Вечерний дождь

Окутанная тьмой, мне казалось, словно я навсегда останусь на дне собственных чувств в страхе неизбежного. Переполненная мыслями и эмоциями, накрывающих меня с головой… Я в ужасе оглядываюсь вокруг, пытаясь понять: где нахожусь и что было после того, как добралась до бара — голова раскалывалась, а тело предательски окутал ужас. В мыслях был только один вопрос:

«Что из этого было правда?»

Сглатывая ком в горле, я поднимаюсь с постели, чувствуя, как по всему телу прошлась дрожь от сильнейшего озноба, с которым у меня никак не получалось справиться… Холод окутавший тело, пугая — настолько, что каждый мускул был напряжен так сильно, что казалось, словно воздействия электрического тока на сердце было не настолько летальным, как происходящие с моим телом. Даже так, на самом деле это была лишь мелкая крупица того, что окончательно сломает меня… И даже несмотря на это, я хотела знать правду. — Икари? — осознав, что я находилась у главы дома, позвала её я. Наблюдая за невероятным погромом вокруг, точно пронёсшимся смерчем, погрузившим всё вокруг в хаус, — Секкай?! — из последней надежды, выкрикнула его имя, чуть не упав с лестницы вниз, — Черт… — тихо рычу, не в силах контролировать своё тело. Остановилась от ощущения мерзкого страха, холодивший душу сильнее чем озноб от ломки — страх ожидания чего-то хуже, чем сломанная мебель, перевёрнутая верх дном… Тяжело дыша, мертвой держусь за поручень, совсем не желая свернуть себе шею. Продолжая стоять на лестнице ещё некоторое время, прежде чем мне снова не удалось взять себя в руки, я спустилась на первый этаж. Услышав шум, из гостиной показался взволнованный Кен, смотрящий в мою сторону настолько уставшим взглядом, что внутри всё сжалось. Ничего не сказав, брат помогает мне дойти к гостиной, прежде чем он позвал меня по имени, осознав, что я замерла на пороге. — Амэя… — послышался голос Кена, настолько потерянного и встревоженного, что сердце окутала тягучая боль, но я даже не взглянула на брата, прямиком смотря на человека напротив нас… — Кейски? — на одном вздохе прошептала я, боясь получить ответ. Услышав нас, парень подскакивает со своего места, быстрыми шагами идя в мою сторону. Словно сорвавшись с цепи, пячусь назад, в ужасе от того, что это мог быть не он, — Не надо… — ещё тише протянула я, увидев его ладонь возле собственного лица. Прежде чем осознала, что оступившись, я упала, зашипев от боли пронёсшейся по всему телу.

«Почему?! Почему это всё происходит?!»

Как же хочется кричать! Просто взвыть от этого всего, выплеснув ту самую боль наполняющую моё сердце, но вместо этого я молчала — чувствуя, как сердце спустило болезненный удар, сжигая всё. — Пожалуйста… — молил мой голос в пустоту опустившегося дома, прерываемый тихими шагами, — Это не может быть правдой… — чувствуя подступающие слёзы, прошипела я, видя то, как «Кейски» резко остановился, — Я ненавижу тебя… — не обращая внимания на других, рычу я, понимая, что меня захлестывают необычайные эмоции — которые не удастся сдержать, — Будь ты проклят, Изана… — наклонив голову, добавила я, прежде чем подняла голову верх. Наблюдая за явлением, тихо рассмеялась. Насколько же могут быть реалистичные глюки, что не удавалось понять правда это или фальшь? — Кейски… — закрыв глаза, тихо взвыла я, ощущая как мой мир рушился. Даже если на самом деле это был не он — это не отменяло того факта, что чуть было ему не изменила… — Амэя, — снова позвал меня его голос, — Я здесь. Амэ, это на самом деле я, — продолжал он. Слыша его серьезный тон, я как заворожённая смотрела в глубину его карих глаз, беспрерывно — будто стараясь заглянуть в самые дальние угольки его души. Желая увидеть ответ на самый главный вопрос: На самом ли дели это был Кейски? — Кей, — еле слышно окликнула его, пытаясь самой поверить в то, что он на самом деле был здесь. Садясь возле меня на полу, Кейски осторожно поправлял одеяло упавшее с моих плеч, терпеливо дожидаясь какой-либо реакции… — Как… Нет, тебя не может быть здесь, — утверждала себе, не желая пытать лишнюю надежду. Зная, что пойду за ним, наступая на старые грабли… Одеяло вновь скользнула вниз, от чего меня окинул озноб сильней чем прежде. Руки тряслись, наверное настолько же сильно как и остальное тело, но сейчас мне было плевать на это… Сконцентрировавшись на собственных ладонях, я боюсь ничего не ощутить — тянусь к Кейски, касаюсь большой ладони, от жара которой по телу прошлись мурашки облегчения… — Кейски… — звала его я, поднимаясь