Пропущенный новый год

      Сокджин всегда был идеальным сыном своих родителей. Он никогда не ссорился с ними, выглядел с иголочки, учился на отлично и оправдывал их ожидания. Почти все. Они ждали, что он представит им свою невесту. Джин же ждал Намджуна с пар. Хосок куда-то сбежал, сказав, что у него важные дела, и Киму оставалось просидеть в одиночестве всего-то десять минут. А потом Намджун выйдет из универа, сядет в машину, заберёт его у парка и будет ворчать, что старший опять морозит свои красивые руки.       Сокджин воплотил в жизнь главный страх своих родителей — начал встречаться с гибридом. Ещё и парнем. Их отношения развивались быстро и бурно, схоже с течением горных рек. Уже не выбраться, как бы ни старался. Да Сокджин и не пытался — эти отношения вдохнули в него новую жизнь.       С Намджуном они первый раз познакомились на первых парах, когда только поступили. В аудитории не осталось свободных мест на первой паре, поэтому гибрид сел рядом с ним, уронив его пенал и чуть не врезавшись лбом в стол. Джин взволнованно попросил его быть осторожнее, и именно в этот момент Намждун ударился об угол, когда поднимал уроненную вещь. Именно в медпункте, где Сокджин обрабатывал ему рассечённую бровь, они и представились друг другу. Джун был гибридом лабрадора, оттого и проявлялась его неуклюжесть. И вот Сокджин, который каждый день в родительском доме слышал то, что гибриды портят имидж университета, где он учится, уже как полгода засматривается на очаровательные ямочки Намджуна и его прелестные треугольные уши, выделяющиеся из копны светлых крашеных волос. Намджун свои чувства скрывать и не пытается — при каждой встрече улыбается и виляет хвостом, как щенок. Джин обожает наблюдать за этим.       Встречаться они начинают так же нелепо, как и познакомились — на общей вечеринке поцеловались на спор. Их однокурсник Юнхён, пьяный вусмерть, пробормотал Намджуну, что завидует и тоже хочет такого парня, как Джинни. Сам Джинни удивлённо посмотрел на Намджуна и спросил: «Мы встречаемся?». Джун чуть смутился и пробормотал: «Я думаю, что да?».       Поначалу это казалось шуткой. Они пошли гулять под предлогом их странных отношений, под тем же предлогом попробовали целоваться не в пьяной компании, а потом Сокджин осознал, что перевёз последние вещи в их общую квартиру, всё так же влюблённо засматриваясь на его ямочки. Для родителей — он жил с другом, для всех остальных, кто был на вечеринке, — их отношения закончились на поцелуе на спор, и только некоторые знали, что они уже второй год живут вместе и вроде как очень даже счастливы. Сокджин так счастлив точно. А намджунов хвост врать не умеет тем более.       Вибрация телефона сообщает о пришедшем сообщении. Парень отрывает задумчивый взгляд от стены университета и опускает глаза в экран. Намджун пишет, что уже идёт к машине и заберёт его в привычном месте. Сокджин сладко улыбается и поднимается, выбрасывая пустой стаканчик из-под кофе в мусорку рядом со скамейкой. Он был определённо счастлив. — Как пара по клинической психиатрии? — спрашивает Джин, как только залезает в тёплый салон авто. Вообще, родители подарили ему машину на поступление, но водить он ненавидел, поэтому, как только появилась возможность, он сбагрил ключи своему парню, довольный тем, что не придётся самостоятельно кататься в магазины. — Преподаватель всё ещё цепляется к тебе? — Цепляется, но, кажется, начинает уставать, — Намджун кивает, чмокнув его в щёку. Джин довольно хмыкает, пристёгиваясь. Роется в сумке, вытаскивает гигиеничку, а потом смотрит в окно недовольным взглядом. Слишком уж всё серое и однообразное. Он вздыхает, надувая губы, и поворачивается к парню рядом, склонив голову к плечу. — Джун-и, а поехали на новый год куда-нибудь далеко? Где много снега и мало людей. — Например? — Куда-нибудь в Швейцарию. Забронируем домик в горах и не будем выходить оттуда всю поездку. Будем заниматься ленивым сексом и есть только сладкое, — мурлычет Сокджин, касаясь его бедра пальцами. Намджун вздрагивает, но глаз от дороги не отводит, облизывая легко губы. — Зубы заболят есть только сладкое. — Ну, пожалуйста, Джун-а, мне очень хочется.       Намджун вздыхает. Он не особо любит поездки, хотя и признаётся, что любит снег и красивые виды. Сокджин предлагал слишком заманчивую авантюру, чтобы отказываться от неё. На светофоре он посмотрел на своего парня. У него горели глаза, а сам он улыбался, выжидая ответа на своё предложение. Намджун не мог передать словами, как сильно он любит его. Только хвост в приступе щенячьей нежности вилял туда-сюда. Сокджин принял это за ответ. — Давай съездим.

