ограбление свободы

Итак, я попала в команду. Думаю, не нужно вдаваться в подробности, как мы приехали в один домик за городом и строили план налёта. План был прекрасный, гениальный, каждая мелочь проработана. Я же ухватилась за эту возможность, как рысь в добычу. Собственно, остальным участниками команды она тоже понравилась. К слову о них, мы не знали друг друга. Только прозвища, что придумывали мы сами, не раскрывая самих личностей, дабы не создавать привязанность.

***

— Серьезно, породы собак? — Усмехнулся парень, напоминающий мне типичного бэд боя. — Не считаешь это идиотским, Шпиц?

***

Таким образом, мы остановились на своих именах. Да-да, не засветиться — было невозможно. И нас узнают день так на второй точно.

***

Знакомьтесь, это Бернардо. Наш главарь — тот самый незнакомец. Всё, что мы о нем знаем — это его популярность в Европе, что свалилась на него из-за изящных и красивых ограблений в прошлом, ввиду чего Берн стал обыкновенным самовлюбленным ублюдком, хоть и умным. А его имя говорит само за себя: родина — Италия, так что, он знает эту страну, как свои пять пальцев. Афина. Смазливая брюнетка с пухлыми губками, которая могла соблазнить любого парня. Но она однозначно не относилась к типичным шлюхам, так как ею вовсе не являлась. Была довольно миловидна внутри и снаружи. По ней и не скажешь, что через каких то жалких два месяца ее ручки будут держать оружие, направленное на заложников, которых мы и пальцем не тронем. Раньше, пользовавшись своей внешностью, она обманывала своих богатеньких ухажеров на крупные бабки. Мне она определенно нравится. Джэймс — это тот безбашенный бэд бой. На месте Берна, я бы не стала доверять такому человеку такое дело. Его вспыльчивый характер может натворить кучу бед, после которых пойдут серьёзные последствия. Чем то мы с ним похожи, отнюдь такого проявления эмоций я ещё не встречала. В прошлом создавал уйму бунтов и драк. Однажды его словили, как рыбку в сетку. Пробыл в тюрьме около полугода, которые не донесли до него самого главного урока жизни. Я бы не назвала его яростным эгоистом, даже напротив. Просто… эмоциональный. Лео и Луи. Два мускулистых мужичка, всю жизнь прожившие в тюряге. Они не умели работать сами на себя, чем и были годны для Бернардо. — Это половина состава. — Бернард поправил все бумаги, что небрежно валялись средь остальных аккуратно сложённых стопочек. — С остальными познакомитесь тогда, когда прибудем в Италию. — И когда… — Послезавтра, — Словно читая мысли, продолжил мужчина. — Так что, можете не тратить время на раскладывание одежды и занятием всякой такой ерундой, — вальяжно удаляясь из комнаты, Берн напоследок обернулся и посмотрел на нас. — Выспитесь, пока гроза не наступила.

