Мир фарфоровых кукол

Пожив в этом мире некоторое время, Ци поняла, что это все не для нее. Она слишком слабая, слишком ленивая, слишком трусливая и еще очень много слишком. Она не создана для того, чтобы выживать. Нет, Ци конечно может денька четыре пожить на природе, но только при условии, что у нее будут минимальные удобства! Здесь у нее нет ничего, и это никак нельзя изменить. Она искренне считала, что сможет придумать, как бы им заработать… ну по крайней мере дня три. Потом пришло разочарование в себе — ничего придумать не удалось. Что могут сделать два мелких, тощих ребенка, один из которых еще и не понимает, что ему говорят? Вопрос, конечно, риторический. Ничего они не могут. Можно было бы пойти по пути некоторых книжных героев. начать воровать, то есть. Но Ци это не нравится. Их поймают быстрее, чем они успеют прикоснуться к чужому кошельку! Если бы все получилось, совесть бы ее не грызла, все-таки своя рубашка ближе к телу. Просто слишком опасно. Да и город тут не большой, быстро воришек вычислят. Нет, не вариант. Что могут делать дети?.. Они могут бегать по поручениям. Ну там, это подай, то принеси, вот это вот унеси. Но опять же. Их просто не возьмут. Доверия-то к ним никакого. Гораздо надежнее взять ребят из какой-нибудь бедной семьи — они, по крайней мере, не опустятся до воровства. Про сирот того же не скажешь… А еще что?.. Вопрос остался без ответа. Ци решила пока бросить эти мысли. Она слишком хорошо себя знает, чтобы не понимать то, что если продолжит, только впустую потратит время и силы. Нужно сделать перерыв. Решение потом само придет, еще и очевидным покажется. Правда, ждать этого чудесного решения становится все сложнее. Силы, честно говоря, на исходе. Ее внутренний голос ехидно бурчит на задворках сознания о том, что спать надо немного больше, чем 2 часа в сутки. Но увы, и тут Ци бессильна — ей каждую ночь снятся кошмары. Ей снится падение в бездну, каждую ночь она чувствует, как ее крутит из стороны в сторону, мотыляет туда-сюда. Она каждый раз старается как-нибудь извернуться, за что-то ухватиться, но руки цепляют только воздух. А потом она просыпается. Резко садится и пытается понять где верх, а где низ. Потом просыпается Цзю, Ци снова вымученно ему улыбается, и они идут на улицу. Все. На этом все и заканчивается. А затем по-новой — кошмар, бессонная ночь, попрошайничество, кошмар, бессонная ночь, попрошайничество. День сурка какой-то… Ци тихонько ворчит себе под нос ругательства, стараясь делать это так, чтобы мелкий не услышал. Она действительно не хочет провести всю свою жизнь в этом замкнутом цикле.