всё выше и выше. До тех пор, пока оледеневшие пальцы не скользнули по его шеи, прежде чем я поправила его волосы, осторожно коснувшись лица, — Прости меня… Пожалуйста… Прости! — взвыла я, обессилено упав в его объятия, не в силах сдерживать всей боли, что таилась внутри… — Тише, Амэ. Всё позади, — тихо ответил Кей, снова укрывая меня одеялом, прежде чем подняв меня на руки, отнёс на диван. Не отпуская даже тогда, когда я ревела на его плече, осознав, всё что творилось со мной на протяжение последних дней. — Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенным голосом спросил у меня брат, кладя свою руку мне на плечо, — Что-нибудь болит? — Кен, что за тупые вопросы?! — рявкнул на него Кей, ближе прижав меня к себе, согревая жаром своего тела. От чего хоть и на мгновение, но всё же мне становится легче. — Кейски, не нужно… У меня ломка, не уверена, сколько это продолжиться, но я справлюсь. Боли не такие сильные как может показаться… — не поднимая глаз, ответила я, боясь того, что в них всё же разглядят мою ложь. Ощутив очередную волну боли, что захватили все мысли, и эту чёртовою «ломку» во всём теле, я закрываю глаза, пытаясь это превозмочь, — Кейски, почему ты в штатах? И что произошло в доме Икари? — услышав на свои вопросы только тишину, окутавшую всё вокруг, я устало поднимаю глаза на ребят, что словно не знали, что мне ответить. — Из-за твоего «срыва» после ужина, Икари боясь не справиться с тобой, выдернула Кейски из Японии, — первым начал брат, садясь неподалёку от нас в кресла, — Икари боялась, что ты снова «сорвёшься», поэтому и выдернула его, — не зная, что и сказать, я молчала, думая о произошедшем… — А что касается дома, — тяжело выдохнув протянул Кен, лишь мельком взглянув в сторону Кейски, — Баджи вытворил всё это из-за того, что Икари не подпускала его к тебе. — В баре был ты? — наконец-то заговорив, спросила я у Кейски, желая утонуть в жаре окутавшей меня. — Да. — Из-за твоего сопровождения у Икари возникли проблемы со входом? — вновь опустив голову на его грудь, продолжала спрашивать я, — Через сколько вы попали внутрь? — 20 минут, — вместо Баджи ответил Кен, от слов которого я тихо рассмеялась, всего каких-то 20 минут, а сколько же могло поменяться за это время, если бы им удалось добраться раньше? — Я… Не знаю, что сказать… — честно призналась я, но в тот же миг осознала, что хотела поговорить с братом, — Кей, в ванной на втором этаже должна быть аптечка, принеси, пожалуйста, обезбол, — ничего не ответив, Кейски поднялся со своего места уходя в сторону коридора, я же в свою очередь, боясь, поднять глаза на брата тихо спросила, — Скажи, что это был кошмар… — Мне жаль. — Кен, я не знаю, что делать, — едва слышно ответила ему, чувствуя, словно я сама себя загнала в ловушку, — Мне так страшно… Скажи честно, вы знаешь, что произошло того как я ушла с вечеринки? — Мы не знаем, что было на самом деле. Но Рейн видел как ты убегала из дома отца, а после и того парня, что должен был отвести тебя… — тихо шептал брат, осторожно укутав меня в своих широких объятиях, — Мы с Баджи рядом, Икари тоже скоро прибудет. — Какая же я дура… Это всё я виновата, мне так жаль. Господи, какая же я идиотка, — на взрыв зарыдав, вытянула из себя я, вцепившись в брата, так, словно он в любой момент мог исчезнуть. Рейн был прав, всё же я конченая идиотка… Бросаюсь в огонь, лишь потом осознавая, что задыхаюсь от едкого дыма. Господи, как же хочется курить — как же хочется наконец-то перестать чувствовать это всё! — Я не знаю, что мне делать… Мне страшно, Кен. Мне так страшно от мысли о том, что Кейски узнаёт, что я ему чуть не изменила, — слетело с моих губ, настолько быстро, что я не смогла до конца осознать действительность. До того, как до моих ушей не донёсся неожиданный звук разбитого стекла, заставивший меня вздрогнуть. Тяжело дыша, на пороге гостиной стоял Кейски. От вида которого, моё сердце пропустило удар — он всё услышал… Не зная, что может произойти, я безмолвно смотрю на него, наблюдая за тем, как кончики его пальцев запустились чёрную копну волос, то и дело сжимая их. В глазах горел огонь — ярость, не смотря на которую он молчал, плотно сжимая губы… — Кейски… — в ужасе позвала его я. Но услышав мой голос, Кей словно сорвался с цепи, бросился в сторону коридора. Крепче обняв, Кен не на миг не отпускал моё дрожащие тело, как будто желая защитить. Но даже не видя, я всё ещё слышала громкие крики Баджи со стороны кухни, сопровождающий звуками битого стекла.