***

— Здесь так красиво! — восхищённо выдыхает Сокджин, когда их высаживают прямо у входа жилого комплекса. Он укутан в огромный шарф до самого носа, поэтому Намджун с трудом разбирает его слова, но всё же угукает, поджимая уши под капюшоном пуховика. — А ещё действительно холодно. Идём быстрее к администратору за ключами, — он подхватывает их сумки и уходит чуть вперёд, пока Джин рассматривает всё вокруг с детским изумлением. Эти маленькие домики напоминают ему инсталляции заснеженных деревушек в стеклянных шарах. Они все из тёмного дерева, кажется, словно из шоколадного печенья. Сокджин настолько пропитывается духом нового года, что коленки трясутся от нетерпения поскорее оказаться в их домике.       Намджун забирает ключи, кивает на все объяснения администратора, благодарит и легонько пихает его плечом. — Нам на фуникулёр и вверх в горы. Ты действительно не шутил, когда говорил о малом количестве людей? — Хочу остаться с тобой наедине на все праздники, — кивает Джин, подхватывая его под руку и бодрым шагом направляясь к транспорту. Наверх они ползут долго и медленно. Сокджин всё рассматривает восхитительный пейзаж, пока Намджун рассматривает самого Сокджина. Он такой счастливый, что никакой мороз не затмит приятные впечатления. Джун улыбается, наблюдая за парнем, пока они не прибывают до нужной точки. Джин выскакивает первым, поторапливая его, и убегает по тропе к дому, окликая уже от порога. Ключи-то всё ещё были в кармане у Намджуна.       Внутри домика оказывается так, как рисует Голливуд в своих рождественских детских сказках — деревянное, с мехом в качестве ковра у камина, с мягкой мебелью и жёлтыми лампочками гирлянд на стенах. Сокджин пищит от восторга и скидывает куртку, заходя внутрь. Падает на диван, вытягивая ноги, пока Джун сзади с улыбкой закатывает глаза и вешает его куртку на крючок. — Здесь волшебно, да? — спрашивает Джин возбуждённо, на что его парень кивает согласно. С этим не поспоришь. — Мы можем… — Для начала нам стоит затопить камин и приготовить ужин, да? Ты ведь голодный? — гибрид подходит ближе, но Сокджин поднимается с дивана и, скользнув руками по его плечам, обнимает за шею, ограничивая движения. Намджун вопросительно приподнимает бровь, обнимая его за пояс. — Я голодный, но не настолько, чтобы сначала не насладиться своим парнем. Давай остановимся на пару минут, м? — Сначала камин, а потом хоть пара минут, хоть пара часов, — Джин получает поцелуй в нос и недовольно закатывает глаза, возвращаясь на диван. За такую заботу он был влюблён в Намджуна. За его ласковые поцелуи и их общее благополучие на первом месте. Они были на грани разрыва ещё на втором курсе, когда родители Сокджина каждый день давили на него с женитьбой и учёбой. Они начали ссориться, и Джин почти задумался о расставании, когда Намджун начал встречать его поздно вечером после пар. Аргументировал тем, что Сокджин уже проезжал пару раз мимо остановок и уж точно не будет дома в состоянии готовить ужин. Готовить младший так и не научился, но сердце Сокджина растопил окончательно, после чего они решили съехаться.       