Ослеплённая

Сейчас, кажется, всё происходит как в сказке, выдуманной много лет назад мамой. Лежать под тёплым одеялом, прикрыв веки и слушая женский родной голос. Глаза дрожат, а на лице улыбка сменяется умиротворением. Это спокойствие было несравнимо, но так считалось лишь тогда. Находиться в объятиях близкого тебе человека, несвязанного с тобой по крови, незабываемо, если легко сказать. К этому можно подбирать множество эпитетов, и все будут хорошо подходить. Драко стал родным. За немногие четыре месяца из соперника он превратился в союзника, имеющего полную власть над Гермионой. Достаточно коснуться её или прошептать незамысловатые комплименты - она расплывается в улыбке, а бабочки в животе начинают порхать с новой силой и частотой. Теперь же, в комнате девочек, Гермиона и Джинни готовятся к выходу на Бал, прихорашиваясь в зеркале. Аккуратно уложенные волосы лежали на плечах, скрывая тонкие бретельки. Девушка не была готова распрощаться с этим платьем после мероприятия. Оно слишком сильно засело ей в сердце. На Джинни голубое платье до щиколоток, имеющее различные блёстки и украшения. На голове белый ободок, а на ногах такого же цвета туфли. Губы Гермионы в красном оттенке помады, идеально подходящей к ней. Контур хорошо прокрашен. Сегодня она и вправду выглядела потрясно, но хотела удивить лишь одного человека. Чтобы никаких сомнений не оставалось. Чтобы Пэнси увидела беспроигрышную кандидатуру и обомлела от красоты. Чтобы Драко довольно подошёл к Гермионе и прижал к себе, демонстративно показывая, чья это спутница. Гермиона напомнила себе маленькую девочку на детском празднике в честь нее. Когда каждый пришедший находится тут для неё одной. А она стоит в розовом платье и розовыми крылышками, купленными пару дней назад мамой. Ей тогда хотелось произвести впечатление на папу. Единственный мужчина в семье являлся её кумиром. Он отважен и храбр, старается защитить свою жену и дочь. Такой семьянин должен присутствовать в жизни любого. *** Декорации к Балу были подготовлены вчера самой Гермионой, учителями и некоторыми учениками. Она вызвалась помочь, чтобы хоть один уголок выглядел так, как она себе представляет. В котором и пройдет весь её вечер. В большом зале стояло много круглых столов с бело-голубой скатертью. Стулья выполнены в таком же оттенке, а окна выглядят ледяными. Сосульки тянутся вниз, но угроза упасть на голову одному из учеников - равна нулю. Первое, что может привлечь внимание - огромная рождественская ель, украшенная невообразимым количеством игрушек. Макушка достает до высокого потолка, а на ней красная звезда. Две ёлки по сторонам так же прекрасны, но уступают главной. Всё в атмосфере ледяного замка, но холода не было. Находиться в открытой одежде позволялось, несмотря на весь правдоподобный декор. Стол в углу Гермиона приметила себе, поэтому думала о том, чтобы поскорее его занять на самом мероприятии. До Бала оставались считанные часы, предвкушение росло с каждой секундой. Настроение поднято до небес и, кажется, ничего его не испортит. Джинни вышла первой, так как она договорилась с Гарри встретиться в определённом месте, чего не сделали Гермиона и Драко. Всё не должно пойти не по плану, поэтому девушка просто придёт в зал, а потом к ней присоединится спутник. Выйдя из комнаты через минут двадцать после Джинни, Гермиона неуверенно поплелась в сторону торжества. Тревога становилась сильнее с каждым шагом, но важно взять себя в руки. Никого из друзей по пути не встретилось, поэтому идти туда было ещё волнительнее. Увидеть удивлённые взгляды всех знакомых становилось намного страшнее, когда время приближалось. Но разглядеть в них ярость - равно умереть от стыда перед ними. Разочарование в ней будет, но Гермиона старалась об этом не думать. Она надеялась, что её друзья воспримут её выбор как должное, и проблем с дальнейшим общением не будет. Лестница вела вниз, и споткнуться об неё, было бы верхом неуклюжести. К счастью, этого не произошло, так