Когда же он вернулся, он выглядел намного хуже чем когда либо… Я понимала причины, зная, что в этом только моя вина. — Кен, выйди, — угрожающе зарычал Кейски, подходя к нам всё ближе и ближе. — Успокойся для начала, — в ответ рявкнул Кен, закрыв меня собой, — Ты зол, но сделаешь ещё один шаг к Амэ, и я не посмотрю на то, что ты мой друг. — Прекрати, — послышался раздражённый голос Кейски, — Я не сделаю ей больно, просто хочу знать, что произошло! — Иди, — слегка отстранившись от брата, не уверено сказала я. Понимая, что от этого никуда не сбежать и лучше сразу поговорить… — Если понадоблюсь — зови, — прежде чем выйти из гостиной сказал Кен, посмотрев на Кейски обеспокоены взглядом. Ничего не говоря, Кейски сел рядом, дожидаясь того как я, хоть что-то скажу… Но я не знала, что можно было сказать… В голове было столько мыслей и слов, но в горле застрял предательский ком рыданий. Спустя некоторое время, мне всё же удаётся найти в себе силы… Хоть я и начала, в ходе рассказа замолкаю, почувствовав как по щекам снова потекли слёзы — они душили, не давая возможности продолжить. От чего становилось тяжелее рассказывать о случившемся… — Что случилось потом? — уже без всякого гнева, спросил меня Кей. Нежно стирая дорожки моих слёз, сидя намного ближе, чем прежде. — Когда ко мне пришло осознание того, что это был не ты, я ототкнула его. Желая как можно быстрее сбежать оттуда, но… — вспоминая всё происходящие, мне казалось, как будто я переживала это снова… Боль пленила сердце, а к горлу подступала тошнота, намного сильнее чем прежде, но не смотря на это я продолжала, — Он поцеловал меня — в его рту была ещё одна порция наркотиков. Когда у меня не получилось вызвать рвотный рефлекс, я сбежала. Правда, мало что помню о том, как добралась до бара. — Поэтому ты так испугалась увидев меня в баре? — Да… Тогда я думала, что это было он. Думала, что моё сознание снова сыграл со мной злую шутку, — больше ничего не говоря, Кей притянул меня к себе, крепко обняв. Ощутив его тепло, на миг, мне всё же удаётся расслабиться, — Прости меня… Мне так жаль, — всхлипывая молила я, — Кейски, пожалуйста! — Ты не виновата. Тебя больше никто не обидит, я не позволю этого сделать, — пытаясь меня успокоить, шептал он, ласково гладя по спине и волосам. После чего, взял за подбородок, заставляя посмотреть на него сказал: — Я сейчас принесу воды для лекарства, посиди немного…

***

Выпив обезболивающие принесённые Кейски, я сама не заметила то как заснула, окутанная тёплом от объятий его рук. Мне правда хотелось верить в то, что Кейски удастся меня защитить, лишь на мгновение — на миг, я позволю себе эту слабость… Проснувшись лишь к вечеру, я была в той же комнате, что и прежде, но в этот раз я была не одна, рядом со мной спал Кен, в то время как напротив нас в кресле сидел Кейски. Заметив, что я проснулась, он поднялся, подойдя к постели. Не в силах смотреть ему в глаза, прячу лицо в ладони. — Выпей, — спокойным голосом, сказал он, протягивая мне стакан тёплой воды, с той же горстью таблеток, что и прежде, — Тебе лучше? — осторожно касаясь моего лба, спросил он, на что я лишь неуверенно кивнула, не чувствуя тех адских болей, — Поспи ещё, ладно? Если что-то нужно, говори. — Кейски, — взяв его за руку, позвала его я, в тот миг, когда он собирался уйти, — Прошу, не оставляй меня… Пожалуйста… — Я рядом, — устало, ответил он, осторожно обнимая, — Ты же у меня сильная. Забыла уже? Всё будет хорошо, пока я буду рядом. Никто не обидит тебя. Забыла, что я тебе обещал? — Прости меня… Кей, мне так жаль, — тихо всхлипывая, молила я, боясь того, что несмотря на свои слова он оставит