Явь и фантазия

Люди не прощаются со своими душевными проблемами в одночасье. Сегодня его будто подменили. Юра испытал облегчение от того, что Андрей и Максим смогли договориться. Не хотелось больших ссор и тихих воин. Но до сих пор было страшно за Энди. Он не хотел оставлять его одного на ночь. Как обычно высадив Макса у остановки, Юра предложил поесть в их любимой кофешки, потом позвонила Тома, в своей манере напомнив, что ей нужна машина, что они с подругами собирались к одной из них на дачу. И вообще-то он мог оставить машину у бизнес центра и отправляться на все четыре стороны. Юра совсем забыл о том, о чём они договаривались. В итоге до дома Андрея они дошли пешком, тот пригласил его на чай и Юра начал исполнять свой коварный план, не оставлять друга одного. Казалось, что с Энди всё в порядке, он улыбался и даже шутил, может и немного своеобразно, но всё же это было невероятным прогрессом в его состояние. А прогрессом ли? Ещё сегодня утром он не видел для себя иного выхода, как расстаться с жизнью, а сейчас… Юра старался понять, что происходит с его другом, но старался избегать прямых вопросов. Как-то незаметно разговор перешёл на него и на давнюю тему тату, тем более был повод, Тома днём прислала эскизы. — Можно глянуть? — заинтересовался Диллон. — И ты туда же? — вздохнул Юра, раньше Андрей относился к этой теме с пониманием, а теперь… — Ты что? На её стороне? — с подозрением шуточным спросил он. Диллон пожал плечами. Татуировки Юры он никогда не видел, а Андрей не спешил поделиться воспоминаниями, казалось, он вообще не следил за происходящим в реальности, полностью погрузившись в свои мысли. На репетиции он помог спеть «Шамана» и казалось, что только там он следил за высказываниями Диллона, но в какой момент он «отвернулся» полуэльф сказать не мог. — Ладно, — улыбаясь, смягчился Юра, открывая сообщение жены. — Первая мне не нравиться, не хочется носить на спине половину логотипа группы, кажется, она просто убрала посох и сменила ориентацию на вертикальную, — прокомментировал он, перелистывая первую картинку. У Диллона ойкнуло сердце, этот меч был настолько похож на реальный Холодный Огонь. Он привык разделять Торваля и Юру, как бы они не были похожи, но теперь при взгляде на рисунок меча, всё то смирение с его нынешней участью начала таить, как утренний туман, тысячи вопросов и предположений по поводу его, именно его, жизни, возникали в сознание полуэльфа. — Вторая или четвёртая? — оторвал его от размышлений Юра, перелистывая эскизы, игнорируя третью, где Тамара видимо разозлившись на мужа, а может и, прикалываясь над ним, дорисовала ещё и щит. Хотя картинка получилась действительно красивой. На второй меч был очень красивый, но с чересчур широким лезвием. Если бы какому-нибудь кузнецу пришла бы фантазия отковать такой, то мог бы занять достойное место в коллекции любителя необычного оружия. Тома не смогла не удержаться, что бы изобразить просто красивый меч, имевший уникальную гарду Холодного Огня. — Мне вторая не очень нравиться, — заметил Диллон. — Почему не первая? В смысле, чем он плох? — Тебе не кажется, что это глупо? — спросил Юра и прибавил. — Я бы оставил бы всё как есть, если бы Тома не пригрозила мне, что не остановиться и будет делать эскизы до тех пор, пока я не выберу один из них. Ты же её знаешь… Я так и предвижу, как на мои плечи падает вся домашняя работа, просто потому, что кое-кто на меня обиделся и, не переставая закидывает меня эскизами. Я выберу, что мне больше нравиться или, наконец, решусь с ней серьёзно поговорить, — пояснил он, закрывая ладонью правой руки часть левой. — И знаешь, я бы лучше бы набил две новых, правда, не знаю пока что. Диллон не совсем понимал весь смысл сказанных слов, но он был прав, всё это что-то значило. Это было известно Андрею, и эта тема явно была не самой любимой для Юры. — Почему глупо? — пожал плечами Диллон. — Вот он Холодный Огонь! Ведь именно его ты хотел. — Его, — вздохнув, признал Юра. — Но тогда я слабо различал что реально, а что нет. Я хотел иметь Меч, пусть даже так, — смотря на скрытое ладонью предплечье. — Я жалел, что рождён в этом сером и унылом мире. И спасибо, что помог мне найти обратный путь в реальность, вновь увидеть краски. И мне до сих пор стыдно перед Томой, что оставил её и Ваньку, — усмехнулся он, отгоняя от себя мрачные мысли. Если тем, что было, он смерился, то вот будущее начинало его пугать. — Зато, если бы я после этого не стал бы тусить с риливиками, то нам бы пришлось бы туго с первым клипом, а может мы бы его и не сняли бы его до сих пор. Диллон не до конца понимал, о чём говорит Юра, но неужели полуэльф