Mission: moon_113

      Вспыхнувшая сжатыми до невозможности фотонами кромка осталась позади несколько секунд назад. Небольшая, шероховатая и слегка металлическая на вкус гравитационная турбулентность мелко перетрясла всю начинку джета, пустила рябящие помехи по мониторам и локаторам. Портал, таящий в себе схлопнутое гиперпространство, на этот раз выплюнул пассажиров щадяще, даже мягко. Переход лишь чуть-чуть стегнул их по пульсу, хотя в самых дальних и практически похороненных районах галактики удача благоволила редко.       Так далеко, в глухую, сотни тысяч лет назад осиротевшую область гости наведывались нечасто. Кротовья нора, извергнувшая их челнок, как бумажный самолётик, заискрила вслед остаточным преломлением лучей, будто помахав на прощание. Залетайте ещё, путники! Здесь очень тихо, холодно и одиноко.       Черноту вокруг прорывали белыми, остролистными эдельвейсами единичные, слишком микроскопические звёзды. Их скромный рассыпанный блеск не способен был тягаться с конкурентом - прежде незыблемый центр сбавившей вращательные обороты системы, источавший мощный, согревающий ультрафиолет, сейчас рассвирепел, как огненная гиена.       Самостоятельно восстановившие функционал приборы уже проложили по немому космосу оптимальный маршрут, огибающий все девять исполинских, молчаливых планет. Управление в стандартных, мирных рейдах всегда было автоматическим, так что экипажу оставалось лишь контролировать показатели и вовремя реагировать на сигналы.       Сквозь панорамное, уплотнённое защитным слоем окно в быстроходный корабль заглядывали растёртые, измельчавшие пояса астероидов, бока проплывающих, полосатых спутников и их более внушительных, неприветливых хозяев. Всё это грандиозное, но абсолютно безжизненное великолепие отражалось в чернильных радужках, растворяясь там в благоговейном восхищении.       - Как будто я ребёныша в настоящий зоопарк привёл, - весело громыхнуло рядом, и на угольную макушку упала чужая тяжёлая конечность. - Смотри, сынок, впереди Юпитер обыкновенный. В дикой природе они вымерли, но здесь сохранился последний представитель, - указательный палец ткнул в приближающегося, дремлющего газового гиганта.       Чон, пристывший зрачками к изумительному пейзажу, даже не отвлёкся на наглое вмешательство, а вот за спиной проворчали:       - Кадет Ви, проверьте ориентировочные данные!       - Зачем так строго и официально? Мы же с давних пор знакомы...       - Это с каких конкретно?       - Со вчера, - хмыкнул шатен, отлипая от друга, - но не суть. Капитан Пак, зовите меня "Тэ", и если хотите, чтобы я отошёл от Чонгука, просто так и скажите.       Брюнет, моментально отклеившийся от зрелища за стеклом, метнул воспламеняющий взор в беспардонного придурка, а потом за миг остыл, напоровшись на театральную угрюмость их командира. Тот покачал головой, но не смог долго сохранять на лице суровое выражение - дёрнул уголками губ вверх и произнёс:       - Хорошо, Тэхён.       Отвернувшись, юноша так и не определил, с чем именно согласился начальник, но на всякий случай вспыхнул румянцем. Смущение в присутствии этого невероятного человека пока подавлять не получалось, хотя он очень старался.       - И вообще, вы же старше меня всего на четыре года, его на шесть, - кивнул неугомонный парень на товарища. - Я, конечно, понимаю, субординация и всё такое, но вы же на вид наш ровесник! Мне даже стыдно вам "выкать". Я как будто намеренно вас старю, словно ветерана какого-то...       - Думай, что мелешь! - натурально рассердившиеся на Кима агаты окончательно оставили иллюминатор.       - Тише, Гук, нам и вправду стоит бросить эти условности, всё-таки работаем сообща, в одном отряде. Так что перейдём на "ты", наверное? - успокаивающе проговорил блондин, подарив обоим ободряющую улыбку.       - Да! А то раз вам двоим можно, чем я хуже? - провокатор невинно хохотнул и показал язык недовольной физиономии напарника.       Тому действительно не понравилось. Нет, не засиявшая эмоция руководителя, а то, что предназначалась она не только ему. Чон был бы рад не брать с собой это бескомплексное недоразумение, гордо носившее титул его приятеля, но в патруль требовалась группа из трёх членов. А весь уважающий себя "молодняк" рвался на опасные задания, поэтому даже Тэ уломался с трудом. Но что поделать, если боевые миссии Чимин избегал, а попасть к нему было чертовски необходимо.       Уже первая встреча с третьим участником напрягла невообразимо. Тогда, днём ранее, немного нервничавший армеец привёл пред светлые очи старшего своего однокурсника. Они, неловко замерев напротив друг друга, душевно пожали ладони. Диалог сложился нелепо короткий:       - Пак Чимин, капрал.       - Ким Тэхён, рядовой.       "Чон Чонгук, ревную", - добавили бы наблюдавшие за этим ониксы.       - Оу, а это что за кроха? - насмешливый бас выдернул макнэ из перманентного воспоминания.       - Я бы не разбрасывался такими пренебрежительными эпитетами, - иронично протянул высокий голос. - Энное количество миллионов лет назад в римской мифологии его именем нарекли бога Войны - Марса. Мы пересекаем зону досягаемости, нужно снизить скорость до шести парсеков, справишься?       Охотно закивавший инженер поспешил ввести цифры на панели с множеством кнопочек, а его младший коллега снова прикипел вниманием к обзорному экрану. Где-то там, за рыжим, усыпанным вулканическими, горными долинами шариком уже маячила та самая...       Загадочная, отчуждённая, почти забытая родина. Та, которую школьники могут найти лишь на голограммах и проекциях. Та, которая обросла толстенным мховым слоем легенд и баек. Та, на которую уже не ступали даже прадеды. Та, которая по сохранившимся сведениям была удивительной и чудесной. Та, с которой её неумелые дети отправились покорять другие галактики, когда над всеобщим существованием навис дамоклов меч вымирания. Когда неумолимо повышающаяся температура иссушила океаны, сейсмическая активность и атмосфера сошли с ума, вынудив сбежать. Та, которую навещали преступно редко, предав забвению.       Земля.       - Это... она? - захлебнувшись воздухом, прошептал Гук.       - Какая-то не слишком потрясающая... - сузились миндальные глаза на буром кружке пока размером с точку. - И где обещанная сочная зелень, синева?       - Мы же ещё не достигли непосредственной периферии! Как ты можешь вообще что-то различить? - интонация беспричинно обиделась.       - Да суть даже не в этом. Видите? - Пак, наконец, спустился с мостика, вставая справа от надувшегося "ребёныша". - За ней пышет жаром и радиацией красный гигант: Солнце выжгло свой водород, расширилось и испарило всю воду на поверхности. Там уже ни лесов, ни морей.       Планета неторопливо увеличивалась в диаметре, кутая свои мёртвые меридианы в одеяле технических обломков и метеоритной пыли. Не читав её биографии, легко спутаешь с тысячами других необитаемых космических тел.       - Дом... - вопреки снобизму друга, заворожено выдохнул Чон.       - Если бы я не был в курсе твоих личных интересов, то и вправду решил, что ты рвался на эту скучную экскурсию ради матушки-Земли! - ухмыльнулась заноза в заднице с нездоровой тягой к разбалтыванию чужих секретов.       - И какие у меня личные интересы? - рычание получилось чертовски натуральным и угрожающим.       - Обследовать как можно больше никому не нужных закоулков Вселенной? - мгновенно подкорректировал свою опрометчивую реплику Ким.       - Именно так!       