меня. — Хватит извиняться. — Прости… — Амэ, прекрати, — заставляя посмотреть в его глаза, твёрдо сказал Кей, после чего тихо прошептал: — В этом нет твоей вины, слышишь? — Это не так… Я не хотела этого, но не смогла ничего с собой сделать. В этом только моя вина, — сказала, ощущая тот самый ком в горле, от которого было трудно сказать даже слова, — Кейски, — тихо позвала его я, пытаясь наконец-то собраться с мыслями. Хоть Кейски говорил, что я не виновна, у меня не получалось превзойти это терзающее чувство вины, — Я поступила необдуманно, выпив содержимое того бокала — меня переполнял гнев, и усталость от всего, что творилось вокруг, — слушая мои оправдания Баджи молчал, но даже закрыв лицо ладонями, я могла чувствовать его пронзающий взгляд. Даже мельком взглянув на него, ко мне неожиданно пришло осознание того, что ему тоже было тяжело. Кейски сильно устал, с заметными синяками под глазами, а всё потому, что он решил связаться со мной… — Прости меня, Кейски. Прости, что доставляю столько проблем, — прохрипела я, вновь пряча лицо в ладонях, ощущая предательские слёзы подступившие к уголкам глаз. — Амэ, — едва уловимо позвал он, мягко убирая руки от моего лица. Наклоняясь ближе, чтобы посмотреть на меня своим проницательным взглядом, — Прекращай, хорошо? — спрашивал Кей, нежно вытирая слёзы скользнувшие по щекам, — Амэя, прекрати винить во всем только себя. Она принадлежит лишь твоей мачехе и уроду, что попытался воспользоваться твоим состоянием. Поняла? — он пытался сдерживаться, но даже так я видела гнев тлеющий в его глазах. Осторожно сжав его ладонь, я бездумно покрываю поцелуями внутреннюю часть, желая хоть немного поддержать его в ответ. — Кейски, я люблю тебя… — Я тебя тоже, поэтому никогда не вини себя. Я обещаю тебе, что этого больше не повториться, — заключая меня в объятиях говорил Кейски. В очередной раз, заставляя, вспоминать то, почему я так сильно полюбила этого парня. Вспыльчивого как огонь, но невероятно нежного когда был рядом, — Хочешь есть? Могу приготовить тебе лапшу. — Нет, спасибо. — Икари сказала, что примерно через неделю симптомы должны сойти на нет, но, Амэ, что мне сделать, чтобы тебе стало лучше? — Волосы… — Волосы? — в непонимание переспросил меня Кейски, после того, как я выпалила первое, что пришло в голову. — Я могу заплести тебя? — ничего не сказав, Кейски развязал хвост, сев на пол возле меня, безмолвно давая своё согласие. Честно, я не ожидала этого, ведь помнила, как ему не нравилось, когда кто-то касался его волос. Пытаясь унять дрожь в руках, я осторожно отделяю три пряди на макушки, наблюдая, как Кей закрыв глаза, расслабился. — Если станет тяжело скажи, — в какой-то момент сказал он, скорее всего почувствовав дрожь моих рук. Даже несмотря на это, меня на самом деле успокаивал этот процесс, то, что он доверил мне себя — оставаясь рядом. Хоть я и понимала, сколько боли и проблем приношу в его жизнь, всё меньше и меньше видя на его губах улыбку. — Спасибо тебе за всё, — тихо начала я, мягко убирая заплетенную косичку в сторону, нежно целуя его в макушку, продолжив, — Я люблю тебя, Кейски. — Я тебя тоже, — едва улыбнувшись, своей фирменной ухмылкой, ответил он. Поднимаясь с пола, оставляя едва уловимый поцелуй на моем лбу, — Икари хочет с тобой поговорить, но это может подождать. Только скажи и я ни на шаг к тебе не подпущу. — Кейски… — Я серьезно, насчёт остального не переживай. Рейн тоже здесь, поэтому не думай ни о чем лишним. Отдыхай, поняла? — Хорошо. — Спокойной ночи, — снова целуя меня в лоб, протянул он, отправляясь в сторону двери, напоследок сказав, — Я скоро вернусь поэтому засыпай.

