А ты думала, в сказку попала?

После завтрака я схватила попытавшуюся куда-то сбежать Люцерну и снова потащила в комнату. - Люська, выручай! Ты тут единственная в курсе хоть чего-то. Может, Ролана что-то говорила в последнее время? О том, что собирается сделать? - Она много чего говорила. Что не собирается замуж за кого попало, устроит голодовку, сбежит к коврюжьей матери… - А может она делала что-то, чего не делала раньше? – не оставляла я попыток выведать информацию. - Рыдала без конца, - девочка задумалась. – И в библиотеку зачастила. Вот это уже похоже на зацепку. - Отлично! Идём в библиотеку, посмотрим, что там интересного. Девочка вздохнула, но взяла меня за руку и повела на первый этаж. В противоположном от кухни и трапезной направлении. Библиотекой оказалось небольшое помещение размером с советскую нишу. Вместо одной из стен стоял шкаф с потрёпанными книгами. Возле окна расположился маленький столик максимум для одного человека, на котором стояла чернильница и лежали несколько жёлтых страниц. Я оглядела скудный запас литературы и наугад вытащила одну из книг. М-да. Вот что значит смотреть в книгу, видеть фигу. - Что это? – я положила открытую книгу на стол. Со страниц на нас с Люцерной смотрели всевозможные каракули. Я не могла опознать ни одну букву. - Описание праздника урожая, - задумчиво произнесла Люська, пробежав глазами по странице. – А ты что, читать не умеешь? – осенило девочку. Я застонала от разочарования. Похоже, вернуться домой будет не так просто, как я надеялась. Это начинало меня раздражать - Умею, конечно. Но не вот это вот. Ни одной буквы разобрать не могу. - Это руны, - поправила меня малышка. - Тем более! – воскликнула я. Видимо, слишком громко, так как девочка аж подпрыгнула. – Ты можешь меня научить? Похоже, каникулы откладываются. Придётся пожить по завету великого Ильича: учиться, учиться и ещё раз учиться. Хотя, судя по словам сводной сестрёнки, мы бы и так грызли гранит науки, если бы не суббота. - Я даже не знаю, - стушевалась Люцерна. – Я не умею. - Тогда давай поиграем в учителя и ученика, - предложила я, рассудив, что вряд ли в этих краях есть школа. – Чур, ты учитель. Глаза девочки загорелись: - Тогда садись и слушай внимательно! Следующие минут двадцать Люцерна записывала руны, говорила их названия, и очень сильно возмущалась моим пометкам на листе. Оказалось, что за малым исключением, руны соответствуют буквам. Не было только твёрдого знака, да буквы «ц». И если необходимость первого я и самой себе объяснить могу с трудом, то насчёт второй у нас вышел горячий спор. Иначе, как «тс» девочка её произнести не могла. Я смеялась и дразнилась, Люська дулась, пока не достала какой-то длинный прут и не ударила мне по рукам с криком: - Как говоришь с учителем?! - Чёрт, больно же! – я зашипела от боли и накинулась на бедную девочку: - У вас тут что, все проблемы принято грубой силой решать? О гуманизме ничего не слышали? Люцерна выронила прут и смотрела на меня с таким ужасом в глазах, что я и сама немного испугалась. Вроде ничего, что могло вызвать такую реакцию, не говорила. Или слово "гуманизм" действительно для этих реалий слишком заумное? - Зачем ты его позвала? - Кого? – ничего не понимаю. - Нечистого. Он же и явиться может. - Неужели? И что тогда случится? – Что за общество? Силу к детям применяют, во всякую ересь верят. Мне ещё сильнее захотелось вернуться в цивилизованное общество, в торжество технического прогресса. - Исполнит твоё желание, - тоном, как будто объясняет очевидную вещь идиоту, произнесла Люська. - Вот это наказание, - засмеялась я. – Напугала, так напугала, ничего страшнее в жизни не слышала. - Так он же исказит его до неузнаваемости, да ещё и плату возьмёт непомерную. - Ладно, - я примирительно вскинула руки. – Я в вашем мире первый день, многого не знаю, не сердись на меня. Спасибо за помощь, дальше я попробую сама. Радостная Люцерна убежала, а я с огромным трудом и не менее огромными временными затратами стала изучать корешки немногочисленных книг. Описание жизни неизвестных мне людей, земель и животных. А полезное что-нибудь будет? Свиток, перевязанный лентой, оказался картой. Уже неплохо. «Велия» - с горем пополам прочитала я название места, куда попала. Города, горы, реки