Не сходи с ума от потерь и принимай всё неизбежное равнодушно.

Он в шоке смотрит на стоящий перед ним силуэт, и не верит. Ни капли. А потом начинается то самое, неповторимо-важное и никогда не забывающееся. Шерлок говорит ему, что теперь это и его комната тоже и что теперь он будет за ним смотреть. А Джон молчал. Молчал, слушал, глотал и затыкал себе рот при желании заговорить. Потому что тут что-то не так, что-то не то, он же не жив и спит вечным сном. Так что же это за шутки? Но один раз у него вылетает эта мысль из уст и он слышит в ответ одно единственное: — Я - игра твоего подсознания. Галлюцинация, выдуманная для защиты от стресса. Антидепрессант с побочкой, – и у Джона даже сомнений не осталось, что это не так. А ещё он никогда не думал, что будет жалеть, что не поинтересовался про побочный эффект. Ведь через время его жизнь никогда бы не смогла стать прежней. У Джона было ощущение, что он ежесекундно сходил с ума, но не знал от чего. Ему не мешало то, что Шерлок был у него под боком, он лишь не говорил о игре воображения психиатру и скрывал эту тайну от всех окружающих. Но через время эта радость начала тяготить. Он всё чаще, чаще и чаще слышал из уст детектива фразу "Какой смышленный малый только что мимо нас прошёл, было бы неплохо посмотреть на его внутричерепные данные, не правда ли, Джон?" , "Ох, у этого мужчины была такая хорошая игра на клавишах, интересно, насколько тверды его кости?" и так было каждый день. Всё всегда сводилось именно к этому, и Джону всерьез показалось, что он сходит с ума, когда в один день проснулся с красными липкими руками и грязной, словно дворовой, одежде. Это стало отправной точкой. И это стало его новой манией, не считая головного/личного Шерлока Холмса.