Глава 10
21 марта 2022 г., 12:46
Примечания:
Вообще эта глава должна была выйти в пятницу, но из за непредвиденных обстоятельств я не смог выложить тогда.
***
Ed Sheeran — Shivers Намджун остановился на против здания, в котором работает Чимин. — Во сколько за тобой заехать? — спросил Ким, поворачиваясь к Паку. — В шесть. А ты уже закончишь? — Даже если у меня останутся незаконченные дела, я все равно их брошу и поеду за тобой. И снова эта умопомрачительная улыбка и милейшие ямочки на щеках. Омега наклоняется к нему и целует, легко и непринужденно. — Я буду ждать, — и выскакивает из машины. — Я тоже. Но Намджуна уже не слышат. Чимин направляется ко входу в здание, а с его лица, как бы он не старался, не сходит лучезарная улыбка. — Чимин-щи! — слышит он в свой адрес, когда появляется в дверях фирмы, — Как все прошло?! Не томи! Через мгновенье его уже хватают за плечи и притягивают к себе. — По тому, что на тебе все тот же костюм, ты не брал трубку и ты выглядишь очень счастливым, я могу сделать вывод, что все прошло более, чем удачно. — Тэ, можно я хотя бы пальто сниму? — немного веселясь с реакции друга, спросил Пак. — Конечно нет! Рассказывай! Подожди… — Тэхён только обнял друга, но уже отстраняется, — Твой запах… он… изменился? — Ким переводит ошарашенный взгляд на друга, — Господи… ты шутишь? Пак закусывает нижнюю губу в попытках сдержать улыбку. Он выпутывается из рук Тэхёна и снимает верхнюю одежду, пока детектив продолжает стоять и переваривать то, что он понял. Осознание. Только одно могло случится. — Чимин… — Тэхён разворачивается к Паку, который подходит к своему столу и начинает перебирать бумаги, изподлобья смотря на своего лучшего друга и улыбаясь, — Чимин! — Я уже двадцать пять лет Чимин. — Чимин… Вы что… — омега не может договорить, — его сковывает шок. — Д-да… — Пак несмело отвечает. — Чимин! — кричит во все горло Ким, — Это правда случилось?! Боже, если ты мне врешь… — Я могу врать кому угодно, но только не тебе. — Тогда тебя можно поздравить с потерей девственности? — широко улыбаясь спрашивает Ким, заранее зная ответ и отстраняясь, чтобы не получить какой нибудь увесистой папкой по бедру. — Эй! Вообще то я и до этого девственником не был! Первый курс колледжа. Я же рассказывал! Или ты забыл? Друг ещё называется… — Да ладно тебе, я же шучу! — сказал Тэхён, подходя к омеге и крепко обнимая. Вообще, Чимин не хотел сегодня идти на работу, благо его начальник — его лучший друг. После жаркой ночи с человеком, о котором ночами мечтал, не хочется ничего, кроме как остаться в его объятиях до конца дней своих. Просыпаясь этим утром, Пак чувствовал только приятное натяжение мышц по всему телу. Его, и слабые поцелуи в ключицы и плечи. Вот оно — доброе утро. Утро, когда просыпаешься в одной постели с любимым человеком, когда тебя с самого пробуждения засыпают поцелуями, когда видишь перед собой эти прекрасные, не с чем не сравнимые по красоте и глубине, серые глаза. — Чимин… Ким пододвинул стул ближе к Паку и сел на него. — Что? — Какого это? — Что именно? — Заниматься сексом с самим Ким Намджуном? — искренне интересуясь, спросил детектив. Чимин наклоняется к лицу Кима и выглядывается в глаза напротив. — Что ты делаешь? — Тэхён не понимает, что его друг делает. — Да вот совесть пытаюсь в твоих глазах найти. Совесть и чувство стыда. — Ну хватит, — омега отодвигается, а затем вообще встаёт и отходит к своему рабочему месту, — Не хочешь — не говори, — немного обиженно проговаривает Тэхён. — Ну, Тэ, не дуйся. — Я не дуюсь, — Ким разворачивается, — И вообще, я просто так тебя вчера пол дня собирал к нему? — возмущенно спрашивает детектив. — Кстати об этом. Намджун сказал, что у тебя хороший вкус. — Спасибо ему. Вот с ним пойду в друзей играть! Чимин негромко смеётся со слов Кима. Он подходит к нему и обнимает, кладя подбородок своему другу на плечо. — Не злись. Но это настолько интимно, что я не могу рассказать об этом даже тебе. Я уверен, что когда ты займешься сексом с человеком, по которому сгорал несколько месяцев, ты тоже не захочешь делиться, а будешь хранить этот момент глубоко в сердце, не подпуская к нему никого. И в этих словах действительно есть смысл. Он не хотел этим делиться. Это только их момент, только их воспоминания. Даже в самых сладких мечтах, им так хорошо друг с другом не было, как наяву. Их первый раз — хрустальная ваза. Её нужно беречь, скрывать от лишних глаз, чтобы не допустить поломки столь нежной вещи. Через пару секунд Тэхён все же обнял Пака в ответ. — Возможно, ты прав. Скажи хоть: понравилось? — Безумно. — Это главное. Как только на часах пробило девять часов утра, стационарные телефоны обоих начали разрываться. — Другого я и не ожидал. Теперь все хотят