полемику на тему времяпрепровождения в телефоне, нежно коснулся губ Ирины, вынуждая замолчать. Та ответила, а по-прежнему холодные пальцы скользнули в его волосы. Режим дня, кажется, разрушился окончательно.