ограбление свободы

За пять месяцев до этого.

Соединённые Штаты Америки. Штат Вашингтон. Сиэтл. — Джозеф, я все верну, обещаю. — руки медленно поднимались в знаке поражения. Глаза перебегали от одного бандита к другому. Их знакомые физиономии кривились в противной ухмылке, а в очах играл огонёк адреналина и неуязвимости. Пальцы бандитов вот вот нажмут на курок, под прицелом которого — моя дурная бошка. — Боже, Грэйс, не устала ли ты повторять одно и тоже?! Не мы загнали тебя в угол этого переулка, а ты сама себя. — отчасти этот недоносок говорил правду. Я в тупике. Во всех смыслах этой фразы. — Так что давай так. Либо ты возвращаешь хоть долю своих должков, либо на месте старых гематом и синяков появляются новые, более сильные, чем прежде. — Неделя. Всего неделя… и все полмиллиона будут у вас в кармане. — утвердительно кивает моя голова, хотя глубоко в душе я повторяю себе один и тот же вопрос: «Где. Я. Возьму. Полмиллиона. Долларов. За неделю?» Но у меня был план. Безумный план, который я придумала в этот чертов момент, пока на меня целились четыре пистолета. — Не смеши меня, разве тебе хватит недели? — Джозеф приставил нож к моему горлу, слегка царапая кожу. В ответ я утвердительно качаю головой. Усы мужчины продолжали кривиться, а его рожа приобрела цвет помидора, то ли от злости, то ли от презрительной усмешки. Поцарапав мою шею, он толкнул меня в живот, а затем ещё раз, пока я не упала на холодный асфальт. — Не буду наседать, как в прошлые разы. Ведь ты знаешь… это последняя капля моего терпения. Я знаю, где тебя искать. Они ушли, а я осталась лежать в том захолустье, пока обдумывала весь диалог. Если Джозеф сказал — значит так и будет. Я не собиралась платить этим придуркам. Я собиралась сбежать из этого гребаного Сиэтла.

***

Через несколько дней я направлялась на прогулку в магазин. На необычную прогулку, ведь в моем кармане находился пистолет. Хладнокровная и зловещая ухмылка не спадала с моего лица. Ранее я проворачивала более масштабные преступления, просто в последнее время в моей жизни наблюдалось долгое затишье. Затишье перед бурей. — Руки за голову, — Я не скрывалась под какими либо масками, так как мое лицо уже успело засветиться во всех СМИ, так что, меня бы быстро успели распознать и в маске. — РУКИ ЗА ГОЛОВУ! — Я направляла оружие на толстого кассира, который медленно поднимал дрожащие руки. Перед ним пролетала куча необузданных эмоций, словно этот парень увидел свою смерть, хотя, так и было. Но я не убийца. — Доставай все деньги из кассы, живо, — в этом супермаркете, не превышающем однокомнатную квартирку, не было ни души, кроме меня и кассира, разве что в служебных комнатах или туалетах, но, если это и так, то люди даже не успеют открыть дверцу, как меня уже не будет. Толстяк протянул мне стопку деньжат, а вслед за тем и всю мелочь. На улице стали доноситься звуки сирен. Возможно кто-нибудь из прохожих успел заметить меня. Значит у меня было полторы минуты. — Мелочь оставь себе, — Я хватаю все его купюры, и, не отводя пистолет от парня, надвигаюсь к выходу. Через пять секунд я скрылась из виду, пробегая по узким улицам. И вот, пролетая по извилистым улицам, что уносили меня от мигалок полицейских, я приближалась к своей берлоге. Заброшенный недострой встречал меня с распростертыми объятиями, именно там я проводила последние три месяца. Забежав в дом, я выдохнула с большим облегчением, скатываясь вниз по стене. Это не то, чего я так хотела… Я пыталась выжить всеми способами, совсем затерявшись в себе. Попытки стереть свою прошлую жизнь не увенчались успехом по одной причине. Я продолжала его помнить. На столе дальней комнаты так и лежали наши совместные фотографии, окружённые миллионами воспоминаний тех дней. Я думала, что тот адреналин в крови, который появился при побеге из детдома, означал начало новой главы в моей жизни, что должна была стать лучше. Но это не более, чем попытка избежать прошлое. Адреналин сейчас — это единственное, что помогает мне почувствовать себя живой. Но я не могла оставить своего последнего родственника в том отвратительном доме. Все варианты были исчерпаны, я не смогу найти деньги и восстановить репутацию другими способами, которых нет. Быстро вытерев слёзы, я включила последние новости на старом телевизоре, чтобы узнать, какие ещё улики нашла милиция по моему делу. Все последующие дни этой недели я проводила в этом доме, просыпаясь и засыпая в обнимку с пистолетом. Не помню, когда крайний раз у меня был здоровый сон без всяких ужасов. Кажется, такие ночи со мной будут пожизненно.