действительно прав, что то, что произошло с ним когда-то связанно с тем, что он Видящий? Семь лет назад… А что такого произошло тогда в его мире? Если считать грубо, то это сорок с лишним лет. А Торвалю примерно столько лет. Фаэрол, что-то говорил о том, что Видящие связаны. Жалко, что он не мог поговорить с драконом, да и не интересовался он тогда этой темой. — Знаешь, по-моему, в любом мире свои проблемы. Ведь и Торвалю нелегко пришлось в жизни, — заметил Диллон. — В конце концов, он нашёл, себе хобби и я не могу представить, что было бы, если бы на его жизненном пути не встретился Холодный Огонь. Возможно, что он бы погиб или был бы угнан в рабство во время нашествия Чёрной Руки, — ответил Юра, устремив свой взор в пространство и продолжил. — Да он это и сам понимает, деревня была разорена, а что стало с его родными, он до сих пор не знает. Мне хочется верить, что они живы, такой человек, как Торваль, недостоин, испытывать муки совести за смерть своих близких, хотя тогда он ещё был никем и всё равно не смог бы им помочь, — ответил Юра и задумчиво добавил. — Забавно, что у нас всё наоборот. У Диллона есть Кариэль, а та, которую полюбил Торваль не будет с ним… — Юра остановил себя, чувствуя, что не стоит продолжать и говорить о Крис. Диллон хотел разузнать что-нибудь о будущем, но вовремя замолчал, слишком уж ему было знакомо это лицо, задумчивое и тревожное. Но если Торваль не понимал, что именно видит, не мог объяснить, эти фантазии казались ему чем-то чужим, и он предпочитал их забывать. То, что же гложет Юру? Он, судя по всем этим фильмам и пояснениям Андрея, мог вообразить себе их мир и писал о них песни, возможно, рассказывал сыну сказки. Быть может, этот мир привлекает его больше чем реальный и это его и пугает? — Может тебе остановиться на первом варианте? Я об эскизе, — место этого спросил Диллон.- Конечно, это иное, но я же футболку ношу. Юра будто бы очнулся, немного повёл головой и, улыбнувшись такому сравнению, и пожал плечами. — Я ещё подумаю или всё же поговорю с ней. Хотя мне кажется лучше четвёртая. Наверное, просто потому что мне нравиться, как выглядит двуручник, хотя гарда Холодного Огня выглядит немного неуместно. Диллон взглянул на пол, куда до сих пор не вернулся из чистки ковёр, кое-что, вспомнив, заметил: — Песню ты так и не представил, — нужно было найти тему для разговора, так чтобы он не затух. Может ему удастся ещё раз задать удачный вопрос о своём мире. — В четверг, — вновь пообещал Юра. — Как-то в этот раз пишется не по порядку, можно даже сказать с конца. У предпоследней уже есть припев и бридж, и кажется второй куплет, хотя он мне не нравиться, — он помолчал и прибавил. — Стоит ли бросать всё и этим заниматься сейчас или написать, сколько напишется и пока оставить и сначала закончить работу над клипом. Жалко его оставлять его на потом. Сценарий есть, я присмотрел несколько локация, и сначала мне думалось, что это будет легко, но стоило сесть за сценарий… Не читал, да? — со вздохом констатировал он, видя тень непонимания на лице Андрея, прикрытую вежливым выражением «слушаю». — Я просто… – замялся Диллон, стараясь растормошить Энди, но тот отмахивался от навязчивых просьб. — Кстати, что вы с Максом решили? — спохватился Юра, с тоской глядя на опустевший, чайник, в кружке осталось пару глотков, а хозяин дома и не думал вскипятить ещё. Нужна была тема для разговора, которая могла растянуть его хотя бы до полуночи, а потом он может сжалиться над другом и постелет на коврике. Дотянуть бы ещё до этих двенадцати. Чай хоть немного помог почувствовать себя бодрее, но чем сидеть полночи, Юра предпочёл встать пораньше, и вообще как можно спать, когда можно встречать восход и вдохновляясь его нежной красотой творить. — Он сказал, что считает правильным уступить роль мне, но я думаю, что не стоит разрушать твой замысел из-за недопонимания. Поэтому пусть будет Макс, — попытки расшевелить Андрея увенчались успехом, Диллон считал, что не имеет права принимать решения, касательно будущего. — Уверен? — переспросил Юра, который в душе был рад такому исходу, он не представлял Энди главным героем клипа, даже в теперешней ситуации. — Ты же знаешь, это не самая моя любимая песня, — Диллон понимал состояние, о котором писал Юра и видел эту песню только с его точки зрения. Да и он не Андрей, он просто не может сидеть и грустить, когда вокруг него такой огромный и неизведанный мир. Только одна мысль омрачала его сознание, тревога за Остров и за Кариэль. Что с ней? Прошло больше месяца, как он уничтожил демонов из мира. При мысли о ней сердце болезненно сжималось. Как спросить? Неизвестность