В синем море пенились чернила

Март 2008 xvi. - Месье Вильерес, вы в анкете вместо имени отца поставили прочерк, а в графе "профессия отца" указали "хастлер", - сказала доктор Гонзалес. - Да, все правильно, - согласился Ники. – Имени его я не знаю, а его уличная кличка вряд ли имеет какое-то значение. - Вы знаете, что в Калифорнии проституция нелегальна? - Я с ним за деньги не спал, тем более в Калифорнии. А что касается выбора места работы, - тут Ники пожал плечами, - так не всем же везет в жизни. На соседнем стуле Лео пытался кашлем замаскировать неуместный смех. - У меня в системе только список законных в Калифорнии профессий. "Хастлера", как вы можете понять, тут нет, – сказала доктор Гонзалес и после нескольких щелчков мышкой предложила: - Вы не будете против, если я выберу "работник сферы обслуживания"? - Если вы считаете, что это самый подходящий вариант. Но имени его я все равно не знаю. Доктор Гонзалес кивнула и что-то быстро набрала на клавиатуре. Лео так внимательно рассматривал плакат "Современные виды анальной контрацепции", будто в нем таились все тайны мироздания. Ники листал брошюру "Йога для беременных", которую он прихватил в комнате ожидания. Доктора Гонзалес очень рекомендовал Родригас, супруг Алекса. ("Доктор Гонзалес – бета с железным характером. Я с ней шестерых детей родил, - сказал Родригас, когда Ники ему позвонил с просьбой посоветовать хорошего акушера. – Только не пытайся ей врать, она гнилой базар за версту чует".) На первом же приеме доктор Гонзалес оправдывала свою репутацию профессионала, не терпящего бессмысленного вздора. Доктор Гонзалес сначала спросила, кто за все будет платить (Ники), потом провела два анализа на беременность (оба положительны), взяла как минимум пол-литра крови (для дюжины дополнительных тестов) и выписала кучу витаминов (исключительно на натуральной основе). Она запретила пить кофе, алкоголь, стандартные обезболивающие, курить табак, траву, бамбук, есть жирное, сырое, шоколад. - Шоколад-то почему нельзя? – возмутился Ники. - Чтобы не повышать адреналин. При высоком адреналине вам захочется сделать какую-нибудь глупость, например, прыгнуть с парашютом или переспать с хастлером, а рисковать вам сейчас нельзя. О да, она несколько раз настоятельно посоветовала избегать "сексуальных контактов с работниками сферы взрослых развлечений", чтобы не подвергаться необоснованному риску подцепить заболевания, передающиеся половым путем. Ники искренне заверил доктора Гонзалес, что если он снимет шлюху на ночь, то утром сразу же побежит делать тесты. Доктор Гонзалес продолжила листать анкету. - Вы указали, что два раза в неделю ведете спортивные занятия. - Курсы силовой йоги для бет и омег в социальном центре. - Тоже в Вестчестере, где вы живете? - Нет, во Флоренции. Доктор Гонзалес оторвала взгляд от компьютера. Флоренция, район Южного Лос-Анджелеса, может еще и не трущобы, но однозначно район бедных латинос и черных. Белый богатый омега мог прожить всю жизнь в Лос-Анджелесе и ни разу не побывать во Флоренции. - Если вас не будет тошнить, то месяц-другой можете продолжать, но потом у вас изменится чувство равновесия. Вместо этого займитесь самостоятельно йогой для беременных. - Вы какую дату родов ставите, мадам доктор? – спросил Лео. Лео вызвался на протяжении всей беременности быть моральной поддержкой и секретарем. Он записывал в ноутбук рекомендации врача и отмечал галочками вопросы в заранее подготовленном списке. - Поскольку точная дата зачатия известна – пятое февраля, - сказала доктор Гонзалес, посмотрев в файл, - то поставим десятое ноября. - Когда УЗИ можно будет делать? – спросил Лео. - В следующем месяце. Вы тоже придете, месье Эшвайлер? - Обязательно, – сказал Лео, - я Ники одного не оставлю. - Не сомневаюсь, - сухо заметила доктор Гонзалес. Ники был на восемьдесят пять процентов уверен, что доктор Гонзалес поставила им патологическую созависимость в качестве диагноза. Лео был для Ники как младший фра. Они помогали друг другу не ради выгодных связей или денег, а потому что знали, как сложно жить в одиночку. Ники впервые привел к себе Лео после того, как тот неделю в круглосуточном кафе ночевал. Тогда Ники поставил три условия: "никакого секса, никаких наркотиков и позвони родителям". На этом и строилась их дружба на протяжении многих лет. Когда Лео прятался от преследовавших его демонов и альф, то у Ники он обретал покой и тишину. А когда Ники хотелось выть от тоски и горя, то Лео помогал ему держаться подальше от острых предметов, резких обрывов и страшных снов. Нет, у них была не патологическая созависимость, а просто, как выразился Лео, гармоничная взаимопомощь в ситуациях невроза, стервоза и токсикоза. xvii. В своей жизни Ники провел больше времени на кушетке психотерапевта, чем за партой в школе. Единственная попытка отдать его в общественную школу закончилась ровно через неделю самым плачевным образом: Ники рыдал, авва всхлипывал. После многочасовых обсуждений с психоаналитиком было решено оставить Ники на домашнем обучении. Авва нанял хороших учителей, которые с ним занимались на дому, и в 18 лет Ники успешно сдал экзамены для получения диплома о законченном школьном образовании. В целом, положительные результаты психотерапии были очевидны: Ники стал полноценным участником жизни общества. Он платил налоги (федеральные плюс 13,3% калифорнийские), голосовал на выборах (за демократов), владел недвижимостью (стоимостью полмиллиона на нынешнем рынке), дважды в неделю был волонтером (в социальном центре района Флоренция), сортировал мусор (бумага, стекло, пластик, био) и писал международные бестселлеры (серия "Пепел"). Несмотря на триумф воли над искалеченной в детстве психикой, он так и не смог избавиться от страха, что его дети будут похожи на Гаррисона. Ночью после приема у доктора Гонзалес, он очень плохо спал и уже в 5 утра решился позвонить доктору Ван. Если кто и понимал, что представлял собой Гаррисон и почему он создал свой концлагерь, так это доктор Ван. Она сотрудничала с нью-йоркским отделом ФБР по особо опасным преступлениям и выступала в качестве эксперта-психиатра в деле Гаррисона. Доктор Ван не была его лечащим психотерапевтом, но много раз беседовала с Ники. В первую очередь она объясняла, что только Гаррисон нес ответственность за то, что происходило в резервации Тисири. Ники и его авва лишь выживали. А всякий, кто их осуждал, занимался ложным переносом вины на жертву. Все это потом много раз повторяли и другие терапевты. Для Ники важно было знать, что страх перед Гаррисоном – это нормально, потому что не боялся Гаррисона лишь безумец. Перед его отъездом в Лос-Анджелес доктор Ван взяла с него обещание позвонить, если у него будут проблемы. Он с ней давно не связывался, потому что в последние годы ему удалось поверить в себя и свои силы. Сильных приступов паники давно не было, а с незначительными сомнениями ему помогал справиться Лео. Но сейчас, внезапно, его охватил настоящий страх. Он совершил безрассудный поступок, а расплачиваться за него придется невинному ребенку. Вдруг у Гаррисона и правда было серьезное психическое заболевание, которое может передаться по наследству? Вдруг оно латентно в Ники и проявится в его ребенке? - Мой ребенок может унаследовать гаррисоновские гены? – он быстро перешел к сути своих страхов, чтобы не тратить попусту время доктора Ван. - Какие именно? - Его безумие и шизофрению. - У Гаррисона нет психического заболевания. Он признан полностью вменяемым. - Тогда как насчет жестокости, ненависти, садизма, отсутствия эмпатии? - То, что ты описал – не гены. Это все социализация и воспитание. - Но почему он тогда так жил? - Николас, ты же знаешь, что в двух словах это не объяснить. Я подготовила 156-страничное заключение, которое ты читал, о возможных причинах его поведения. Там весь набор: тяжелое детство, отсутствие сдерживающих механизмов, непризнанность обществом, стремление к власти, страх перед провалом и далее по списку. Весь этот набор привел к личностной дистрофии, но ничто из этого не передается генетически. Доктор Ван говорила очень уверенно, Ники так хотел ей верить. - Николас, у Гаррисона нет никаких генных заболеваний, которые он мог бы передать тебе и твоим детям. Все, что твой ребенок может получить от него, это цвет глаз или форму носа. Но не страсть мучить и убивать. Меняя тему на более приятную, доктор Ван расспросила, какой у него срок, и похвалила, что он уже сходил на прием к врачу. - Николас, я рада, что ты решил завести семью. Я верно поняла, ты не замужем? - Нет, я буду одиночкой. - Я уверена, что ты будешь хорошим родителем своему ребенку. - Но как вы это можете заранее знать? Ники не мог сдержать ноток панической истерики. Сам Ники не был уверен, что его ребенок будет счастлив иметь такого родителя. - Почему ты забеременел? - Потому что я хотел изменить свою жизнь. - Ты один раз изменил уже свою жизнь, переехав в Лос-Анджелес. Почему просто не переехал опять? - Тогда я убегал, потому что мне было плохо, а сейчас я не хочу убегать. У меня тут все хорошо. - Зачем тебе нужен ребенок? - Чтобы иметь семью, чтобы любить его, чтобы заботиться о нем, чтобы помочь вырасти и познать мир. Зачем еще дети? - Зачем Гаррисону были нужны дети? Чтобы их бить, мучить, продавать на органы, убивать. - Вот, - сказала доктор Ван после повисшей паузы, когда Ники не произнес этих причин вслух, – чувствуешь разницу? Поэтому я уверена, что ты будешь хорошим родителем. xviii. На своем примере Лотиас Вильерес доказал, что даже в аду можно растить детей и создавать им мгновения счастья. Сначала он платил за это собой, своим здоровьем и кровью, а потом заставил весь мир уважать себя и свои желания. Желание у Лотиаса Вильереса было одно – дать своему единственному чаду хорошую жизнь. В резервации Тисири каждый день был беспощадно жестоким, но у маленького Ники и там случались светлые моменты, благодаря его авве. Одно из самых ярких воспоминаний детства связано со стрельбой из лука. Авва сам сделал для него лук и стрелы и начал учить еще в раннем детстве. Ники легко и быстро научился стрелять. Уже на втором занятии он почувствовал, что если не напрягаться, то он легко находит правильную позицию и попадает в мишень. Левая рука крепко держала лук, правой он отводил тетиву. Вдох, выдох. И вот стрела летела прямо в яблочко. Потом все испортил Гаррисон. Он заметил меткость Ники и решил, что ему пора стрелять по животным. Одиннадцатилетний Ники стоял у отметки, вцепившись двумя руками в лук, который был нацелен в землю, и смотрел на волчонка, привязанного веревкой к столбу, на котором обычно была мишень. Волчонок крутился вокруг своей оси и скулил. Ники, не моргая, смотрел, как из ранки на шее волчонка капала на песок кровь. Гаррисон ждал. Ники не поднимал лук и не слышал, что ему говорил авва. Он смотрел и смотрел, пока красная лужица крови не заполнила все пространство и превратилась в черноту. Очнулся Ники в хижине на своей подстилке, рядом сидел авва, у которого половина лица заплыла синяком. - Ты же понимаешь, что мы убиваем тех диких животных, мясо которых едим? – спросил авва. - Но те животные могут убежать, они свободны, - ответил Ники. На следующий день Гаррисон сломал его лук и все стрелы и объявил: - Обойдешься