Не смотри, или я поцелую тебя.

— Родство подтвердилось, — рассмеялась Ёшида, будто не верила своему счастью, — Дракен мой брат! — Теперь нужно ему об этом рассказать, — улыбнулся Изаму и обнял девушку, — сама расскажешь? — Да, — ответила Каори, — на днях встречусь с ним и всё расскажу. И покажу. Дверь в дом открылась и вошёл Майки. Он не ожидал увидеть Изаму, поэтому немного даже растерялся. — Доброе, Изаму, — выдохнул блондин, — какими судьбами? — Всё путём, завёз Каори некоторые документы, сейчас уже на работу уеду. Изаму уехал и оставил подростков наедине. Каори не стала рассказывать Майки о том, что за документы привёз Ямада, сказала лишь, что это дело времени и все обо всём узнают. — Слушаю, Каори, — сказал Дракен в трубку телефона. — А-э, слушай, а мы сможем сегодня встретиться? — Сможем, — ответил парень, — это что-то срочное? — Можно и так сказать, — замялась Ёшида. — Я сейчас на подработке, — начал Рюгуджи, — часов в пять закончу. Где тебе удобно будет встретиться? — Возле торгового центра. У того, что возле школы Мицуи. — Тогда в половине шестого встретимся там. — Хорошо, до встречи. — Увидимся. Каори сбросила вызов и положила телефон на стол, после чего упала спиной на кровать. Девушку переполняли эмоции и буквально распирало от них. Pov Каори. Не терпится уже встретиться и всё рассказать ему. Подумать только… У меня всё это время был ещё один брат, а мы друг о друге ни сном, ни духом. Дракен случайно познакомился с Майки, и только потом уже со мной. Удивительная херня, мы несколько лет дружим, а являемся друг другу кровными родственниками. За этими мыслями время пролетело незаметно. Время уже было четыре часа и я быстро переоделась из домашней одежды в чёрные шорты и оранжевую футболку. Погода сегодня потрясающая: солнце ярко светит, ветра почти нет. — Каочин, ты куда-то собралась? — спросил Майки, сидя на кухне. — Да, мне нужно к торговому центру. Встречусь с Дракеном. — Я довезу тебя. — Майки встал изо стола и собрался уже выходить на улицу. — Нет, — отрезала я и улыбнулась, — я пешком дойду. Мне нужно поговорить с Дракеном наедине. — Наедине? С Дракеном? — Сано заметно удивился. — Зачем это? — Придёт время и ты узнаешь. Всё, я пошла. Не дожидаясь ответа Майки, я быстро обула шлёпки и выскочила из дома. Я не хочу, чтобы о моём секрете узнал кто-то ещё до того, как я расскажу всё Дракену. Интересно, как он отнесётся к этому? — Каори! Я здесь. — Я обернулась. Дракен подошёл ко мне и мы дали друг другу кулачки в знак приветствия. — Что у тебя случилось? Что-то серьёзное? — Да… Ммм… — я призадумалась. — Но расскажу не прямо сейчас. Сходим на кладбище? — Зачем? — опешил блондин, — ты меня пугаешь. — Расслабься, дурень, — улыбнулась я и пихнула друга в бок, — просто хочу посетить могилу отца. Уже примерно через полчаса мы пришли на нужное место. Больно смотреть на имя любимого человека, когда оно набито на могильном камне. Волнуюсь. Очень волнуюсь. Руки задрожали, а ладони вспотели, хотя на улице и без того очень душно. Дракен молчал, стоя за моей спиной, его взгляд я чувствую у себя на затылке. — В общем, — тяжело вздохнула я, — недавно я узнала, что ещё до моего зачатия у родителей начался разлад в отношениях. У мамы появился богатый любовник, папа был зол и тоже изменил ей… Когда я родилась, папа снова встретился с этой женщиной и узнал, что после той ночи она забеременна. У них был сын, но она не позволила отцу помогать ей. Спустя несколько лет папа узнал, что его сына бросила мать, он долго искал его, но так и не нашёл, не успел. Тецуя узнал и о том, где этот ребёнок, и о том, кто он. Я говорила с ним, но он отказывается принимать нашего брата. Я хочу, чтобы правду первым узнал именно ты. Из кармана шорт я достала сложенный в несколько раз лист, на котором всё было ясно сказано. Дракен был в замешательстве, но принял