пугает больше всего. Да и Торваль… Хотя за друга он переживал меньше всего. — Не хочешь, так не уступай, — по-своему расценил внезапно помрачневшее лицо друга Юра. — Не в этом дело… — ответил Диллон, заводя за ухо прядь, выбившуюся из хвоста, скрывая за жестом, то, что был вынужден проглотить продолжение фразы. Он мог в любой момент признаться, обозначить своё присутствие и доказать, что это не Андрей спятил, а действительно он Диллон, но как только полуэльф вспоминал, как Юра контролировал его, не давая самостоятельно и шагу ступить. — Крис? — предположил Юра. Диллону пришлось кивнуть, но отвечать ничего он не стал. Его Кэри не имела ничего общего с этой грубой женщиной, их связывала внешность, настолько насколько человек может быть похож на эльфа королевской крови. — Злишься на неё? — для Юры лицо друга было открытой книгой, особенно сейчас, когда он старался отдать этому всё своё внимание. Ответа на этот вопрос Диллон не знал, поэтому ему только и оставалось пожать плечами. Он не мог ни как подвести разговор к теме, что доставляла столько волнений, а задать интересующий его вопрос в лоб было бы как-то странно, подозрительно. Отчаянно захотелось спать, полуэльф настолько отвык от этого чувства, что не сразу осознал, что с ним происходит. Этот мир не переставал его удивлять, если в гостях у Торваля он в основном спал на лавке или на полу, зимой последнее сомнительное удовольствие, и как же долго он привыкал не падать с лавки. А здесь же обычное на вид мягкое кресло превращалось в подобие лавки, только мягкой, но такой же узкой. Тихий ночной разговор затих, и Андрей, кажется, уснул, но Юра не мог выгнать дурные мысли из головы. А если он не спит? А если он что-то удумал и… Спалось отвратительно, только задремав, он вновь просыпался, вслушиваясь в ночные звуки, в мирное сопение. К шести утра это стало не выносимо, да и сон больше не шёл, немного полежав, он встал и чтобы не разбудить Андрея ушёл на кухню. Отдыхать, когда он был «вторым голосом» Диллон научился почти сразу, нужно было просто заставить себя ничего не видить и не слышать и тогда, в абсолютной темноте и тишине наступало состояние покоя, некое подобие сна, в нём не было ярких ночных образов, только отголоски того, что переживал Андрей. Он не чётко помнил свой сон, но точно знал, что был рад не просто забыться в темноте и тишине, а действительно спать. Он старался поделиться своим счастьем с Энди, но тот вновь игнорировал его. Диллон нахмурился, сосредотачиваясь на том, что чувствует его сосед. Стало холодно, прекрасное настроение улетучилось, а потом возникло ощущение, глухой злобы на него, не чёткие образы, дающее понять, что он не рад такому вниманию к своей персоне. Хотелось поговорить, выразить своё отношение к задумке Андрея, но он вовремя вспомнил, что он не один и не стоит «разговаривать с зеркалом». Хотя… Диллон поднялся и побрёл в ванну. Если включить воду, то это заглушит его голос и там есть зеркало, да и привести себя в порядок не помешает. — Энди, что с тобой? — задал вопрос, полуэльф, стараясь дать понять, что настаивает на ответе. Ответ последовал не сразу. — Мы с тобой договаривались, что ты дашь мне время прийти в себя, обдумать своё будущее. — Тебе плохо и то, что я делаю… — Диллон замялся, подбирая слова, — живу твоей жизнью, только вводит людей в заблуждение. Я уверен, что тебе нужна помощь… — И ты туда же! — раздражённо заметил Андрей, и казалось, громче, чем следовало, заметив это, продолжил он уже тише. — Пойми, что мне нужно время, и ты можешь мне его дать, и с тобой я больше не подведу остальных. И ты так хотел петь. - Да, хотел, - подтвердил Диллон. — Но с тобой что-то происходит и меня это пугает. — Всё в порядке, — заверил его Андрей. — Просто не трогай меня без особой надобности, а я пока… посплю. Сил нет, с тобой разговаривать, — прозвучало это совсем тихо. Юра сидел на кухне, когда из ванны вышел Энди, с полотенцем замотанным на манер тюрбана. — Похвальное дело начинать день с «Шамана»? — спросил он. — Только смотри, чтобы эта ненормальная ментов не вызвала, она ещё десять минут в своём праве, — усмехнулся он. — И да, с добрым утром! Диллон пожал плечами, ему понравилось петь в душе и сейчас он пытался сладить с этой песней, так чтобы обходиться без помощи Андрея, не получался у него второй припев, сколько бы тот не пытался. — И у тебя, что мышь повесилась в холодильнике? — спросил Юра, размачивая в кружке сухарь, который когда-то был куском хлеба. — Ты вообще ешь? — В смысле? — не понял Диллон и ответил. — Ем. — От голода, — пояснил Юра, подозрительный кусок брынзы, который, мог остаться ещё с нового года и