без игрушек и без мяса, раз такой хлюпик. Когда Ники было двенадцать лет, он и авва убежали из резервации Тисири. Авва украл ключи от машины, автомат АК74 и охотничий арбалет. Они проскочили через забор, на котором авва предварительно перерезал сигнализацию. Уже около стоянки машин они неожиданно налетели на группу альф, которые вернулись раньше срока. Первым среагировал авва и открыл огонь из автомата. Ники стрелял из арбалета. Потом федералы нашли четыре трупа, три из них со стрелами в горле. Иногда Ники задумывался, учил ли его авва стрелять именно с той целью, чтобы он сделал те самые три смертельных выстрела. Тренировал и натаскивал свое чадо как служебного пса? Даже если бы авва был жив, Ники не осмелился бы спросить. В резервации сложно было развивать мелкую моторику ребенка, а стрельба из лука научила его точности, ловкости, равновесию. Может, те три стрелы были подарком Провидения за трудолюбие и терпение? xix. Все приехавшие в Лос-Анджелес в надежде стать актёрами, должны сначала поработать в трёх местах: в кафе, на автостоянке и в супермаркете. После этого они превращались либо в проституток, либо наркодилеров. Ники в свой первый месяц в Лос-Анджелесе успел поработать лишь в кафе и в супермаркете. Из кафе его уволили на второй день за то, что он выкрутил руку альфе, который пытался его за задницу ущипнуть. Из супермаркета его уволили на пятый день за неспособность выполнять нужный объем работ в выделенное время (Ники овощи раскладывал по фэншуй, а это не терпело суеты). Увольнение из супермаркета Ники воспринял как знак, что надо завязывать вести себя как все, а то и правда плохо кончит. Отметить появление свободного времени Ники решил в парке напротив супермаркета, проделав древнейший из йога-ритуалов Путь Солнца. Возможно, выбрал он тогда не самое удачное место (мимо проезжал поток машин, которые нещадно гудели), зато вся лужайка была залита солнцем, и, стоя босиком на пожухлой от зноя траве, он услышал песнь своей души, которая звучала в гармонии с песнью Солнца. Он стоял с закрытыми глазами в позе натянутого лука на одной ноге, вытянув вторую вверх, подставив лицо солнечным лучам и ощущая себя частью Мира и Мир внутри себя. - Дандаямана дханурасана! – сказал кто-то рядом, своим голосом и дыханием перебивая внутренний покой Ники. - И тебе не болеть, - откликнулся Ники и открыл глаза. У соседней скамейки стоял альфа. Его оскал был похож на улыбку, темные очки скрывали глаза, волосы торчали в разные стороны, а на лбу отчетливо виднелся синяк. - А ты маюрасану тоже можешь? – спросил незнакомец, еще шире улыбаясь. Он что-то явно пытался сказать на хинди или может иврите, но калифорнийский акцент всё сводил на нет. - Позу павлина, - объяснил незнакомец. Ники молча опустил левую ногу и жестом указал незнакомцу подвинуться. Тот послушно отошел от скамейки. Ники встал вплотную к узкому краю скамейки, поставил руки пальцами к себе на горизонтальную поверхность сидения, плотно прижал руки друг к другу от мизинцев до локтей, затем, согнув локти, одновременно наклонился торсом вперед так, что живот лег на локти, и выпрямил ноги назад. Он висел в воздухе, опираясь лишь ладонями на сидение скамейки. Незнакомец присвистнул. Ники закрыл глаза. - За-ши-бись. - Спасибо, наверное, - сказал Ники. Авва учил его благодарить за комплименты. Он открыл глаза и увидел почти вплотную лицо мужчины без очков – у него были карие глаза с черными кругами от бессонниц или передозов. - Доктор Ван не говорила, что у тебя такая гибкость. - Сомневаюсь, что доктор Ван вообще тебе что-то говорила, она не из тех, кто нарушает врачебную тайну. Альфа вынул из кармана удостоверение и протянул его Ники. Ники сгруппировался и в силовом толчке спрыгнул на землю. - Агент Иероним Ковальски, отдел особо тяжких преступлений, Лос-Анджелес, - прочитал Ники удостоверение. - Зови меня Ковальски. - У ФБР деньги лишние появились, раз они мне новую няньку выделили? У меня все прекрасно, не надо за мной следить! - Я вижу, что прекрасно, - согласился Ковальски, благодушно кивая головой, - поэтому я предлагаю сделку. Ты два раза в неделю занимаешься йогой с омегами и бетами в центре, где я веду курсы самообороны, а за это я тебя не расспрашиваю, как у тебя дела и не мучают ли тебя по ночам кошмары. - А если я откажусь? - Тогда доктор Ван будет звонить тебе каждый вечер, наймет мозгоправа, а Теннисон забьет твою квартиру "жучками". Вижу по глазам, что это тебя пугает. Жду тебя в среду в 19 часов по этому адресу, не забудь спортивную форму, - сказал Ковальски и дал визитку социального центра "Палаццо" в районе Флоренция. Семь лет спустя, еженедельные курсы силовой йоги стали важной частью жизни Ники. Ковальски рассказал, что сначала у центра было лишь длинное бюрократическое название, но местный юмор быстро окрестил его "Палаццо". В последние годы по весне Ковальски подряжал подростков обновить краски в огромных буквах "Палаццо" на входе в скромное здание. Центр помогал бетам и омегам, оказавшимся в сложных ситуациях: предлагал бесплатные консультации юристов и психологов и организовывал несколько видов курсов по повышению грамотности, профессиональных навыков, самообороне. В центре в основном работали волонтеры, а бюджет по большей части состоял из пожертвований. Несколько лет назад центру начал покровительствовать Виктор Мавр, который ежегодно вместе с чеком присылал коробку с книгами. Ники приехал в центр "Палаццо", когда агент Ковальски заканчивал занятие по самообороне для подростков. - А теперь возьми его за волосы и дай по яйцам. Дюжина юных омег и бет повторили это движение. - Увидимся на