Дети Черного Флага или Приключения Малыша Джона.

Наверное, многим из вас интересно, какие события происходили в «школе святого Патрика» после побега заговорщиков. Извольте, заглянем туда на прощание. Больше в нашей повести ни сам приют, ни его обитатели упоминаться не будут. Когда учитель Максвелл проснулся, он сразу почувствовал что-то неправильное. В обстановке комнаты определенно что-то изменилось, вот только было совершенно непонятно, что же именно. Тут взгляд Господина Трости упал на буфет, и сразу стало предельно ясно, в чем тут дело. Буфет, запертый с вечера на ключ им самим, оказался открыт и совершенно пуст! Ярости учителя не было предела. Он ни минуты не сомневался, кто именно его ограбил, и даже не стал проверять, на месте ли воспитанники Джон, Герот, Том и Джордж. И так было ясно, что негодяи удрали с награбленным. Когда же он подошел к умывальнику и увидел в зеркало свое разрисованное лицо, то заскрипел зубами от злости. Эти собачьи дети, подумал он, перешли все границы. Что ж, они жестоко поплатятся за свою дерзость! Он выдерет их до кровавых синяков и посадит в кладовку на хлеб и воду! На неделю! Нет, на месяц! Тут в комнату вошла экономка мисс Маргарет. - Сбежали, пострелята. – Вздохнула она. – И не диво: Я бы от такой жизни тоже сбежала…. Господин Трость побагровел. - Как. Вы. Смеете. Им. Сочувствовать!!??? – проревел он. - Да полно вам, господин Максвелл! – сказала экономка. – Они все равно уж поди далеко….. Не объявлять же розыск из-за каких-то маленьких сорванцов! - Но мое лицо! Вы видели, что они сделали с моим лицом?! - Не слепая, вижу. Умойтесь, плюньте и забудьте! Я вам как раз завтрак принесла. Позавтракав и выпив стакан бренди, Чарльз Максвелл немного успокоился и начал рассуждать здраво. В конце концов, подумал он, если не считать незначительного морального и материального ущерба, от побега четверых своих воспитанников он даже выиграл! Во-первых, никто больше не будет намыливать классную доску и обмазывать клеем учительский стул. Во-вторых, теперь можно меньше тратиться на овсянку и постельное белье. И наконец, пришло понимание того, что лицо легко вымыть, а деньги, в конце концов, тоже дело наживное…… Выпив третий стакан бренди, Господин Трость решил про себя, что отныне будет лучше обращаться с детьми. По крайней мере, для того, чтобы подобные случаи больше не повторялись. **** В общем, не прошло и двух дней, как наши герои уже раздобыли корабль, и плывут теперь, прочь от Туманного Альбиона навстречу бескрайним океанским просторам. Скучная, унылая жизнь обыкновенных городских жителей, навсегда осталась за кормой. Ветер действительно был попутный, и корабль шел полным ходом. Штурман Рик стоял за штурвалом, юнга Пол сидел в «вороньем гнезде» с подзорной трубой, кок Том варил на камбузе суп, Джордж Ворон удил удочкой через борт рыбу, а капитан Джон, Герот Огонек и Джейн играли в карты в капитанской каюте. Все шло отлично, пока все не услышали, как вдали что-то громыхнуло. Капитан Джон, старпом Герот и медик Джейн побросали карты и выбежали на палубу. Небо заволокло черными грозовыми тучами. Море потемнело, и волнение усилилось. Начинался шторм. Малыш Джон запоздало сообразил, что капитанское звание – это не только престиж, но и ответственность за корабль и команду. Однако он не был бы Малышом Джоном, если бы струсил. Тому, кто смеется даже под розгами, и шторм нипочем. Поэтому он быстро взял себя в руки и скомандовал: - Аврал! Убрать паруса! Все к помпам! Пол, черт тебя дери, дуралей, слезай с мачты! От впередсмотрящего в шторм проку не будет! Команда беспрекословно выполняла приказы капитана. И только Джейн Болл стояла столбом, плача и мелко дрожа. - Мы все тут потонем! – истерически всхлипывала она. Капитан Джон быстро понял, что нужно делать. Он схватил паникующую девочку в охапку, прислонил к мачте и привязал канатом. В таком положении она будет в максимальной безопасности и вдобавок не будет никому мешать…… Тем временем, стихия бушевала вовсю. Сверкали молнии, ветер крепчал, лил дождь, а волны уже захлестывали за борт. Корабль мотало, швыряло, обрушивало вниз и снова поднимало волнами. Герот Огонек ругался самыми грязными словами – его захлестнуло волной, опрокинуло и швырнуло плашмя спиной на палубу, и это ему совсем не понравилось. Юнга Пол бормотал молитву. И только капитан Джон гордо стоял, мокрый с головы до ног, вцепившись руками в штурвал, и хохотал, точно полоумный. - Йо-хо-хо! – кричал он. – Кому суждено быть повешенным, тот в воде не утонет и в огне не сгорит! Что же вы, трусливые кильки, грозы боитесь? Какие же вы тогда пираты! И так далее. Так продолжалось почти всю ночь. Буля стихла лишь под утро. Небо прояснилось, и на нем стали видны звезды. Вся команда валялась на палубе в самых живописных позах. Исключением стал только сам капитан, который уснул, привалившись к штурвалу, и Джейн, которая все еще была привязана к мачте.