подаренную в прошлый раз бутылку минералки за еду он не считал. — Видимо ты освоил праноедение, — усмехнулся он, а затем добавил, извлекая из чашки немного разбухший сухарь, — или стал растением. Бери, так ещё половинка осталась, — шутливо великодушно разрешил Юра, указывая на хлебницу. Диллон посмотрел с сомнением на засохший кусок хлеба, а затем на друга. С тех пор, как Юра помог в уборке Андрей ни разу дома не ел и холодильник не открывал, неужели?.. Он открыл холодильник, обозревая пустые полки, и ни какой мыши там не обнаружилось, Энди на него внимания не обращал, и черпать информацию о мире было не откуда, но что-то здесь явно не складывалось… Не мышей, ни клопов, ни вшей, ни тараканов, а уж тем более блох, он здесь не видел и даже не слышал о них, вообще склонялся к мысли, что либо их в этом мире нет, либо они не являются проблемой. При мысли о вшах он инстинктивно почесался, вспоминая об этой напасти. Андрей гад, видимо вдохновляясь этими своими фильмами (где это видано, чтобы эльф сражался простоволосым?!) прошёлся от самой Академии по городу не собрав волосы в косу. Итог был очевиден. Ладно, быстро справился, поняв, что именно происходит с ним, но до этого он успел заразить Кариэль. Несчастная никогда не знавшая паразитов, свойственных людям, чуть не сошла с ума, не понимая, что с ней происходит. — Знаешь, - глубокомысленно начал Диллон. — Я что-то не вижу твоей мыши. Юра не выдержал и засмеяла. Полуэльф не понял, что именно его насмешило, но решил на всякий случай поддержать его. Отсмеявшись, Юра вылил чай в раковину и отправил в мусор подозрительный сухарь. — Переиграл! — воскликнул он, и окончательно успокоившись, добавил. — Помочь затариться? Диллон кивнул. Может готовить он и не умел, но вот иметь дома что-то перекусить он не отказался бы, а сам добывать еду в этом мире он опасался, он один раз видел магазин, но в тот момент Андрей с ним не разговаривал и пояснить, что для чего не мог. — Давай, тогда так, — Юра вздохнул, соображая как без ущерба перенести свои дела или вписать в них Андрея, так чтобы ни кто не пострадал. — Заедим ко мне, возьмём машину и поедем в «О’кей», потом я заберу Ваньку от тёщи и закину тебя домой. Идёт?  — Хорошо, — пожал плечами Диллон, а что он мог ещё ответить. — Надеюсь, Тома вернулась домой ночью и нам не придётся её ждать… Эта надежда не оправдалась. Не обнаружив во дворе дома своей машины, он долго пенял на то, что в их городе не развит кашеринг и, расписывая, как повезло жителям двух столиц. А ещё Диллон узнал, что по какой-то неведомой причине, которую, несомненно, знает Андрей, Юра «больше не ногой в такси». Зато он был рад позавтракать у него дома. Он разительно отличался от квартиры, где жил Энди и полуэльф не сразу понял чем, кроме того, что там было три комнаты. Была у этой квартиры душа, что ли. Юра пошёл собрать завтрак, оставив своего гостя в большой комнате. Чтобы разморозить блинчики в микроволновки много времени не надо, как и поставить на плиту чайник. Взгляд Диллона сразу приковал к себе один предмет, висевший в простых ножнах над диваном. Меч. Точь в точь, как Холодный Огонь, каким он в основном был для Торваля. Он понимал, что это лишь копия, но один его вид всколыхнул в сердце бурю переживаний. — Железякой любуешься? — вырвал его из раздумий его голос Юры. — Можно? — стараясь говорить, спокойно спросил Диллон. Юра пожал плечами, снял ножны со стены и ловко извлёк из них меч. Было заметно, что он умеет с ним обращаться, а затем место того чтобы его дать подержать, перехватил за рукоять. — Защищайся! Диллон инстинктивно уклонился от возможного колющего удара, хватая стоящую у входа в комнату швабру с рисунком синих сердечек и останавливая своё движение о косяк двери. Железякой весом в пару кило, выкованной на манер боевого меча, можно и без заточки поранить, особенно если хоть как-то умеешь с ней управляться. Юра хотел только вытянуть руку с мечом, но ожидая от друга такой прыти, но в следящее мгновение в руках соперника появилось страшное оружие — швабра, которую Андрей держал на странный манер, но судя по его движениям, это тоже был меч. Диллон улучив момент, скрутил насадку швабры, чтобы не мешало. Юра умел управляться с мечом, но даже полуэльф, не искушённый в этом деле подмечал ошибки, которые могли быть роковыми на поле боя. Наверное, будь Диллон собой, то возможно смог бы одержать победу, но навыки Андрея в этом деле оставляли желать лучшего. Его немного злило, что обладая преимуществом, большей длинной «оружия», ему было всё равно не достать своего соперника. — Мне иногда кажется, что у меня двоя детей… — со вздохом прозвучал тихий