Пока старший предавался воспоминаниям, лёжа на диване, Намджун всё же развёл огонь в камине и приготовил чай, найденный в шкафчике на кухне. Джин повернул к нему голову и поднял руку, протягивая её парню. Намджун улыбнулся, схватившись за его пальцы, а потом охнул, когда Сокджин дёрнул его к себе. — Ну теперь мы можем насладиться друг другом? — погладив руками его плечи, Джин приподнялся и игриво коснулся языком чужих губ. А потом тихо засмеялся, видя, как хвост Намджуна заходил из стороны в сторону, а уши приподнялись. Уложив руки на его поясницу, Сокджин стянул с него свитер, сбрасывая на пол. Коснувшись его пресса, старший закусил губу, улыбаясь. Провёл пальцами ниже, цепляясь за кромку штанов. Пуговица легко поддалась, и Сокджин почувствовал себя невероятно счастливым — они здесь вдвоём на целых две недели! — Я тебя люблю сильнее всех, Джун-и, — мурлычет он, ёрзая на месте, чтобы спуститься чуть ниже на диване. Расстёгивает свои джинсы, надеясь поскорее избавиться от одежды.       Он не планировал вот так сразу, по правде говоря. Он надеялся устроить им романтический вечер, выпить вина перед камином, а потом уже завалить на кровать, чтобы спать после до трёх часов дня. Но так уж получилось, что настроение было отличным весь день, а его парень — самым лучшим на свете. Джин обожал, когда Намджун говорил по-английски, это всегда привлекало его и даже сейчас в домике администратора. Сейчас он не стеснялся открыто говорить о своих желания, в отличие от начала их отношений. Их первый секс был настолько неловким, что Сокджин чуть не сгорел со стыда. И только потом, когда они привыкли друг к другу окончательно, старший неожиданно понял, что они идеально друг друга понимают.       Это произошло в самый неподходящий для этого момент — он вернулся с учёбы на пару часов позже Намджуна. Тот сидел за рабочим столом, печатая очередной доклад. Сокджин первым же делом пошёл обниматься и уже в чужих руках почувствовал, как Намджун гладит пальцами его бедро через большой разрез на джинсах. Почему-то тогда это показалось Джину настолько родным и правильным, что отныне он даже не думал стесняться. — Я тоже тебя очень люблю, — отвечает тихо Намджун, целуя его в скулу. Сокджин с улыбкой морщит нос от щекотного дыхания и отодвигает его от себя, чтобы заглянуть в глаза. — Что? — Просто всегда хочу быть с тобой, — легко отвечает старший, притягивая его обратно к себе, чтобы поцеловать.       До кровати они всё же добираются, потому что диван оказывается не настолько широким, чтобы Намджуну было возможно удерживать свой вес над Джином. Тот не спорит — кровать всё удобнее. Они же не школьники, чтобы предаваться страсти в первом же попавшемся месте, поддавшись порыву.       