Дети Черного Флага или Приключения Малыша Джона.

А что же малышка Джейн? Не бойтесь, мы о ней не забыли. Не думайте, что она так и осталось в Испании. Покинув порт и войдя в город, она присела на скамейку и крепко задумалась. « Боже, что же я делаю?! – думала она. – Я ведь не знаю ни слова по-испански, и меня здесь никто не знает. Конечно, у меня теперь есть деньги, но их хватит самое большее на месяц жизни в постоялом дворе, а потом меня ждет голодная смерть……. Ой – ей! Там же остался мой младший братишка Пол! О чем я только думала! Конечно, он дурак и задира, как все мальчишки, но он же мой родной младший брат! И бедный господин доктор тоже остался с ними! Где были мои мозги? Выходит, дура это я! Ради своих дурацких амбиций совершила предательство! Да еще и деньги за это получила! Дочь честного, бедного рыбака, повела себя, как последняя шлюха! Нет, так жить нельзя! Решено: вернусь на «Черный Кашалот», пока еще не поздно, покаюсь и признаюсь во всем! А чертовы дукаты выброшу в море! …… Нет, не стану выбрасывать. Отдам их капитану Джону. Быть может, тогда он меня и простит……» Подумав так, она встала со скамейки, повернулась и побежала обратно по направлению к пирсу. **** Вернемся же к «Черному Кашалоту» и его славной команде. Малыш Джон, Герот Огонек, Том Бочка, Джордж Ворон, Рик Вильсон, доктор Уильям Краут и юнга Пол сидели в капитанской каюте и решали, что им делать дальше. Было очевидно, что оставаться в Испании им нельзя, выходить же в открытое море без запаса провизии и пресной воды было бы попросту глупо. - Теперь нас спасет только чудо. – Выразил общее мнение доктор. И чудо не заставило себя долго ждать. В дверь кают - кампании забарабанили. Капитан Джон встал с кресла, подошел к двери и посмотрел в замочную скважину. Перед дверью стояла растрепанная, раскрасневшиеся Джейн. Малыш Джон удивился и отпер дверь. Вбежав в каюту, она первым делом бухнулась на колени. -Я так виновата перед вами! Я предала вас, хотя вы не сделали мне ничего плохого! Я не прошу прощения, потому что прощения мне нет. И я согласна принять любое наказание, даже смерть. Если это хоть немного смягчит мою вину, вот деньги, которые я получила от начальника береговой охраны, можете забрать их себе. – сказала она и достала из передника кошель с дукатами. - Полагаю, оправдание у вас все же есть, мисс Кающееся Грешница. – С усмешкой проговорил Малыш Джон. – Должно быть, вы затаили на меня обиду за то, что я грубо обращался с вами во время шторма. И на то, что мы отобрали у вас с дружищем Полом наследство вашего покойного отца и втянули вас в пиратские приключения. Дураку понятно, что вы предпочли бы играть в куклы. Однако сути дела это не меняет. Вас снова привяжут к мачте, но совершенно голой, и я, как капитан, лично отстегаю вас плетью. После чего вы смело можете считать себя прощенной и вновь зачисленной в команду в прежнем звании. А деньги, полученные вами от начальника береговой охраны, я и впрямь заберу себе – лишние деньги никогда не помешают. Будем считать, что опосредованно ограбили береговой дозор Испании на целых сто дукатов. И скажите спасибо, что родились женщиной, будь вы мужчиной, я бы просто вздернул вас на рее. Свою награду вы получите чуть позже, а сейчас нам пора покидать эту негостеприимную пристань. Малыш Джон вышел из каюты, поднялся на капитанский мостик и скомандовал: - Все по местам! Отдать швартовы! Поднять якорь! Поднять паруса! Полный вперед! **** Когда «Черный Кашалот» оставил порт Испании далеко за кормой, капитан Джон выполнил свое обещание, - приказал Джейн раздеться, привязал лицом к мачте и как следует отстегал ее плетью по спине, сидению и бедрам. Надо сказать, что Джейн перенесла наказание крайне стоически – даже ни разу не вскрикнула. - Теперь среди нас появилась еще одна железная задница – на этот раз в юбке! – пошутил Герот