Система помнит, кто здесь главный злодей?

После второй "ночи сказок" Шэнь Юань понял, что что-то идет не так. Во-первых, он, даже после нескольких лет пребывания в шкуре главы пика Цинцзин, все еще не привык ко всеобщему вниманию, тем более к боязливо-почтительному отношению к "божеству". Хотя Юань не мог не признать, что, как будущему советнику Императора Демонского царства (по его планируемому сценарию), к этому следовало начать привыкать. Во-вторых, ночь сказок приводила к тому, что все разбредались перед самым рассветом, спали всего несколько часов и толком не высыпались. Юань в прошлой жизни вполне был "совой", но не настолько же! Хотя, опять же признаться, зимние ночи в юрте были очень уютными, в отличие от промозглого мокрого дня с ледяным ветром. В-третьих, положение какой-то гребанной "Шахерезады" начало его напрягать. Юань осознал, что бабушкины сказки скоро кончатся, и не был уверен, что не придется начать пересказывать сюжеты дорам или "Звездных Войн", адаптируя их для местного населения. Для литератора это была бы любопытная задачка, но не на ходу же! А самым прискорбным было то, что за два дня они толком и не сдвинулись – проползли от силы пару или тройку ли вдоль речки. Такими темпами он до Цанцюн доберется седым стариком! Если вообще доберется! И вот в этих печальных мыслях сонный Шэнь Цинцю сидел в пустом по дневному времени шатре, задумчиво грыз засушенный до твердости древесины дикий абрикос и думал, что делать дальше. Самым разумным было отправить степняков своей дорогой, а самому переждать денечек в курганах, пока они уйдут достаточно далеко, и отправиться верхом на юг, вдоль Границы. Где-то южнее вроде располагался небольшой городок, от него можно было повернуть к востоку по проторенной дороге... У ног сидел давешний мальчишка, Чоно, "Волчонок", вроде как приставленный ему в услужение, грыз тот же жесткий абрикос и игрался с жаровней. Вообще-то он должен был развести в ней огонь, чтобы согреть "Божественному Лису" чаю, но явно рассчитывал, что Шэнь Цинцю опять продемонстрирует очередное "чудо". Юань в принципе был не против, но вставать с нагретого места было очень лениво, а кидать "файрболлами" он из техники безопасности не рискнул. Будь у него способности заклинателя, это не составило бы никакого труда... а сейчас приходилось фактически учиться заново. Можно было бы, конечно, вызвать меню навыков в Системе... но Юань пока предпочитал прочувствовать и осторожно попробовать свои возможности самому. Через часик, конечно, надо бы попробовать помедитировать... но пока Юань опасался, что вместо медитации просто заснет. Вот позору-то будет! К полудню же биологические часы должны дотикать до бодрствования, а пара пиал крепкого чая – без молока! – вполне могли бы заменить кружку кофе... Наблюдая за мальчишкой, он заметил в его руках мешочек-цянькун и... его любимую птице-рыбо-свистульку. Как?! Жестом он подозвал мальчика. Тот с восторгом подбежал. - Где ты ее взял? – с улыбкой спросил Шэнь Цинцю. - Она выпала... из кошелька! – с восторгом ответил мальчишка. - Нравится? Мальчишка согласно покивал головой. - Умеешь на ней играть? Мальчик задумался. Шэнь Цинцю взял свистульку и сыграл простенькую мелодию. Потом показал, как на ней играть... Мальчишка неуклюже засвистел, и Юань тут же пожалел себя, почувствовав, что еще немного - и от неумелой какофонии разболится голова. - Потом потренируешься, а пока – принеси сюда жаровню. Хотелось чаю, а заодно – хотя бы временно отвлечь мальчишку от свистульки. Мальчишка радостно притащил и сухие щепочки, и глиняную жаровню, когда-то сделанную по эскизам Юаня: в бытность свою студентом он нашел забавную вещь на сайте для походников, по какому-то недоразумению еще не стащенную на бесчисленные фабрики Али*, каким-то чудом запомнил устройство, и, ничуть не смущаясь, воспроизвел в этом мире. Будучи чистым гуманитарием, он всегда восхищался многофункциональными инженерными решениями... Зажечь огонь с помощью инь было той еще задачей – сутью этой энергии были вода и холод, то есть эндотермические реакции. Подумав и поняв, что вот так "в лоб" эта задача не решится, Шэнь Цинцю подошел с другой стороны. В отличие от аннигилировавших демонской и светлой ци, темная иньская и светлая янская ци относительно мирно сосуществовали, переходили одна в другую, а иногда – отталкивались, как полюса магнита. Этим и решил воспользоваться бывший заклинатель. Поняв, что чистая инь никогда не зажжет огонь, Шэнь Цинцю решил просто сфокусировать потоки природной ян, которой в открытом и светлом степном пространстве хватало, использовав отталкивающую инь как своеобразное зеркало. На всякий случай спрятав мальчика за спину, он осторожно "поколдовал" с полпалочки благовоний, выбрав для эксперимента большой очаг и очень надеясь не спалить юрту. Впрочем, быстро погасить огонь темной энергии ему бы хватило... не хотелось потерять лицо при столь заинтересованном зрителе. Наконец, правильно настроив "зеркала", он таки заметил