заполучить себе омегу, что смог обыграть такого прокурора, как Бан. Что им говорить? — Что я уже не принимаю предложения. — Уже? — Когда мне нужна была работа, они все мне отказывали. Теперь отказывать буду я. Так прошёл весь рабочий день. Поднятие трубки телефона и слова «Господин Пак уже не принимает предложения о работе» сильно выматывают. Imagine Dragons, Lil Wayne, Wiz Khalifa — Suckered for Pain. В шесть вечера, когда Чимин отошёл в туалет поправить свой внешний вид перед встречей со своим любовником, в дверь кабинета постучали. — Войдите, — ответил Ким, не отрываясь от документов. Ему сейчас было не до клиентов. — Здравствуйте, мне нужен Пак Чимин. Тэхён поднял глаза на гостя. На пороге стоял высокий сероглазый альфа. — Вы — Ким Намджун? — спросил омега, откладывая бумаги в сторону. — А вы — Ким Тэхён? — слегка улыбаясь ответил вопросом на вопрос Намджун. — Значит, Ким Намджун. Присаживайтесь, Чимин сейчас подойдёт. Старший подошёл к стулу, стоящему напротив Тэхёна. Он обвел комнату взглядом, оценивая обстановку. — Милый интерьер. — Спасибо. Через несколько минут детектив опять заговорил. — Неловкое молчание начинается спустя четыре секунды тишины, но стоит кому то заговорить о ней, неловким становится разговор. Вы так не считаете? — задаёт вопрос Тэхён. — Я не знаю… наверное да, — отвечает Намджун. Он ожидал чего угодно, но не такого вопроса. — Не «наверное», а «да». И только что вы сами это продемонстрировали. Люди привыкли смущаться при обсуждении чего то неловкого, но мало кто задумывается о том, что при обсуждении неловкой тишины, особенно с малознакомым человеком, мы смущаемся с этого больше, чем если бы при нас обсуждали нашу личную жизнь. — И почему же так происходит? — Само понятие «неловкое молчание». Оно вгоняет в ступор. Но когда ты осознаешь, что ты молчишь слишком долго и ничего не говоришь, а кто то наконец то что то говорит, но, опять же, о том что началось неловкое молчание, голову сразу заполняют мысли по типу «как я допустил это», «да ладно, это же не про меня» и «надо что то сказать, чтобы убрать эту неловкость». И дальше человек начинает нести, в большинстве случаев, полнейший бред, — омега откинулся на спинку своего кресла, — Однако. В данной ситуации у нас получился более менее связный и информативный диалог. — И откуда вы все это знаете? Намджун приятно удивлён: в последнее время редко можно встретить образованного омегу. — Увлекаюсь психологией по выходным. — Неожиданно. — Удивлены? — Есть такое. Чимин об этом не говорил. — Ему пока что не до этого. Узнайте сначала его со всех сторон, а уже потом его друзей. — Вы считаете, что я его плохо знаю? — За такой короткий срок тяжело узнать многое о человеке, — Тэхён окинул альфу безразличным взглядом. — Мы знакомы пол года. — А встречались лично, от силы, раз пять. — Это что то меняет? Даже за пять встречи можно многое узнать о человеке. Намджун, откровенно говоря, не понимал, что от него хочет этот омега. А детектив всего лишь планировал удостовериться в том, что альфа действительно надёжный. Об этом человеке можно было спокойно найти много статей в интернете, но живое общение все же лучше раскрывает тебя как личность. — Господин Ким, если вы хотите устроить мне проверку о том, насколько я знаю Чимина, то пожалуйста, против ничего не имею, — сказал Ким старший, смахивая невидимый мусор с плеч и возвращая взгляд обратно на омегу. — Любимый кофе? — Латте. — Капучино. Любимый металл? — Серебро. — Белое золото. Любимый вид мяса? — Свинина. — Курица. Нелюбимая еда? — Вся итальянская кухня, кроме пиццы. — Ну хоть тут вы угадали, — скептично посмотрел на Намджуна Тэхён. — Господин Ким, чего вы добиваетесь? — адвокат был спокоен, но вся эта ситуация ему порядком поднадоела. — Ничего. Я лишь хочу удостовериться в том, насколько хорош человек, которого выбрал Чимин. И будем честны — вы ничего о нем не знаете. — Но я могу узнать. Вернее не так. Я узнаю. Не воспринимайте меня в штыки. — Не примите за грубость, но человек, который пошёл на измену своему мужу особого доверия не вызывает. — На это есть свои причины. — Какие же? — омега посмотрел на настенные часы — скоро должен вернутся его друг и коллега. — Личные. — Пусть будет так. Но это все равно ничего не меняет. Где гарантия того, что через какое время вы так с Чимином не поступите? — Я не настолько безжалостен, чтобы причинять боль человеку, которого люблю. — Сильные слова. Не боитесь, что придётся отвечать за них? — Все что начинается со страха, заканчивается безумием. А я не безумец, чтобы бояться ответственности. Тэхен было хотел сказать что то ещё, но услышал торопливые шаги из коридора. — Сделаем вид, что этого разговора не было. — Сказал Намджун. — Согласен. Но