как девушка смотрела себе ровно под ноги. То, что было спереди, для неё оставалось загадкой. Неизвестность пугала, а узнать её было ещё страшнее. Гермиона подняла взгляд вверх. Живот скрутило от волнения и подступающего комка в горле. На лице не было, ровным счётом, ничего. На последней ступени удовлетворённый Малфой смирно стоял в чёрном смокинге. Уложенная причёска делает его более сосредоточенным. Таким она его не привыкла видеть. Обычно, рукава рубашки закатаны, а волосы растрёпанные, как после сна. Выжидающий взгляд направлен только на неё, рука поднята на уровне груди, чтобы принять её запястье. Чтобы сделать его своим. Несколько учеников стоят на другой стороне лестницы и непонимающе смотрят на обоих. Перешептывания слышны оттуда, но это только прибавляет уверенности девушке. Гермиона облегчённо выдохнула, увидев его рядом, а долгожданная улыбка появилась на лице. - Мисс Гермиона Грейнджер, позвольте, я вас провожу в Большой зал, — поклонившись, шутливо сказал Драко, как вчера. Но вчера была локальность, в которую бесцеремонно ворвался Блейз. Сегодня им помешают все. Она вложила свою руку в мужскую и ухватилась, как за спасательный круг от всех завидующих глаз. Теперь она в безопасности. Теперь она с ним. Малфой прижал её ближе, игнорируя охающих учеников. Ворота в Большой зал открыты и пускают всех. Осталась самая сложная часть. Явиться туда, как ни в чём не бывало, и увидеть Гарри и Рона. В зале было намного шумно, чем в коридоре. Успокаивающая музыка тихо играла из магнитофона. - Мне нужно бояться, что тебя украдут за такую красоту? — прошептал Драко с улыбкой. Казалось, они вновь оказались в библиотеке, разговаривая на отстранённые темы, а позже позволяя себе поцеловаться и забыться друг в друге. - Это был комплимент? - Я старался, — их руки скреплены мёртвой хваткой. Дойдя до того самого стола, который понравился Гермионе, она выдохнула, потому что не заметила никого из товарищей. Разговоры между парой продолжались. Шутки со стороны Драко забавляли её, но напряжение от предстоящей, не очень приятной, беседы не утихало. - Всё в порядке, птичка? — обеспокоенно спросил Малфой, заметив беспокойство Гермионы. - Да, — соврала девушка, замечая подходящих к ней Гарри и Рона. На лице Уизли агрессивное непонимание, а Поттер старательно останавливает друга. - Рон..., — промычала Гермиона, перед тем, как Уизли взял её за руку и попытался увести в сторону без каких-либо объяснений. Драко вступился. Его разозлённый взгляд можно было увидеть за милю отсюда. Неаккуратно убрав руку Рона от девушки, он закрыл её собой. - Что ты творишь, Уизли? — сдержанно проговорил Малфой, но едва сдержал крик. - Гермиона, это твоя пара на Бал? — спросил Рон, немного наклоняя голову, чтобы видеть расстроенную подругу. Вопрос был риторическим, потому что каждому присутствующему здесь, было всё давно понятно. Просто он надеялся, что Гермиона скажет нет, развеет такие глупые и подтверждённые слухи, даст ему спокойно вздохнуть. - Я надеялась, что вы не будете устраивать концерт. Примите это, чего бы вам не стоило. Покажите мне уже, что вы мужчины, а не сопливые мальчики! — стараясь сдержать слёзы, высказала Гермиона. Ей прямо сейчас хотелось уйти отсюда и прихватить с собой Драко. Она ждала похода в библиотеку, чтобы почувствовать себя в безопасности. - Прости, — Гарри было стыдно, хотя он ничего не сделал. Его попытки удержать Рона были тщетны. - Уходите, не нужно портить людям праздник, — выплюнул Драко. Он всё ещё стоял между друзьями и держал Гермиону за руку, обеспечивая спокойствие. - Теперь вообще с нами перестанешь разговаривать? За этим уродом прятаться будешь? — не унимался Рон. Гермиона молчала, отводя взгляд. Она понимала всю обиду друзей на неё, но считала, что они должны были принять её выбор. Такой, каким он был, и без каких-либо поправок. Рон зол и вряд ли когда-то забудет такую выходку с её сторону. Если бы девушка призналась раньше, то такой взбучки посреди всего