***

Когда они одним прекрасным днем пришли к реке, Ци была счастлива относительно, конечно. Ей наконец-то удалось ополоснуться! Благо, на улице настоящая жара. Она старается не думать, что будет, когда лето закончится. Конечно, можно обманывать себя и думать, что сейчас например, зима (кто его, местный климат, знает), но… это как-то не для нее. Себе Ци старается не лгать. Водичка в реке изумительно прохладная. Достаточно теплая, чтобы не заболеть, и достаточно холодная, чтобы спасти от летнего зноя. Но засиживаться в воде все равно не стоит. Кто знает, какой у этого тельца иммунитет. Ци жмурится, глубоко вдыхает и с головой ныряет. Ей нравится то ощущение невесомости, которое дарит вода. Ци отпускает себя, отпускает мысли и переживания, и, кажется, на минутку сливается со стихией. Она чувствует гладкие камушки под ногами, слабое течение, что стремится отнести ее в сторону, всплывающие вверх волосы. А потом воздуха в легких совсем не остается, и она выныривает на поверхность, теряя разом то чудное чувство… Ци старательно трет свою кожу ладошками, надеясь хоть немного смыть грязь. Конечно, до конца отмыться не получится, но хоть немного… Потом приходит черед волос, и она просто не понимает, что делать с этим кошмаром. Волосы у нее длинные и, как оказалось, достаточно густые. В общем, просто мечта. Но только тогда, когда у тебя есть шампунь, бальзам и расческа как минимум. У Ци этого нет, поэтому на голове у нее настоящее воронье гнездо, распутать которое кажется задачей невозможной. Вода, что должна была, по идее, помочь, только сильнее запутала и без того завязанные в сотни узлов волосы. Ци шипит сквозь зубы, но аккуратно, прядку за прядкой, пытается распутать это безобразие. Не сказать, что у нее это получается, однако хуже определенно не становится. Возможно, становится даже лучше. В голове у Ци нет-нет да проскакивает мысль просто обрезать мешающие патлы. Пока они с Цзю живут на улице, волосы будут только мешать. Этакий персональный сборщик грязи, переносчик болезней и, по совместительству, прекрасная среда обитания для всяких вошек. Даром ей такого счастья не надо. Правда, чем бы обчекрыжить волосы покороче она не знала. Интересно, их можно отпилить каким-нибудь острым камнем?.. Когда с кошмаром на собственной голове удается чуть-чуть разобраться, Ци решительно принимается за мелкого. У него волосы тоже длинные, пусть и не как у нее. Цзю вертится, ойкает, хватается за голову и что-то говорит. Ци не понимает, а потому просто пропускает все мимо ушей, продолжая развязывать узелки и распутывать колтуны. Ребенку эта процедура явно не нравится, он ворчит, но вырываться перестает.

***

Острый камень, чтобы обрезать волосы, найти, к сожалению, не удалось. Все камушки у реки были как один круглые и плоские, совершенно без сколов. Наверное, можно было бы найти какой-нибудь острый, но на это пришлось бы потратить непозволительно много времени. Ци только грустно вздыхает и оставляет все как есть. Волосы это конечно проблема, но не критическая. Решение можно отложить и на потом. На самом деле, у нее сейчас столько важных проблем, что она и не знает, за что хвататься. Она ловит себя на том, что снова, как в прошлой жизни, откладывает все на потом. Ци знает, что ни к чему хорошему это не приведет. Только перебороть себя у нее не получается. Да, есть за ней такой грешок — когда проблем столько, что справится с ними просто невозможно, Ци просто забивает на них. Занимается своими делами, отдыхает, развлекается. Одним словом, делает все, чтобы не вспоминать о делах. Потом, конечно, носится как в одно место ужаленная… Но это не так уж и важно. Возвращаясь к теме, Ци просто жизненно важно правильно расставить приоритеты. Но мысли в голове путаются, сплетаются в какой-то странный клубок, накрепко сцепляясь с эмоциями и воспоминаниями. Эх, где сейчас ее блокнот и куча ручек и фломастеров? Записать все было бы гораздо проще, чем пытаться разобраться у себя в голове. Цзю снова тянет ее за собой, а она снова за ним идет. Этот ребенок постоянно отвлекает ее от мыслей, и Ци за это благодарна. Ей часто говорили, что она слишком много думает. И это правда. Она сама не знает, куда загонит себя в следующий раз. Сегодня они с мелким не сидят у стеночки. Вчера им удалось получить чуть больше еды, чем обычно, поэтому они просто отдыхают. Вот, искупаться сходили, сейчас может еще куда пойдут. Ци застывает, как вкопанная, когда видит кромку леса. Лес — это что? Правильно, лес — это ягоды, грибочки и прочие витаминчики. Как раз то, что нужно подрастающему организму. Конечно, не все так радужно, и в лесу скорее всего есть хищная живность, по типу волков, но… если не заходить далеко, все должно быть в порядке. Просто не будут нарываться, соберут, что смогут и уйдут себе потихоньку. Зато у них появится еще один источник какой-никакой, но еды. Это первый раз за прошедшую неделю, когда она не просто тащится за Цзю, а сама куда-то его ведет. Сегодня на редкость хороший день. Сегодня она, пускай совсем немного, но почувствовала себя живой.