прошу вас, не делайте ему больно. Он этого не заслуживает. — Не сделаю, обещаю. Он слишком важен для меня. Слабая улыбка тронула губы обоих. — Тэхён-и, — Пак застегивал часы на руке, — там… Намджун? Я… я думал ты будешь на улице… — Чимин не ожидал, что альфа поднимется за ним. — А ты не рад? — спросил Ким старший, вставая со стула и подходя к омеге. — Нет, просто не ожидал, — улыбнулся Пак и подошёл к своему столу чтобы собрать вещи. — Тэхён. — Да? — вновь отрываясь от работы спросил детектив. Пак подошёл к нему и Тэхён встал. — До завтра. — До завтра. Чимин первым потянулся за объятиями. Они стояли так около минуты, не желая расставаться. Пак знал, куда направится Ким после того, как они разойдутся, поэтому хотел заранее поддержать друга, чтобы он не чувствовал себя одиноко. — Тэхен, — омеги обернулись на человека, что позвал одного из них, — Не хочешь поехать с нами? Посидим, пообщаемся. Альфе казалось, что это будет неплохим решением — позвать лучшего друга омеги, которого он любит, в гости. Хотел узнать его лучше. — Нет, сегодня не могу, уже есть планы, — ответил Ким младший слегка улыбаясь, — Давайте в другой раз. — Хорошо. В другой раз — так в другой раз. Чимин отстранился от друга. — Ладно, мы поедем. Он пошёл к выходу. — Кстати, Чимин, — альфа и омега обернулись, — я был прав насчёт кокосового масла, — он усмехнулся. — И правда, — ответил Пак, улыбаясь. — О чем вы? — спросил Намджун, заламывая брови. — Наши личные шутки. Пойдём, — сказал Чимин и подтолкнул альфу в спину.***
SYML — I Wanted to Leave. Тэхён закончил работу практически сразу, как его друг ушёл. Заказав такси, он выключил везде свет и вышел. Дождавшись машину, он молча сел и они отправились в нужно направлении. — Погода прекрасная. Идет снег, но не холодно, — сказал водитель, мельком смотря на омегу. Ким же смотрел бесцветный взглядом в окно, где на город постепенно опускалась ночь. — На бензин цены хотят поднять. Куда ещё больше? Такими темпами экономика Кореи просто рухнет. Водитель попался не из молчаливых. — А кем вы работаете? — А можно вы не будете задавать мне вопросы? — повернулся к водителю Ким, — Я бы хотел ехать в тишине, а не слушать ваши возмущения по поводу повышения цен. — Как скажете. Для альфы, что сидел за рулём, было очень необычно слышать такой холодный тон от омеги. Он привык к тому, что они обычно сговорчивые. Тэхён вернулся к рассматриванию пейзажа и окончательно ушёл в мысли. Через какое то время от заметил вывеску магазина, о котором совсем забыл. — Остановите здесь на минутку. — Хорошо. Омега выскочил из машины и помчался к магазину. Альфа хотел посмотреть куда так быстро побежал парень, но за деревьями и людьми, спешащими домой, ничего не было видно. Через пару минут омега вернулся с букетом белых роз. Десять штук в букете. Водителю было лень считать их, но он видел что их много. — На праздник едите? — ничего не подозревая спросил альфа. — Замолчите. И не лезьте куда не просят, — с явной агрессией сказал Тэхен. Кима этот водитель уже раздражает. Они ехали ещё какое то время, пока не въехали в небольшую деревню. Остановившись у нужного дома, что был крайним, водитель нажал пару кнопок на телефоне, чтобы закончить заказ. Ким вынул из кармана кошелёк, достал оттуда туда нужное количество купюр и протянул водителю. Ничего не сказав, он вышел из машины, и в отличии от ожиданий альфы, пошёл не к дому, а в противоположную сторону. В темноте было видно плохо, но он пригляделся и увидел вбитые в землю кресты, расположенные не так далеко от жилых домов. Ким наизусть знал эти дорожки из тротуарной плитки. За все эти годы он столько раз здесь бывал, что мог даже с закрытыми глазами найти нужное ему надгробие. Остановившись у знакомого участка, он со скрипом открыл калитку и вошел. Мрамор был покрыт слоем снега, а цветы, что он принёс в прошлый раз, уже завяли. — Привет. Прости, что так давно не появлялся — работа никак не отпускала. Ким взял завянувшие цветы и положил на их место новые. Её любимые белые розы. Он ботинками расчистил снег около надгробия и сел так, чтобы его ноги находились под ним, и сидел он на них. — Надеюсь ты не скучала без меня. У меня все хорошо. И на счёт работы. Помнишь у меня в детстве в Пусане был друг? Его звали Чонсок. Как-то раз он познакомил меня с ещё одним своим другом. И через столько лет, ко мне в фирму приходит устраиваться омега. И он оказывается тем самым другом Чонсока. Представляешь? Мы сейчас с ним лучшие друзья. Позавчера он выиграл дело у главного окружного прокурора, что мы потом отмечали. Таким образом я впервые попробовал бурбон. Штука крепкая, но попробовать стоит. Он чуть замолчал, но через какое то время продолжил. — Калитка скрипит, и краска потрескалась