праздника не было. Сейчас жалеть о несделанных поступках являлось бессмысленной вещью. Всё сделано, время не воротишь назад. А если бы в её руках оказался маховик времени, она бы не вернулась назад, так как не видела в этом смысла. Гермиона бы не отказалась повторно начать общение с Драко. Потому что с ним обрела покой. Не стала бы рассказывать всё заранее, ведь реакция не изменилась бы. Всё слишком предсказуемо. Очень часто раздумывая об этом, девушка понимала, что рано или поздно этот разговор наступит, но каждый раз его решение она откладывала на потом. Не знала, что ответить и теперь стояла столбом, прячась за спиной Малфоя. Драко не вмешивался, так как считал себя лишним в этом. Просто помогал и защищал, видя разъяренного Уизли. Его не остановит совесть, а только физическое влияние. Малфой здесь необходим, как моральная поддержка Гермионы. - Я рад за тебя, — сказал Гарри с чистым сердцем, пугая всех троих. Эти слова расслабили медленно разбивающееся сердце девушки. — Возможно он лучше, чем мы его считаем. Будь счастлива, правда. Ты очень много сделала для нас и заслуживаешь хорошего человека, хотя я не мог представить, что это будет Малфой. Гермиона улыбнулась приветливости Гарри. Он правда успокоил лишь словами, пока Рон обдумывал свои ранее сделанные действия. Поттер не собирался подлизываться. Он говорил чистую правду, и в его голове ни разу не возникла идея осуждать девушку. Увидев её в сопровождении Драко, Гарри удивился, но потом опознал настоящее умиротворение, которое она испытывает рядом с ним. В её глазах читалось спокойствие и абсолютное доверие. Такое, какого он никогда не видел в свою сторону. Это новая ступень развития подруги в личной жизни. - А ты не так плох, Поттер, — усмехнулся Драко. Рон уже ушёл, вновь постыдившись попросить прощения. Он понимал, что следить за своим языком - главная его цель. Но Гермиона даже не ждала от него извинений, так как не меньше была виновата в его ярости. Каждый человек индивидуален, и то, как он примет шокирующую для него информацию, являлось разным. Гарри более расположен к необычным вещам, поэтому после двух своих косвенных убийств, принять отношения Гермионы и Драко, не составило труда. Рон тоже был на войне, тоже много видел, но это не может сравниться с потрясением Поттера. Они оба храбры и оба заслуживали знать правду изначально. - Прости, Гарри, я не знала, как вам сказать. - Не извиняйся. Думаю, Рон уже винит себя в этом, — посмотрев в сторону, куда ушёл друг, сказал Гарри и посмеялся. Обстановка вокруг располагала к непринуждённости. Поттер вскоре ушел, немного поговорив с подругой. Драко всё время молчал, ожидая, пока они договорят. Его взгляд всегда останавливался на её лице, рассматривая все черты и эмоции. Иногда он думал, что ему никогда не хватит времени проведенного с ней, поэтому он будет требовать от неё максимального внимания. Эгоизм лился в его крови с рождения, а может, Люциус заправлял новой партией, чтобы сын рос похожим на него. Такого не случилось, как бы грустно для него это не звучало. Драко хотел сделать жизнь Гермионы лучшей, в отличие от отца, только портя ежедневно настроение Нарциссы. - Рад приветствовать вас на таком торжестве, мальчики и девочки, юноши и девушки, мужчины и женщины. Святочный Бал, как вы знаете, назван так, потому что..., — никто его почти не слушал, но Дамблдор продолжал говорить некий тост. - Красивая помада, — в его руках стакан с соком, а взгляд направлен на читающего речь директора школы. — Жалко, что придётся стереть её сегодня. - На что ты намекаешь? — на лице образовался румянец от наводящих мыслей. - Хочу поцеловать тебя, — с улыбкой проговорил Драко шёпотом. Чтобы услышала только она, потому что Гермиона единственная, кто может слышать такие слова от этого парня. - Я объявляю Бал открытым! — сказал Дамблдор с переполняющих его эмоциями. По залу прошлась волна ликующих аплодисментов. Все учителя поднялись со своих мест, направляясь к центру. Танцевать