О совместном отдыхе

С приоткрытых, влажных губ, в очередной раз сорвался тихий стон. Ирина, уперевшись ладонью в постель, подалась назад, позволив углубить проникновение. Это действие спровоцировало хриплый выдох, глаза прикрылись сами собой. Губы были искусаны практически в кровь, виной тому были попытки сдержать стоны. Было очень жарко. Анатолий, ладонь которого скользила по телу Ирины, медленно покрывал поцелуями заднюю сторону шеи, периодически переходя к плечу. Запах духов, смешанный с ароматом шампуня, окутывал пространство вокруг. Воздух накалялся, становясь осязаемым — дышать стало труднее. Ирина, прикрыв глаза, выгнулась, осторожно повернув голову. Соприкосновение губ, невесомое, легкое, очень желанное сейчас. Ладонь Анатолия медленно скользила ниже по телу Ирины, считывая каждое мимолетное сокращение мышц. Необычно размеренный темп бедер заставлял ощущать каждую грань близости. Анатолий, желая отвлечь Ирину тихим шепотом, который оставался горячим дыханием на мочке уха, медленно довёл ладонь до низа живота. Пальцы замерли, осторожно поглаживая нежную, уязвимую кожу. Ирина выдохнула, снова кусая нижнюю губу, ощущая, как тело окутывает волна жара. Сердце замирало в нетерпении, ладонь устроилась на запястье Анатолия, сжав его. — Аккуратнее, — горячий шепот, затем агрессивное прикосновение губ к шее, оставляющее за собой наливающее красным след. — М… — Ирине с трудом удавалось подбирать слова, — Толь… ты же не аку… — остаток слова потонул в ярком стоне. Виной тому были пальцы, медленно, но верно достигшие своей цели. Основной целью для Анатолия сейчас было пройтись по каждому оттенку удовольствия, найти новые точки на теле Ирины, прикосновение к которым будут вызывать самые яркие эмоции. — Прекрати ты уже думать, — прошептал он, продолжая ласку клитора, темп которой синхронизировался с ритмом движения его бедер, — прекрати, — очередной горячий поцелуй остался едва уловимым влажным следом на плече. Ирина зажмурилась, стискивая зубы — из-за крайне умелых прикосновений и движений Анатолия было очень трудно определить, что именно сейчас вызывает такие эмоции. То, что раньше давало искру от прикосновения к конкретным местам, сейчас охватывало каждую клеточку организма ярким пламенем. В прочем, на Анатолия подобные реакции, выраженные в тихих хрипах, действовали с той же силой — вот только его стоны были тихими, сдавленными. «Что же ты за человек такой…» — Ирина дёрнулась, выгнув спину, пытаясь свободной ладонью дать себе дополнительную амплитуду, уперевшись в тумбочку. Секунда, и тюбик с лубрикантом оказался на полу, издав характерный стук. Но это совершенно никого в помещении не волновало. Ирина, окончательно теряя самообладание, скользнула чуть отросшими ногтями по задней стороне шеи Анатолия, затем вновь обернулась. Затуманенные вожделением взгляды пересекались. Столкновение разгоряченных губ, перерастающее в поцелуй, лишающий способности дышать. Свободная ладонь Ирины вновь сжала простынь, слегка натягивая тонкую ткань. Тихий стон в губы вынудил Анатолия увеличить темп. Его поцелуи снова обрушились на шею Ирины, заставляя её снова упасть на подушку. Окутавшее их обоих напряжение стремительно искало разрядку. Ирина продолжала прижиматься сильнее, теряя связь с реальностью. Впрочем, Анатолий явно выигрывал эту партию — он контролировал всё. Сердечный ритм достигал новых высот, зрение было расфокусировано, по коже пробежали легкие мурашки. Ирина, уткнувшись лицом в сбитую подушку, хрипло выдохнула — сопротивляться накатывающему рваными волнами наслаждению было абсолютно нереально. Особенно при активном участии в этом ладоней Анатолия. И всего его тела в принципе. Однако и он испытывал тоже самое, что выражалось в резко ускоряющемся ритме, в сжатии груди Ирины. Ладонь медленно скользнула по её телу вверх. Ирина не успела ничего сказать и даже подумать, когда почувствовала несильную хватку на своей шее. — Доверься мне, — сдавленный шепот Анатолия. Кончиком носа он провёл по лопатке, движения пальцев стали яростнее. Он