у ограды. Как потеплеет, сразу приеду и наведу тут порядок. Возможно, возьму с собой Чимина. Если ты, конечно, не будешь против. Омега вновь замолчал. — Надеюсь, ты не мерзнешь, потому что тут холодно, — Ким усмехнулся, — Если бы ты была здесь, ты бы сказала чтобы я встал, а то все застужу и детей у меня потом не будет, — с его лица сошла улыбка. Он поднял взгляд на изображение женщины на мраморной плите, посмотрел в глаза, а потом прислонился лбом к надгробию и прикрыл веки, — Я бы все отдал, лишь бы ещё раз услышать эти слова от тебя в живую, а не на записи. В носу защипало, что говорило о подступающих слезах. — Я скучаю, — он глубоко вдохнул через нос морозный воздух, — Я так скучаю по тебе, ты бы знала как сильно. Слезам надоело сидеть в уголках глаз, и они начали скатываться по щекам, после чего падать на снег, словно настоящие бриллианты. — Почему ты ушла, бабуль, почему? Почему так рано? Ты могла ещё много прожить. Возможно… ты бы даже увидела правнуков. Почему? Почему оставила меня одного? Родители? Они не сравнятся с тобой. Ты была мне дороже всех. Так почему? Он проскользил руками вниз по мрамору и склонился перед ним. Вокруг была тишина, в которой отчётливо слышались рыдания одного очень сильного, но такого морально уставшего омеги. — А ведь знаешь… кроме тебя… никто не видел как я плачу… Ким выпрямился, но остался сидеть. Он провел руками по лицу, стирая слезы и оперся о колени. — Правда никто. В детстве ещё видели, но со временем… я стал меньше плакать на людях… А потом… когда ты ушла… я… — Тэхён сделал глубокий вдох, потом выдохнул и продолжил, — мне было очень плохо… и я начал изучать психологию чтобы не сойти с ума… — он поднял голову к небу, где в темноте светились звезды, — С тех пор я плачу только когда прихожу с тебе, — он опять посмотрел на каменную плиту перед собой, — Только здесь, с тобой, я могу чувствовать себя полностью свободным и не бояться проявлять чувства. Осознание того, что ты рядом, делает свое дело. Было уже темно, и время позднее. Казалось бы: на кладбище в таких условиях находиться страшно. Но не Тэхёну. Это было самое безопасное место для него. Могила его бабушки — его комфорт-зона. Уголок, в котором он может быть самим собой, не бояться осуждения со стороны общества. Ему здесь спокойно, ничего не тревожит даже в тёмное время суток. После похорон, он часто оставался ночевать на кладбище, пока сам не понял, что это клиника. Именно в этот период и начал изучение аспектов психики человека. — Наверно… ты не хочешь видеть, как я плачу… Ты всегда говорила что счастье и радость мне к лицу, — Ким смахнул слезы и улыбнулся, — Видишь? Я улыбаюсь. Я счастлив. Правда счастлив. У меня есть работа с хорошим заработком, лучший друг, хорошая квартира… Семьи правда пока что нет, но это временно. Не знаю когда, но думаю, я выйду замуж. Буду рассказывать детям какая у меня была замечательная бабушка и как мы с ней веселились. Он улыбался искренне, без капли фальши. Его бабушка другого не заслуживала. — Я бы ещё остался, но уже поздно, а завтра с утра на работу. Прости, что так мало провожу времени с тобой в последние пару лет. Тэхён поднялся, стряхнул снег с мрамора, поклонился и ушёл, не забыв плотно закрыть калитку. Идя по кладбищу к выходу и смаргивая слезы, он вызвал такси к крайнему дому. Дождавшись машины, омега сел и отправился домой.***
Baby Wars — Crazy in Love 2014 Remix. Вещи были разбросаны по всей ванной. И эта была единственная комната в доме, в которой хоть немного, да горел свет. Подсветка у зеркал — лучшее решение. Когда Намджун проектировал дом вместе с архитектором, то это он придумал для Сокджина, чтобы ему было лучше видно свое прекрасное лицо. Скажи ему тогда, что он будет пользоваться этим освещением, когда приведет в дом любовника, альфа бы покрутил у виска. Но сейчас ему кажется это абсолютно нормальным. Они оба лежали в ванне, что стояла в середине комнаты и была достаточно большой, чтобы вместить в себя два человека. Первым лёг Намджун, а на его грудь, спиной, Чимин. Вода была тёплой хотя бы потому, что ванна была с подогревом и чуть фиолетового оттенка из-за добавленных заранее масел, бомбочек и соли. На поверхности плавали лепестки каких то фиолетовых и синих цветов. Чимин откинул голову на плечо альфы и прикрыл глаза. — У тебя во всем доме панорамные окна? — спросил Пак, чувствуя руки Кима, что водили по гладким бедрам. — Практически. В моем кабинете только одно небольшое окно, чтобы проветривать комнату, — ответил старший, зарываясь носом в карамельные волосы и вдыхая аромат его омеги. Взгляд его уперся в стекло напротив, за которым был большой еловый лес. Дом находился на небольшом склоне, вниз по которому шли хвойные деревья. Как и в