женский голос. Бойцы замерли. Диллон немного смущённо слез с дивана, куда его загнал Юра, тот опустил кленок в пол и оглянулся в поисках ножен. — А что такого? — пожал он плечами. — Мы ничего же ничего не разбили, — улыбаясь, заметил он. — Доброе утро, милая! — Утро добром не бывает, — поморщилась она. — Поговаривают, что в этом случае помогает хороший завтрак, — намекнула она. — Блинчики в микроволновке, — пожал плечами любящий муж. Тамара вздохнула и побрела на кухню. Юра перехватил меч и протянул рукоять Андрею. Диллон взялся за рукоять, посмотрел на понятую палку от швабры и рассмеялся, представляя, как глупо должно быть это выглядело со стороны. Тома тем временем милостиво поделилась успевшими остыть блинчиками, забрав себе чуть ли не половину упаковки. — Себе он значит, меч выковал, а когда я говорю, что мне неплохо было бы купить лук, он только кивает, — пожаловалась Тамара, принеся кипяток и заварку с кухни. — На кой он тебе? — вздохнул Юра и, предвидя встречный вопрос, быстро продолжил. — Меч остался со съёмок клипа и Лёха мне хорошую скидку сделал. — А чём мы будем обороняться от зомби, в случае этого сценария глобального трындеца? — совершенно серьёзно ответила Тома. — Меч это хорошо, но, по-моему, отстреливать ходячих лучше с расстояния. — Да будет тебе лук, — махнул рукой Юра. — Вот видишь! — театрально всплеснула руками Тома. — И так каждый раз! — Ты взрослая девочка и сама можешь его себе купить и разбираешься ты в них лучше меня. — Такие вещи себе не покупают. Их дарят, — непреклонно возразила Тамара. — Себе я вот могу новую тату-машинку купить, а тебе я… -… носки дарю, — закончил за неё Юра. Диллон предпочёл не участвовать в этом странном и не понятном разговоре. Жена Юры выбивалась из представлений полуэльфа о женщинах. Было такое впечатление, что её лицо ей ему знакомо. Может он бы и смог её вспомнить, но с толку сбивали синие волосы, а вот манера поведения была ему тоже знакома. В обоих мирах жили очень похожие люди, не каждого Диллон знал или мог опознать. Как это сейчас происходило с Тамарой. И ещё один вопрос к девушке, крутившийся у него в голове: «Зачем ей татуировки?». В смысле нормальная женщина не должна… хотя, знавал он одну особу, она была с севера и владела своим топором, так что редко кто мог ей что-то противопоставить. Орки боялись её ярости. А ещё Торд однажды его перепила. Это был самый большой позор маг, полуэльф, проиграл женщине! Нет, скорее не позор, а честь. Возможно, именно она была похожа на Тамару. Правда Торвалю Торд не поддалась. Он пытался, но однажды она сказала что-то такое, после чего Торви перестал с ней разговаривать. А если воительница отказала Герою Холодного Огня, то, что же светит другим? Поэтому дочь севера вскоре осталась «своим парнем» в компании воинов. Тома ожгла мужа осуждающим взглядом и удалилась в другую комнату. — Ещё скажи «Ой, всё!», — усмехнулся Юра. — Ой, всё! Вопрос закрыт, — высунулась из-за косяка Тамара, поддерживая улыбку мужа, и парадирую гламурную дамочку, что в её исполнение выглядело очень комично. После чего вновь исчезла в комнате и оттуда уже напомнила. — Не забудь Ваню забрать, а то мама его раскормит до состояния шара. Неужели люди в этом мире настолько не отягощены условностями в отношениях? Это вызывало даже какую-то зависть. Даже наедине эльфы должны соблюдать определённые правила поведения. Отчасти ему повезло, Кэри не очень любила когда ей указывают, что делать, когда её ни кто не видит. Её кумирами были женщины севера, свободные и гордые воительницы переносящие тяготы быта и войны. У них женщины даже могли наследовать, что для эльфов было просто немыслимо. — Тома у меня самая лучшая, — улыбнулся Юра, ответив на замечание Диллон. *** Квартира Юры была мало приспособлена к приёму гостей. Диллон даже не заметил, как дружеские посиделки затянулись допоздна. Юра честно досидел до того времени, когда ни какой транспорт уже не ходит и гостю пришлось постелить на кухонном диване, увеличив прощать спального места с помощью табуреток и стула, а поверх положить матрас, приобретённый как раз для таких случаев. Диллону пришлось признаться, что у него совсем нет денег, и Юра был в полной уверенности, что Андрей не сбежит от него на такси. Нужно было что-то решать, нельзя же так жить, постоянно контролируя передвижения друга, пусть и из лучших побуждений, но всё же. Полуэльф же испытал некое тёплое чувство. Ни что не меняется, что у Торваля гостям спать негде, что у Юры. Эта схожесть заставила улыбнуться, хотя на душе вновь возникла горечь. Может он ошибся и Фаэрол его не ищет? Быть может, он никогда не вернётся домой? Тогда