и дороги были нанесены явно талантливым художником. Возьму с собой на всякий случай. Наконец-то удача мне улыбнулась! «Удивильная волшба Пересвета». Книжечка казалась древнее остальных. Её страницы были уже даже не жёлтыми, коричневыми от времени. Читать непонятные символы становилось всё легче, и я погрузилась в весьма поверхностное описание ритуалов. В начале заклинания были простенькими, но чем дальше, тем причудливее становились возможности магии этого мира. Интересно, а я магией тоже владею? Тут написано, что заклинание складывается из двух частей: формы, которая формируется жестами, словами, особыми ингредиентами и/или усилием воли, и содержания - волшебной силы, которая берётся либо из магического резерва, либо из жертвы. Жутковато. Я всегда думала, что магия - это пережитки прошлого, когда наши предки не могли лучшего объяснения тогу, что творится в мире. Но тому, что происходит в данный момент со мной, другого объяснения не вижу. Похоже, у Роланы проблемы с магическим резервом, раз она использовала свою кровь в качестве жертвы. Вот откуда порезы на руках. А это значит, что я тоже могу это провернуть. От чтения меня отвлёк обед, за которым родственники обсуждали меню на предстоящую свадьбу, и раздавали указания прислуге. Как тут всё просто, у нас такое мероприятие за день не спланируешь. Моим мнением никто совершенно не интересовался. Да и мне тоже всё равно. Верну сюда хозяйку этого тела, пусть сама разбирается. С трудом дождавшись окончания обеда, я вернулась к чтению. Вот оно, "Перенос сознания", на сто тридцать четвёртой странице. Как хорошо, что автор сделал оглавление и страницы пронумеровал. Видимо, чтоб самому не путаться. Я открыла книжку на нужной странице, но её в книге попросту не было! Эта стерва решила усложнить мне жизнь, и куда-то дела нужный лист! С каждым разом у меня оставалось всё меньше цензурных слов для описания девушки, в которую я попала. Вряд ли она могла спрятать страницу где-то кроме комнаты. Скорее всего, она была ей нужна для проведения ритуала. Из-за двери послышались девичьи голоса, и я бы не обратила внимания, если бы не было произнесено знакомое имя и уже ненавистное имя: - Бедная госпожа Лана. Выходить замуж за незнакомого нелюбимого человека - что может быть хуже? - вопрошал первый голос. - Тебе-то откуда знать? - в голосе второй девушки прозвучала насмешка. - Ты же не дружишь ни с кем. - Это пока. Мне ведунья нагадала, что мой суженый скоро объявится. - Руська, ты с ума сошла? К ведунье ходила? И не страшно тебе было? - Страшно, но чего не сделаешь ради любви... Голоса девушек удалялись куда-то в сторону кухни. Прихватив магическую книжку, я пошла к себе. За окном уже темнело. Надо поторопиться. В комнате Дуся как раз домывала полы, уже стерев изображение на полу. Ладно, новое нарисую, нужно только найти, что рисовать. Я обвела помещение взглядом в поисках страниц, на видном месте ничего не обнаружила. Надо проверить сундук в углу и ящики комода. Только сейчас я обнаружила, что на комоде стоит глубокая чашка, внутри которой находится несколько кусочков коричневой обгоревшей бумаги. Я подошла ближе, но внутри всё уже похолодело. Ни единого символа видно не было, но такой цвет я видела только у этой книги. Чёрт! - Вот тварь! - не выдержала я, и со злостью разбила тарелку об пол. Дуся вскрикнула, но лично мне немного полегчало. - Прости, я просто нервничаю перед свадьбой, - мне стало стыдно за эту вспышку гнева. Но в данный момент моё положение с каждой минутой становилось всё отчаяннее. Пробежав мимо бросившейся убирать черепки Дуси, я поспешила на кухню. Работа там шла полным ходом. Около десятка девушек и женщин что-то резали, мешали, украшали, ставили в печь. - Где Руська? - с ходу крикнула я. Все разом посмотрели на меня, а потом перевели взгляд на русую девушку, которая так и замерла с ножом, занесенным над капустой. - Можно тебя на минутку? Не дожидаясь ответа, я схватила девушку за руку и оттащила в угол, подальше от любопытных взглядов и ушей. Хоть и понимала, что это бесполезно, и что бы я не сказала уже через десять минут об этом будут знать все на кухне и за её пределами. Но я не могла не ухватиться даже за самую тонкую соломинку. - Скажи мне, дорогая, как мне найти ведунью?