предыдущую ночь — небо было ясным. Лунный свет также попадал в помещение и помогал зеркальной подсветке. — Не боишься что нас здесь кто то увидит? — Ближайшие дома находятся примерно на расстоянии пяти—шести километров густого леса, три из которых принадлежат моему участку. Даже при сильном желании, нас никто не увидит. А если кто то будет замечен в радиусе трех километров от дома, то ему грозит, как минимум, штраф за вторжение в частную территорию, — ответил альфа, поднимая руки к талии, и водя пальцами уже по впалому животу. — Как все строго. Омега положил свои руки поверх Намджуновых и остановил, оставляя их в таком положении. — Без этого никак. Личная жизнь богатых и известных людей не для обсуждения общественностью. — Поэтому ты привёз меня сюда? — Да. Ким чуть склонил голову и поцеловал Чимина в висок. — Здесь красиво. — В летнюю грозу здесь ещё лучше. — Любишь грозу летом? — Пак чуть повернул голову и приоткрыл глаза. — Да, это противоречие пробуждает во мне странную смесь чувств, которую я уже много лет не могу разобрать. — Гроза выглядит пугающей. Вне зависимости от того, в какое она время года, — омега принял свое изначальное положение. — Для кого как. Намджун лежал молча и обнимал омегу. — Ты бывал когда нибудь на выставках картин или скульптур? — задал вопрос альфа, вновь начиная поглаживать мягкую кожу. — Как-то в детстве, когда я был совсем маленьким. В городском музее Пусана была выставка работ Пикассо. Мне было лет семь, и меня это особо не интересовало. А почему ты спрашиваешь? — спросил Чимин, поворачивая голову к альфе и смотря в глаза. — Искусство абстрактно и индивидуально для каждого. Его трудно понять, но люди не прекращают попыток. Хотя куда разумнее было бы пытаться понять пение птиц. Оно для всех одинаково, не нужно смотреть под определённым углом, чтобы уловить смысл, — ответил старший, переводя взгляд на омегу. — Люди привыкли искать глубину в вещах. Так создаётся иллюзия собственной важности в этом мире, — Пак отвернулся, и снова лёг на плечо альфы, закрывая глаза. Намджун скользил руками вниз по телу младшего, начиная с ключиц. Это была его идея принять вместе расслабляющую ванну, когда он увидел уставшего после работы Чимина. Обводя пальцами ореолы сосков, альфа спускался все ниже, рисуя разные картинки на животе Пака, которые не имели никакого смысла. Ведя руками дальше, он касался внутренней стороны бедра ладонью, чуть сжимая. Ким наклонился к плечу младшего и стал покрывать его поцелуями, упиваясь сладостью золотой кожи. Заводя руки дальше, старший раздвинул ягодицы Пака и провел пальцами по колечку мышц. Чувствуя там прикосновения альфы, Чимин судорожно выдохнул. Разомкнув пересохшие губы, он провел по ним языком, чтобы хоть как-то увлажнить, но рвано втянул воздух, ощутив медленное проникновение пальцев в себя. Омега раздвинул ноги шире, чтобы старшему было проще проникать в него. Положив руки на бортики, он не мог сосредоточиться ни на пальцах внутри себя, ни на губах, что выцеловывают каждый доступный миллиметр тела. Пак только концентрировался на одном, как его сразу бросало к другому. Он наклонил голову в другую сторону, чтобы Киму было открыто больше места для ласк. Альфа двигался медленно — как пальцами, так и губами. — Намджун… — на выдохе позвал омега, закусывая нижнюю губу, потому что ощутил, как старший вводит ещё один палец. — Ты устал на работе, Чимин. Тебе нужно расслабиться, — прошептал Намджун, едва ощутимо касаясь губами аккуратного ушка и, тем самым, пуская табун мурашек по всему телу младшего. Он обвел языком ушную раковину, оставил за ней поцелуй и вновь вернулся к шее. Медленно, Ким растягивал нежные стенки своего возлюбленного. На ключицах и плечах оставлял алые засосы и слабые укусы, покрывая ими оставшиеся с прошлого раза. Пока одной рукой альфа растягивал узкое нутро, другой он нежно поглаживал бедро Пака. Чимин чувствовал, как из него сочится смазка. Вводя пальцы на полную длину, Ким наслаждался тихими стонами омеги. Младший ощущал спиной вставший член альфы, и с каждой секундой контролировать себя было все трудней. Пак чуть привстал, тем самым заставив Кима вытащить из него пальцы. Чимин развернулся, сталкиваясь с возбужденным и томным взглядом. Он наклонился ближе, и припадая к чужим губам, завёл руку за спину. Обхватив пальцами уже вставший член, омега приставил головку к себе. Чуть приподняв таз, он начал насаживаться на старшего. Зажмурившись, младший медленно опускался. Скользя своим языком по персиковым губам, Намджун положил руки на талию Пака, немного сжимая и помогая омеге. Они двигались размеренно, никуда не торопясь, но в тоже время не сбиваясь с ритма. Чимин убрал руку с члена альфы и оперся ей о торс старшего, а