легче «уснуть» навечно, отрешившись от мира и жизни Андрея, чтобы не мешать ему. Такие мысли ранили саму душу, лишали надежды. Ночная тишина завладела домом, а Диллон лежал и думал, сон в незнакомом месте не шёл. Андрей так и не вспомнил заклинание, которое его читал для переноса обратно, но полуэльф думал, что это было связанно именно с ним. Возможно, что Андрей отвязал свою душу от тела Полукровки и вернулся домой, а вот Диллон сохранил привязку к телу Энди. Сложно воздействовать на нематериальный план, а ещё сложнее это делать не в своём мире, где вдобавок нет магии. Интересно, что на этот счёт думает Ирьен. Он, как оказалось, больше знает об иных мирах. Хотя, какой эльф проживёт столь длинную жизнь? Пятнадцать веков… Вернее больше, чем тысяча пятьсот лет, ведь переехал жить в другой мир в осознанном возрасте. Хорошая разница месяц за век. Если Фаэрол не спешил за своим другом, то возможно он вообще не придёт за Диллоном? Что вообще произошло в том мире целую вечность назад? И может быть в своей позиции прав Айскай? Хотелось разбудить Юру и прямо сейчас задать мучившие его вопросы. Не вытерпев, он сел поднялся и подошёл к окну. Хотелось вдохнуть холодного ночного воздуха, потушить пожар в груди. Он видел, как открывают окно. Ночь остудила мысли, здесь, так высоко над землёй не было слышно того, что происходит внизу. Вот бы вновь оказаться на вершине здания, попытаться понять, что это такое, тогда он волновался за Андрея и не мог ощутить всей этой красоты. Шальная мысль постучалась в сознание. В квартире Юры была длинная лоджия, расположения так, что окно кухни тоже выходило на неё. Диллон распахнул его и перебрался через подоконник, отдаваясь ночи. По небу, поминутно закрывая растущую Луну, бежали подсвеченные отражёнными огнями города облока. В этом мире не существовало абсолютной темноты. Внизу почти беззвучно проносились машины. Диллон уже почти привык к местной архитектуре. Благодаря Андрею он понимал, что война нынче ведётся по-другому, и что стены не смогут защитить жителей города от невероятного оружия. Он кинул взгляд на противоположный край балкона, и крайне удивился, что оказывается он здесь не один. Укутавшись в плед, на табуретки сидел Ваня, придерживая рукой окуляр телескопа. Мальчик видел, как дядя Андрей выбрался погулять, но не знал, что делать ему, надеялся, что его не увидят. — Только не говорите папе, — попросил он и вздохнул. — Он будет ругаться, что я по ночам не сплю. — Не скажу, - пообещал Диллон.- Не светло тебе на небо смотреть? — спросил он, не сказать, что астрономия сильно увлекала его, но это была одна из обязательных дисциплин, которой каждый приличный и вращающийся в светских кругах эльф должен разбираться. Хотя почти все его знания в этом мире обесценивались. — Светло, — согласился мальчик. — Но мне нравиться Луна. Мама обещала, что мы все вместе поедем на пикник и возьмём телескоп. Мне так хочется увидеть Юпитер! — мечтательно улыбнулся мальчик. — Твоя мама молодец, — со вздохом улыбнулся Диллон, он почти нечего не знал о родителях Андрея, но свою мать он очень любил, хоть и никогда не знал её, а за предательство эльфийского народа её вычеркнули из анналов истории, сожгли все ей портреты. Он пытался воссоздать её образ со слов Ирьена, но всё это было не то. — Хотите посмотреть? — вывел его горьких раздумий Ваня, уступая свою табуретку. — Хочу, — кивнул полуэльф, наклоняясь над телескопом. — Не так, — деятельно заметил мальчик, заглядывая в окуляр, чтобы убедиться, что ничего не сбилось. Луна этого мира чем-то напоминала спутник родной планеты, его мира. — Сейчас ещё рано, — как будто извиняясь, сказал мальчик, вновь садясь на свою табуретку и кутаясь в плед. — Но я никогда не дожидался, когда света станет меньше, — грустно заметил он. — Я засыпал. — Подрастёшь, сможешь, ночи напролёт сидеть и смотреть на небо, — заверил его Диллон. — Я не так люблю астрономию, но, наверное, тебя понимаю. Меня тоже заставляли ложиться рано спать, но иногда я сбегал и любовался небом… В те моменты мне казалось, что мир огромен и так хотелось покинуть родину, чтобы увидеть, что там, за её приделами. — У вас не было Интернета, — серьёзно заключил мальчик. — Сейчас можно путешествовать, не выходя из дома. — Не думаю, что если бы я рос сейчас, у меня бы был доступ к Интернету, максимум, что мне грозило бы это дешёвый кнопочный телефон, — задумчиво ответил Андрей, по всему его существу прокатилась волна застарелой боли и злости. — У тебя есть то, что ты захочешь, цени это. Ваня серьёзно кивнул, глядя на большое облако закрывшее Луну. — Я хочу стать астрономом, чтобы открывать новые планеты