***

Ближайшие дни прошли в том же ключе. Приём таблеток, постельный режим и редкие посещения этой комнаты других людей, и семейного врача, из-за того, что Кейски не отходил от меня ни на шаг. На удивление, я ни разу не встретилась с Икари, хоть и находилась в её доме. Погрома уже не было, парни получив по шее от Секкайя, убрали всё что учинил Баджи. Широ дома тоже не было, словно глава отдала собственный дом нам на растерзание. Больше всего этому всему был недоволен Рейн. Я видела по его лицу, что он желал сделать больше чем пару едких сарказмов в сторону Кейски, но молчал. Так же не отвечая на мои вопросы по поводу его состоянию. Он был подавлен, даже дурак заметил бы, что с ним что-то не так — это было странно, ведь каждый раз слыша очередной вопрос, он смотрел на Кена с Кейски, словно спрашивая их дозволения. Отшучиваясь после… Постоянно размышляя об этом, я не знала, что думать или же делать. Не в силах уснуть вторую ночь от безызвестности, меня переполнял страх от ответов с одновременным желанием знать правду. — Какого черта вы от меня скрываете? — раздраженно прорычала я, наблюдая за очередными переглядами парней. — Ничего, — в один голос сказали братья, в то время как Кейски скользнул мне за спину. Пытаясь в очередной раз заключить в объятия, но я выскользнула, усевшись на другую половину кровати. — Если вы мне не скажете, я пойду к Икари… — Доктор сказал, что у тебя постельный режим, — тихо прорычал Кей, игнорируя мой гневный взгляд, — Не дергайся, ещё успеешь. — Баджи! — возмутилась я, на что он даже не повёл бровью, от чего я начинала злиться сильнее. — Амэ, — позвал меня Рейн, — Успокойся. — Я успокоюсь, только после того, как вы объясните, что происходит?! — Амэя, — попытался вмешаться Кен, — Врач сказал: тебе нужен покой для восстановления, а то, что ты можешь услышать, вряд ли будет для тебя радостным. — Хорошо, — неожиданно выпалил Кей, тем самым перебив Кена, — Ты уверена, что сможешь справиться с этим разговором? Услышав это я удивленно замерла, в непонимании рассматривая лицо Баджи. Сказать, что я желала знать правду — ничего не сказать… Но слыша этот тон, в глубине души затрагивались сомнение по поводу всего. Встряхнув головой я всё же отгоняя от себя сомнения — уверенно киваю ему. Тяжело выдохнув, Кей садиться ко мне ближе, серьёзно спросив: — Давай, так? Я разговариваю с Икари, и если она скажет мне, что этот разговор не вызовет у тебя очередной панической атаки, ты с ней поговоришь, ладно? — Всё настолько серьёзно? — едва уловимо шепчу я, чувствуя дрожь от мурашек пронёсшейся по позвоночнику. — Всё не так просто, это точно, — вместо Кейски ответил старший, едва кивнув в сторону Рейна. — Рейн, иди сюда, — позвала его я, опрокинув руки в стороны, болезненно нуждаясь в нём, — Я рядом, — целуя его в макушку, продолжала я, нежно гладя его по спине, чувствуя дрожь, исходящую от него. Не знаю, что произошло на самом деле. Но мне было больно от того, что ему пришлось пройти это в одиночестве. Зная Рейна, он никому не доверился… — Скоро приду, — прежде чем выйти за дверь, добавил Кейске, беззвучно закрыв за собой дверь. И лишь тогда до моего слуха достигли тихие всхлипы… Рейн плакал, отчаянно хватаясь за меня, словно если отпустит — потеряет малейшую нить, к чему-то хорошему. — Не знаю, что произошло, — начала я, наблюдая за тем как Кен вышел следом, оставляя нас на едине, — Но, прости, что меня не было рядом… — крепче обнимая его, прошептала я, желая забрать всё его боль себе, лишь не видеть слез на его лице… Это продолжалось недолго, к моему удивлению он уснул, видимо вовсе не отдыхая последние дни. Осторожно укладывая младшего на постель, я аккуратно укрываю его одеялом. Переодевшись, выхожу в коридор. Облокотившись на перила напротив двери, чего-то ожидал Кен. Став рядом с ним, я не говоря ни слова наблюдала за Кейски ходившем туда обратно на первом этаже, раздраженно разговаривая с кем-то по телефону. — Баджи меняется, — неожиданно выпалил брат, из-за чего я в непонимание смотрю на него, — Мне казалось, что его ничего не сможет изменить, но я был не прав. Я рад, что вы вместе, — осторожно потрепав меня по голове, усмехнулся брат. — Я бы тоже была за тебя рада, если бы ты наконец-то обратил внимание на что-то кроме своего байка. Эмма любит тебя, а ты словно и не хочешь замечать этого. — Похоже Икари приехала, — пропустив мои слова мимо ушёл, буркнул Кен, спокойным шагом шагая к лестнице, то и дело поглядывая на меня, пока я медленно шла за ним следом. Остановившись