Огонек. Джейн густо покраснела и ничего не сказала. Когда Джейн позволили одеться, капитан Джон провозгласил: - Теперь, полагаю, самое время отпраздновать победу! - О какой победе идет речь? – недоумевающее спросила Джейн, поправляя платье. - Ах да, я забыл тебе рассказать. – Весело ответил Малыш Джон. – Ты думала, что успела со своим покаянием как раз вовремя, на самом деле, ты немножечко опоздала. Благодаря твоей маленькой шалости нас собиралась арестовать береговая охрана, но мы не испугались, дали им бой и победили, но нам пришлось срочно удирать, потому что их там было слишком много, а нас – слишком мало. И именно это мы и собираемся отметить. И ты будешь праздновать вместе со всеми, потому что ты – прощена. Сказано – сделано. Из пустых бочек и ящиков соорудили импровизированный стол, и накрыли его белой кружевной скатертью, которую они забрали еще из «школы святого Патрика» во время побега. Кок Том Бочка расстарался на славу. К пиршественному столу он приготовил суп из черепах, запеченных морских моллюсков, поджаренную солонину и кокосовый торт. - На этот раз ты превзошел сам себя. Твоя мать была великолепной кухаркой, раз научила тебя так хорошо готовить! - Моя мать была не простой кухаркой, а королевской поварихой! Готовила обеды и ужины самой королеве! Так что я, в некотором роде, принц кастрюли и половника! Когда праздник был в самом разгаре, порядком захмелевший Малыш Джон сказал Джейн заплетающимся языком: - Дорогая малышка Джейн! Если тебе претит звание талисмана команды, предлагаю тебе зваться капитанской любовницей! - Ничего себе предложение руки и сердца! – фыркнула Джейн. – От мальчишки, заигравшегося в пирата, я другого и не ожидала……. - Этот мальчишка уже почти мужчина. А каждому настоящему мужчине необходима настоящая женщина. Я выбрал тебя, Джейн. Ты согласна? - Что ж, после всего, что между нами было, нас вполне можно считать любовниками. Да, я согласна! Неизвестно, чем кончился бы этот разговор, но к счастью, вся остальная команда, включая уважаемого доктора, была уже мертвецки пьяна, и двум влюбленным никто не помешал. Так они и уснули, обнявшись, а звезды и луна играли серебряными бликами на их обнаженных телах. **** На следующее утро первым, как ни странно, проснулся уважаемый доктор. Должно быть потому, что пил в тот вечер меньше всех. Он встал, потянулся, надел цилиндр, с которым практически не расставался, набил трубку, закурил и принялся плевать за борт. Тут к нему подошел Герот Огонек и серьезно сказал: - Не плюй в море. Не зли морского дьявола. Доктор Уильям Краут рассердился: - Молодой человек, я серьезный, образованный, здравомыслящий человек и не верю во всю эту чушь! Если вы заставите меня соблюдать еще и ваши дурацкие морские суеверия, я снимаю с себя обязанности корабельного медика! Сами разбирайтесь со своими ранами и болячками! -…. И сами отправитесь за борт. Нам на судне бесполезный балласт даром не нужен. Тут в разговор включилась заспанная, полуголая Джейн. - Не надо ссорится, мальчики. Все мы в буквальном смысле в одной лодке. Если вы будете ее раскачивать, потонут все. - Ну как бы там ни было. – примирительно сказал доктор. – Все это не столь важно. Меня сейчас больше беспокоит вопрос, что сейчас поделывает наш уважаемый капитан? - Дрыхнет без задних ног! – весело ответила Джейн. **** Тем временем в испанском порту, который недавно посетили наши герои, происходили следующие события. Комендант порта, которого, кстати, звали дон Алонзо Констата , распекал своих подчиненных. - И это называется береговая охрана! Не смогли справиться с горсткой сопливых мальчишек и одним полоумным доктором! Стыд и позор! Я не говорю уже о том, что из-за вас погиб смертью храбрых мой непосредственный подчиненный – начальник береговой охраны! Воры и грабители стали убийцами! И вы позволили им удрать! Трусливые