и однажды найти инопланетян, — поделился он. — Инопланетян? – удивился Диллон, только по частям слова догадываясь, что речь идёт про жителей иных планет. Но ему думалась, что искать жизнь на других планетах так себе идея, кто знает, что эта самая жизнь подумает о нашедших её и что, потом сделает. — И когда-нибудь у каждого будет свой космических корабль, и мы будем летать от планеты к планете, как в No Man’s Sky. Диллон кивнул, ему было нечего ответить. Опершись на перила лоджии, он некоторое время, стоя, созерцая ночной город. В голове настойчивым образом вспыхнула картина падения вниз, полуэльф быстро сделал шаг назад, помня, что в случае чего ничего не сможет противопоставить Андрею. — Спокойной ночи, - улыбнулся он, подходя к окну, и вернулся на кухню. Со стороны, наверное, это выглядело забавно. Хотелось забраться под одеяло, согреться и он очень надеялся, что после этого сможет уснуть. Диллон сел на кровать и уже хотел лечь, но не тут-то было, его место было занято. — Кыш! — прошипел он на кота, который улёгся прямо посередине кровати, но хвостатый даже ухом не повёл. Кошки нужны, чтобы ловить мышей, полезное в хозяйстве животное и в отличие от собак ни кому не подчиняется. Но этот кот слишком много себе позволяет и слушает только Тамару. Рыжий даже ухом не повёл. Диллон осторожно коснулся наглеца и, убедившись, что он не собирается прямо сейчас его цапать спихнул на пол и лёг. Согревшись, он действительно начал засыпать, как вдруг кто-то прихватил его когтями за руку. Диллон отвернулся к стене, прижав руки и укутав ноги одеялом, но не успел он задремать, как что-то тяжёлое упала ему на голову, а затем глухо стукнулось об пол. — Лари! — раздался приглушённый мальчишечьей голосок. — Слезь оттуда! Я всё маме расскажу! Что было дальше Диллон, не особо помнил, но точно знал, что на него больше ничего не падало. Видимо угроза сработала. Светило солнце. Он сидел под деревом, облокотившись на ствол, положив на колени доску. Карандаш скользил по листу, добавляя последние штрихи к рисунку. Солнце согревало своими лучами, его тепло сливалось с внутренним светом. Он привычным движением завёл непослушную короткую прядь за ухо, ощущая пальцем острый кончик. Знакомый пейзаж согревал его сердце. Опушка леса, откуда видны крайние дома предместий и дорога, вьющаяся на юг. Знакомый силуэт шагал к нему напрямик. Кэри обнимает его в беседке королевского сада. Он смущён и не способен шевелиться. Каждое её прикосновение обжигает огнём любви. Несмелые прикосновения, нужно заставить себе отстраниться, если кто-то увидит, то это уничтожит её репутацию. — Кэри… — выдыхает он, поднимаясь и проваливаясь во тьму. Он кричит, зовёт любимую, но её нигде нет. Только непроглядный мрак и одинокий тёплый солнечный луч светит в лицо. Диллон открыл глаза, перед глазами предстала чужая кухня. В душе вспыхнуло разочарование, настолько ярко он только что ощущал себя собой, чувствовал собственную магию. Он бы променял бы всё, все свои воспоминания и знания, полученные в этом мире, лишь бы очутиться рядом с ней, вновь увидеть лицо, услышать её голос. Очень захотелось выпить чего-нибудь крепкого, чтобы забыться. Диллон подавил это желание и сел на своей импровизированной кровати. Больше чем два месяца прошло в его мире. Что случилось с его телом? Объявил ли Ирьен его мёртвым или сказал, что после заклятья такой огромной силы он просто спит, восстанавливается. В первым случае, у него нет шансов воссоединиться с Кэри ибо она, скорее всего, будет связана узами брака с кем-то другим. Последняя представительница основной ветви королевского рода просто не может остаться вдовой, не может не принести наследника. Оставалась надежда на второй вариант. Хотя после того, что учинили демоны, власть Ирьена могла и пошатнуться. Эльфы не любят смерть, не её вид, не упоминания о ней. Более долгая жизнь позволяет в какие-то моменты забыть о ней. Нужно умыться и всерьёз заняться «Шаманом», хотелось спеть это место самому, а если Андрей не поможет, то, что он будет делать? Опозориться перед своими слушателями? И очень хотелось вернуться домой, чтобы никому не мешать. Купленные вчера продукты нужно было довести до холодильника и ещё раз поговорить с Андреем. Послезавтра он должен занять своё место, но Диллон чувствовал, что ему лучше не стало. От него исходил холод и ощущение безнадёжности, и почти полное безразличие к происходящему вокруг. Вздохнув, Диллон поднялся и пошёл в ванну. Включил воду и взглянул в зеркало. — Энди, — тихо позвал он хозяина тела. В ответ молчание. — Энди, я чувствую, как тебе плохо. Могу ли чем-то помочь? Ответь, пожалуйста! — Дил, отстань. Оставь