Твоя хроматичность (Your chromaticity)

Вы когда-нибудь задумывались почему людям нравятся определённые цвета? Холодные или теплые, по разной степени насыщенности и яркости - неважно, ведь каждый выбирает под свой вкус. Но чем обоснован этот вкус? Страхом или восхищением? Печальной травмой детства, что сплелась в воспоминании с разбитой чашкой с голубой ручкой? Или же зеленой травой в жарком июле, когда ты приехал на каникулы или отпуск на остров Хоккайдо и решил прогуляться по лугам? Розовой лентой в волосах у девушки, что только что сказала о расставании, и она уходит без твоего внятного ответа, отвернувшись и позволяя ленте развеваться? Сочным оранжевым апельсином на подоконнике больничной палаты у тяжелобольного, вынужденного бессильно лежать и восхищаться цветом радости и смеха, зная, что его собственные минуты сочтены день ото дня? Или же черный - тот самый мрачный и неприступный, превращающий совсем в другого человека? А если их еще и мешать меж собой, только представьте какой спектр эмоций можно переживать нескончаемо. Цвета прекрасны каждый по-своему, но не каждый несет положительную энергетику для кого-то. Наши травмы и боль, вспышки радости и счастья - все это окрашено в цвета. Будь ты слепым от рождения, но даже сквозь завесу темноты сможешь воспроизвести краски жизни, рисуя в голове, сравнивая, хотя не видел их никогда. И они то усиливаются, то притемняются, ходя по гамме. А теперь подумайте в тишине и спокойствии, какой цвет вызывает у вас страх, а какой счастье? В какой момент особо остро он ощущается во всей гамме, застилая глаза? Ведь непременно у каждого человека есть такое событие. Я вообще никогда не задумывался ни о каких цветах, моментах счастья и горя, - скорее, последнее я чувствовал даже чаще, - пока не встретил Его. Не задумывался, что стану для него и тем и другим. Не задумывался, что буду сломя голову бежать через всю снежную равнину, только бы успеть к нему, только бы он смог сдержать свой главный страх, только бы... со мной смог утонуть в сладком наслаждении. И я без колебаний бежал, бежал, бежал, потому что никогда еще в жизни не был настолько живым и значимым, проведя почти все свое небольшое существование в скитаниях и поисках самого себя и своего предназначения. Мы, похоже, оба этого не знали. Пока не встретили друг друга, и не поняли, как красный - цвет нашей истории. Он однажды сказал, что хотел бы всю жизнь ненавидеть этот цвет и все его оттенки, что преследует по пятам, но так и не смог. А я обожал и обожаю до сих пор весь спектр красного, что гаммой расползается в различные тональности, ведь даже мои волосы алые, как самый яркий цветок в саду. Мне нравится выделяться из толпы, которая уверена, что я вечно еще ярче и ярче их крашу время от времени. Да только этот цвет, будто мое проклятие, что от рождения, а в случае с Ним - личный страх и спасение одновременно. Мы оба знаем это - и в страхе и наслаждении принимаем. Он назвал меня его хроматичностью красного. Единственное, что я хотел бы запомнить в этом цвете - его бледные и худые руки, прикасающиеся с волнительной дрожью к моим багряным прядям волос, его алеющие губы, что в сладком восторге выдыхают в мой рот жар, его заспанные глаза, когда он откидывает плед в бардовую клетку, потягиваясь с утра и... его первое "нечеловеческое" появление в ночь карминово-красной луны, когда он сохранил мне жизнь, где-то в глубине себя оставаясь человеком. Я никогда этого не забуду.