***

Третий пункт моего плана. Побег. Я должна покинуть Сиэтл, в котором рано или поздно меня точно найдут. Возможно, в другом городе завалялись никому не нужные несколько миллионов. Очень смешно, Грейс, ты прямо юмористка… Но перед этим я должна была позвонить ему. Хотя бы предупредить, что я вытащу его оттуда, как только смогу. Я нашла прекрасную телефонную будку на краю Сиэтла. Камер наблюдения не было, зданий и машин тоже. Ни души. Это мне подходило. Дрожащая рука потянулась к телефону, но в последнюю секунду что то ее затормаживает. Глубоко вздыхая, я поправляю волосы, начиная расхаживать по будке. — нет, — мыслила я в вслух, растеряно посматривая на телефон — это все неправильно… — Мне было плевать, что звонок могли отследить, я всего лишь хотела услышать его голос ещё раз. Услышать, что он в порядке. Но что то меня остановило. Я выхожу из телефонной будки, направляясь прямиком на шоссе. И куда дальше? Я продумала побег до малейших деталей, кроме этой. Что ж, придётся идти пешком, пока не увижу любой транспорт. Уныло прохаживаясь по дороге, я потихоньку теряла надежду, что когда нибудь ещё смогу увидеть того надёжного паренька, которого отняли у меня. Это был последний лепесток цветка нашей семьи. — Вам опасно покидать Сиэтл в такое время, не считаете? — донёсся незнакомый мужской голос где то из лесу. Вздрогнув от столь внезапного появления человека, которого я толком не вижу, рука автоматически потянулась за пистолетом. — Кто здесь?! — Думаешь, в других городах тебя не знают? После твоих смелых выходок… вся Америка наслышана о тебе, Грейс. — Человек выделил мое имя, полностью остановившись на нем. Я же направляла ствол на источник звука. Из тени выходит высокий мужчина средних лет, потихонечку приподнимая руки. Его властный взгляд смотрел мне прямо в душу, заставляя множество мурашек пробежаться по телу. От него веяло страхом. Но, как только улыбка озарила мужчину, этот тип показался мне хитрым мудаком. Очень умным, властным, но мудаком. — у тебя нет другого выхода. У меня появилось множество вопросов к этой личности, что не хватало даже дыхания, дабы расспросить его как следует. Мои брови сдвинулись к переносице, а губы нервно поджались: — Вы не похожи на полицейского… — Да, я обычный аферист, который собирается предложить тебе работу, — заметив на моем лице некое недопонимание, он продолжил. — Ты хочешь вернуть брата — Майка, спасти его из цепей детдома. Но прекрасно понимаешь, что ничем не можешь ему помочь. Наоборот, своим звонком ты бы подвергла себя и брата… необычайным опасностям. Тебя могли отследить, а его упрекали бы в сотрудничестве с самой главной преступницей Сиэтла, как минимум. А то и всего Штата. Но выход то есть. Он стоит перед тобой. — мужчина победно улыбнулся, словно я уже согласилась на его аферу. — Кто вы? — Ветер пронёсся по его каштановым волосам, а сам мужчина прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. На мгновение я подумала, что он издевается, оттягивая время, пока милиция будет догонять меня. — Всю свою жизнь я путешествовал по странам, параллельно обворовывая множество ювелирных музеев, выставок, галерей… Список не счесть. Но половину своей жизни я продумывал особенный план. Полагаю, это самый гениальный план, который ты когда-либо слышала. — с издевкой провозгласил он. — Я собираю команду, чтобы обокрасть один из самых крупных банков мира. Банк Италии. Обожаю это страну, а ты? — риторически поинтересовался незнакомец, перешагивая с одной ноги на другую. — Ты можешь принять участие в этом деле. Твоя доля будет составлять примерно 400 миллионов евро. — Что за дичь вы мне тут мелете?! — будто я дура, которая поверит левому мужчине, что появился из гущи леса… — Очень смешно, вы тут момент оттягиваете? Поди уже сообщили полиции где я! Незнакомец протянул мне телефон, на котором велась запись видеонаблюдения. Это была одна из комнат детдома. Голубенькие стены и рыхлая мебель из дерева совсем потеряли свою красочность. Старые потрепанные шторы окончательно выдохлись, повиснув, словно грязная тряпка. Приглядевшись повнимательнее, я заметила до боли знакомые фото, развешанные на одной из стен. А затем… мальчик, что сидел в углу. Это он! — Эй, чудила, какого хрена в комнате моего брата стоит камера?! — Моя рука автоматически снимает предохранитель с пистолета, направленного на этого незнакомца в костюме. — а я душой чувствовала, что ты обыкновенный маньяк или педофил! — Это минутная камера, один мой знакомый, который, кстати говоря, тоже будет учавствовать в моём плане, — намекающие подмигнул тот, — взломал камеры, однако, не навсегда. К сожалению или к счастью. Не охота нарушать его личное пространство. Он ещё и усмехается! Честно сказать, я была удивлена, что он не беспокоился о стволе, который вот-вот выстрелит ему прямо в голову. — Просто послушай, если ты захочешь, я смогу достать его оттуда, как только мы закончим с планом. Как только ты приедешь в наш штаб, то сама поймёшь, что я не лгу. Я знал, что ты будешь проходить здесь, ведь я знаю всё в этом никчемном мире. Почти всё. А это место идеально для нашего разговора. Здесь нет никого, кроме нас. — немного помолчав, он продолжил. — Твоя доля будет составлять 400 миллионов евро. От этого числа моя челюсть отвисла, а глаза выпали из орбит. 400.Миллионов.Евро. Он не был похож на ФБР и так далее. Да, он был похож на афериста, на умного, хитрого, непобедимого мудака-афериста. Озвучив это число, я оглохла. Это же поможет мне спасти Майка, покрыть долги, построить новую жизнь! Идти мне некуда, так что, хуже не будет. Все, что заставило меня переменить мнение — это деньги. Просто заикнитесь о деньгах, и я согласна. — Я в деле.