от меня документ и развернул его. Он долго читал и явно перечитывал это всё несколько раз. Ни один мускул на его лице не дрогнул до сих пор. И вот, наконец-то он тяжело выдохнул, сложил результаты экспертизы, как они и были сложены до этого. Он закрыл глаза и медленно сел на бетон на том месте, где и стоял. И что это значит? — Когда мне было два года, моя мать-проститутка оставила меня в массажном салоне. Там я и остался жить. Там я и вырос. Мне всегда было интересно, каким был мой отец, но никак не мог представить себе его лицо. Я думал о том, на кого из родителей я похож? Чей я сын? Есть ли у меня где-то семья? — Дракен открыл глаза и поднял на меня свой взгляд. Его глаза наполняли слёзы, но губы растянулись в нежной улыбке. — Пусть Тецуя против моего присутствия в вашем доме и семье, пусть у нас общий только один родитель, но теперь у меня есть сестра. Я теперь не один, спасибо, Каори! Парень весело рассмеялся и заплакал, и я тоже не смогла удержаться. Парень притянул меня к себе и тем самым усадил к себе на ноги боком. Мы крепко обнялись и просидели так какое-то время. Впервые за долгое время мне настолько спокойно на душе. Я не знаю, смогу ли я ещё когда-нибудь наладить отношения с Тецуей, но пока что это не столь важно. Дракен рядом, теперь правда открылась и мы оба довольны. — Как же ты меня теперь будешь называть? — с усмешкой спросил Рюгуджи, когда мы шли в парк. — А что-то должно поменяться? — улыбнулась я. — Майки называет тебя Каочин, меня Кенчиком. Выводы? — самодовольно ухмыльнулся блондин. — Хочешь, чтобы я называла тебя Кенчиком? — Я заливисто рассмеялась. — Ты же сам вечно пиздишь на Майки, что он тебя так называет. — Да ладно, — продолжал улыбаться Дракен, — я уже смирился как-то. Заметь, что только он называет меня так. Лучший друг. А ты сестра. Так почему бы тебе не дать такое разрешение? — Хорошо, я услышала тебя. — Я подняла глаза в небо. Папа хотел, чтобы у нас с Тецуей был брат. Тецуя не принимает его, зато принимаю я. Папа, ты рад? Надеюсь, что да. Пускай у… Кенчика?.. Пускай у Кенчика нет и не будет отца, у него есть я. — Как мы расскажем о нашем родстве друзьям? — Не знаю, — пожал плечами парень, — а стоит ли с этим торопиться? — Думаю, что необязательно, — кивнула я, — для меня главной задачей в этом вопросе было сказать тебе. — Тогда спешить не будем, супер-необходимости нет. — Мы вошли на территорию парка. — Теперь мы семья, получается… — Получается, — согласилась я, — жаль только, что папа не застал этот момент. — Думаю, что там, где он сейчас, он рад за нас, — подбодрил меня новоиспечённый брат, — я знаю, тебе тяжело это всё даётся, и Тецуя пока что очень строг с тобой, но ты можешь положиться на меня. Я знаю, что такое быть одному. — Теперь ты не один. — Я подмигнула ему. — И я не одна. Кстати… Что насчёт Эммы? — Я почти накопил нужную сумму. Думаю, ещё неделя и я всё сделаю. — Она очень любит тебя, — сказала я, садясь на одну из пустых лавочек, — ты сделаешь её счастливой, я в этом уверена. Она всё ещё переживает по поводу того, что ты занят? — Да, — кивнул блондин, — я сказал, что был с тобой, как и договаривались. — Она у меня не уточняла, — пожала плечами я, — и вообще мы не говорили на эту тему. Будем надеяться, что она поверила. — Ты выбрала эскиз для татуировки? Точно, эскиз… Да, я просмотрела много вариантов, но ничего так и не смогла подобрать. Всё какое-то не такое. — Не выбрала. Я так и не смогла найти вариант, который пришёлся бы мне по душе. — Пошли к моему мастеру, — сказал он и встал с лавочки. — Что, сейчас? — Ну да. Почему нет? — улыбнулся Рюгуджи, — может, он поможет выбрать, у него много каталогов. Я встала и мы направились в тату-салон, который был в паре кварталов от парка. Мы добрались до места назначения минут за сорок. Салон был маленький, но довольно уютный, в помещении