«Ночной маршрут»

Обычно Макс не возвращается с подработки в такой поздний час, но, так вышло, что время уже перевалило за полночь, а она только шла на автобусную остановку. На улице дует морозный октябрьский ветер, проникающий под широкое пальто девушки, волосы лезут в лицо и это начинает не на шутку раздражать. Путь до общежития займёт ещё какое-то время, а это значит одно — Макс не поспит. И это удручает. Ко всему прочему на носу важный проект в университете, который занимает добрые семьдесят процентов её свободного времени. А такие задержки на работе явно не способствовали её продуктивности. Придется ждать ночной автобус. Колфилд выдохнула клубок пара и постаралась отогнать негативные эмоции. Тишину ночи разрезает пиликающий звук, уведомляющий о пришедшем СМС-сообщении. Сообщение от: Уоррен 00:05 йоу, макс? ты где? проект стынет Что чуть радовало — она была в паре с её другом Уорреном. В группе она вряд ли могла бы кому-то ещё доверить работу так, как ему. Но даже при разделении обязанностей это отнимало много сил. Сообщение от: Макс 00:07 скоро буду, не кипишуй. никуда он не денется Получив в ответ странный смайлик, Макс оглядывается в поисках автобуса и, заметив приближающийся транспорт, ёжится, убирая телефон подальше в сумку. Она машет рукой, давая водителю понять, что ей нужен именно он. В лицо ударяет горячий воздух и Колфилд запрыгивает в транспорт, радуясь окутывающему теплу. Её удивляет количество человек: парочка в конце автобуса, две женщины и мужчина, сидящие вразброс. Она думала, что в это время её встретит пустой салон. Водитель с серым и морщинистым лицом окидывает её уставшим и изнемождённым взглядом — девушке даже жаль его. Когда Макс протягивает руку с купюрой, мужчина отрицательно качает головой. — Садись. К тебе подойдут. — Говорит водитель с механическими нотками в голосе. Звучит как заученная фраза. Девушка лишь нахмуренно кивает, думая, что она новичок в этом деле и едет впервые. В основном она оплачивает проезд, отдавая деньги водителю, но вполне вероятно, что здесь всё устроено немного иначе. Нацелившись на место в середине салона, Макс проходит вглубь, желая сесть у окна, чтобы рассматривать пролетающие мимо пейзажи. Насколько это возможно, конечно, ведь свет из салона заставляет её периодически фокусировать взгляд на собственном отражении. Ехать достаточно долго, а наушники она благополучно забыла, что досадно — она редко передвигалась без них. — Оплата проезда! Колфилд аж подпрыгивает от неожиданности: она уже и забыла, что к ней должен кто-то подойти. Всё-таки это совсем непривычно. Она поднимает глаза и встречается с холодным взглядом синеволосой девушки. На её цветную шевелюру напялена шапка, причём выглядит это так гармонично и подходяще, что Макс невольно завидует — ей шапки никогда не шли, поэтому она всячески игнорировала этот элемент гардероба. На футболку с музыкальной группой надета громоздкая куртка, ноги обтянуты темными джинсами, а ниже — обычные чёрные кеды. — Ну, и долго мне тебя ждать? — Из ушей у синеволосой торчат наушники, из которых слышатся басы и гитарное соло. Она небрежно дёргает за провод и один из вкладышей забавно прыгает, выпадая из уха. Вопрос о том, почему она так кричит, подхватывается незатейливым мотивом и тут же растворяется в воздухе. Колфилд протягивает купюру и отваживается задать интересующий её вопрос. Задавать вопросы незнакомцам бывает полезно. — Эм, простите? А почему вы собираете оплату? Я всегда думала, что это в обязанностях водителя… Синеволосая ухмыляется, отсчитывая сдачу. — Он считать не умеет. Макс хмыкает и слабо улыбается, получая свои монетки. Они тёплые и тяжелые, что по какой-то причине оказывает расслабляющий эффект. Пока девушка доставала билет, Колфилд осмотрела сдачу и улыбнулась шире. — Вы, видимо, тоже. — Что? — Синеволосая вытаскивает второй наушник. Слушать других людей, оказывается, и правда трудно, когда ты затыкаешь уши. — Говорю, вы тоже, видимо, считать не умеете. Тут лишние. Девушка не сразу понимает, что она ляпнула и улыбка быстро спадает. До тех пор, пока на губах синеволосой вновь не расцветает колючая ухмылка. — Ботанша, — и, забирая из руки Макс монетку, кладёт в нее билет. Колфилд остается сидеть в лёгком шоке. Только сейчас её взгляд падает на бейдж с именем «ХЛОЯ». Сверху имени пририсован пиратский флаг, а в другом углу красуется «ЙО-ХО-ХО». Синеволосая растворяется в толпе зашедшей в автобус компании и Макс теряет её из виду. Через какое-то время Хлоя-йохохо-пиратский флаг плюхается на сидушку неподалёку от Макс. Поудобнее усевшись, та выуживает телефон из огромных карманов и, кажется, начинает что-то читать, периодически отвлекаясь на виды из окна. Задумчивость оказывается заразительной и Колфилд тоже начинает смотреть в окно, то и дело бросая заинтересованные взгляды на отражение кондуктора. Спустя некоторое время она решает, что насмотрелась на местные картинки и тоже утыкается в телефон. Когда Макс подъезжает к своей станции и стоит на выходе из автобуса, она вновь бросает взгляд на незнакомку. По какой-то неведомой причине захотелось обернуться и посмотреть напоследок, будто Хлоя какой-то очень занятный музейный экспонат. И, кажется, той тоже, потому как они обе сталкиваются взглядами, и Колфилд выходит из транспорта, вдыхая свежий запах ночи, который слегка режет нос. Эта ночь выдалась на удивление холодной.