стремительно утрачивал над собой контроль, слегка вжимая в постель Ирину. Та сдалась раньше, вытянувшись, ощущая, как что-то, сконцентрировавшееся где-то внизу живота, взрывается, утаскивая за собой в пучину темноты, дикого стука сердца и приятного чувства расслабления. Громкий стон Ирины стал своеобразным финальным аккордом, сыгранным на нервах Анатолия. В данную секунду абсолютно любая её реакция становилась катализатором для яркости ощущений. Несколько резких движений, сдавленный стон, и медленно накатывающее чувство глубокого удовлетворения. Хватка на шее ослабла. Анатолий откинулся на спину, выдыхая. Шевелить лишний раз конечностями было тяжело, сердце продолжало стучать в ускоренном ритме. Ирина, полежав несколько минут без движения, медленно развернулась, прислушиваясь к ощущениям собственного тела. — Даже таким способом больше меня не буди, — с искорками в глазах заявила она, устраивая ладони на груди Анатолия, а поверх них подбородок. — Не ври, — с закрытыми глазами сказал он, устроив руки за головой, — тебе понравилось. Ирина поняла, что щеки, получившие красный оттенок какое-то время назад, бледнеть не собираются. Чуть поерзав, легла поудобнее. Анатолий открыл глаза, а его левая ладонь потянулась к волосам Ирины. Пальцы принялись их «расчесывать». Атмосфера уединения окутывала их обоих, заставляя погружаться в чувства друг к другу. Это уже была не страсть, а пелена нежности. Ирина, подперев голову свободной рукой, медленно водила пальцем по груди Анатолия, а мыслительная деятельность постепенно восстанавливалась. Взгляд серых глаз по-прежнему был устремлен на распущенные, взлохмаченные светлые волосы. Время тянулось медленно, хотелось как можно полнее насладиться сейчас всеми чувствами. Рядом с Ириной Анатолию было хорошо. И как бы он не старался, но избегать сейчас раздумий на тему их возможного будущего не получалось. С каждым днём он осознавал, что привязанность к ней становится чем-то большим. До такой степени большим, что молчать об этом было тяжело. — Ира, — тихо проговорил он, медленно проведя подушечками пальцев по её скуле до подбородка. «Вот сейчас ты очень красивая…» Анатолий не был уверен в том, что говорить о чувствах надо именно сейчас. Сначала хотел понять реакцию Ирины. Она же подвинулась чуть ближе, потом улыбнулась, убирая прядку волос за ухо. Впрочем уже через секунду взгляд Анатолия заставил слегка напрячься. С такими глазами обычно признаются в любви. — Я есть хочу, — выпалила Ирина, стараясь максимально сгладить свои эмоции. Прикусила внутреннюю сторону губы. Ей не хотелось сейчас слышать ничего подобного. Не знала, как правильно реагировать. И очень не хотела нагружать их отпуск подобными заявлениями. От всего этого внутренности скрутились в оголённый клубок из нервов. Анатолий, ощутив некую прохладу в тоне Ирины, мгновенно передумал говорить слова, в которые секунду назад облачились мысли. Да и все её жесты выдавали напряжение. — Есть? — Да, Анатолий Борисович, — Ирина улыбнулась, вновь чувствуя, как не до конца, но отходит нервозность, — давай вставать… завтракать и на море. Он тяжело вздохнул, порыскал взглядом по номеру, затем снова посмотрел в зелёные глаза напротив. — Давай ещё поваляемся немного? Время есть ещё… море никуда не убежит. На крайний случай, — кивнул в сторону ванной комнаты, — есть бассейн… Ирина приподняла бровь, затем хмыкнула. — Нет уж. Ты меня куда привез? Плавать в океане или в хлорке? — В постели… и не плавать, — усмехнулся, вновь касаясь её волос. Ирина цокнула, потом поднялась в постели, стянув с Анатолия простынь. — В душ и есть. Слушай, ты непозволительно ленив для своего возраста! Кошмар. Анатолий хихикнул. — Так ты уж определись, — потянул за краешек простыни, но Ирина отошла на шаг назад, придерживая ткань, — что мне в моём возрасте нельзя, а что можно… — Золотая середина, — послышалось в ответ. Анатолий, окинув Ирину притворно недовольным взглядом, закрыл глаза, вытягиваясь на постели. — Могла бы не прикрываться… Ответом ему послужил стук двери ванной комнаты.