хотелось всем, но многие пока что стояли, стесняясь пригласить пару. - Гермиона, потанцуем? — его рука легла на девичью талию, а вторая возникла прямо перед ней, приглашая. - Мы будем первыми? - Тебе это мешает? — манипуляция с его стороны удалась. Гермиона вложила своё запястье и шагнула вперёд. На них обращено десятки взглядов и все ждут первых движений от неожиданной для них пары. Девушка коснулась его плеча и посмотрела прямо ему в глаза, гипнотизируя. Он давно был под гипнозом, с их встречи в поезде. Казалось, что именно тогда она применила на него магию, которая работает по сей день. Музыка стала громче, переходя от приглушённой, до разрывающей барабанные перепонки. Драко повёл её плавно, глядя прямо в глаза и сдерживая себя, чтобы не коснуться губами её губ. На лице подрагивала улыбка от интимности момента, но в то же время настолько открытого. Все могли смотреть на них, и это бы не считалось перебором. Она хотела, чтобы на них смотрели. Шаги казались невесомыми и почти не чувствовались. Были лишь они вдвоём. Гермиона даже не заметила, как вокруг них встало множество пар, погружающихся в нежный танец. Несколько раз она ловила на себе изучающий взгляд Рона, следящий за руками Драко. Он вёл себя, как ревнующий отец, который с возрастом теряет дочку. Она растёт, развивается и находит личную жизнь. Девушка отводила глаза в сторону, снова вспоминая их неприятный разговор. Женские руки переместились с плеч на шею, поглаживая, а затем коснулись уложенных волос. Драко прикрыл глаза глаза и довольно улыбнулся, сжимая губы. - Ты специально? — он получил кивок. Малфой усмехнулся и прижал её ближе. Чтобы прочувствовать каждой частичкой тела, даже если это невозможно. Он вдохнул запах её волос и вновь мыслями очутился в библиотеке. В прошлые года он мог посчитать по пальцам, сколько раз ходил туда по своему желанию. На этом курсе это количество умножилось в миллион раз. В памяти всплыли фрагменты их уединения. Сбившееся дыхание, приглушённые стоны, горячие касания и умопомрачительные экстазы. За каждый пережитый момент Драко отдал бы всё, совсем не сомневаясь. Вены опять начали вздуваться от подступающего возбуждения. Лишь воспоминания делают его таким уязвимым. От этого хотелось смеяться над самим собой. Мелодия закончилась также неожиданно, как и началась. Пары стали расходиться. Малфой коснулся руки спутницы и направился в сторону их стола. Никто не собирался к ним присоединяться, что радовало обоих. Он увидел на себе взгляд Пэнси. Обиженный и наполненный возмущения. У неё не укладывалось в голове, как Грязнокровка смогла занять завидное место под крылом Драко. Паркинсон завидовала, не собираясь скрывать этого. Ревность была слишком явной, чтобы парень её не заметил. Но разговаривать с ней и объясняться он не видел смысла. Не было обещаний, подтверждающих его верность. Секс без обязательств устраивал всех, — так думал Драко. Но Пэнси готова была сделать всё, лишь бы засесть глубоко в сердце Малфоя. И чтобы вытащить её оттуда, пригодилось бы много месяцев, а может, и лет. Она хотела запомниться ему, как первая любовь, а не игрушка. Сейчас взгляд показывал очень многое, но понимала только она. Драко не хотел понимать. В её руках бокал шампанского, ноги стоят прямо. Платье было тёмно-синим, облегающим, но походило на обыкновенный кусок ткани, обмотанной вокруг тела. Она наряжалась для него и не смогла полностью получить восторг в его глазах. Она видела лишь пустоту и убивающее безразличие. Лучше ненавидеть, чем ничего не чувствовать. Но этот случай был именно таким. Ничего не будоражило в сердце Драко при виде Пэнси. Всё в ней было знакомо, что даже тошно. Она не та, которая нужна. Необходимая стоит рядом, разглядывая всех и улыбаясь, встречая ответный взгляд. Несколько раз за остаток вечера к ним подходили Джинни и Гарри, перекидываясь парой фраз. Рон всё ещё стоял в стороне, опасливо смотря на пару. Его спутница скучала и сидела на стуле, пока он обдумывал слова.