медленно поднимающийся от очага дымок... и пламя вспыхнуло. Замечательно! Теперь можно было выпить чаю... Как же! Стоило котелку начать закипать, и Шэнь Цинцю уже приготовился закинуть туда соли, как чуть не над головой раздался ужасный вой. Рука дернулась, и соль посыпалась мимо. Говорят, просыпать соль – не к добру... Мальчишка вскочил и, - умница – пояснил, что это трубят тревогу, созывая воинов. Ээээ... Не поделили с соседним племенем ручей или пастбище? Вот только заварушки ему не хватало... Быстро вытащив из сапога нож и перепрятав его поближе, в рукав, Шэнь Цинцю быстро вышел из шатра. Интересно, его "божественного авторитета" хватит, чтобы не допустить резню племен? Племен? Шэнь Цинцю и не думал, что умеет видеть так хорошо - и так быстро бегать. Демоны! Не особо соображая и следуя лишь старым инстинктам – защищать мирное население – он в несколько прыжков опередил воинов, мчащихся на свору демонского отродья. Набеги на пограничье были нередки, а эта шушера явно нацелилась на кибитки... Не слишком задумываясь, Шэнь Цинцю просто поднял под приближающимися демонами снег, смешав его с темными клубами инь. Бежавшие демоны замешкались, в этой мешанине налетая друг на друга, и притормозили. Притормозили и воины, остановив коней около него. - Присмотрите за лагерем, - скомандовал Шэнь Цинцю. – Это может быть отвлекающий маневр, они могут подобраться с тыла. Вроде воины поняли его слова – несмотря на длительную практику, собирать слова пришлось по всем местным диалектам... Демоны наконец прочухались, вышли из снежного месива, висевшего в воздухе, и Шэнь Цинцю смог их рассмотреть. Большинство - полуживотные, но... одежда преобладающих бордовых цветов? Не южане, а прислужники Ша Хуалин? Это могло быть опасно – если среди них затесался кто-то из тех, что нападал на Цанцюн, в нем могут опознать Мастера Сюя... как неудачно! Шэнь Цинцю еще недостаточно хорошо владел темной энергией, чтобы замаскировать себя, так что нахлобучил на голову злосчастную лисью шкуру, все еще висевшую на нем шарфом, и опустил пониже, надеясь, что она и ее тень хоть немного скроют его лицо. На всякий случай он затенил лицо и несколькими туманными клочками инь, впрочем, стараясь сделать это не в ущерб своему зрению. Хотя... если раньше он для ощущения пространства использовал духовные силы, может, на то же сгодится и инь? Маскировка сработала. Демоны приняли его за местного шамана, и стали насмехаться над "человечишкой", которому все его "духи" не помогут. Духи, может, и не помогут, только это я тут "местный дух"! В ответ Шэнь Цинцю усмехнулся и, постаравшись изменить голос на более внушительный, на довольно чистом демонском наречии (демонолог он или где?!) вопросил, а что тут, собственно, забыли прислужники девы Ша? Демоны попробовали в ответ хамить, но Шэнь Цинцю нужен был не бесплатный цирк, а ответы. Придушив пару самых голосистых шутников и почувствовав себя Дартом Вейдером, он повторил вопрос тем, кто показался ему поумнее и посообразительнее. С трудом добытый ответ ничего толком не принес – Ша Хуалин послала их проследить за каким-то демоном, и они оказались тут случайно... "Случайно, говорите? А не меня ли вы тут ищете?" Испуганные демоны уверили, что искали совсем не почтенного хули-цзин... "Хули-цзин? Э... ну ладно," – подумал Юань. После "Божественного Лиса" его уже ничего не удивляло. Главное, их послали не за Ло Бинхэ или Мастером Сюя. Наверное, какие-то очередные интриги Ша Хуалин. "Так", - продолжил расспросы Шэнь Цинцю, - "А с какой, эм, радости вы собирались искать демона в кибитках человеческого племени"? Демоны опять затянули волынку, что "они случайно", хотя пара глупцов обмолвилась, мол, кушать хотелось, а коровки выглядели такими сытными и аппетитными... "Коровки? А может младенчики?!" Как бы не хотелось Шэнь Цинцю урыть демонов прямо здесь – буквально, зарыть так, чтобы и не следа – привлекать лишнее внимание Ша Хуалин не стоило. Пропажа отряда могла вызвать закономерный интерес и поиски... так что Шэнь Цинцю ограничился тем, что хорошенько потряс демонов за шкирки и популярно объяснил, что сии курганы – его, "Могильного Лиса", территория, местные люди – его люди и платят дань только ему, и если кто тронет у них хоть одну коровку, хоть одного человека – Лис лично их съест живьем. Хорошенечко запугав, Шэнь Цинцю с отвращением фыркнул и отпустил их с миром. Демоны быстренько сбежали, а сам Шэнь Цинцю устало возвратился в лагерь, помахав рукой настороженно ожидавшим его воинам и коротко объяснив, что демоны убрались... но караулы лучше не снимать. Вода в котелочке, конечно же, почти вся выкипела, а огонь погас. Юань огорченно взгромоздился на уже привычное сиденье. Горло от долгого громкого разговора непривычным голосом да на морозе просто драло. Пришла глупая мысль, что, кажется, ему не хватает Бинхэ. Ну вот кто еще ему вовремя заварит чай?! --- * в китайском оригинале скорее было бы что-то вроде Таобао, но автор вставил более привычное нам Али (АлиЭкспресс)