Заклятый друг

— Кто-нибудь умеет кататься на коньках? — неожиданно спрашивает Марк, когда они заканчивают с ужином и подзывают официанта, чтобы оплатить счёт. Ом, который в этот самый момент пьет воду, почти давится. Катание на коньках никогда не заканчивалось для него хорошо. Никогда. — Ом не умеет даже стоять на них, — выдаёт Танат и тянет губы в дьявольской ухмылке. И это работает как спусковой крючок для Ома. — Всё я умею, — кричит он со своего места и под столом бьёт Чимона по ноге. Тот шипит, переводит на него злой взгляд, а потом улыбается широко, так, будто что-то придумал, и Ом понимает, что он в заднице. В очень глубокой заднице, если быть точнее. — Всё он умеет, — подтверждает Чимон и подмигивает ему. Ом стонет. Вот нет бы сидеть на месте ровно и молчать, не пытаться выпендриваться. Кто бы научил его держать язык за зубами. — Тут недалеко есть каток, мы можем прямо сейчас поехать и покататься. — О, круто, — говорит Фрэнк, парень, который пришёл вместе с Марком, и от которого не может оторвать свой взгляд Дрейк. — Я давно не был на катке. — Ты умеешь кататься? — спрашивает Дрейк, и Ом может поклясться, что его глаза превращаются в сердечки. — Не очень хорошо, но… — А меня научишь? Фрэнк смотрит на него каким-то странным взглядом, но кивает. Дрейк улыбается слишком широко, и Ом начинает бояться, что лицо его друга может треснуть. — Тогда всё решено. Поехали, — поднимается с места Чимон и вместе с Танатом выходит из кафе. Остальные следуют за ними, и Ом тяжело вздыхает. Мало того, что его везут позориться, так ещё счёт оставили на него. Тоже мне, друзья, называется. До катка всего десять минут на машине, но Ом, который на своей едет впереди, делает так, что они доезжают до места через полчаса. Как там говорят? Перед смертью не надышишься? Ом никогда не перестанет пытаться. Ещё через пятнадцать минут им уже выдают коньки. Ом еле сдерживается, чтобы не попросить ещё и шлем. Мало ли, что с ним может случиться на этот раз. Вот в прошлый раз он упал и чуть не разбил себе нос, до этого он почти сломал руку, а ещё до этого… — Ну что? — Чимон дёргает его за рукав, и Ом вздрагивает от неожиданности. — Готов покорять вершины? Ом строит ему рожицу, и Чимон тихо смеётся. — Не бойся, я буду держать тебя за руку до твоего первого падения. — Ты худший друг, в курсе? Чимон весело кивает и поднимается с места. Ом следует его примеру. До льда он доходит очень даже нормально, а вот выйти туда — это уже совсем другой разговор. Он стоит возле прохода и думает о том, как бы наступить на лёд, чтобы не грохнуться моментально. Он видит, как Дрейк — Дрейк, который никогда в жизни не стоял на коньках — катается, крепко ухватившись за Фрэнка, как Чимон и Танат помогают Марку подняться, после того, как тот падает на кого-то, и, решившись, всё же делает шаг. Левая нога наступает на лёд, и сердце в груди замирает. — Всё нормально, — говорит Ом сам себе. — Подумаешь, упадешь пару раз, разобьешь себе что-нибудь и опозоришься, в остальном всё просто замечательно. Он выходит на каток и сразу же крепко хватается за бортики, чтобы устоять на ногах. Кто-то, громко смеясь, пролетает мимо него, и Ом чуть не падает. Он оглядывается и замечает Таната, который стоит вместе с Марком и держит в руках телефон, направленный точно на него. — Ты худший брат, — кричит ему Ом и показывает средний палец. — А ты всё ещё худший друг, — говорит он Чимону, который проезжает мимо него и показывает ему большие пальцы вверх. — Ненавижу вас. Затем Ом снова замечает Дрейка — он видит, каким счастливым выглядит его друг, и невольно улыбается. «Ну хоть кто-то», — думает он и делает попытку отойти от бортиков. Первый раз получается так себе, и он снова чуть ли не падает. Вторая попытка… Чьи-то руки обвиваются вокруг него и прижимают к сильному телу. Ом дёргается, но не делает попыток