Когда-то Макс прочитала, что университет — это ты, ноутбук и бутылка воды против целого мира. Она в корне с этим не согласна. Университет — это ты, ноутбук, гора кофе, быстрых перекусов и головной боли против целой оравы преподавателей. Все по кругу — ты делаешь кучу работы, впитываешь в себя как губка цистерны тёмной жидкости, пьешь таблетку от головы и спать. А на утро ты пьешь еще одну таблетку и еще одну цистерну, чтобы хоть как-то дожить до конца пар. Скоро день сдачи важного проекта, поэтому большинство студентов тащатся грызть гранит науки в полуживом состоянии. На первой лекции девушка практически спит. В середине второй её голова чуть не достигает поверхности парты с высоты ее предплечья. Между второй и третьей Макс выходит из аудитории и двигается прямиком к автомату с кофе, принимая железное решение купить самый большой стаканчик, какой только существует. Или даже больше, если это возможно. В университете пахнет древесиной, кофе, чистящими для пола и…отчаянием. Да, этот запах ни с чем не спутаешь. Только начало второго курса, а их уже загрузили хуже некуда. Подойдя к автомату, Колфилд выбирает капучино и вставляет купюру. Когда автомат перестаёт издавать страшные звуки, выплёвывая что-то наподобие бодрящего напитка, она достает свой стаканчик. Осознавая, что ей нужно уже поторопиться так как перемена короткая, она совсем не замечает фигуру рядом и со всего разворота врезается в нечто. Значительная часть кофе ошпаривает ей руку, но та ее не разнимает, лишь жмурится и поднимает взгляд на виновницу. — По сторонам смотреть не учили? Господи, Колфилд, ты не только тупая, но и слепая? — Язвительный тон заполнил всё пространство, вытесняя все другие звуки. Этот донельзя звонкий голос невозможно спутать с чьим-то другим. Рэйчел Эмбер. Конечно. Ещё и собственной персоной. — Рэйчел, на тебя и капли не попало, — Макс делает шаг в сторону и девушка повторяет её действия, преграждая путь. Колфилд хочется кричать. — Я тороплюсь, придумай пару колкостей на следующую встречу, — из груди Макс вырывается измученный вздох. Только стычки с этой бестией ей не хватало. — Ты пролила свой поганый кофе на мой жакет, ты и правда слепая! — Повторяешься, — ровным голосом поправляет Макс, и в её голосе только усталостьусталостьусталость. Она на самом деле никогда не понимала причины для такого поведения: Рэйчел не дурна внешне, вроде не совсем глупая. Она могла бы стать популярной и не задирая других, но она продолжает вести себя так, словно все вокруг ей должны. Что должны? Хороший вопрос. А с виду такой ангелок. Особенно на первом курсе. Макс имела неосторожность подойти познакомиться с ней и её быстро сформировавшейся компанией. Она тогда, кстати, была послана на все четыре стороны, что закрепило у Колфилд негативное восприятие. Эмбер лишь вопросительно хмурит бровки. Это даже отчасти забавно. — Ты дважды назвала меня слепой… — Макс вновь встречает непонимающий взгляд. Господи, в одно ухо влетело — в другое вылетело. Причём собственные реплики. — А знаешь, забудь. Колфилд закатывает глаза. Господи, как же ей хочется вылить все содержимое стаканчика на её светлую голову. Может быть, Рэйчел Эмбер и хорошо учится, принимает активное участие в жизни университета, но она та еще сука. Светловолосая протягивает руку в непонятном для Макс жесте, будто ожидая, что Макс что-то положит ей в аккуратную ладонь с идеальным маникюром. — Ты вообще знаешь сколько этот жакет стоит? Явно больше, чем вся ты, — Рэйчел обводит её с ног до головы. Макс выдавливает из себя быструю натянутую улыбку. Если уточнять про черный рынок, она даже могла бы оспорить данное высказывание, но тут же понимает, что это просто бесполезно. — Всю жизнь с протянутой рукой? А теперь дай я вернусь в аудиторию, богом клянусь… — Или что? — Цветная серьга подрагивает от движения головы Эмбер, а выкрашенные губы кривятся в усмешке. Это всё в купе вызывает лишь омерзительное чувство несправедливости и колкое раздражение. Ей хочется рычать. — Да ничего, господи. Просто уйди, — Макс трет левый висок свободной рукой в усталом жесте. — Теперь ты отдаёшь приказы? Мне кажется, что такой неудачнице… — Ой, смотри, что там?! — Колфилд указывает в абсолютно случайную сторону. Рэйчел ожидаемо реагирует, и девушка решает — это её шанс. Она быстро направляется в сторону аудитории, ретируясь. Возможно, Эмбер не такая уж и умная, как Макс считала. В спину она слышит отчего-то донельзя приятное «Колфилд!». Телефон брякает. Сообщение от Уоллер: 13:11 Максин, завтра требуется выйти до ночи. Двойная оплата. Макс внутренне рычит. Деньги важнее сна.