***

С берега заходить в воду оказалось куда приятнее, чем спускаться с лестницы сразу на глубину. Из неприятного были только рифовые тапочки — Ирине постоянно казалось, что её кто-то держит за ноги. Анатолию эта «обувь» тоже причиняла дискомфорт. Но так, по крайней мере, не нужно было уговаривать Ирину полчаса, чтобы та соизволила оказаться в воде. Необходимость тапочек заключалась в том, чтобы не исцарапать ступни в кровь о кораллы. Небо над островом накрыло облаками, и солнечные лучи были уже не такими губительными. — Ещё раз ты так сделаешь… — недовольно шипела Ирина, ощупывая плечо, — нам не по пятнадцать лет! Ответом ей послужили брызги воды, на мгновение окутавшие тело — жалобы на красную отметку на шее преследовали Анатолия начиная с того момента, когда он заявился в ванную. На конструктивный диалог сил уже не осталось. — Мы на отдыхе. Что тебя смущает? — усмехнулся. В глазах Ирины полыхнуло пламя. — Видно, — мстительно заявила она, брызгая на Анатолия в ответ, — а еще порядочный человек называется… — Попрошу заметить, — словил Ирину за талию, — глубоко, — сделал акцент на этом слове, — порядочный человек. — Заметно, — попыталась сдержать улыбку, но не получилось. В воде они стояли примерно по пояс. Причём, Анатолию. Ирина, устроив ладони на его плечах, посмотрела в глаза. — Чего ты? — мягко спросил он, гладя её по влажным волосам, — расслабься и отдыхай. Пошли дальше лучше. И осторожно, — кивнул в сторону глубины, — камни везде. «Зато ты отказалась от маски и трубки… конечно, так же проще!» Ирина, словно прочитав мысли, фыркнула: — Дурацкая экипировка, — на самом деле, в душе снова поселился легкий страх перед неизвестностью. — Зануда ты. Сама себя, между прочим, лишаешь красоты… — Анатолий, взяв Ирину за руку, медленно направился на глубину. Та позволила себя вести, периодически оглядываясь. Удобство острова заключалось в том, что и без того, в силу календаря, немногочисленные постояльцы могли разбрестись по разным «лагунам». Да и погода… Хотя, вода по-прежнему была тёплой, приятно ласкающей кожу. Ирина дернулась, почувствовав легкое прикосновение к своей щиколотке. Сильнее сжала ладонь Анатолия. «Что это такое черт бы побрал…» — Спокойно, — на всякий случай проговорил Анатолий, — это водоросли. Я тоже их чувствую. — Водоросли, — передразнила его Ирина, которая уже стала раздражаться на каждую свою такую реакцию, — ты меня доведешь до сердечного приступа. Или ты специально это все делаешь… Анатолий, диким усилием воли, поборол в себе желание слегка утопить кое-кого, выдохнул. — Ира, успокойся, — сказал это ровным тоном, — ты слишком нервная. Мы на отдыхе, расслабься. Потом выпьем. — Выпьем? — тонна недоверия в голосе. Анатолий наклонился, касаясь губами макушки Ирины. — Расслабиться и чуть-чуть. Хотя даже если и не чуть-чуть… — его ладони оказались под водой и устроились на талии Ирины, — то… — Босоножки тебе снять с меня будет проще, — не оставив ему места для шутки, рассмеялась, затем осторожно подошла ближе — из-за неровного дна все время было ощущение, что еще секунда, и провал. Анатолий усмехнулся, медленно зачерпывая воду и выливая на плечи Ирины. Нравилось слушать, как та периодически взвизгивает. Недовольно что-то пробурчав, Ирина уткнулась лбом Анатолию в грудь Захотелось просто постоять вот так — в его руках, чувствуя, как уровень воды периодически приподнимается, лаская тело. Анатолий, прижав Ирину к себе сильнее, устроил подбородок на её макушке, а взгляд был устремлен в даль. Их обоих вновь накрывало обволакивающим чувством спокойствия.