Кровать оказывается холодной — Джин чувствует мурашки на коже, когда касается спиной одеяла. Всё тут пахнет лавандой и эвкалиптом, и он чуть морщится — стоит проветрить завтра. Ему никогда не нравились эти травяные ароматы. Намджун вполне успешно помогает ему от них отвлечься — от него пахнет подаренным Сокджином одеколоном, и он приятно целует в ключицы. Что может быть важнее этого? Намджун растрёпанный, его уши мило касаются висков, сам он — гораздо шире в плечах, чем Джин, и точно выше, но выглядит беспомощным щенком перед старшим. Только Джин знает, как вечно спокойный Намджун злится, когда защищает его. Первый раз Сокджин даже испугался, что не перекрыло чувство лёгкого возбуждения из-за этого же.       Их секс всегда неторопливый, потому что они прекрасно умеют наслаждаться друг другом и никуда не спешат — у них ещё вся жизнь впереди. Ну или хотя бы лет двадцать. Джин всегда плавится от того, как младший сжимает его руки, переплетая с ним пальцы, придерживает аккуратно за пояс или бёдра, чтобы отдать максимум нежности, на которую он способен. Ему даже не приходится думать, обоим ли удобно — Намджун всегда всё делает за них обоих, и это покоряет ещё больше.       В него входят довольно резко, но всё ещё осторожно, чтобы растянуть удовольствие. Джин очень надеется, что в шкафу найдётся чистая простынь, потому что Намджун снова уронил смазку, не закрыв крышку, и потому что Сокджину настолько жарко, что он готов растечься по кровати. Не такой удобной, как их собственная, к слову. Джин чувствует, что простынь прилипла к его влажной спине и чуть морщится, расцепляя их руки. Мажет языком по солёной щеке своего парня и, чуть отпихнув, переворачивается на живот, упираясь коленками в матрас. Новый толчок внутри приносит за собой яркую вспышку перед глазами — Джин проезжается грудью вперёд и утыкается лицом в подушку, закусив наволочку. Намджун гладит его по спине, а потом плотно перехватывает за талию. Сокджин стонет в подушку, а потом тянется рукой к своему члену, потому что сил терпеть больше нет — коленки вот-вот разъедутся по влажной простыне, и он упадёт носом обратно в подушку. Оргазм накрывает его, когда Намджун касается губами его плеча, тихо рыкнув. Джин почти уверен, что не встанет ближайший час.

***

      Джин закутывается в тёплый халат, выходя в гостиную. Намджун что-то ищет в телевизоре, не замечая его. Сокджин поправляет волосы, улыбаясь. Он любит домашнего Намджуна — в очках, растрёпанным и совершенно беззащитным перед его чарами кокетства. Подойдя ближе, он скользит вниз по его груди, наклоняясь через спинку, и чмокает в щёку. — Нашёл интересный фильм? — Ничего такого. Можем посмотреть глупую романтическую комедию, — предлагает Намджун, пока Джин ласково гладит его макушку рядом с ушами. Младший расслабляется ещё сильнее, не скрывая, что ему приятны его прикосновения к ушам. Сокджин обходит диван, усаживается с краю, укладываясь после к нему на колени. Намджун его приобнимает, всё ещё глядя в экран, пока Джин рассматривает его снизу. — Чем мы будем заниматься завтра? — Как насчёт снять всю эту безвкусицу и украсить дом к новому году нормально? — спрашивает старший, на что Намджун кивает, погладив его по боку. Этот новый год должен быть идеальным. Просто не может быть другим! И они оба для этого постараются.