на середине лестницы, мне казалось, словно я забыла как дышать. В окровавленной одежде в дом входит Икари, за ней следом шёл Секкай и ещё пару людей банды, что ранее мне доводилось видеть. — Чья это кровь? — с ужасающим спокойствием спросила её я. Подняв на меня глаза, женщина лишь тихо хмыкнула, закурив сигарету, устало выдыхая едкий дым над своей головой. — Наказания, — не объясняя больше ничего, ответила Икари, бросая на вешалку дорогой пиджак, что она вряд ли больше наденет, — Если ты готова — пошли, — уходя в сторону своего кабинета, произносит она, у самого порога оборачиваясь в нашу сторону, — Секкай, никого не пускать в мой кабинет, а ещё найдите эту крысу и не дайте больше сбежать. Зайдя за ней следом в кабинет, сажусь напротив неё в кресло, в то время как она наполняет стакан виски делая большой глоток — не запивая. — Мне жаль, Амэя, я не смогла выполнить обещание данное тебе, — даже несмотря на меня, говорила Икари, — Изана подобрался слишком близко, обыграв меня даже не вступив в мою игру… Маленький говнюк, считающим себя королем всего, — гневно прорычала глава. — Ты можешь мне рассказать, что произошло? Я всё ещё нахожусь в не ведомости и меня это убивает. — Я расскажу тебе, но пообещай, что если ты почувствуешь себя как-то не так, то обязательно скажешь мне. — Хорошо… — Начнём тогда с крысы, что завелась в моем гнезде, — задумавшись протянула она, словно сама пыталась собрать все пазлы во едино, — Ты помнишь, что было после твоего срыва из-за семейного ужина? — Я поехала в отель, ты прислала Джейн, чтобы она помогла заселиться. — Я не отравляла её. Джейн Габен, оказалось не настолько верной, как я считала, в итоге сыграв весомую роль во всем этом спектакле, — усталым голосом поправила меня Икари, пояснив: — После того, как под угрозами Нил выделил семейного врача и у тебя взяли пробу крови, оказалось, что порция наркотиков в твоём организме не сходилось с тем, что было подмешано в алкоголе… Мои люди начали расследование и все следы привели к Джейн, именно она была той, что подстроила первые порции этого препарата в твой организм. Начиная с гранатового сока на семейном ужине, заканчивая выпивкой в номере. — Что это за наркотики? — Мне сложно будет объяснить на химическом уровне, так как я сама знаю только поверхностно об этом препарате. Если вкратце — это был сильный психотропный препарат созданные «Натсури» групп. Из-за его составляющих легких наркотиков и стимулирующих веществ — является сильным афродизиаком. Именно по этому «Натсури» не выпустила его в свет, оставив в подполье для продажи в бордели и других целях не менее мерзких. — Ладно, — машинально ответила я, двумя пальцами потирая переносицу. В полной мере пытаясь осознать, масштаб бедствия, того, что происходило за объективом камер «идеальных Натсуда», — Однако, кроме действий… Афродизиак, у меня были галлюцинации. Сильные, — подавляя дрожь от воспоминаний того вечера, продолжала я, пытаясь взять себя в руки, — Настолько, что я на самом деле была уверена, что это был Баджи… — Это было ожидаемо, — прикусив губу ответила Икари, наблюдая за моей реакцией, но вскоре продолжила, — При большом количестве этого вещества, помимо сексуального влечения, могут начаться галлюцинации, и некоторые другие побочные эффекты. Думаю, так твой мозг пытался в очередной раз защититься от стрессовой ситуации. — В очередной раз? — не задумываясь, прорычала я, почуяв, что-то неладное в ее словах. Опешив несвойственно себе, глава замолчала, нервно забарабанив по столу длинными пальцами, украшающийся множествен колец, от чего, казалось словно звук доносился далеко за пределами этого кабинета, — Ты опять мне что-то не до рассказала, так? — Амэя, — устала протянула она, — Ты не была готова к тому, чтобы узнать правду… — Какую правду?! — услышав это, я не на шутку взбесилась, подскочив со своего места. Ударяя кулаком об поверхность стола, громко закричав, — Икари, какого хера ты опять от меня скрываешь?! Стук в дверь, моё сердце пустило удар, что нельзя было сказать о невозмутимой Икари сидящей напротив меня. Ещё один стук… Это было не так внезапно как до этого, от чего ярость снова брала надо мной верх, заставляя кровь закипать в жилах. — Говори, — раздраженно процедила я, угрожающе сжав кулаки, — Икари, прекрати делать из меня ничтожество, не способное, выдержать правды. — Ты сильная, но не твой разум, — спокойно ответила она, на миг показавшись мне совершенно другим человеком, — Как думаешь, почему ты так легко доверилась Баджи, по своей