следующей неделе, дома отрабатывайте удары на подушках. Из зала выскочила стайка подростков, Ники зашел внутрь и протянул Ковальски кофе из Старбакса. - Мне это не понравится? – спросил Ковальски, имея в виду явно не кофе, который он с наслаждением начал пить. - Возможно. Есть пятнадцать минут? - Пойдем в офис, мне надо заполнить отчеты о посещаемости. Единственный административный офис был уже пуст. Ковальски сразу включил компьютер, а Ники присел на ящик, в котором хранились боксерские перчатки и гантели. - Через месяц-другой я больше не смогу вести занятия, - сказал Ники. – Хотел тебя предупредить заранее, чтобы ты смог найти замену. - Ты уезжаешь? Ковальски перестал копаться в коробке с заполненными формулярами и обратил все внимание на Ники. - Нет, я жду ребенка. Доктор сказала, что скоро равновесие будет другое и занятия с обычными группами будут вредны. - Я знаю, где достать незарегистрированный ствол и где надежно спрятать тело, - сообщил Ковальски. - Спасибо, конечно, но секс был по взаимному согласию и без каких-либо обещаний. Ковальски недоверчиво посмотрел, но оставил эту тему. - С йогой согласен, там ты в такой крендель скручиваешься, что ребенок в итоге получится в гармошку. А как насчет раз в неделю дыхательные джамбо-мамбо? Я видел, ты это делал на занятиях. - Я подумаю. Я не знаю, как будет протекать беременность, так что ничего не обещаю. Ковальски согласился и стал опять перекладывать бумажки. - Я уже рассказал доктору Ван, поэтому можешь сообщить и остальным в Нью-Йорке, только в центре пока не говори, - попросил напоследок Ники. – Мне сейчас не нужно лишнее внимание. xx. Конечно же, на следующем занятии все знали, что Ники беременный. Ковальски обновил гугл-календарь центра, пометив уроки Ники примечанием "возможна отмена из-за интересного положения преподавателя". - Тут только бы пятилетние дети не поняли, у альф нет никакой тактичности, - сказала Люси, тренировавшаяся в группе Ники чуть ли не с самого начала. Занятие не начиналось еще минут пятнадцать, пока не выяснили, когда свадьба (никогда), кто отец (хмырь из другого города), будут ли алименты (нет). В целом его ученики одобрили жизненный выбор Ники воспитывать ребенка в одиночку. В этой группе собрались в основном беты и омеги, знавшие получше всех остальных, что иногда проще без альфы, чем с ежедневными скандалами и побоями. Не от хорошей жизни беты и омеги начинали приходить в центр. Сюда приводила либо крайняя нужда, либо опасение за жизнь своих детей. - Ты кого больше хочешь? Альфу-сыночка, бету-дочку или омегу-чадо? – спросила Люси. - Мне все равно. - Конечно, с деньгами можно не переживать, - себе под нос пробурчала Тара. Люси на нее зыркнула, но Ники не стал реагировать. Тара тоже была в этой группе почти с самого начала, и, конечно, знала, что Ники живет не во Флоренции. Тогда как они держались за работу за десять долларов в час, Ники мог себе позволить вести эти занятия бесплатно. Ники допускал, что они завидовали ему, но он не собирался оправдываться перед ними. Он охотно помогал тем, кто стремился изменить свою судьбу. А нытье остальных быстро пресекал объяснением, что, если он смог выбраться из резервации Тисири, то и они смогут из Южного Лос-Анджелеса. - Я с мая не смогу вести эти занятия, - объявил о своих планах Ники. Все взволновались. Группа была устоявшаяся, для многих эти занятия уже стали частью жизни. - Ковальски ищет замену, но если сразу никого не найдет, то первое время, например, Люси и Тара могли бы по очереди вести занятия. - Но мы же ничего сами не знаем, - возразила Тара. - Вы обе занимаетесь уже давно, и, я уверен, усвоили много. Я уже говорил, что для отработки навыка надо каждое движение повторить десять тысяч раз. У вас уже столько материала, что хватит для самостоятельной проработки до моего возвращения из декрета. Ники пригласил Люси и Тару в центр зала, чтобы они привыкали стоять лицом к другим участникам, и начал с дыхательной серии. Этот курс был фьюжн йоги, растяжки, основ боевых искусств. На занятиях они занимались развитием силы и выносливости, работали над оттачиванием мастерства владения своим телом, искали внутренний потенциал для сопротивления внешнему миру. Ники начинал этот курс как своего рода дополнение к занятиям по самообороне, но вскоре у него сложилась своя группа занимающихся. К агенту Ковальски шли желающие научиться драться, а к Ники - ищущие пути избежать драки. Занятие закончилось в полдесятого вечера. Ники зашел в библиотеку центра проверить, не было ли там Лукаса. Тот и правда сидел за общественным компьютером и что-то писал. Рядом примостился его брат Макс и читал, если Ники не ошибался, "Пепельный танец". - Лукас, у меня в машине есть несколько книг по математике и черчению для тебя. Лукас готовился сдавать общеобразовательный экзамен SAT для поступления в колледж. Сам Ники после получения школьного диплома нигде больше не учился, но он уважал тех, кто стремился через образование изменить свою жизнь. Ники был уверен, что у Лукаса все получится. Тот в 15 лет, забрав своего малолетнего брата, ушел из дома, смог хорошо закончить школу и теперь в 19 лет содержал себя и брата, подрабатывая в автомастерской. - Спасибо, Николас, сейчас я только отчет сохраню. - Я могу вас с Максом потом до дома довезти, уже поздно. Лукас благодарно улыбнулся. - Николас, ты читал книги про Ашенбаха? – спросил Макс, ставя книгу на полку. - Угу, - промычал Ники. - Ты как думаешь, если бы Гёрлиц в самом начале не выкинул журнал, он смог бы стать другом Ашенбаху? – спросил Макс, и тут же выдал следующее предположение: - А теперь, когда в конце "Танца" они в одной команде, они смогут подружиться? В серии "Пепел" Гёрлиц учился вместе с Ашенбахом и был его главным школьным врагом. Ники был согласен с Максом по поводу момента упущенной дружбы, но он взял себе за правило никогда не обсуждать героев "Пепла" с читателями. - Макс, не приставай к Николасу, - одернул его Лукас, - не все текст "Пепла" знают наизусть. На сайте Мавра уже объявили дату выхода следующей книги, ты скоро сам прочитаешь продолжение. - Но еще целый год ждать! – простонал Макс. И как же ты, Макс, будешь разочарован, но это пока секрет! В машине Ники отдал книги Лукасу, и тот рассыпался в благодарностях. Макс всю дорогу до дома, не переставая, болтал про "Пепел" и Виктора Мавра. - Николас, ты же работаешь копирайтером в агентстве, которое сотрудничает с Мавром. Может, ты сможешь пораньше четвертую книгу достать? Хоть завтра, только вот это секрет! - Макс, - возмутился Лукас, - это незаконно. Тебе придется подождать, пока книги пришлют в библиотеку центра. Макс скривился, но с Лукасом не спорил. Несмотря на подростковое бунтарство, Макс всегда слушался Лукаса и относился к нему с восторженным обожанием. - Ники, а ты Мавра видел? – спросил Макс, уже открывая дверь машины. Каждое утро в зеркале, но и это секрет! Ники замялся, и тут его опять спас Лукас. - Макс, это ж Голливуд, тут все подписывают соглашение о неразглашении. Ты знаешь, что это такое? Даже если Николас и видел, то не имеет права рассказывать. Не спрашивай его, чтобы не ставить Николаса в неловкое положение. - Извини, - прошептал Лукас, пока Макс, что-то бормоча себе под нос, вылезал из машины. - Ничего страшного, - ответил Ники и подмигнул Лукасу. Тот покраснел. xxi. Ники разложил на рабочем столе черновики пятой книги и задумался. Он тоже считал, что Ашенбах и Гёрлиц при других обстоятельствах могли бы быть друзьями, но как враги первые четыре книги они были гораздо интереснее. Однако, в пятой части, над которой он сейчас работал, искра взаимной неприязни погасла. В четвертой книге "Пепельный лес", которую так ждал Макс, Ашенбах и Гёрлиц будут в одной команде, но это не сблизит их, а наоборот усилит антагонизм. Они будут тянуть команду в разные стороны, что в итоге приведет к серьезному конфликту. В конце книги Ашенбах прослывет лжецом, а Гёрлиц специально проиграет. Их вражда, которая началась с драки на парадном крыльце, закончится молчаливым игнором. Ники чувствовал, что не хватало былого фейерверка эмоций, но в пятой книге "Пепельный долг" Ашенбах был так погружен в свои проблемы, что совсем не замечал Гёрлица. Хотя, минуточку, тут не все было потеряно. Ашенбаху придется уехать, а если Гёрлиц окажется рядом, то, глядишь, смогут эти глупцы найти новый общий знаменатель для своих отношений. Если весь мир ополчился против тех, кто слыл врагами, как они будут себя вести? В нужде и беде закалялась особо крепкая сталь. А если придется делить кров? Там и до постели недалеко. Голливуд всех научил, что из врагов самые страстные любовники получались. Пусть Ники не верил в любовь на всю жизнь в 17 лет, но правда была на стороне Алекса: в этом возрасте полезно влюбляться. Ники ухмыльнулся, а это шанс позволить Ашенбаху сделать что-то безнадежно глупое. Естественно, все над ним посмеются, зато Ашенбах не будет потом сожалеть, что упустил шанс быть честным по отношению к своему сердцу. Поздним вечером его оторвал от работы звонок Лео. - Отец поручил пригласить тебя на премьеру "Красного километра". Ты же любишь книги Герцога, а премьера будет в новом кинозале "Нокия", там должен быть космический звук. - Угу, - рассеянно сказал Ники, поспешно сохраняя файлы. - Что делаешь? – спросил Лео после нескольких минут монолога о шопинге. - Описываю первое свидание Ашенбаха и Гёрлица, - честно признался Ники - Наконец-то! – закричал в трубку Лео. - То есть как "наконец-то"? – удивился Ники. - Я только сегодня решил, что между ними будет первая любовь. - Солнышко, с пятой главы "Дня", когда Ашенбах поставил Гёрлицу фингал, а тот в отместку ботинки к полу приклеил, ни у кого не оставалось сомнений, что они когда-нибудь поцелуются. Им мешал лишь строгий автор. - Но я об этом не думал, когда писал! - Зато мы между строк прочитали! Ники надо было срочно перечитать свои книги, желательно между строк. xxii. Ники закрыл глаза, наслаждаясь потоком воды по спине. После двухчасовой тренировки его напряженные мышцы радовались возможности расслабиться. Ники надел застиранные мягкие джинсы и выцветшую футболку, расчесал волосы, оставляя их сушиться на воздухе, босиком протопал по деревянному полу на кухню и поставил чайник. Он вышел на балкон, чтобы полить цветы перед началом дневного пекла и оборвать несколько помидоров. Кадки и горшки занимали почти весь балкон и радовали глаз буйством цветов и форм. Этот маленький огород напоминал ему об авве, тот учил его ухаживать за растениями и выращивать овощи. Ники включил телевизор и начал рубить помидоры для гаспачо. - На этой неделе ваша новая книга "Мышеловка" обогнала "Пепельный танец" в списке бестселлеров "Нью-Йорк Таймс", вы рады? – спросила Паулен Рорсенерес у Адама Герцога на своем ток-шоу. - Я больше рад, что следующий тираж "Мышеловки" выйдет с цитатой от Виктора Мавра на обложке. Он написал, что я умею создать атмосферу "что-то страшное грядет". Камера взяла крупным планом обложку "Мышеловки", в которую тыкал пальцем Герцог. - Вам нравятся книги Виктора Мавра? - Я фанат Виктора Мавра! Мой сын дал мне прочитать его первую и вторую книги, а когда вышла третья, я купил четыре экземпляра, чтобы вся семья могла читать одновременно. Ники оторвался от чистки