***

Ци с удовольствием вдыхает запах леса. Ей всегда нравился аромат трав и свежей листвы. У нее даже было хобби — собирать полезные травки, сушить их, а потом заваривать вкусные чаи. Правда, трав она знала немного: только ромашка, мята с душицей да мать-и-мачеха. Сейчас эти воспоминания вызывают тупую, ноющую боль в груди. Нет, она все еще старается наслаждаться сегодняшним днем, но это так сложно. Лесная свежесть оседает на языке, смешиваясь с терпкой горечью полыни. Вспоминать о прошлом пока что тяжко. Но Ци это даже нравится. Кажется, она все-таки мазохистка. …и кто сказал, что душа болеть не может? Глупость неимоверная, право слово… Ци понимает, что снова погружается в меланхолию. Но нельзя, нельзя, нельзя! Нельзя, категорически нельзя сейчас раскисать! Она сильная, она справится, она сделает так, как не смог бы никто другой. О да, пусть задавятся те, кто ее сюда отправил! А она со всем справится, да. Они с Цзю лазают по лесу, точнее, лазает она, а мелкий как-то странно на нее посматривает и ходит следом. Первый найденный гриб оказался странным — она такого никогда не видела. Хотя, конечно, знаниями она не блистала. Может опытный грибник и понял бы, что это такое. Ци старательно этот гриб понюхала — сыростью и затхлостью, как поганки, он не пах. Значит можно попробовать пожарить. Авось, не отравятся. Много собрать не удалось. Впрочем, это и неудивительно, не сезон сейчас для грибов-то. Вот осенью можно будет развернуться — только дождики пойдут, и грибочки сразу повылезают. Зато они набрали целую горсть ягод. Правда, их Ци тоже не знала. На вид были очень похожи на землянику, только цвет у них какой-то странный. Не привычный красный, а такой яркий-яркий желтый, как цыпленок. Смотрится забавно. На самом деле Ци не хотела бы тащить в рот незнакомую еду. Кто знает, ядовитая она или нет. Но… им нужно больше источников пропитания. Работать они — пока — не могут, воровать тоже, охотиться… да даже не смешно. Будь у них хотя бы нож, уже было бы полегче. Но чего нет, того нет. С голыми руками даже взрослый мужик навряд ли что-то поймает. В общем, лесные ягоды и грибы — это единственная альтернатива про объедки с помоек она даже думать не хочет. Другого они себе позволить не могут. Весь свой улов Ци переносила на поляну у края леса — таскать все за собой было жутко неудобно, а сложить было не во что. Теперь и Цзю тоже усердно искал всякие грибочки и ягоды. Он периодически притаскивал показывать то, что нашел. Ци, конечно, не могла точно сказать, что из этого съедобно, но совсем уж сомнительные штуки исправно отсеивала. Навряд ли фиолетовый гриб с зелеными пятнышками съедобен. Проблема возникла там, где не ждали. Ци была в шоке от самой себя — она даже не подумала, что им может быть не на чем готовить. Настолько привыкла к тому, что всегда есть плита или, на худой конец, хотя бы спички. Так. Надо успокоиться. Вдо-о-ох. И вы-ыдох. Все хорошо. Они справятся. Для начала им нужны ветки и сухие листья или трава. Ци проходит по краю поляны, и вот у нее в руках уже лежит немного хвороста, а к центру поляны перетащено хорошее полешко. Этого достаточно, чтобы огонь начал разгораться, но не больше. Костер прогорит минут за пять. Слишком мало времени, чтобы приготовить что-либо. Она смотрит на Цзю, а он смотрит на нее. Ци осознает, что ребенку любопытно, он, видно, не совсем понимает, что происходит. Жаль, объяснить ничего не получится. Бедняга, таскался за ней все это время, устал наверное. — Надо больше. — Голос шелестит почти неслышно, а горло немного першит после долгого молчания. Ци взглядом указывает на ветки в своих руках. — Найдешь? Ребенок легко кивает и идет в сторону от поляны. — Далеко не ходить! Ци дико неловко, а руки у нее нервно подрагивают. Она совсем не уверена, что сказала именно то, что хотела, но мальчик ее, кажется, понял. Что ж, это радует. Как развести огонь без спичек Ци знала. Ну, теоретически. Практически