***

— Намджун-а, помоги мне повесить, я не дотягиваюсь, — Сокджин опустил руки с гирляндой и обернулся через плечо. Они действительно проспали почти до четырёх часов дня и только под вечер занялись украшениями. Намджун подошёл ближе, приседая и усаживая его на плечи. Ким ойкнул, схватившись за него, но всё же повесил украшение на предполагаемое место. — Всё, опускай меня. А где… мой телефон? Хочу сфотографировать. — Был в спальне, принести? — Нет, я сам, — Сокджин коротко целует его в щёку, положив руку на плечо, и уходит в комнату, осматривая кровать. Телефон на одеяле не находится, на тумбочках — тоже, и Джин задумчиво надувает губы. Собирается посмотреть под подушкой, когда запинается за сумку Намджуна, следом недовольно нахмурившись. Вечно он оставляет её прямо на дороге. Отодвинув сумку к стене, он поднял подушки. Первым в руки попался телефон Намджуна, и, чтобы не тратить много времени, Джин взял его. Пароль он и так прекрасно знал, поэтому без каких-либо задних мыслей разблокировал гаджет.       Перед глазами появилась переписка. Он поднял взгляд, видя номер Тэхёна, и опустил взгляд на сообщение. Оно датировалось вчерашним числом. Закусив губу, Сокджин пробежался взглядом по первому сообщению от Намджуна: «Я не знаю, как лучше начать это говорить. Учитывая, что я именно собираюсь сказать. Может: «Мы больше не можем встречаться»?»       Джин похолодел. Руки затряслись, и он плотнее сжал телефон, чтобы не уронить его. Изнутри его начало колотить. Он посмотрел на следующее сообщение Намджуна: «Или лучше что-то вроде: «Между нами пора кое-что изменить»? Или «Я больше не могу быть твоим парнем»? Я не знаю, что лучше…» «Мне кажется, второй вариант неплох. Так Джин-хён будет меньше волноваться. Думаю, и без этого всего он и так понял, что ты собираешься сделать»       Ответ Тэхёна вызвал у Джина нервную усмешку. Меньше волноваться? Как он вообще должен реагировать на слова «мы больше не можем встречаться» от парня, с которым он живёт вместе уже больше двух лет! Ведь никаких признаков не было, они были счастливы и… Может, счастлив был только Сокджин?       Пустым взглядом он смотрел в стену. Как они теперь будут праздновать новый год? Как полетят домой? Как он будет собирать вещи, чтобы съехать из их уютного гнёздышка обратно в родительский дом? Губы затряслись, он был в шаге от пропасти, наполненной печалью и жалостью к себе. А потом он резко разозлился. Ким Намджун не собирался его бросать уж точно — слишком очевидны были его нежные чувства, чтобы так долго его обманывать. — Малыш, ты где потерялся? — в комнату заглядывает Намджун. Видит Джина с мокрыми глазами и нахмуренными бровями. Тут же подскакивает ближе, обхватывая его щёки ладонями. — Джинни, что такое? Что случилось? — Объясняй, что не так. У нас ведь… всё хорошо. Я хочу услышать объяснения, — Сокджин говорит тихо, Намджун еле разбирает его бормотание. Вся злость куда-то резко пропала, как и появилась до этого. Намджун совершенно не понимает, о чём Джин говорит в принципе. — О чём ты? У нас и сейчас всё прекрасно, малыш, что я должен объяснить? — обеспокоенно спрашивает он. Его хвост в волнении бьёт по ногам, и Намджун чувствует желание заскулить. — Тогда что это за сообщения о расставании? Ты собрался бросить меня в канун нового года? Или сразу после? Объясняйся! — вспыхивает Сокджин, хватаясь за него. Намджун шокировано раскрывает глаза пошире. — Расстаться? Что ты… — наконец он замечает свой телефон с открытой перепиской и плотно прижимает Сокджина к себе. — Нет-нет-нет, Джинни! Это не то… Боже, я знал, что это плохая идея! Я и не думал с тобой расставаться, малыш! Я просто совсем не силён в романтике, но мне хотелось сделать тебе предложение как-то… Не так скучно! Я просто собирался… — Подожди, подожди, — тормозит его Сокджин, отстраняясь немного. Руки младшего всё ещё обнимают его за пояс, и взгляд такой