было приятно находиться. Здесь веяло творчеством, отчего у меня в какой-то степени захватывало дух. Тату-мастером оказался мужчина средних лет, большая часть его тела была покрыта различными татуировками. Мы просмотрели много эскизов и я остановилась на кельтском орнаменте. Расположение татуировки я выбрала уже сама: шея, прямо по середине. — Ай-ай-ай-ай, как больно! — скулила я, держась изо всех сил, чтобы не расплакаться. — А хули ты хотела? — усмехнулся мастер, не отрываясь от работы, — сама же выбрала такое место. Терпи, мы скоро уже закончим… Кенчик сидел в кресле недалеко от меня и наблюдал за процессом молча. Боже, как же больно! Нет, я знала, что этот процесс не из самых приятных, но не настолько же! Через какое-то время мы всё же закончили с горем пополам и мне вручили зеркало. На шее у меня был чёрный феникс, расправивший крылья в стороны. По размерам татуировка была не прям-таки массивная, покрыта не вся шея. Наверно больнее всего было бить на шейной впадинке, через которую тянется хвост и заканчивается на груди сверху. Результат меня порадовал, оно стоило всех моих мучений длиной в несколько часов. Расплатившись за татуировку, мы вышли с братом из тату-салона и медленно потянулись по вечерним улицам в сторону дома Майки, до которого было отнюдь не рукой подать. Телефон в кармане шорт завибрировал и я достала его, когда мы переходили дорогу. Звонит Изаму, нужно взять трубку, только я нажала на нужную кнопку и поднесла телефон к уху, как из-за поворота вылетел джип. Большинство людей остановилось, но… — Каори? Алло? — послышался голос Ямады. Я резко двинулась вперёд и оттолкнула мальчика лет десяти или одиннадцати вперёд, занимая его место. Всё тело пронзила острая и нестерпимая боль, но я не смогла кричать, всё вокруг словно остановилось, вся жизнь вокруг меня замерла. — Каори! — кричал Дракен. — Быстрее, скорую! Дальше всё как в тумане. В глазах всё плывёт, голова трещит так, будто меня ударили битой по затылку. Врачи, Кенчик, какие-то люди, кто-то что-то говорит мне, кто-то держит за руку… Что происходит? — Каори! — Голос Дракена слышался рядом и в то же время как-то слишком далеко. — Ты меня слышишь?! Меня несколько раз ударили по щекам холодными руками, помогая в какой-то степени придти в себя. Знакомый образ Рюгуджи стал яснее, его лицо чрезмерно встревоженное. — М-м… — простонала я в попытке пересилить боль, — куда мы едем?.. — Мы едем в больницу, — ответил он, — всё будет хорошо. — Не давайте ей терять сознание, — сказал незнакомый мужской голос, видимо, врача. — Мальчик… Он цел? — спросила я, — где водитель? — Нашла о чём переживать, дура, — отрезал блондин, — мальчик жив, отделался лёгкими ссадинами из-за падения на асфальт, водителя забрали в полицейский участок. — Я умираю? — спросила я, вновь теряя чёткость восприятия окружающей среды. — Ты не умираешь, всё будет хорошо, — лепетал где-то над ухом Кенчик, — слышишь, Каори? Я рядом, я здесь. Не закрывай глаза, смотри на меня. — Я повернула голову в его сторону и напрягла зрение в попытке разглядеть его лицо. Получалось очень слабо, но хоть что-то. — Я позвонил Майки, они с ребятами едут в больницу. Мы с тобой. — Я хочу домой… — Тише, нельзя домой, мы в больницу едем, помнишь? — Больница?.. — наверное, это последнее, что я сказала и перевела взгляд с Рюгуджи куда-то в потолок машины скорой помощи. Силы покидали меня, словно я почти заснула. Глаза закрываются… — Каори…! Конец Pov Каори. *** — Как она? — спросил Мансаку у врача, вышедшего из операционной. — Серьёзное сотрясение головного мозга, двойной перелом правой руки со смещением, — ответил Доктор, — операция прошла успешно, все кровотечения вовремя остановлены и жизни девушки уже ничего не угрожает. Чудо, что при таком ударе позвоночник остался без повреждений. — Когда её можно навестить? — спросил