чеснока и с интересом стал смотреть интервью. - И вы попросили Виктора Мавра о цитате для новой книги? - Если бы всё было так просто, то я его уже бы и на кофе, и на ужин, и в свое завещание пригласил. Когда его агент связался с моим агентом, я был на седьмом небе. Оказалось, что Мавр читает мои книги, - Герцог сиял как медный пенс. – Его агент спросил, хочу ли я цитату. Да разве могут быть сомнения?! Я сразу позвонил жене, маме, папе, трем братьям, чтобы похвастаться. Мне теперь собственные дети завидуют. Мой старший грозится написать Следующий Великий Американский Роман, чтобы и его Мавр похвалил. - Вы знаете толк в фанатстве, - пришла в восторг Паулен. - И не стесняюсь. Я послал его агенту билеты на премьеру "Красного километра" и очень надеюсь, что он придет. - В Лос-Анджелесе премьера будет 26 марта. Какие у вас ожидания от первого показа? Ники сложил овощи и приправы в миксер и нажал кнопку старт. Громкое жужжание заглушило звук телевизора. xxiii. - Почему о том, что Герцог меня пригласил на премьеру, я узнаю из телевизора? – спросил Ники, когда Алекс снял трубку. Алекс рассмеялся. - Я хотел с тобой обсудить. Их вчера доставили вместе с длинным восторженным фанатским письмом. Помнишь, ты спрашивал, захочет ли Герцог твою цитату на "Мышеловку"? Ты еще считал, что твое мнение как молодежного автора не покажется важным такому корифею как он. А оказалось, этот корифей мечтает кутаться с тобой в плюшевый плед и обсуждать новости шоу-бизнеса. Ники не смог сдержать счастливой улыбки, он все еще очень любил восторженные фанатские письма. - Его письмо мне перешли, а приглашения отдадим фанатам. Какие именно билеты он прислал? - По два билета на премьеры в Лос-Анджелесе, Лондоне и Нью-Йорке. Все без имен, но с местами. У фильма рейтинг, к сожалению, R, поэтому юным фанатам не стоит давать. - Хорошо, я выберу в каждом городе и проверю, чтобы им было не меньше восемнадцати. Сегодня пришлю тебе список. - Мне прислали новую стопку итальянских книг, - Алекс продолжил обсуждать текущие дела. – Я их тебе тоже перешлю. Для всех непосвященных в тайну Виктора Мавра, Ники работал копирайтером в агентстве МакБрини и вел проект, связанный с обзором итальянского литературного рынка. Итальянский он знал с детства, потому что это был родной язык аввы, а чтение было его первой страстью. Опираясь на обзоры Ники, Алекс отбирал для перевода на английский самое лучшее из современной итальянской литературы. - Нам лучше встретиться, потому что кроме итальянского проекта, нам надо обсудить изменения в графике "Пепла", - сказал Ники. - Что случилось? Ты не укладываешься в сроки? Но еще есть много времени. - Наоборот, я бы хотел манускрипт завершить к началу ноября, а потом взять перерыв на полгода или дольше. - Ты заболел? - в голосе Алекса слышалась неподдельная забота. - Нет, Алекс, все хорошо. С ноября я буду очень занят. У меня будет ребенок, и в первые месяцы после родов, я боюсь, у меня не будет времени писать. - Николас! - воскликнул Алекс и после паузы добавил: - Ах вот почему Родригас с таким хитрым видом все время спрашивает, как у тебя дела. Он уже знает? - Я ему звонил, чтобы узнать номер его врача-акушера и попросил тебе ничего не говорить. - Я так понимаю, свадьбы не будет? - Нет, о ребенке я сам позабочусь. Благо есть постоянный источник дохода, хватит и на подгузники, и на хороший колледж. Получив уверения от Ники, что они все обсудят при личной встрече, Алекс пообещал уточнить его обязательства в рамках контракта на последующие книги, а также какой можно сделать перерыв между книгами. В рабочем кабинете на втором этаже своей просторной квартиры Ники достал из кладовки коробку, где хранил особенно полюбившиеся фан-письма. Почта Виктора Мавра шла на адрес агентства, секретарь Алекса разбирала её сначала на две стопки: для Ники (восторженные признания в любви) и для полиции (угрозы, оскорбления, ненависть). Всем, кто написал добрые слова Виктору Мавру, Ники старался ответить хотя бы стандартным благодарственным письмом. Некоторые письма он особенно ценил, они давали ему ощущение, что он делает что-то важное, что он меняет чьи-то судьбы (если не в лучшую сторону, то хотя бы в интересную). Такие послания он хранил в отдельной коробке и в моменты меланхолии рассматривал и перечитывал. Именно из этой стопки он выбрал три письма, в ответ на которые ему хотелось сделать их авторам небольшой подарок. С аккаунта Виктора Мавра Ники послал Алексу готовый список. xxiv. На пятидесятый день беременности приложение, которое Лео установил на его смартфон, пожелало ему здоровья и спокойствия и напомнило про утренние витамины, дневной сон и вечернюю голливудскую премьеру. Беременность Ники пока переносил очень легко, кроме того, что он спал по двенадцать часов в сутки, других изменений он не ощущал. Ему нравился этот неспешный ленивый ритм. Он, пожалуй, был счастлив вот в этом состоянии спокойствия и ожидания чуда. Конечно, если бы ему пришлось работать с 8 до 17, то было бы сложнее. А так он мог целый день сидеть в пижаме и лишь под вечер надеть костюм и галстук. - Хорошо выглядишь, Николас. - Спасибо, мистер Эшвайлер. Лимузин мистера Эшвайлера летел по вечерним улица Лос-Анджелеса к кинотеатру "Нокия" на премьеру нового голливудского блокбастера "Красный километр". Отец Лео был могучим альфой с квадратной челюстью и цепким взглядом из-под бровей. Ники он напоминал бизона. Генрих Эшвайлер был бизнесменом и, как всякий в Лос-Анджелесе, имел отношение к фабрике грёз. Мистер Эшвайлер был не из тех, кто мелькал на обложках глянца, такие как он управляли Голливудом из офисов финансовых