испуганно-потерянный, что Джин ненароком чувствует себя виноватым. — Ты сказал… Сделать предложение? То есть… Пожениться? Ты хочешь пожениться? — переспрашивает он, держась за чужие плечи. — Ну да, мне показалось, что мы оба к этому готовы… Ну, то есть я очень хотел бы, даже несмотря на твою семью, потому что очень люблю тебя и… — забормотал смущённо Намджун, поняв, что сюрприз не получился, зато он опять умудрился всё испортить. Его уши расстроенно прижались ближе к голове. И тут он услышал радостный вскрик, перебивающий его неловкую речь. — Джун-и! Я так счастлив! Конечно, я тоже хочу! Я сильно-сильно-сильно тебя люблю! — Сокджин обхватил его скулы руками, покрывая лицо мелкими поцелуями. Намджун завилял хвостом. Его щенячья зависимость от Сокджина никогда не была для него проблемой, как бы другие не считали. — Прости, что заставил тебя думать, словно я собираюсь тебя бросить. Мне очень жаль! Я был чертовски не прав! Надо было просто… — Замолчи уже, — шикнул Сокджин, кидаясь к нему на шею, чтобы получить сладкий поцелуй. Намджун перехватил его за пояс, чуть потеряв равновесие. Советы Тэхёна были глупыми, но точно уж произвели впечатление. Сокджин же сейчас впечатлён? В любом случае, гибрид чувствовал его радость и сам подавался, виляя хвостом неосознанно. — Как только вернёмся, скажем родителям. Пусть знают, что мне точно не интересны никакие невесты, — бормочет старший в чужие губы, прикрыв глаза. Намджун мягко гладит его по затылку, не показывая того, как внутри всё сворачивается от волнения.

***

— Это позор! Я не ожидал от тебя такого ножа в спину, Сокджин! — громогласно произносит отец семейства. Джин слегка вздрагивает, но всё ещё стоит посреди комнаты, гордо расправив плечи. Намджун стоит чуть позади него, крепко сжимая ладонь. Вечер не задался сразу: мама Сокджина написала, что отец не в самом лучшем настроении, и невеста старшего сына очень поднимет ему настроение. Ким думал сразу написать, что не поднимет, но решил дождаться и сказать это лично, глядя в глаза. — Я не растил тебя таким! — Я сам таким вырос, пап, не стоит пытаться что-то изменить, мы всё равно поженимся, — спокойно отвечает Джин, хотя понимает, что его спокойствие вовсе неубедительно. Это чувствуется по суровому взгляду отца, по сочувствующему матери и крепчающей хватке Намджуна.       Отец возмущённо выдыхает в который раз, а потом резко разворачивается, чтобы уйти. Джин не двигается с места, только вздрагивает от громкого хлопка двери. Его мама всё ещё стоит в гостиной, прижав руки к груди. Сокджин смотрит на неё убитым взглядом. Она в детстве всегда прижимала его к сердцу, чтобы успокоить, гладила по плечам и говорила, что отец всё равно его любит, как бы ни злился, что скоро остынет и даст очередной совет. Кажется, в этот раз совета ждать не стоило. — Мам, — тихо зовёт Джин, на что женщина поднимает ладошку, прося помолчать. Ещё минуту они стоят в тишине. Только после госпожа Ким подходит ближе, укладывая руки ему на плечи. Вздыхает, не решаясь что-либо говорить, и перемещает хрупкую ладошку на его щёку. Сокджин перехватывает её, прижимая ближе. — Он не скоро остынет, — говорит она тихо. Джин понимающе кивает. — Я поговорю с ним… В конце концов, мир не стоит на месте, да? Ты всё ещё наш сын, живой, здоровый, а значит… Всё нормально, — она слабо улыбается и опускает руки. — Спасибо, — негромко говорит Намджун, сжимая плечи Сокджина со спины. Старшего ощутимо трясёт.       Женщина кивает и уходит вслед за мужем. Через несколько минут приходит сообщение от неё же: «Всё же, он у тебя симпатичный. С новым годом, мальчики».       Сокджин улыбается, прячась в объятиях Намджуна, который мягко целует его в макушку и легко покачивает из стороны в сторону. Обручальное кольцо на пальце Джина весело поблёскивает в свете новогодней гирлянды, обещая, что всё будет отлично. Пусть и не сразу. Главное, что они вместе.