вторую положил на щеку, поглаживая. Их языки сплетались в безумно красивом танце, ведя его по очереди. Сквозь мокрые поцелуи можно было услышать тихие постанывания омеги. От ритмичного движения тел, вода в ванне начала образовывать легкие волны. Ким спустил руки на ягодицы Пака, медленно приподнимая и опуская. Им торопиться некуда, точно не сегодня. Младший выгнулся в пояснице, чтобы член входил глубже. Альфа слегка подцепил чужой язык зубами, заставляя омегу оставить его в таком положении. Пак чуть приоткрыл глаза в попытке понять, что Намджун хочет сделать, но столкнувшись с взглядом Кима, полного похоти и желания, найти ответ Чимин так и не смог. Ему лишь оставалось сделать то, о чем его просят. Поняв, что омега расслабил язык, Ким убрал зубы и обхватил его губами. Убрав одну руку с влажной от воды половинки, старший опустил её на затылок Чимина, притягивая к себе ещё сильнее. Взяв в рот язык до самых губ Пака, Намджун начал медленно посасывать его параллельно играясь с ним своим. Омега от ласк сладко стонал прямо в рот любимого. Расположив руки на плечах альфы, он их слегка сжал в своих аккуратных ручках. Поиграв с языком, Ким вновь впился в губы младшего. Они никогда не смогут насытиться друг другом. Не в этой жизни. Была бы их воля, они бы не отлипали друг от друга, исследовали ли бы каждый сантиметр тела партнёра, не оставляя без внимания даже самый крохотный участок кожи. Им бы испить друг друга до дна, опьянеть, и снова испить. Вкус их губ навсегда останется в памяти, как нечто божественное, что нельзя почувствовать простым смертным. Обведя поцелуями линию челюсти Чимина, Намджун провел языком от мочки уха, предварительно чуть пососав ее, до ключиц. Он уткнулся в шею носом, вдыхая аромат корицы, гулял по коже губами, собирая капли воды, что слегка горчила от добавленных в неё масел. Двигаясь на альфе в не быстром темпе и ощущая лёгкие поцелуи на своей шее, Паку было настолько хорошо, что у него пальцы на ногах поджимались. В скором времени, весь дом наизусть выучит все стоны младшего. Зеркала впитают все его изгибы и пластику. Ким всасывал кожу на шее, плечах, ключицах, спускался к груди, оставляя засосами ожерелье, что дороже всех алмазов. Вновь спуская руки к ягодицам, он переминал их и упивался их мягкость и упругостью. — Намджун… — на выдохе сказал омега. — М? — не желая отстраняться от сахарной кожи, промычал Ким. — Мы без… — Чимин не закончил. Альфа положил руку ему на поясницу, прогибая ещё сильнее, чтобы член точно достал до комочка нервов. И у него это получилось. Младший откинул голову назад и зажмурился до цветных бликов перед глазами. — Я помню… — прошептал Паку на ушко Намджун, и вновь вернулся к умопомрачительной на вкус коже в области шеи. Чимин впился аккуратно подстриженными ногтями в плечи альфы. Старший сходил с ума, но в тоже время был полностью в сознании. За столько лет он уже выучил свое тело и научился себя контролировать. Да и сам сказал, что расслабиться нужно Паку. С каждым попаданием по чувствительному местечку внутри омеги, из его уст раздавался протяжный стон. — Ты такой красивый, Чимин-и… — сказал Ким, смотря на младшего. Приоткрытые пухлые губы, нежные черты лица, пышные ресницы, мокрые от воды волосы. Разомкнув веки на услышанный комплимент, Чимин взглянул на альфу сквозь туманную пелену. Для Кима в этот момент время остановилось. Эти карие глаза с ореховыми прожилками отражали подсветку зеркал. Их красота завораживала, звала в свои глубины. Смерть без права на помилование. Но если старшему уготована такая казнь, то он с распростертыми объятиями встретить чёрную с косой. Сам к ней на встречу пойдёт. Выйдя из оцепенения, Намджун порывисто прижался к чужим губам своими, увлекая в чувственный, говорящий обо всем лучше, чем все существующие слова, поцелуй. Он сминал их, всасывал, кусал, но тут же зализывал эти места. Видимо, именно этого омеге и не хватало, раз после этого из его члена тут же полилась сперма, сразу смешиваясь с водой. Сначала у него был порыв обессиленно рухнуть на альфу, но понимал, что получил оргазм только он, по этому продолжил двигать тазом. — Эй, все, хватит, — сказал тихо Намджун, кладя руки на округлые половинки и сжимая, останавливая. — Но ты же… Старший аккуратно взял одной рукой омегу за подбородок. — Посмотри на меня, — альфа дождался, пока Чимин установит с ним зрительный контакт, а потом продолжил, — Помнишь, что я сказал тебе в самом начале? — Нет… — взгляд уставший и расслабленный. — Я сказал, что ты устал, и что тебе нужно расслабиться. Ты выбился из сил, и не отрицай этого. Так что не думай обо мне. К тому же… — он не на долго замолчал, но потом продолжил, — Ты сам сказал, что мы без ничего. Мне просто нельзя, пока