кретины, вот вы кто! Тут подал голос один из участников вчерашнего сражения, с огромным синяком под глазом. - Вы забыли добавить, что эти мальчишки были вооружены холодным и огнестрельным оружием, и что у разбойников был не один корабль, а два, и полоумный доктор отвлек нас на себя. - Так вызвали бы подкрепление! Для чего вам свистки? Для красоты? Вот что, недоумки: этого дела так оставлять нельзя. Необходимо отправить в погоню за дерзкими пиратами разведывательный крейсер. Немедленно! И отправить этих негодяев на виселицу! Вы, кретины, тоже будете участвовать. Если вы и в этот раз опозоритесь, я вас разжалую, и вы отправитесь работать ночными сторожами в школу заочного обучения! Мне такие подчиненные даром не нужны. Идите и выполняйте приказ! **** Когда вся команда «Черного Кашалота» проснулась, опохмелилась и снова была в состоянии действовать и соображать, юнга Пол закричал из «вороньего гнезда»: - Вижу по правому борту какой-то корабль! - Опять «какой-то корабль»! – недовольно пробормотал капитан Джон. – Тоже мне впередсмотрящий! Посадить вместо тебя в «воронье гнездо» настоящую ворону – и то толку было бы больше! Юнга Пол опомнился, посмотрел в подзорную трубу и сказал: - На этот раз новости самые плохие. Это преследовательский военный крейсер под флагом Испании! С восемью пушками! Что прикажете делать, капитан! - У них целых восемь пушек, а у нас всего одна. Принять бой равносильно самоубийству, отступать – трусливо. Предлагаю маневр. Обходим их на малой скорости, подходим поближе и берем их на абордаж. Пушки пушками, но в наших жилах течет крепкий ром, а не тухлая морская вода! Посмотрим, кто кого, черт побери! Так они и сделали. Рулевой Джордж повернул штурвал на четыре румба влево, и «Черный Кашалот» медленно развернулся в сторону преследователей. Тем временем на борту «Морского Ястреба» происходило вот что. Комендант порта посмотрел в подзорную трубу и удивился: - Кажется, эти шалопаи совсем не собираются от нас удирать. Они определенно что-то задумали, только вот что? Тут к коменданту подбежал солдат береговой охраны, тот самый, с синяком под глазом. - Прикажете открыть огонь из всех орудий, сэр? - Это совершенно необязательно. К пушкам мы прибегнем в самом крайнем случае. Не хочется топить такой хороший корабль. Тем более, что у этих разбойников всего одна пушка, и та медная и стреляет камнями. А у нас пушки чугунные, и ядра к ним – тоже. Мы возьмем их голыми руками! И тогда нас всех представят к награде, а тебя, солдат, повысят в звании за усердие. Комендант снова посмотрел в подзорную трубу и поразился: - Гром и молния! Они уже у на за кормой! Ах я старый дурак! Надо было сразу открывать огонь, а не ждать неизвестно чего……. Но было уже поздно. Шайка пиратов с «Черного Кашалота» уже подошла вплотную к «Морскому Ястребу», и забросила абордажные крючья. Восьмеро пиратов во главе с Малышом Джоном перелезли по канатам на борт «Морского Ястреба». Началась жестокая битва. Восьмеро против четырнадцати! Да-да, уважаемый доктор тоже принимал в ней участие. Один оборонялся от троих солдат! Причем не пистолетом и не шпагой, а своим медицинским саквояжем, используя его как дубинку. Надо сказать, что саквояж у него был тяжелый, кожаный, обитый по краям медью, к тому же – отнюдь не пустой, вот только на этот раз в нем были не лекарства, а камни. Все медикаменты он оставил на «Черном Кашалоте» в кают-компании, а сам саквояж набил камнями. Малышка Джейн тоже отбивалась из-за всех сил. Крепко зажмурив глаза, чтобы не бояться, она тыкала наугад своей изящной дамской рапирой. И это тоже приносило плоды, - солдаты никак не могли к ней подступиться. Одному она даже выколола глаз, и он набросился на нее с диким криком. Но тут подоспел Том Бочка со своим знаменитым кистенем. Раскрутив его над головой, он размозжил голову тому солдату и сбил с ног