Дракен. — Это пока не ясно, — покачал головой врач, — мы какое-то время продержим её в искуственной коме. Завтра позвоню и сообщу о её общем состоянии. Мансаку, Майки, Дракен, Баджи и Чифую вышли из больницы, на улице хлынул ливень, словно из ведра. — Что произошло? — спросил Баджи, обращаясь к Дракену, — как так вышло? — Мы переходили дорогу, из-за угла вылетел автомобиль, — начал блондин, глядя куда-то в пустоту, — мальчишка застыл на месте и она кинулась в его сторону. Пацан отлетел, а её сбила машина. — Бедная Каочин, — вздохнул Мансаку, — второй раз за месяц в больницу попала с серьёзными проблемами. Дай Бог ей здоровья. — Старик поднял голову, устремляя взгляд в тучное небо. — Не переживайте. Её жизнь в руках хороших врачей… — Надо перезвонить Изаму, — сказал Дракен, — он позвонил накануне ДТП. — Я позвоню ему, — выдохнул Майки. — Я позвоню Тецуе, — покачал головой Сано-старший, — пускай у них с Каочин сейчас отвратительные отношения, он остаётся её братом. Он должен знать, что случилось. Все разъехались по домам в смятении, ожидая завтрашний день. *** Pov Баджи. Я кое-как приехал домой, ноги будто ватные, руки не поднимаются. Каори… Что же ты делаешь? Всех не спасёшь, себя погубишь. Спасла мою жизнь и получила пулю, спасла ребёнка и попала под машину. Боже, дай моей возлюбленной сил и здоровья, убереги её от беды и не дай мне её потерять… За столько лет нашего общения я так много раз мог её потерять, но она всегда выбиралась. Она попадала в драки, попала в крупное ДТП с отцом и выжила, её дом подожгли, но её там не оказалось, её подстрелили и она выжила, и вот, снова ДТП… И не говоря уже о том, что мы три раза очень крупно ссорились. Она пережила многое, но живёт дальше, продолжает улыбаться и смеяться. От неё веет теплом, она моё маленькое солнышко, до которого можно дотронуться. В ней я вижу своё счастье, своё будущее, свою семью, свою любовь. Как можно жить без неё? Врач сказал, что её жизни сейчас ничего не угрожает, но её состояние всё равно оставляет желать лучшего. Как долго она была в сознании после столкновения с машиной? Думала ли она о чём-то? Успела ли она почувствовать боль? — Кейске, иди ужинать, — сказала мама, заглянув ко мне в комнату. — Нет, не хочется, ужинай сегодня без меня, — ответил я, не поворачиваясь к ней. — Я не узнаю тебя, — сказала она и подошла ко мне, — что-то случилось? — Каори сбила машина. — Ох… Как же так? Что случилось? — Она положила руку мне на плечо и мы встретились взглядами. — Она оттолкнула ребёнка с дороги и сама попала под колёса, — начал я, — сотрясение головного мозга и сложный перелом руки. Сейчас она в коме. — Какой ужас… — прошептала мама, — я могу чем-то помочь тебе? — Я хочу побыть пока что один. — Хорошо. Обязательно сообщи, когда что-то изменится в её состоянии. Я кивнул головой и мама ушла из комнаты, закрыв за собой дверь. Моя мать не из самых чувственных людей, но довольно понимающая. А Каори… Когда я смогу её посетить? Неизвестно. Надо будет купить цветов, она любит цветы. Любит ромашки, лилии, розы, гвоздики, хризантемы, это я запомнил ещё очень давно, даже и не скажу, когда именно. Хотел бы я забрать себе всю её боль, хотел бы быть рядом всегда. Хочу, чтобы она была в безопасности. Конец Pov Баджи. *** Pov Майки. Когда мы приехали с дедом домой, я сразу попросил, чтобы меня не трогали хотя бы до обеда, закрылся у себя в комнате. Не хочу никого видеть, не хочу ни с кем разговаривать. Единственное, я позвонил Изаму и рассказал ему о случившемся. Ямада был в шоке и смятении, как и все мы. Он хотел позвонить Тецуе, но я заверил его, что эту задачу взял на себя дед. Договорились быть на связи в случае чего. Бедная Каочин… За что ей всё это? Откуда в ней столько сил и выносливости, что она каждый раз выбирается из самых сложных передряг? Она такая маленькая и хрупкая, но