Одинокий нарцисс, растущий у воды.

По всей местности разносились грохот, треск деревьев и глухие удары, от которых дрожала земля. Изуми стояла, тяжело дыша, — волосы взъерошены, несколько прядей прилипли к лицу, по коже — царапины и следы льда. Левой рукой она прижимала кровоточащее плечо, а над ней, в воздухе, парил юноша с ледяными крыльями и яростью в глазах. Он рычал, теряя остатки контроля. Тело Тоширо почти полностью сковал лёд, превращая его в живое воплощение дракона. Так проявлялась сила его банкая — и сейчас она выходила из-под власти хозяина. Едва Изуми успела выпрямиться, как перед ней внезапно возник он. Ледяная, похожая на когти лапа схватила девушку за шею и приподняла над землёй. — И что же ты молчишь? — голос был чужой, с хрипотцой и презрением. — Больше нечего язвить? Или твоё враньё наконец закончилось? Ты ведь хотела увидеть, на что я способен. Так вот — смотри. — Т… Тоширо… нет… Хьёринмару… остановись! — прохрипела она, хватаясь за его руку. — Хочешь, чтобы я остановился? Ску-у-ука... А ведь прошлой ночью ты хотела, чтобы мой хозяин не останавливался, — оскалился он, поддразнивая. Лёд на его лице треснул, обнажив жуткую ухмылку. Хвост, выросший из спины, хищно метнулся в воздухе. — Хватит… — выдохнула она, едва дыша. — Тебя не касаются чувства твоего хозяина. Я не хочу ему зла. Я хочу быть рядом с ним… пойми же! — С чего бы? Сентиментальность? Глупости. Чувства — всего лишь слабость. Люди умирают. Всё уходит. — Может быть… — в голосе Изуми дрогнула боль, — но и ты не сможешь защитить его от всего… — Смогу! — рявкнул он. — Я никого не подпущу к нему! Никого! — Тогда я остановлю тебя, даже если придётся рискнуть собой! Она собрала остатки сил, в её глазах вспыхнул свет решимости. — Ты не понимаешь, — ледяной дух стиснул зубы. — Я не позволю… Внезапно он схватился за голову. Лёд на его груди задрожал, будто что-то внутри боролось с ним. — Хьёрин…мару?.. — прошептала Изуми и, воспользовавшись мгновением, сорвалась с места, атакуя. Вода её дзанпакто блеснула — и ударила в лобовую, но ледяной поток встретил её, сминая атаку. — Глупая! — он взмахнул клинком. — Заморожу каждый твой удар! Сотни осколков устремились к ней. Девушка едва успела закрыться, но ледяная цепь обвила её запястье, вырвала меч из рук. Её тело отшвырнуло к земле. — Приятный звук… — усмехнулся он, приближаясь. — Той ночью я не услышал твоих стонов, так хоть сейчас услышу — от боли. Он занёс клинок. Изуми, с трудом подняв голову, прошептала сквозь кровь и дрожь: — Ты… только хуже сделаешь… Он ведь будет один… И будет страдать! Хьёринмару замер. На миг во взгляде мелькнула тень осознания. — Что?.. — Он всегда был один… А я дала ему обещание… никогда не бросать. — Голос дрожал, но слова звучали твёрдо. — Я не нарушу его. Ни тогда… ни сейчас. Воспоминание пронзило её — мальчик с седыми волосами, маленькие ладони, сжимающие бирюзовый шарф. «— Ты плачешь?.. Тогда я стану твоим другом!» Слёзы обожгли глаза. — Нет… я не позволю… умереть… пока не сдержу обещание! Она подняла дрожащую руку вверх, и ледяные кристаллы вокруг засияли голубым. — Банкай… Путь первый: Уми но ками кюдэн! Яркий свет разорвал небо. Меч Изуми выскользнул из её пальцев и, упав в землю, вызвал стремительный поток воды, который хлынул из-под земли и поднялся столбом, затопив всё вокруг. Тело девушки исчезло в волнах, а мир вокруг накрыла тишина и влажный туман. Последнее, что услышал Хьёринмару — был её шёпот: — Прости… но я заберу нас обоих. Вода сомкнулась, и всё исчезло.