***

Водные процедуры закончились распитыми коктейлями в баре на пляже, прямо под стремительно закатывающееся за горизонт солнце. Закат в тот вечер был таким красивым, что Ирина даже забыла сказать Анатолию, что третий алкогольный напиток уже будет лишним. А после ужина они вдвоём направились на прогулку по острову. Ирина, держа Анатолия под руку, шла, погруженная в собственные мысли. До конца отдыха оставалось совсем немного, а она, казалось, только начала расслабляться. Тело слегка ныло после приятных физических нагрузок, на что Ирина реагировала полуулыбкой — приятно было понимать, что можно расслабляться и без экстремальной поездки в горы. — Ир, — Анатолий скользнул по ней взглядом, — о чем задумалась? Не сказать, что ему не нравилось гулять в тишине, скорее наоборот — тоже хотелось привести свои мысли в порядок. Но гораздо больше хотелось, чтобы не возникало никаких недомолвок. — Так уезжать не хочется, — мягко сказала Ирина, обернувшись на него, — здесь так хорошо… спокойно. Не шумно… а вы знаете, Анатолий Борисович, как расположить к себе. Он лишь усмехнулся. Можно было, конечно, взять тур подлиннее, но где была гарантия, что Ирина согласиться на это? А пять дней какая-никакая, а золотая середина. — Ты пообещала меня утопить… вот я и решил подобрать такой вариант, — устроил ладонь на талии Ирины, позволив их плечам соприкоснуться, — вот я и предпочел уменьшить вероятность этого. — Ты сам сказал, что если мне что-то не понравится, то я могу тебя утопить. — А тебе что, — Анатолий слегка опередил Ирину, посмотрел в её глаза, — что-то уже не понравилось? Или я всё-таки не заслуживаю участи быть съеденным акулами? Ирина несколько секунд смотрела ему в глаза, потом рассмеялась, устроив ладони на его плечах. — Они же не кусаются, — в её глазах прыгали искорки. И Анатолий был готов отдать очень многое за них. Потому что именно так понимал, что Ирине рядом с ним… хорошо? Спокойно? Она просто не против сейчас быть рядом с ним? В любом случае, положительные эмоции были. И ему это было очень важно. «Значит не просто так…» Хотелось всё наладить. Хотя бы, не сделать всё хуже. — Не кусаются, это ты правильно сказала, — улыбнулся он, поняв, что слишком долго находится в своих мыслях. Однако продолжать разговор дальше Анатолий не собирался — сейчас, в свете фонарей, Ирина казалась ещё более красивой, чем обычно. К ней почему-то тянуло, и сопротивляться этой тяге было бесполезно. Ладонь Анатолия нежно коснулась распущенных волос, медленно ведя по ним. Ирина хотела что-то сказать, но через пару секунд передумала — по какой-то загадочной причине такие секунды сегодня хотелось растягивать бесконечно. Доносился шум волн, периодические тихие голоса таких же отдыхающих, монотонное пение птиц.

***

Двухчасовая прогулка, периодически прерывающаяся желанием просто постоять на берегу, завершилась полным отсутствием сил. Ирине, вытянувшейся на диванчике, стоящим на террасе возле входа в номер, даже не хотелось ничего высказывать Анатолию, снова погруженному в свой телефон. Хотелось наслаждаться нежными, массирующими движениями его пальцев, которые снимали напряжение со ступней — большое спасибо новым босоножкам. Хотелось наслаждаться теплым воздухом и чернеющей гладью океана — пляж был виден даже оттуда. — Какие у нас на завтра планы? — поинтересовался Анатолий, закрыв очередную вкладку и всецело погрузившись в массаж ступней Ирины. — Чего это ты вдруг интересуешься? — Ирина усмехнулась, поудобнее устраиваясь. — А ты, — Анатолий бросил на неё взгляд, улыбнувшись, — всё равно поднимешь меня ни свет ни заря… кстати, бильярдный стол видела? Или ты, — слегка пощекотал ступню, — снова скажешь, что не умеешь… — Во-первых, — Ирина дёрнулась, хихикнув, — я ни разу тебе не говорила, что я чего-то не умею… во-вторых… это какое-то глупое занятие. — Ой-ой-ой, — с тяжестью выдохнул Анатолий, — в следующий раз мы полетим туда, где будут умные занятия… в Грецию. Будешь изучать мифы наглядно. А здесь просто расслабимся. Он вновь бросил на Ирину взгляд, на этот раз долгий. Хотелось верить, что следующий отпуск у них будет. Ему для этого хотелось сделать всё. Мысли снова вернулись к утренней догадке. Только торопиться с выводами, а уж тем более оглашать это вслух Анатолий не спешил. Итак в последнее время произошло слишком много событий, подломивших моральную стойкость. Ирина прикрыла глаза — невозможно было сосредоточиться на серьёзном ответе, всё тело требовало расслабления. И спать хотелось. Но для себя в голове отметила про «следующий раз». На данный момент загадывать не хотела, но и резко против не была. — Ну, Анатолий Борисович, — проговорила она с ноткой иронии в голосе, — знаю я, как ты мифы изучаешь… точнее, — медленно приняла сидячее положение, поджав ноги под себя, — некоторые их детали, — устроила подбородок на плече Анатолия. — Не я, — прекрасно понимая, к чему она клонит, ответил он, уложив правую ладонь ей на колено, — провёл первым такие ассоциации. Пошли спать, а? Мы же не выспались, как ты мне с утра сказала, — прикосновение губ к её лбу. Ирина улыбнулась, затем поднялась, вытянувшись до хруста. — Завтра в шесть утра встанем и пойдём плавать. Не жарко и волн нет, — заявила она, уходя в помещение. Весь спектр «радости» от этой мысли отразился на лице Анатолия, но никто, кроме маленькой ящерицы, сидящей в лучах фонаря на стене, не обратил на это внимания. — Кыш, — нервно проговорил Анатолий, — тебя ещё тут только не хватало! — поднялся и тоже ушёл внутрь, закрыв за собой дверь. Физическая нагрузка поспособствовала здоровому сну.