еще двоих. Но больше всех отличился в том сражении Малыш Джон. Держа в одной руке шпагу, а в другой кортик, отобранный у начальника охраны, он бился один на один с самим комендантом. Конечно, комендант порта был более опытным фехтовальщиком, но у него был только кортик, а у Малыша Джона кортик и шпага, так что поединок велся с переменным успехом. Тем временем всеобщее сражение шло полным ходом. Герот Огонек нашел бочонок с порохом, насыпал прямо горстью в дуло своего пистолета, зарядил его мелкими гвоздями (гвозди, со времени приобретения пистолета, он всегда носил с собой) взвел курок и выстрелил. И попал весьма удачно – прямо в рожу толстому солдату, нацеливающегося на него ружейным штыком. Толстый солдат завопил от боли и выронил ружье. Герот Огонек пинком ноги сбил его с ног. Одновременно с этим, Малыш Джон изловчился, и, пригнувшись, в прыжке вонзил шпагу прямо в толстый живот коменданта. Комендант смертельно побледнел, зашатался и упал бездыханный. Сражение снова было выиграно, причем практически без потерь. Только Том Бочка был неопасно ранен в плечо, да Герот Огонек потерял в драке передний зуб. Победа снова осталась за нашими героями, еще более славная, чем предыдущая. Малыш Джон вынул окровавленную шпагу из груди мертвого коменданта, и радостно объявил: - Поздравьте меня! Я только что заколол своего первого негодяя, не считая того, что пошел на корм рыбам! Теперь мне точно не подобает зваться «Малышом»! Отныне я – Стальной Джон! С этими словами он снял с убитого врага капитанскую треуголку, оторвал с нее герб Испании и надел ее себе на голову. Затем, он снял с покойника сапоги и тоже обул в них свои ноги. Это был воистину триумф. **** Как только схлынул первый восторг, команда «Черного Кашалота» занялась делом: Приводила в порядок палубу и выбрасывала за борт убитых и раненых врагов. Затем они спустились в трюм – посмотреть, что там. Помимо бочек с порохом и пушек там обнаружилась внушительная кладовая, битком набитая всевозможной провизией. Когда же они дошли до отделения для узников, удивлению их не было придела: в клети сидели их товарищи по сиротскому приюту: Билл Балабол, Питер Сосна и Джек Пес. Больше всех обрадовался прежний Малыш, а теперь уже Стальной Джон. - Дружище Питер! Дружище Билл! Дружище Джек! Какими судьбами!? - О, это длинная и печальная история. – Ответил за всех Билл Балабол. И вот что они узнали: - Через несколько дней через вашего побега, - рассказывает Билл Балабол - мы вдохновились вашим примером, и тоже решили бежать. Но нам повезло меньше, чем вам. Не успели мы выйти из города, как нас задержали фараоны и хотели отправить нас обратно в приют. Но мы оказали сопротивление, были арестованы и жестоко избиты. Нас сунули в кутузку, но мы ухитрились сбежать и оттуда. Нас снова схватили, и вот мы здесь. Теперь мы горько пожалели, что сбежали из приюта. Там мы хотя бы ели пустую овсянку, а здесь мы вообще жрем помои. Мы уже совсем отчаялись, а тут вы, как ангелы спасения с небес. Отпирайте поскорее клетку, мне не терпится вдохнуть свежий воздух свободы…… - Зато теперь считайте, что вам сказочно повезло – ответил за всех Стальной Джон. – Корабль, на котором вас везли на каторгу, теперь принадлежит нам, и теперь вы смело можете считать себя членами команды, а меня – своим капитаном. Однако вы вовсе не обязаны обращаться ко мне «сэр», или величать меня «капитаном», потому что мы все еще друзья и товарищи. А теперь прошу всех наверх – праздновать победу. Поднявшись на палубу, Стальной Джон (теперь будем называть его именно так), сказал: - Ах да, забыл представить вам наших новых друзей и членов команды. Прошу любить и жаловать - это брат и сестра Джейн и Пол Болл, которым мы обязаны деньгами на покупку корабля, оружия и провианта. А это дружище Рик, который помог нам приобрести все это. А это - наш корабельный