корпораций. - Лео говорил, что ты его не оставил в клубе, когда у него течка началась. Спасибо тебе. - Папа! - Что "папа"? Еще раз будешь таким безответственным, наследство перепишу на Николаса. Он – порядочный омега с высокими моральными принципами, идеальный наследник. Он никогда не погрязнет в порочном образе жизни. Лео выразительно закатил глаза, мистер Эшвайлер показательно нахмурил брови. - Уже, - сказал Ники. - Что уже? – спросил мистер Эшвайлер. - Я уже погряз в порочном образе жизни. От удивления мистер Эшвайлер перестал хмурить брови. - И позволь узнать как? Не заплатил за парковку? Неправильно перешел дорогу? - Я в состоянии алкогольного опьянения во время течки снял хастлера, переспал с ним, и теперь у меня будет ребенок-бастард, потому что отца – ищи ветра в поле. Мистер Эшвайлер не выглядел шокированным, после похождений Лео его мало что могло удивить. И Ники подозревал, если бы Лео понес от кого-нибудь, в браке или вне брака, его отец только радовался бы внукам. - Я уверен, что с моими связями альфу можно найти, а свадьбу еще до родов успеем сыграть. Сначала ФБРовец предлагал альфу подстрелить, теперь голливудский магнат предлагал к алтарю затащить. Ники не знал, что бы он предпочел, будь выбор. Но лучше отказаться ото всех предложений. - Спасибо, мистер Эшвайлер, за заботу, но мне такой муж не нужен. Я справлюсь в одиночку, тем более Лео мне очень помогает, он и к врачу со мной ходил, и по магазинам. Мистер Эшвайлер перевел взгляд с Ники на свое чадо. - Да, Лео, помоги Николасу. У него сейчас непростой период. Лимузин подъехал не к парадному крыльцу "Нокии" с красной дорожкой, а к боковому входу, потому что мистер Эшвайлер не любил излишнее внимание. Они прошли в банкетный зал, и там мистера Эшвайлера сразу приветствовали другие очень важные в Голливуде люди. Ники и Лео быстро затерялись в толпе. - Я думал, ты не хотел трубить всем о беременности на раннем сроке, - сказал Лео, когда они выбрали столик в удобном для наблюдения за красной дорожкой месте. - Но твой отец скоро бы заинтересовался, почему ты все время со мной пропадаешь, а так ему волноваться не придётся. - У моего отца ты сейчас в любимчиках. Кстати, я не чувствую изменений в твоем запахе, - Лео придвинулся и принюхался, - но у альф другой уровень обоняния, на них запах беременных омег и бет действует однозначно. Вот наглядный пример, даже такой суровый альфа, как мой папочка, хочет позаботиться о тебе, сам не понимая почему. В главном фойе был установлен стенд с рекламными плакатами фильма, перед которыми позировали по очереди все актеры. "Красный километр" рассказывал историю тюрьмы для вампиров во Франции начала 20 века. Вампиры, как всегда в Голливуде, были безупречно красивы, а любовный интерес главного героя в матросском костюмчике скорее походил на косплей "Сейлор Мун", чем на юного польского аристократа на отдыхе. Лео активно обсуждал всех, кто проходил по парадной красной дорожке, некоторым он махал, другим посылал воздушные поцелуи. На фоне красавцев-актеров и длинноногих моделей Ники сразу бросилась в глаза пара: альфа с бородой и старушка с клюкой. Старушка всем улыбалась, позировала и давала автографы. - О, это же мадам Сиси, - сказал Лео и помахал ей. Старушка послала ему в ответ воздушный поцелуй. - Кто? – спросил Ники. - Она вместе с Рахом Кавелутусом, актером, который сыграл одну из главных ролей в "Красном километре". Когда Рах приехал покорять Лос-Анджелес, он жил в трущобах и там познакомился с мадам Сиси. Когда Рах стал звездой, он купил ей квартиру и всегда приглашает на премьеры. - А чего тогда фанатки берут у нее автограф, если она не звезда? - Мадам Сиси – величайший тролль Голливуда. Большинство ВИП делает вид, что она тоже ВИП, чтобы не признаваться, что не могут вспомнить, кто она. Мадам Сиси дошла до их столика, Лео выдвинул ей стул. - Леонидас, дорогой, как ты хорошо выглядишь. - Мадам Сиси, вы просто блистательны сегодня, - вернул комплимент Лео и представил Ники: – Мой друг Николас - не актер и никакого отношения к Голливуду не имеет, поэтому, пожалуйста, не обижайте его. - Леонидас, я с удовольствием расскажу твоему другу, кто есть кто на красной дорожке, а ты можешь уже пойти охмурять того альфу, на которого глаз положил. Лео не стал отрицать, что приглядел кого-то достойного. Он сжал плечо Ники, поцеловал руку мадам Сиси, подмигнул им обоим и скрылся в толпе. Мадам Сиси посмотрела на Ники сквозь монокль и воскликнула: - Я знаю тебя! Вот пока стояла не могла припомнить. Точно знала, что не актер, но лицо такое знакомое, а теперь вспомнила. У Ники оборвалось сердце. - Ты инструктор по йоге из центра "Палаццо"! – триумфально заявила мадам Сиси. Ники выдохнул. Что Лео говорил? Лос-Анджелес – большая деревня? - Я живу напротив парка, где ты с группой занимаешься в хорошую погоду, - объяснила мадам Сиси. - Я специально на балкон с бокалом вина выхожу, чтобы полюбоваться на особо впечатляющий вид сзади. Ники почувствовал, что краснеет. - Не смущайтесь так, мадам Сиси – просто ценитель прекрасного, - сказал подошедший альфа и представился: - Я - Рах Кавелутус, а это – Адам Герцог. - Мадам Сиси, вы все прекраснее, - сказал Герцог. – Это какая уже премьера, на которой я имею удовольствие вас видеть? Четвертая? - Да, у Раха это четвертая роль в фильме по вашим книгам, - сказала мадам Сиси, - но эта, уж поверьте мне, самая шикарная премьера, везде красный бархат и позолота. - Потому что кино про вампиров, вот декораторы и постарались, - сказал Кавелутус. – Вампиры никогда не выходят из моды в Голливуде, а экранизация такого бестселлера как "Красный