я в тебе. — Ладно… Старший коротко, но очень тепло поцеловал Пака в его пухлые губы. — Пойдём спать. Ким убрал руку с подбородка, и младший обессиленно уронил голову ему на плечо, что то неразборчиво промыча в изгиб шеи. Взяв омегу на руки, Намджун вместе с ним вылез из ванны, становясь на коврик, чтобы не поскользнуться. Он усадил его на небольшой столик, на котором лежали заранее приготовленные полотенца. Взяв кусок мягкой ткани и придерживая сонного Пака, старший аккуратно стёр с его тела остатки воды, после чего повязал его же на своих бедрах. Опять подняв Чимина на руки, он вышел с ним из ванной и направился в спальню. Положив практически уснувшего омегу на свежие простыни, он укрыл его одеялом, оставляя на лбу у младшего невесомый поцелуй. — Спокойной ночи. Но ему уже не ответят — Пак провалился в сон. Немного полюбовавшись спящим Чимином, Ким вышел из комнаты и направился в свой кабинет. Включив ноутбук, он начал поочередно проверять все сайты с недвижимостью в Сеуле, подыскивая подходящий вариант для омеги.***
Royal Deluxe — Bad День выдался солнечным и не таким холодным как ожидалось. Юнги стоял около могилы своей бывшей жены. Он с самого утра выслушивал слова поддержки от родственников и членов мафии, когда ему было все равно. — Вы хорошо держитесь, господин Мин. Не падайте духом и дальше, — сказал один из киллеров. — Действительно неплохо держишься, — сказал Хосок, когда их оставили одних. — Ты о чем? — спросил вдовец, поворачиваясь к другу и закуривая сигарету, параллельно протягивая пачку Чону. — Выглядишь реально как будто скорбишь, — Хосок чуть наклонился к лицу Мина и принюхался, — Даже перегаром несет. Хорошо подготовился, — взяв одну сигарету из пачки, Чон старший прикурил и втянул едкий дым в лёгкие. — Если я буду радоваться, меня никто не поймет. Даже если бы это были похороны неизвестного мне человека, все все равно ожидают грусти и сожаления. — Ты кстати в курсе, что твоя янтарная канарейка пару дней назад выиграл дело у окружного прокурора? — Нет, — Юнги перевёл заинтересованный взгляд на друга. — Он защищал какого то убийцу, которого обвинили, прости за тавтологию, в убийстве на территории тюрьмы, в которой он отбывает наказание. — Он серьёзно смог обыграть Бана? — Как видишь. — Способный мальчик. Нам такие нужны… — Мин сделал глубокую затяжку. — Только не говори, что ты… — Вы идёте? — к ним подошел Чонгук, а следом за ним плелся Феликс, погруженный в свои мысли. — Ликс, все хорошо? Выглядишь паршиво, — Хосок приобнял его за плечо и направился вместе с ним в сторону машин, что выезжали с кладбища. — Вчерашний джин был лишним — голова трещит. — Ты просто пить не умеешь, — усмехнулся Чонгук. — Феликс, — окликнули одного, но повернулись все. Альфа расслабленной походкой подошёл к Ли. — Хван, иди куда шел, машины скорое разъедутся, — сказал Мин, глазами говоря не творить беспредел. — Не сочти за грубость, Мин, но я не к тебе, — Хёнджин перевёл взгляд на Феликса, — Поехали со мной. — У нас уже есть… — Поехали, — Феликс выпутывался из рук Хосока. — Феликс, у тебя голова болит, — Чон младший посмотрел в разного цвета глаза. Весь его вид говорил: «Феликс не смей ехать с ним! На тебе опять живого места не останется!» — Таблетку выпью. Не кипятить, Гук. — Ты никуда не поедешь. С ним — нет, — отрезал Хосок. — Это ещё почему? — с ухмылкой спросил адвокат. — Я не с тобой разговариваю, — не сводя взгляда с Ли, ответил Чон старший Хёнджину, — Ликс… — А ты давно ему отцом стал, чтобы за него решать? А, Хосок? — Завали ебальник, пока тебе его не закрыли, — ответил за брата Чонгук. — Хосок, все нормально. Я поеду с Хёнджином. Феликс обошёл адвоката, и направился к машине, что должна отвезти Хвана. Обнадеживал друзей, пока у самого руки начали дрожать, потому что знал, что Хёнджин его не просто до дома довезет. Альфа улыбнулся и развел руку, показывая, что он не причём и Ли сам с ним пошёл. Чон старший скурил сигарету на половину, но все равно кинул ее на землю. Наступив на окурок, он подошёл к Хёнджину и притянул его к себе за воротник его пальто. — Хоть волос с его головы упадёт — ты труп, Хван, — прошипел альфа в губы адвоката, на что получил лишь усмешку. — Спасибо за беспокойство, я учту ваши пожелания, — саркастично сказал Хёнджин. Хосок оттолкнул его от себя и повернулся в противоположную сторону. В его глазах искрилась ярость. Вокруг него была взрывная аура, говорящая о том, что сейчас альфа может голыми руками положить пол города. Проведя его взглядом, Хван перевёл глаза на своего непосредственного начальника. Юнги подошёл к нему и наклонился, чтобы прошептать на ухо: — Хосок пообещал — я выполню. Мин похлопал адвоката по щеке, стряхивая пепел с сигареты ему на плечо, и пошёл вслед за другом, прихватив с собой его брата. Хёнджин посмотрел вслед Юнги взглядом, полным отвращением. — Сукин сын. Возомнил себя Богом и радуется, — чуть слышно озвучил мысли Хван и развернулся, направляясь за Феликсом, параллельно смахивая мусор с плеча.***