На вытянутую по струнке спину легла усмиряющая гнев рука, невесомо проехавшись по лопаткам, а чёрную смородину искупал в себе тёплый гречишный мёд. И брюнету показалось, что Чимин знает всё, прекрасно понимает его мотивы, вот только искусно притворяется, будто их нет. Они незначительны, обманчивы или не серьёзны.       - Надо выровнять навигацию, чтобы нас не примагнитило на орбиту, - пухлые губы снова изогнулись плавной, снисходительной линией. - Пока я ввожу параметры, постарайтесь не покусать друг друга, - прошелестело еле слышно у плеча, и сзади раздались удаляющиеся шаги.       Освободившееся, за секунду остывшее без волнительного присутствия рядом место занял надоедливый товарищ:       - По-моему, у вас с ним всё не так уж и плохо! Поищи мне ещё одного капрала или генерала в нашем флоте, который бы настолько же ласково смотрел на своих подчинённых. Хоть на каплю от этого его дико палевного "ты-самая-очаровательная-звёздочка-в-бескрайних-мириадах" взгляда.       - Тебе кажется, Тэ. Нет ничего у меня с ним.       - Но ведь хочется, чтобы было? - заядлый сплетник по-шпионски прошуршал на ухо и заговорщицки подмигнул.       - Во-первых, ты обратился в министерство не твоих собачьих дел, и, во-вторых, мечтать о том, чего невозможно добиться - глупо. Я подобным не страдаю.       - Мечтать? О-оо, это так мило! Глаголы тебя выдают, Гук-а, советую тщательнее за ними следить. И как ты смеешь своему самому близкому саппорту врать? Не страдаешь ты таким? Ну-ну. А эта бойскаутская вылазка в наинуднейшую миссию по бесцельному барахтанью в дремучих ебенях к чему? Для нашего мистера пацифиста-героя сражений при Маффее-филантропа можешь играть в наивного энтузиаста, но со мной такой бездарный спектакль не прокатит.       - Отстань от меня со своими домыслами, бесишь! Какой ещё самый близкий саппорт? Мы вместе пару раз на тренировочных перестрелках тиммейтами были, и я однажды одолжил тебе свой запасной комбинезон, - ядовито прошипел юноша, поддерживая конфиденциальность низкими децибелами.       - Этот щедрый жест тронул меня до глубины души! После такого мы вообще практически братья! Но ладно, так уж и быть, хватит с тебя пунцовых щёк, - гаденько погиенил шатен, уставившись в окно.       А в том уже на весь свой огромный, испещрённый солнечными ветрами масштаб разворачивалась некогда родная обитель. Воздушная оболочка с оборонительным озоновым слоем давно растаяла, и беззащитная, пустынная литосфера пряталась за грязно-серыми облаками, ничего общего не имевшими с водяным паром и кристалликами прозрачного льда.       Крохотный звездолёт на её фоне скользил крылатой песчинкой, случайно приманенной еле дышащей гравитацией. Его немного эллипсоидная "тропа" обтекала округлое пространство слева, поэтому навстречу постепенно выплывал другой персонаж архивных статей, фильмов и фотографий. Весьма исхудавший от вечных нападок астероидов, привязанный незримой, обветшалой нитью к владельцу уже не так надёжно.       У Земли с остывающим ядром и агрессивной эволюцией главного светила больше не наскребалось сил, чтобы Луну держать - та оттеснялась всё дальше, разгонялась, норовя в будущем, на очередном витке столкнуться со своим компаньоном.       - I know you're somewhere out there... Somewhere far away. I want you back, I want you back, - промурлыкал Ким.       - Только не это, прошу! - насупился Чон.       - Хорошо-хорошо, тогда вот тебе одна из моих любимых страшилок, основанная на древних людских теориях. Во времена, когда о колонизации и других мирах писали только фантасты, а шаттлы едва поднимались до тридцати тысяч километров на смехотворном "железе", две страны стремились завладеть господством за пределами своих материков. Первый раунд соперничества был за Россией, они собирались взять и второй, но итальянцы, построившие радиостанцию, чтобы перехватывать зарубежные коммуникации, обнаружили и зарегистрировали странные сигналы за неделю до подвига Гагарина. Они принадлежали неизвестному космонавту, медленно умирающему на орбите.       