меня в покое. Я просто хочу отдохнуть, — почти неслышно вздохнул Андрей. Дверь скрипнула. Он машинально оглянулся. — Доброе утро, дядя Андрей! — поздоровался Ваня, и быстро прошмыгнув вдоль ванной, потянулся к крану, чтобы набрать бутылку. — Давай помогу, - предложил Диллон, помогая удержать потяжелевшую двухлитровую бутылку. — Спасибо, — улыбнулся мальчик, беря её и выходя из ванны. Диллон умылся и вернулся на кухню. Он слышал, что кроме него и Вани в квартире кто-то есть, но старался продлить мгновения одиночества, осадок грусти от сна до сих пор остался на душе. Он подошёл к окну, небо затянуло облаками. Немного подумав, Диллон вылез на лоджию. Было прохладно, улыбнулся, вспоминая ночной разговор, кинул взгляд на противоположный край, и усмехнулся, оттуда с тревогой на него смотрел Ваня, около него лежали небольшие шары из упругого материала, наполненные водой. Он сам стоял у перил, удерживая навису один из шариков. — Я просто… — начал мальчик. — Никогда не оправдывайся до того, как тебя начали обвинять, — прервал его Диллон, ему стало интересно, что такого запретного делает мальчик. Тот важно кивнул и, не удержав скользкий шарик, уронил его. Диллон выглянул во двор, следя за ярким жёлтым пятном. Он успел заметить, как шарик сплющило, а затем он взорвался, вода разлетелась во все стороны. Ваня как-то сжался, но дядя Андрей ругаться не стал, а наоборот улыбался. Диллон подошёл ближе, он не знал, из чего сделан этот шарик, но сбрасывать его вниз, было определённо весело. Юра убрал документы со стола и выключил компьютер. У него получился полноценный восьмичасовой рабочий день. Был уже полдень, а Андрей так и спал. Ванька, возился в своей комнате. Он поднялся от стола. Хватит уже спать! Да и покормить гостя надо. Но Андрея на предполагаемом месте не оказалось, но из приоткрытого окна доносился весёлый разговор. От сердца мгновенно отлегло. Юра не стал высовываться с кухни и вернулся в комнату. Выйдя на лоджию, он на мгновение потерял дар речи. — Вы что творите?! — воскликнул он, наблюдая, как отпущенный шарик с водой исчез из поля зрения. — Обалдели? А ели кому по голове попадёт! Ладно, этот! Он ребёнок. А у тебя вообще голова на плечах есть?! — Юр, ты скучный. — Папа, мы не в кого не попали и нас никто не видел, — виновато повесив нос, попытался оправдаться Ваня. Юра кивнул, вдохнул и выдохнул. Он старался не кричать на сына, испытанно на себе, что это не лучший метод воспитания. — Я понимаю, что возможно это весело, но кроме того, что такой снаряд может случайно попасть кому-то по голове, разбить повредить машину, вы хулиганы, можете разбить чьё-нибудь стекло. Не у всех же, как у нас не застеклены лоджии, — стараясь говорить внушительнее, пояснил он и добавил. — У меня для тебя Ваня задание, — мальчик вздохнул, предвидя наказание, — сейчас идёшь, берёшь тетрадку и пишешь сочинение слов… — Юра задумался, — на триста. — Ну, пап! — умаляющее воскликнул Ваня.  — Хорошо, — согласился Юра, поняв, что для вчерашнего второклассника он немного погорячился, да ему же потом это всё читать и исправлять ошибки. — Восемьдесят. Меньше не будет. Можешь пользоваться Интернетом. Ваня вздохнул. Как он скучал по тем временам, когда пояснение за свои поступки можно было напечатать в ворде. Мальчик скрылся в комнате. — Что с тобой? — поинтересовался Юра, выходя на балкон и вставая рядом с другом, опершись на перила. — Ты последнее время… — он пожал плечами, — странный. — А что со мной? — переспросил Диллон, делая вид, что не понимает о чём это он. — Опустим субботнее утро, — деликатно начал Юра. — Но ты будто бы стараешься казаться кем-то… показать, что у тебя всё хорошо. Диллон ответил не сразу, думая, что слово возьмёт Андрей, но тот молчал. — Я стараюсь жить дальше. Не хочу подводить вас больше, чем уже подвёл, — не желая более затягивать паузу, ответил он. — Всё в порядке, — постарался успокоить его Юра. — Я последние годы пытался усидеть на двух стульях и не знаю, как ты меня терпел, — вздохнув, ответил Андрей. — Я стараюсь держаться. Было глупо веселиться таким образом, — он посмотрел вниз на мокрый асфальт. — Могу написать сочинение, — он криво усмехнулся. — Энди, ты уверен, что сможешь справиться? — тихо осторожно спросил Юра. — Давай поговорим об этом в четверг, — постарался уйти от вопроса Андрей. — А что измениться? Андрей неопределённо пожал плечами. У Диллона отлегло от души, он не совсем понимал, о чём именно говорит Юра, но был рад, что Энди готов принять помощь. — Хорошо, вернёмся к этому разговору в четверг, прямо с утра, — кивнул Юра, отходя от перил. — Будешь завтракать? — спросил он.