природе в принципе не веря людям? — К чему эти вопросы? — тихо рычу, слыша голос парней, раздающиеся за дверью. Крик Кейски, громкие возгласы Кена и знание того, что Секкай стоит за дверью — напоминая цербера у входа в царство мёртвых. Это было даже иронично, с учетом того, что мы с ней и в прям были мертвы. Ведь даже при моем большом желание он бы не выпустил меня, без её разрешения. Как верный пёс, не позволяя умершим возвращаться в мир живых, а живым посещать мёртвых. Но мы были здесь, дышали, а значит, все что мы знали может оказаться абсолютно не тем, чем кажется… — Твоё сознание блокирует воспоминания о прошлой жизни, к этому я веду. — Я помню свою прошлую жизнь — поэтому пришла к тебе! — Ты не поняла, — горько усмехнулась глава, — Ты не в первый раз погибаешь… Это было множество раз, в тех жизнях где тебе всё же не удалось сбежать от Изаны. — Если ты так уверена говоришь об этом, то… — Да, я помню всё. Все разы, когда снова и снова теряла Шиничиро, не в силах изменить судьбу. Как Широ умирал из раза в раз, из-за Изаны, сходящего с ума. Помню ощущение, когда разум покидает тело, оставляя после себя лишь бездыханное тело. — Почему? — выдавила из себя я, обессилено упав в кресло, от осознания сказанных её слов. Голова начинала чудовищно болеть, собирая в пазлы всё, что было до этого. Но некоторые вещи всё же не сходились, — Почему ты рассказываешь это сейчас? — Я верю в то, что в этот раз мы сможем изменить неизменное. — Как?! — истерично закричала я, задыхаясь в слезах, чувствуя себя так, словно меня снова загнали в угол. Боясь шелохнуться, как когда-то в детстве от мысли того, что меня вновь окутает тьма, но вместо этого, я ощутила тепло от рук, обвивших мое тело. — Дыши, — успокаивающим голосом говорила Икари, нежно гладя меня по спине, — Давай, вдох-выдох! — не прекращала она, — Многое уже изменилось. Ты смогла это сделать, слышишь, Амэ? У тебя и в прям получается изменить «судьбу». — Тогда почему всё так отвратительно? — Это жизнь, она всегда была жестокой и несправедливой, но в тебя удалась. Ты отдалилась от своего отца — сумев дать ему отпор, став его «наследием»; Спасла Кена перетянув чужой гнев на себя. И я верю в то, что у тебя получиться спасти Баджи в этот раз. — В этот раз? — опомнившись, спросила я, осторожно отстраняясь от неё. Смотря в изумрудные глаза, пытаясь отыскать там ложь, но место этого я увидела решимость, что никогда ранее не было в её безжизненных глазах, скрывающихся под маской веселой и беззаботной главы банды. — Жизнь всегда сводила вас вместе, думаю, можно сказать, что вы связаны красными нитями. Но в этом было огромное «НО» — Изана с каждым разом становился безумнее, чем прежде… Кейски любил тебя, и даже в этой жизни снова стал тем, кто дарит тебе свою любовь, бездумно бросаясь вперёд, лишь бы защитить тебя. Именно по этому я задала тебе тот вопрос: на который ты можешь и так ответить. Кейски был единственным, кто несмотря ни на что, остался с тобой рядом, даже если это значило умереть ему самому. — Если ты говоришь, что он был единственный, почему ты со мной? — не понимая собственные чувства, прорычала на неё я, — Чего ты добиваешься? — Я хочу чтобы мой ребёнок жил, и смог однажды сам построить свою жизнь, завести семью и заниматься всем чем только пожелает. Поэтому я с тобой, потому, что ты была той, что не раз спасала не только меня, но и Широ… Даже однажды погибла, защищая его своим телом. После этого я дала клятву 7 богам, что если мы вновь вернемся назад, я не оставлю тебя, даже если мне придётся выстроить за собой гору трупов. — Мне жаль… — не найдя больше слов, протянула я, на самом деле не понимая кому были предназначены эти слова, — Ты говоришь, что я справилась, но что отличается от того, что было раньше? — Ты перестала верить в своего отца, на самом деле откинув малейшие надежды на его любовь. Ты уже не маленькая, разумом являясь старым и невероятно уставшим человеком. А ещё, — задумавшись начала Икари, прикуривая очередную сигарету, — Появился этот — Такемичи Ханагаки, сколько бы раз мы не начинали всё заново, его не было. Думаю, что именно вы станете ключом в нашей победе над Изаной. — А ты? — К сожалению, я связана по рукам и ногам. Поэтому, вам придётся сражаться с ним вдвоём, но даже так, я прикрою и направлю вас, если это будет нужно… Скорее всего ты мне больше не поверишь. Но на самом деле это всё, что я могу сказать на данный момент. Не считая, событий с которых скорее всего стоило начать этот разговор… — О чём ты? — тяжело выдохнув