Ruelle — Monstars. — Феликс, — позвал его старший. — Да? — Ли оторвался от окна. Хёнджин пододвинулся ближе. Он положил руку на подбородок младшему, чуть поглаживая. Нежно, как будто действительно любит. — Ты же меня любишь? — Люблю, — Феликс говорил словно в бреду. Каждый раз когда в его поле зрения появлялся этот альфа, он забывал как дышать и начинал нести полную ахинею. Этот мужчина его гипнотизировал, завладевал его разумом, не давая возможности вырваться из этого плена. — Ты не хотел бы попробовать разнообразие в сексе? — адвокат наклонил голову в бок. — Я не против, если этого хочешь ты, — сразу отвечает Ли. — И ты даже не спросишь что именно я хочу? — Хван провел по нижней губе Феликса пальцем, немного оттягивая. — Чтобы ты не захотел, я все равно это сделаю. — Молодец. Старший отстраняется и садится в прежнее положение, а Ли все так же смотрит на альфу. — Как ты смотришь на то, чтобы к нам присоединился ещё один человек? — через несколько минут Хёнджин вновь поворачивается к младшему. — Хорошо, а кто именно? — Один мой хороший знакомый. — Мы сейчас к нему едем? — Нет, это он едет к нам. Доехав до знакомых строений, альфы вышли из машины. Хван подозвал к себе парня, что был их водителем. Достав пистолет из-за пояса, он выстрелил в голову молодому шоферу. — Зачем? — поинтересовался Ли, без отвращения смотря ещё на тёплый труп. — Он слишком много услышал. Пойдём. Хёнджин развернулся и направился ко входу в свои апартаменты, попутно набирая кому то из организации сообщение о том, чтобы к его дому пригнали группу зачистки и убрали тело. Пройдя несколько этажей, они завернули в коридор, который вёл в заветную комнату. У входа в неё сидел альфа — ровесник адвоката. — Хенджи-ин! — воскликнул незнакомый Феликсу мужчина, подходя к ним и раскрывая руки для объятий. — Минхо. Давно тут сидишь? — отвечая на порыв друга, спросил старший. — Минут десять. Он перевёл взгляд на стоящего позади друга парнишку. — А это, если я правильно понимаю, Феликс? — обходя Хёнджина, сказал Минхо. — Это я. — Ли Минхо. Давний друг Хвана. — Приятно познакомиться. — Приятно в постели, дорогой, — альфа подмигнул и развернулся к своему другу. Услышав щелчок от поворота ключа, адвокат толкнул дверь и пропустил оставшихся альф вперед. Феликс немного прошёл, но стушевался. Минхо подошёл к нему с сзади и приобнял за талию и положил голову на плечо. — А ты симпатичный. — В постели ещё лучше. — Я не с тобой разговариваю, Хёнджин. — Мне эту фразу за последний час говорят уже дважды, — ответил Хван, снимая пальто, а следом и пиджак. — Так что, мой друг правду говорит: ты действительно хорош в постели? — обжигая дыханием, прошептал альфа. — Если он это говорит, то наверное это так, — ответил Феликс, чуть поворачивая голову к новому знакомому. Минхо медленно развернул младшего к себе лицом и осторожно накрыл его губы своими. Альфа привык к грубости в свой адрес, и уже был готов принимать её вновь, но к нему отнеслись с нежностью. Старший медленно вёл его к кровати, не разрывая поцелуя. Хёнджин все это время наблюдал со стороны. Ему было все равно на то, что***
Ruelle — Game of Survival Феликс лежал на алых простынях, что местами были красными от крови, из разорванного ануса. Губы были в маленьких ранках. Он свернулся клубочком на кровати, держа в ладонях осколки своего сердца, которые он склеит и вновь отдаст в руки его личного мучителя. Ли на трясущихся руках приподнялся, оглядывая комнату в попытке найти людей, что разломали его на части. Альфы стояли в стороне и курили, запивая никотин коньяком. Но сил у младшего было не так много, по этому он просто потерял сознание, напоследок запомнив лишь то, что альфы даже не обратили на него внимание.***
/flashbacks/
24 часа назад
— Ты уверен что он согласится? — Он скорее друзей своих продаст, нежели откажется. Альфы курили, стоя у окна апартаментов одного из них. — Только есть одно «но», — старший повернулся к своему собеседнику. — Что именно? — У нас есть стоп-слово. Твоя задача состоит в том, чтобы не дать ему его сказать. — Не слишком ли жестоко? — Ты же хотел попробовать секс с альфой, Минхо. — Да, но… — Это единственный вариант. — Поверю тебе на слово. Старший потушил сигарету в пепельнице и направился в сторону выхода. — Если с ним что то случится — виноватым будешь ты, Хёнджин, — крикнул ему в спину Минхо. Хван остановился и кинул через плечо: — Будь завтра здесь. В это время. Мы приедем, — и вышел из комнаты.