медик, которого мы подобрали по дороге. Доктор Уильям Краут снял шляпу и поклонился, а Джейн сделала книксен. Повернувшись к ним, Стальной Джон продолжил: - Знакомьтесь, это мои товарищи по сиротскому приюту. – Билл, Питер и Джек. А теперь, полагаю, самое время отпраздновать победу. На этот раз не пришлось даже ничего готовить. Кладовая бывшего преследовательского крейсера ломилась от еды. Там были и копченые колбасы, и головки сыра, и белый хлеб, и бочонки маринованной сельди, и множество бутылок с пивом и вином. В буфете кают-компании нашлись и тарелки, и вилки и даже бокалы. Вся команда «Черного Кашалота» пировала в кают-компании захваченного ими крейсер. Все ели, пили и веселились. Том Бочка прочитал очередной «экспромт», а доктор Краут сыграл «Зеленые Рукава» на губной гармошке, которую, как оказалось, он все это время носил в кармане. Праздник определенно удался. Но тут произошло непредвиденное. Доктор Уильям Краут, пивший в тот вечер меньше всех, перегнувшись через борт, заметил в полумраке в море большое темное пятно. Сначала он принял его за кусок тины, но присмотревшись повнимательней, различил в темноте барахтающуюся человеческую фигуру. - Человек за бортом! – Крикнул Уильям Краут. То час же всякое веселье прекратилось. - Все по местам! Аврал! – скомандовал Стальной Джон. Утопающему бросили спасательный круг и протянули спасательный канат, и через несколько минут на палубу поднялся, мокрый и дрожащий……мистер Чарльз Максвелл, собственной персоной. **** Должно быть, вас всех интересует, как уважаемый мистер Чарльз Максвелл стал жертвой кораблекрушения, и что из этого вышло. Извольте, я вам расскажу. После второго побега мальчишек из школы святого Патрика «Господин Трость» окончательно потерял терпение. «Какой же я осел! – думал он в ярости. – Обращался с этими мальчишками недопустимо мягко, позволял этой дуре Маргарет их баловать! И результате? Еще один побег! Нет, они не заслуживают хорошего обращения! Строгость, строгость и строгость, вот что самое правильное. Gogia aspera optima est! Я не буду возвращать этих маленьких негодяев обратно в приют, этого они не достойны! Я просто сдам их полиции. Они тысячу раз пожалеют, что сбежали. Они у меня попляшут!» С этими мыслями Господин Трость выбежал на улицу и принялся кричать; - Полиция! Полиция! Однако его никто не услышал. Было раннее утро, вся полиция мирно дремала в своих будках, и никому не было дела до того, что там кричит какой-то сумасшедший. А беглецы тем временем были уже далеко……. Вконец раздосадованный учитель сорвал с головы шляпу, бросил ее на землю и сказал: - А ну вас всех к черту, в самом деле! Завтра же подам прошение об отставке! Продам все фамильные драгоценности, заберу из банка все сбережения, и отправлюсь, ко всем чертям, в кругосветное путешествие! Только меня здесь и видели! Так он и сделал. Подал в мерию городка прошение об увольнении, прошение было принято, и он, собрав весь свой капитал, нанял себе роскошную каюту в пассажирском кругосветном корабле. Денег должно было хватить до конца путешествия. О том, что будет дальше, он не думал, и вообще махнул на все рукой. Но корабль, на котором он ехал, попал в шторм, потерпел кораблекрушение, и уважаемый мистер Максвелл чудом спасся. - И вот я здесь, мои юные господа. – закончил свой рассказ бывший Господин Трость. Стальной Джон презрительно сплюнул. - Юные господа! А были дрянные мальчишки! Вы трус, сэр учитель. К тому же мерзавец – любите издеваться над слабыми и беззащитными, а как только сами оказались в жалком положении, трусливо заискиваете. Мы отплатим вам той же монетой – посадим вас в трюм на хлеб и воду. В карцер его! Том Бочка и Герот Огонек отвели своего бывшего учителя в трюмное отделение, в ту самую клетку, где еще недавно сидели их друзья. И заперли там. Справедливость окончательно восторжествовала.