освободиться, потому что боится, что упадет, да ещё и потянет за собой другого человека. А ещё потому, что они катаются. Катаются. Ом краем уха слышит свист и хохот своих друзей, но ему вообще пофиг, потому что он катается! Прижавшись спиной к чьей-то крепкой груди. И это… великолепное чувство. Впервые в жизни он уверен, что не упадёт, потому что человек позади него держит его крепко и уверенно. Ом поворачивает голову вбок, потому что ему интересно, кто это, и вздрагивает, когда холодный нос касается его щеки. — Первый раз на коньках? — спрашивает незнакомец мягким голосом, и Ом чувствует, как тело покрывается мурашками, когда горячее дыхание касается шеи. Он отрицательно качает головой, потому что не в первый раз. Он же не виноват, что его друзья вместо того, чтобы учить его, просто стоят и ржут над его неудачами, как кони. Они проезжают мимо какого-то парня, который кричит им вслед: — Нанон, твою мать, когда ты успел подцепить парня? Ом смеётся, запинается в собственных ногах, и они чуть не летят вниз, но парень прижимает его к себе крепче и спасает от падения. Ом не знает сколько кругов они делают, как долго катаются, он просто прижимается к тёплому и крепкому телу, и ему бесконечно хорошо. Он даже не слышит, как его друзья и брат пытаются дозваться до него, как снимают на телефон и смеются, не замечает, как проезжает мимо Дрейка, который, заметив его с незнакомым парнем, летит вниз и тянет за собой Фрэнка. Волшебство исчезает только тогда, когда они медленно останавливаются у бортиков. Ом дышит глубоко и тяжело, но улыбается так широко, что болят скулы. Он поворачивается лицом к парню, который подарил ему самые счастливые воспоминания на катке, и застывает. Парень выглядит… ослепительно. — Вау, — шепчет Ом. — Ты в порядке? — парень улыбается, и Ом думает, что нет, он не в порядке. Или да? Нет, совершенно точно нет. — Я Нанон, кстати. Прости, если… серьёзно, ты в порядке? — А… да, конечно. Ом… я Ом, да, Ом. Нанон улыбается и, господи боже мой, помогите кто-нибудь Ом Павату, пока он не грохнулся в обморок. — Милые, кхм, милые ямочки, у тебя. Улыбка Нанона становится шире, и он кивает. — Спасибо. Ом не успевает ничего ответить, потому что возле них останавливается целая толпа людей. Половина из которых его друзья. — Вау, Ом действительно ни раз не упал в этот раз, — говорит Чимон и хлопает его по плечу. — Горжусь тобой, дружище. Ом показывает ему язык и закатывает глаза, когда друзья снова начинают смеяться. Он замечает, как какой-то парень подходит к Нанону и с очаровательной улыбкой виснет на нем. — А ты говорил, что не хочешь на каток. Видишь, какого парня себе нашёл? — Джимми, — шипит Нанон и неловко улыбается. — Что? — говорит Джимми и поворачивается к Ому, который не может оторвать взгляд от Нанона. — Красавчик, скажи? — кивает он на друга. — А какие ямочки прелестные. Он один единственный такой. Ом смущённо опускает взгляд.

***

Ровно через год, сидя в том же самом кафе, Дрейк и Фрэнк говорят о том, что было бы весело снова поехать на каток. Ом обречённо стонет и уже хочет вмешаться в разговор, но успокаивается и расслабляется моментально, когда теплая ладонь касается его руки под столом. Он поворачивает голову и улыбается уголками губ, когда Нанон подмигивает ему. Ом думает, что может влюбляться в этого человека каждый день, каждый час, каждую минуту. Всю свою жизнь. — Да хватит уже, — кричит Чимон, кидая в них скомканную салфетку. — Меня уже тошнит от вас двоих. Нанон пожимает плечами и откидывается на спинку стула. Ом кладет свою голову на его плечо и улыбается, когда тот обнимает его одной рукой. — Ненавижу вас, — качает головой Джимми, но улыбка выдаёт его с потрохами. — Никакого больше катка, — говорит Танат и пожимает плечами, когда все поворачивают к нему головы. — Мне страшно, что на этот раз парня себе могу найти я.