километр" только провоцирует дополнительный ажиотаж к этой теме. Ко мне только что Тарантино подходил и спрашивал, не хочу ли я сняться в ремейке "Орландо" Вирджинии Вульф с Орландо в виде вампира. Кавелутус покачал головой, будто сожалея, что не ему первому пришла в голову мысль добавить в классику вампиров. - Если персонаж живет пять веков, то объяснение, что он – вампир, само собой напрашивается, - сказал Ники. – Как вариант можно – эльф или зомби. - И это станет новым трендом Голливуда? – спросил Кавелутус. – Ремейки классики с вампирами, да зомби? - Агентство МакБрини в конце года запускает серию ремейков классических романов, на которые истекли авторские права, - поделился новостями литературного бизнеса Ники. - Среди первых названий: "Гордость и предубеждение и зомби", "Война и мир и вампиры". - МакБрини – это литературное агентство, которое открыло Виктора Мавра, - сказал заинтересованно Герцог. – У него есть особый нюх на успешные идеи. - А Мавр-то не придет сегодня, мистер Герцог? – спросила мадам Сиси. - Нет, - признался Герцог и развел руками, как будто в печали, - но он прислал мне очень милое письмо с обещанием пригласить меня на свою премьеру "Пепла". Герцог похлопал себя по левой стороне груди, где, видимо, во внутреннем кармане рядом с сердцем лежало то самое письмо. - Мистер Герцог, - сказал Алекс, подойдя к их столику, – Виктор Мавр меня просил представить вам Колина и Милу Фаррелоу. Мавр передал им билеты на сегодняшнюю премьеру в подарок за их поддержку и любовь. Колин и Мила оба покраснели от смущения, вызванного вниманием таких известных особ. - Мистер Герцог, мне очень нравятся ваши книги, не могли бы вы, пожалуйста, подписать, - сказала Мила и подала хорошо зачитанный томик "Красного километра". - Конечно, - сказал Герцог, взяв книгу, - но за это расскажите мне, что вы написали в письме Мавру, раз он выбрал вас. Герцог ловко подхватил Колина и Милу под руки и увлек за собой сквозь толпу. - Он их не съест? – спросил обеспокоенный Алекс. Он, наверно, хотел, чтобы такой популярный автор уделил фанатам несколько минут внимания, но никак не ожидал, что Герцог их стремительно похитит. - Кто? Герцог? Он безобиден, разве что слегка фанат, - сказала мадам Сиси. - Николас сказал, что у вас готовятся к изданию книги про классику и зомби, - сказал Кавелутус, обращаясь к Алексу. Алекс бросил вопросительный взгляд на Ники, но тот лишь руками развел, мол, это не секретный проект, просто пока нераскрученный. Вот и шанс проверить, была ли рыночная ниша для такого трэша. - Да, мы осенью начнем рекламную кампанию в определенных сегментах Интернета, - ответил Алекс. - Вы знаете, я всегда мечтал свое первое кино снять про зомби, - сказал Кавелутус, пододвигая стул поближе к Алексу. Бизнес-чутье опять не подвело Алекса. Зомби-проект на глазах превращался из интересного в успешный, с голливудскими звездами и премьерами. Алекс и Кавелутус уже обсуждали потенциального режиссера ("Аранофски с большим бюджетом становится серьезным как ядерная война, а Гиллиам при всем своем таланте не уложится со съемками в 30 дней"). - Я думаю, мы теперь будем часто встречаться на премьерах, - сказала мадам Сиси и подмигнула Ники. Перед входом в зал Алекс, воспользовавшись тем, что они остались наедине, остановил Ники, чтобы рассказать новости. - Родригас не смог прийти, младший заболел, но он велел мне пригласить тебя в ресторан "Парус". Когда он беременный, ему там очень нравится тыква с брынзой. Я добавил в твой гугл-календарь на пятое апреля. Нам надо обсудить много вопросов. Раздался второй звонок, мимо прошел Герцог с Колином и Милой, которые внимали каждому слову писателя. - Я уверен, что в следующей книге Ашенбах обязательно влюбится, - уверенно втолковывал молодым людям Герцог, - поверьте мне, я прекрасно разбираюсь в построении динамики отношений между героями. Все к этому идет. Ники позволил себе закатить глаза, Алекс из вежливости прикрыл ухмылку программкой. ++++++Примечания к тексту++++++ Вестчестер – район Лос-Анджелеса. Считается богатым районом, где большинство населения белые с высоким уровнем дохода. Флоренция – район Лос-Анджелеса, относится к так называемому Южному Лос-Анджелесу. Считается бедным районом с населением черные и латинос. Позы йоги: - Дандаямана дханурасана (санскрит) - поза натянутого лука. - Маюрасана (санскрит) – поза павлина. Концертный и театральный зал "Нокия" был открыт в октябре 2007 года. Ток-шоу Паулен Рорсенерес основано на "Шоу Эллен Дедженерес". Эллен Дедженерес - Ellen Lee DeGeneres - американская актриса, комедиантка и телеведущая, обладательница 11 премий "Эмми" за "Шоу Эллен Дедженерес". (Из Вики) "Что-то страшное грядет" – из "Макбета" Шекспира. Рейтинг фильма R: детей до 18 не пускают без сопровождения взрослых. История мадам Сиси и актера Раха Кавелутуса основана на реальной истории дружбы Зака Галифианакиса и пожилой бездомной женщины, которую зовут Элизабет Хейст. "Орландо" 1992 – фильм по одноименной книге Вирджинии Вульф, режиссер - Салли Поттер, в главной роли - Тильда Свинтон. Роман "Гордость и предубеждение и зомби" вышел в 2009 автор - Сет Грэм-Смит. Этот своего рода ремикс романа Джейн Остин "Гордость и предубеждение" в стиле зомби триллера. "Война и мир и вампиры" – такой книги (пока) нет. Дарен Арофонски, амер. режиссер, сначала снимал малобюджетные фильмы "Пи" (1998, бюджет – 60 тысяч долларов), а потом фильмы с огромными бюджетами "Фонтан" (2006, бюджет – 35 миллионов долларов). Терри Гиллим (Монти Пайтон, "Жизнь Брайана") отказался в 2006 от амер. гражданства и не имеет права находиться в США более 30 дней в год.