Обсидианы скептично смерили рассказчика:       - Пока звучит как бред.       - Дождись финала, - мистическим тоном декламировал тот. - Советский Союз отрицал любую причастность к инциденту, но конспирологи посчитали, что власти намеренно утаили факт неудачного пробного запуска и гибели испытателя, чтобы не пошатнуть международную репутацию государства. Сообщения по типу SOS и просьбы о помощи фиксировались на пойманной частоте в течение семи часов, пока у несчастного не закончился запас кислорода. Только представь: ты самым первым добровольцем отправляешься в неосвоенную черную бездну, где не бывал ещё никто, но из-за ошибки и банальной трусости тебя оставляют мучительно заканчиваться в невесомости. Дрейфуя одиноким, никому не нужным "сопутствующим ущербом". Погрешностью расчётов в этом жестоком, промозглом вакууме.       - Они действительно его не вытащили? Даже не попытались? Но это же настоящее убийство! - поверив словам, в ужасе возмутился брюнет.       - Ещё не всё, мой впечатлительный друг. Спустя годы, с хаотичной периодичностью, учёные из разных обсерваторий по-прежнему улавливали одинаковые мольбы о спасении. Может, обречённый быть проигнорированным месседж замкнулся, увековечился в информационном шуме, а может... - сказочник перешёл на драматичный шёпот, - в истерзанном техническим мусором скафандре, болтающемся по кольцу, застрял призрак покинутой человечеством жертвы прогресса. И он продолжает взывать о пощаде, вот только его никто не слышит. А те, кто слышат - не желают отвечать.       Поражённый историей младший механик поёжился, сглотнув вставшую поперёк горла, иррациональную боязнь. Погрузившись в меланхоличные размышления, он не мог узреть, как его командир неодобрительно хмурится в затылок хренового басенника.       Луна, будто подтверждая печальную повесть, развернулась за иллюминатором пепельными, щербатыми кратерами, руинами каких-то установок и комплексов, нефункциональными вышками. Их понатыкали немного - бурить реголит ради металлов оказалось не шибко выгодно.       - Такая грустная и трагичная судьба чем-то напоминает китовьи суициды, - философски добавил к своей предыдущей речи Тэхён. - Тоже там, в земных океанах плавали здоровенные млекопитающие с пугающими песнями и тяжеленными хвостами. Сбившись с пути из-за подлодочных, путающих сонаров, они выбрасывались на берега. И если те были дикими, без доступа цивилизации, животные задыхались. Без шанса на помощь. Одни. Без свидетелей.       Снова приблизившись к замершей фигурке донсена и пересёкшись с жалостливым взором, Пак беспокойно пробормотал:       - На сегодня достаточно депрессивных баек, всё равно они - лишь отголоски давно минувшего прошлого.       - Ага, они - лишь тени. Исчезающие миражи. Призраки... Прямо как призрак космонавта, - зловеще прохрипел не унимающийся знаток хорроров и схлопотал мрачный, чайный укор от начальника.       Маленькие, короткие пальцы по привычке хотели утешительно сжать плечо или потрепать по вороньим прядкам, но на весь салон вдруг запищала радиоаппаратура, а за истошной сиреной включилось скрежещущее:       - Всем ближайшим кораблям и базам, приём...       Ощутимо вздрогнув все трое вылупились на зажёгшийся индикатор соединения и динамик, повторно прокашлявший:       - Всем ближайшим кораблям и базам, приём!       - А вот это реально страшно, - проблеял инженер, пока более слаженный дуэт, выпав из оцепенения, ринулся к панели.       Метко клацнув по кнопке связи, Чимин профессионально выпалил:       - Приём, вас слышим. Приём!       