же, она ни один из методов не пробовала. Далеко не факт, что у нее получится хоть что-то, но попробовать все же стоило. Первым на ум приходит способ с трением. Для него нужно бревно-основа какой-нибудь колышек. Она перебирает найденный хворост, выискивая какую палку покрепче. Большинство сучков совсем тоненькие, чуть согни, и уже сломаются. Есть что-то похожее на лозу. А вот есть несколько палок потолще. Ци не знает, какая подойдет лучше, поэтому выбирает ту, у которой конец такой туповатый, не торчащий в разные стороны щепками. Теперь можно приступать к следующему этапу. Она пытается осторожно выколупать выемку в коре полена. Ногти у нее слабенькие, кажется еще чуть-чуть и просто выгнуться в обратную сторону, сильно надавить не удается. Работа идет медленно, неохотно. Вот уже видно небольшое углубление в коре, но оно настолько маленькое, что пользы совсем не принесет. Ци отламывает по кусочку, и что-то у нее получается. Она рвет сухую траву рядом с собой, хоть свежая зеленая тоже попалась, и заталкивает в углубление. Ци не совсем понимает, как сделать так, чтобы трава не вываливалась, поэтому просто придавливает сверху той самой палкой, с помощью которой ей теперь надо как-то добыть огонь. Она плотно зажимает ветку между ладошками и крутит ее. Получается, честно говоря, просто отвратительно. Конец у палки так и норовит съехать куда-то в сторону, а кора неприятно царапает ладошки. Ци сосредотачивает все свое внимание и небольшие силы на несчастном полене и даже не замечает, когда рядом появляется Цзю. Ребенок, кажется, пришел совсем недавно, сгрузил все что нашел в общую кучу и теперь с живым детским интересом наблюдал за мучениями сестры. Ци его даже не винит — ей тоже было бы любопытно понаблюдать, как кто-то другой разжигает костер таким способом. Когда от травы пошел небольшой дымок, Ци просто не поверила своим глазам! Боги, получилось, у нее получилось! Теперь главное не просрать этот шанс, второго точно не будет! Она наклоняется и потихоньку дует на тлеющие травинки. Ей кажется, что если она переборщит, то все моментально затухнет. Ци видит, как яркая алая искорка ползает по краю листочка, который случайно попался ей в руки. Она с новым усердием крутит палочку в руках, надеясь, что это поможет искорке превратиться в огонек. Пламя вспыхивает неожиданно, как по щелчку пальцев — раз, и вот оно. Ци суетится, мелко ломает хворост, аккуратно кладет его на огонь. Костерок весело пляшет, перескакивает на новые ветки и игриво потрескивает. Ци подкладывает палки, уже не боясь, что огонь затухнет от лишнего вздоха. Она нанизывает грибы на веточки — помещается всего один-два, не больше — и невольно улыбается. В теле у нее приятная усталость, а в пальце, кажется, мелкая заноза. Но даже такая неприятность совсем не портит ту необычную атмосферу, что воцарилась на полянке. Ци поднимает глаза и видит своего мелкого. Он сидит, завороженно смотря в костер, и, будто бы, иногда забывает дышать. Рыжие всполохи отражаются в мальчишеских глазах. Цзю тянет руку к огню, и Ци кое-как успевает его остановить. Она смотрит строго — пытается, по крайней мере — и недовольно хмурит бровки. Мелкий смотрит непонимающе и забавно наклоняет голову к плечу. — Нет. — Ци уверенно произносит это слово, совершенно не собираясь объяснять, что значит «нет». Ну же, Цзю, ты ведь умный мальчик, ты же поймешь, правда? Она сует палочку с грибами в чужие руки и усаживается рядом с ребенком, поднося свою палочку поближе к огню. Цзю вертит в руках палку, рассматривая так, как будто это какое-то чудо-изобретение. Ци тихонько фыркает, забавляясь с выражения лица мальчонки. Ей, в общем-то, понятно его любопытство. Навряд ли он делал что-то подобное раньше. Слишком маленький еще — всего лет пять-шесть на вид. И сама Ци не сильно старше, если судить по росту — она лишь немного выше Цзю. И все же, несмотря на понимание, ей было отчего-то грустно.