спросила я, обессилено развалившись в кресле, пытаясь осознать всё сказанное ей. — Кристал умерла от передозировки той же ночью. — Что?! — вскрикнула я, подскочив со своего места, — Почему мне никто об этом не сказал?! — Мы решили, что так для тебя будет лучше. Парни не знают, но так как её смерть входила в расследование моих ребят, выяснилось, что именно твой отец убил мать твоего брата, подстроив это как передозировку. Именно этот скандал, смог прикрыть тебя перед прессой, оправдав ваши неожиданное решение с Рейном, отправиться учиться в Японию к вашему дяде. — Сукин сын… — в шоке прошептала я, в ужасе представляя то, что сейчас могло происходить с Рейном, — Какая же он всё же тварь. — Если ты захочешь уничтожить его, мы с Алленом тебе поможем. У меня свои счёты с Нилом, но и ты с Рейном натерпелись от этого человека. Получив столько боли, что хватит ещё на пару жизней… Просто скажи, и улики на это будут у тебя, а вместе со всем, что есть у Аллена, можно будет добиться крайне жестокого решения суда. — Я подумаю, над этим, Икари… Сейчас я нужна брату. — Мне нужен ответ, Амэ, — серьёзным тоном, не останавливалась Икари, на самом деле становясь жестоким главой преступной организации, — Да или нет? — Да, — прежде чем выйти, сказала я, лишь мельком заметив ужасающий оскал появившийся на ее лице. Прежде чем выпустив меня, Секкай посмотрел на Икари, выходящей за мной следом. Пропустив меня, «цербер» оказался у своей «хозяйки», от виду чего, меня накатил истерический смех, но я сдержала его, завидев Рейна, стоящего за Кеном. — Мне очень жаль, — заключив брата в крепкие объятия, прошептала я, — Просто, что не была с тобой в такой сложный момент. — Я ненавидел её! — плача взвыл Рейн, наконец-то получив возможность выплеснув всё что было, — Но даже так она была моей матерью! Амэ, он не дал мне даже с ней попрощаться! Отец не позволил даже шагнуть на порог дома во время её похорон! — Почему ты не пустила никого внутрь? Из-за чего Амэя начала кричать? — закричал Кейски, выскочив из одной из комнат, вслед за которым, вышло двое людей, что пришли вместе с Икари и Секкайем. Всё было словно в замедленной съемке. Не на шутку взбешённый Кейски, угрожающе приближающий к Икари. Глава, без всякого интереса наблюдавшая за происходящим и Секкай, что стоял, зная что должен делать. Спихнув Рейна Кену, я сама не понимаю как оказываюсь возле Кейски. Отпихивая его за плечо назад, встав между ним и ручным монстром Икари, ощущая холод металла, прижавшегося к моему животу. Только мы с Секкайем знали, что происходит между нами… Дом погрузившийся в тишину и безмолвную борьбу между нами. Он был психом, я это знала, но продолжала стоять, осознавая, что за мной был Кейски. — Убери нож, — на английском приказала я, на что он лишь крутанул рукоять в своей руке удобнее устроив её в своей ладони, — Икари, — окликнула её я, даже не взглянув в её сторону. Знаю, что она с азартом наблюдала за нами. Так же как и всегда, когда между нами случались разборки, — Отзови его. — Привяжи своего придурка к себе, иначе он не доживет до рассвета. — Тронешь его, и я медленно раскрою тебя, перережу каждый мускул, заставляя умирать в такой агонии, чтобы ты истекал кровью, не в силах даже шелохнуться, тогда смерть покажется тебе божьей благодатью. — Успокойтесь, психи! — своей привычной реакцией, рассмеялась Икари, — Секкай, убери нож. А ты Амэ, угомони Баджи, — прежде чем отправилась в сторону выхода, добавив: — Ваш самолёт будет завтра вечером. Я заказала еду на ужин, её скоро доставят, поешьте и ложитесь спать. Завтра привезу Аллена, поедете с ним. Не зная за что взяться, я стояла как вкопанная, наблюдая за тем. Как те же люди, приводили дом в порядок, избавляясь от всего, что могла хоть как-то привести к Икари из-за её сегодняшней работы. Забрав парней в гостиную, мы включили фильм лишь бы отвлечься. Кен сидел дальше нас всех от телевизора. В то время как я не на миг не отпускала от себя Рейна, желая доказать, что я рядом с ним. Кейски тоже молчал, сидя рядом со мной на диване. Хоть по телевизору шла комедия, никто из нас ни разу не улыбнулся… Каждый думал о своём, возможно кто-то предвещал завтрашний день, а может кто-то из нас надеялся на хорошее будущее… Я в свою очередь молчала, пытаясь понять свою жизнь: настоящее, прошлое и грядущее будущее. Слишком много вопросов, и так мало ответов… Даже так, я ни на миг не оставляла старания осмыслить свою жизнь перед последним шагом. Желая знать, что уже совершилось, и предугадать то, что будет…