Покрутив несколько тумблеров и похимичив с сенсорным полем, Чонгук не смог улучшить качество аудиодорожки. Помехи делили её на порции и искажали синтетическим лязгом:       - Потерян член рабочей группы Тета. Возраст: девятнадцать лет. Пол - мужской. Примерное местоположение: подножье Апплеин, каньон Хэдли - двадцать шесть целых, сто тридцать два градуса северной широты и три целых, шестьсот тридцать четыре градуса восточной долготы. Просим выслать доступное подкрепление для поисков.       - Это капитан шестого дивизиона рекреации WLM, ваши координаты получены. Мы обеспечим поддержку. Вы находитесь там же?       На логичный вопрос свистящий, перебойный тембр не отреагировал, потонув в жутких грохоте и рокоте. Этот гвалт поиздевался над барабанными перепонками ещё секунд десять, а потом канал и вовсе обрубился.       - Если что, про неудачный запуск - чистой воды небылица! Я ради шутки её ляпнул! - пролепетал фанат старинного фольклора, обескуражено хлопая ресницами.       - Да не может это быть чёртов призрак космонавта! - раздражённо буркнул глава экипажа, ударяя по клавиатуре. - Потому что нам продиктовали существующую точку, - на мониторе спроецировалась карта с горящим маркером.       - Но откуда здесь вообще может кто-то взяться? Если даже наш патруль сюда таскается раз в несколько десятков лет!       От нервного, громового восклицания Пак поморщился и перевёл сосредоточенный взгляд на молчаливого, озадаченного макнэ:       - Этот некто упомянул "рабочую группу"... В часть докладывали о том, что помимо наших рейдов, такие окрестные, запечатанные районы посещают кочевники. Не попавшие ни в одну ячейку общества бродяги, которые, сколачиваясь в банды, пробуют заработать на жизнь добычей ископаемых в брошенных зонах. На подобные прииски забирают даже детей...       - Но Луна же не особо богата минералами, а до алюминия или титана копать глубоко, - нарушил собственный немой обет Чон. - Тем более область весьма опасная: нестабильное магнитное поле, постоянные всплески активности Солнца, мощные потоки нейтрино и излучения.       Блондин согласно промычал:       - Да, затея бесперспективная, но вдруг у них просто не было точной информации? Да и оснащения качественного, скорее всего, тоже. А просверлить грунт на спутнике проще, чем на более обогащённых планетах. И надзор там жёстче.       - Так мы поспособствуем розыску? - надежда непоколебимо размешалась в больших, блестящих озёрах.       - Не уверен, что кроме нас в этой глуши ещё кто-нибудь отзовётся. По идее, у нас по регламенту в распоряжении семнадцать часов на смену. Пока мы потратили два с половиной. Думаю, сможем всё решить до того, как нас хватятся в центре управления, - оптимистично произнёс капрал. - Ребята, займите кресла и пристегнитесь. Тэхён, запускай реактивные двигатели, продолжительность импульса - тридцать секунд. Гук - подготовь систему шасси. Траекторию рассчитаю вручную. Ну, что, поехали? - твёрдый, бодрый тон оперативно распределил указания.       Грациозно запрыгнув на свой трон и сняв оборудование с автоматического режима, Чимин предвкушающе погладил штурвал. Что-то искрящее защекотало под рёбрами - он и отвык от чувства, когда риск с азартом гремучей смесью шипят и приятно пузырятся в венах. Забытое и припорошенное пылью ощущение слабо потянуло сердечную мышцу, но мозг мгновенно устаканил его: грядут не взрывы, росчерки лазеров, гарь и крики. Они летят вызволять из беды, а не сеять её.       Втихаря наблюдая за тем, как старший будто просиял внутренней суперновой и просветлел сконцентрированным на датчиках янтарём, юноша настолько залип и увлёкся, что не успел капитулировать, когда его рассекретили. Но застеснявшимся, робким агатам объект их любования без упрёка ярко, задорно улыбнулся.