***

На второй день сгустились тучи, проливной дождь окружил всю местность, подвластную нашим глазам, а яркие белые линии порой делили небо на несколько частей. Особенно часто это случалось ночью, и тогда дом сотрясали ужасающие раскаты далёкого грома. Спать было невыносимо, поэтому единственным источником сна оставался самолёт, в котором мы пересекли океан. Сердце бешено колотилось, словно пальцы пианиста, играющего на рояли «Полёт шмеля», как только мы сели в частный самолёт Бернарда. Я ни разу не летала на самолете. Да что уж тут, все, что я видела в своей жизни — Стены детдома. А когда и смогла сбежать оттуда, то была растеряна среди огромного городка, где толпы людей могли снести тебя, а машины переехать, посчитав за маленькую полу дохлую птицу. Я считала себя такой ничтожной, по сравнению с остальными вещами в этом мире. За это огромное спасибо детскому дому, в котором остался мой младший брат. Боюсь представить, как он переживает за каждый шорох, каждое событие, что причинило вред. Я села в самолёт только ради него. Ради денег, которые являются единственным билетом, чтобы спасти Майкла. — Ты… ни разу не летала на самолёте? — Напугала меня Афина, присаживаясь на соседнее кресло. Ее взгляд был устремлён на мои бело-синие губы. — С чего ты взяла? — Ноги трясутся, руки трясутся, губы трясутся! Да и личико у тебя бледненькое… — немного думая, брюнетка потянулась в карман своего томно-бордового рюкзака. — На, возьми, от волнения. — ее ручка протянула стеклянный бутылёк с беленькими капсулами, — Возьми, оно поможет. Лео помогло и тебе поможет! — Ее губы расплылись в тёплой улыбке, а по бокам образовались милые ямочки. — Он тоже никогда не летал? — поинтересовалась я, посматривая на похрапывающего Лео. — Нет, это его первый налёт такого масштаба. — Я убрала таблетку подальше в рюкзак, не до конца доверяя Афине, с которой я знакома всего второй день! Не смотря на ее милое личико, кто знает, что у неё на уме. — Как видишь, ему уже лучше, — взглянув на меня, улыбнулась брюнетка. — Для нас всех это первый налёт такого масштаба, — Да… но только не для тебя! — восторженно произнесла девушка. — Взрывы, сирены, подсвечивающие белый дом… и ты среди фейерверков, а потом, — Но конец был не таким красочным, — оборвав воодушевляющие воспоминания Афины, в воздухе повисла неловка пауза. Мы слегка пошатнулись из-за самолёта, что тронулся с места. — Мать твою! — Я быстро захлопнула окно, а затем буквально въелась в кресло. — Ничего, скоро таблетка подействует, Да, только если бы я ее выпила! Как только я почувствовала, что самолёт взлетел… сердце ушло в пятки, а сознание окружал густой туман. Афина что то говорила мне, пыталась отвлечь, рассказывая что то про ее сестру. О том, что она будет ждать нас в Италии вместе с остальными. Что то ещё про Берна и каких то красивых парней. Но первые тридцать минут я пребывала в отуманенном состоянии, которое уже и не вспомнит, что было секунду назад.

***

Глаза округлились, словно полнолуние сияло во все мочи. Да тут любой засияет, при виде той красоты. Италия — та ещё романтика, ничуть не уступает Франции. Жители страны буквально поражали своим красивым итальянским языком, а также необычайными традициями, архитектурой и невообразимой едой. Мы приехали в один небольшой провинциальный городок — Мальчезине. Дорога была выложена серыми валунами, блестящих на ярком солнце, а на каждой улице красовались багровые тюльпаны, подчёркивая всю гармоничность города. Дряхлые дома, выкрашенные насыщенной краской, — которая ещё не успела засохнуть, — словно притягивались к озеру Гарда. Вода в нем настолько ярка, что лазурный цвет отражался на отдыхающих в озере. Некоторые из соучастников даже не смотрели в окно, бывая в подобных местах и ранее, но для меня это было что то с чем то. Да что уж тут, я никогда не покидала свою страну. Автобус поехал за город, где стоял одинокий пентхаус, окружённый лесами. На крыльце нас встречала сестра Афины. Они были схожи васильковыми глазами, некогда походивших на глубокий океан. Девушка принялась трясти всем руки, растянув улыбку до ушей: — Называйте меня просто Адель, — ее яркие глаза смотрели прямо душу, словно где-то там, в недрах моего сознания таился маленький чертёнок, которого необходимо убрать. С нами познакомился и Райан. У него были песочные, будто струящиеся волнами волосы, со средним телосложением. — а где Финн? — Берн обошёл светлую гостиную, не упуская из-под своего надзора ни миллиметра. — Сейчас, я его позову, — глаза Райана слегка пробежались по Афине, щеки которой пылали ярче огня. — Значит, вот про каких красавчиков ты мне мозги выносила… — Ухмылка не спадала с моего лица, на что девушка ещё больше раскраснелась. Через секунду в комнату зашёл ещё один участник. Его буйные, но такие воздушные кудри переливались на свету, а кофейные глаза всматривались во всех нас, изучая от внешних факторов до костяшек. Его взгляд был дерзким в какой-то степени. По крайней мере, я чувствовала большую уверенность в его действиях и никакого сожаления. Хотя, о чем можно сожалеть в такую секунду? Его взор остановился на мне. Это был Финн.