похоже, что способна справиться со всем, что сваливается на её девичьи плечи. Я потерял Шиничиро, а Каори… Я же не потеряю её? Она ведь не умрёт? Мы вместе с самого детства, я знаю её, сколько себя помню и очень… люблю. Пускай она будет с другим парнем, пускай что угодно, но она должна быть жива, цела и счастлива, большего мне не надо. В голове всплыли воспоминания сегодняшнего утра. Я зашёл в дом, Изаму привёз Каочин какие-то документы. Что это было? Она не сказала, почему? И я не додумался спросить у Изаму. Сейчас уже поздно, спрошу завтра. Потом Каочин ушла на встречу с Кенчиком. Почему она отказалась от того, чтобы я отвёз её и был с ними? Они были вдвоём? Где они были? Что они делали? Естественно об этом я тоже не спрашивал и задам эти вопросы тоже завтра. Почему-то мне кажется, что это всё не просто так. Конец Pov Майки. *** Pov Дракен. Я приехал к себе и ни с кем даже не здоровался. Просто закрылся в своей комнате и упал на кровать. В голове очень много мыслей, меня буквально разрывает. И все мои мысли заняты Каори. Как быстро она пойдёт на поправку? Как она сейчас? Есть ли у неё что-то в подсознании, пока она в коме? Что, если она…? Нет, такой исход исключается. Она обязательно поправится и всё будет хорошо. В голове крутятся разные воспоминания. Детство, хулиганы, драки, встреча с Майки. Благодаря Майки я встретил Каори, не подозревая, кто мы друг другу на самом деле. Я всегда хотел знать, на кого я похож, есть ли у меня семья? Я всегда знал, что моя мать была проституткой и оставила меня здесь, когда мне было два года. Но я ничего не знал об отце. Я подозревал о том, как встретились мои родители и как я появился, мне было интересно не это, а то, какой отец на самом деле человек. Все эти годы я задавался вопросом, чей я сын? Я сын Кацу Ёшиды, брат Каочин. Сегодня я узнал всю правду и обрёл семью. И тут же чуть не потерял. Я лишился матери, когда мне было два года, я лишился отца, когда мне было тринадцать, даже не зная об этом, а сегодня я мог потерять сестру. Единственного своего родственника. Мне плевать, как ко мне относится Тецуя и что он обо мне думает. Мне плевать, что он не принимает меня и будет всё равно, если он так и не примет меня в будущем. А если Каори и Тецуя помирятся? Изменится ли её отношение ко мне? Буду ли я для неё братом в этом случае? Сегодняшний день мы провели просто замечательно, но закончился он отвратительно. Я очень надеюсь, что Каори быстро восстановится и мы сможем проводить время также, как сегодня. Я не показываю свои настоящие чувства, я не показываю людям, что у меня на душе. Но сегодня я показал ей все свои положительные эмоции, впервые рассказал кому-то о том, какие вопросы волновали и преследовали меня всю мою жизнь. С ней я хочу быть таким. Я хочу быть для её настоящим братом. Конец Pov Дракен. *** Pov Тецуя. Сегодняшний день я провёл дома. Где-то в обед мне позвонил начальник и спросил, когда я выйду с больничного. Я заверил его, что уже на этой неделе я выйду на работу. А вечером мне позвонил Мансаку. Сказал, что Каори сбила машина и сейчас она в тяжёлом состоянии в коме. Сначала я даже не поверил и переспросил, что случилось. Я злился на сестру за её поведение, за её выходки, но… Я же люблю её, я не хотел, чтобы с ней что-то случилось. Время уже далеко за полночь, но я так и не смог уснуть, все мои мысли о сестре. Я мог её потерять, как потерял отца. Как я мог её так сильно обижать? Как я мог к ней так относиться? Хочется сейчас обнять её, но не могу. Я дома, а она в больнице чуть ли не при смерти. До сегодняшнего дня я не знал, что делать, но теперь я принял решение, я взвесил все «за» и «против». Надо будет теперь только встретиться с Изаму и всё обсудить с ним. Изаму… Держит ли он на меня обиду и злость за нашу последнюю ссору? Это мне и предстоит теперь узнать. Конец Pov Тецуя.