Школа^∞

Как лег, так и провалился в забвение. Этот день сильно измотал меня, так что я заснул несмотря на то, что в глаза светили лампы освещения. Не знаю, что мне снилось, но это было что-то обыденное, словно я только пришел домой и начал делать домашние дела. Только я подумал все стало хорошо, как тут же начали раздаваться какие-то звуки разговоров. Кто-то о чем-то говорил или спорил. Полноценно разбудил меня толчок от Пузыря. «Э вставай, шашлык, там свет в коридоре отключили», — сказал он, сидя на корточках перед мной. Спросонья я вообще ничего не понял, задавался вопросом что делает он в моей комнате, какой еще коридор. Осознание пришло ко мне чуть позже. И я уже, как и все остальные наблюдали за черным проемом двери, ведущей в коридор. Свет в спортзале все еще оставался, но вот во всей остальной школе его похоже не было. –Похоже это именно то, до чего не успел Антон из записки. Будем надеяться, что оттуда к нам ничего не вылезет, — почесал подбородок Петя Северный. –Ой, мамочки! — взвизгнула Надя Пальцева. –Так, ребят, не паникуем, сейчас просто двери закроем и все. Саня, давай, — четко сказал Артем. Перед пестовым расступились и он навалил на двери несколько шкафчиков. Как я позже узнал, этих шкафчиков было в общем счете не меньше 100 штук. После этого мы еще некоторое время просто стояли и прислушивались к тому, что происходило за стенами нашего временного убежища. –Видно что-нибудь? — спросил Максим Котелков у Пестова. –… ничего. Да и не слышно вроде тоже. Просто пустые темные коридоры и все. Ничего особенного. Сейчас сколько времени? — помотав головой в разные стороны, спросил Саня. –23:16, — сказал Вера Белуга, смотря на своей телефон. –Могу предположить, что в 23 часа свет отключается сам собой, по расписанию. За отсутствием других идей, это идея была принята как верная. Как ни странно, но от этого мне стало только легче, ведь можно было хоть как-то определять, где условная ночь, а где условный день. Когда всем надоело стоять возле двери, некоторых из нас потянуло ко сну, а другие еще занимались чем-то, но вскоре и они улеглись. Как мне сказали, «день» здесь начинался с 7 утра. Даше Зайцевой не спалось от стресса, вот она и ходила туда-сюда, пока не заметила, как включился свет в коридоре. День у нас начинался не с кофе. Когда все так или иначе проснулись, то было принято решение раздать все немного еды. Когда Саня освободил проход, выстроилась очередь. Порции круассанов, батончиков и шоколадок выдавали все те же три человека, что и приняли это решение. Как по мне надо было просто раздать всем на эти четыре дня и ладно. Там уж пускай каждый сам решает, как ему быть. А то выдают там маленькими порциями, ими и не наесться как следует. После этого мы были предоставлены сами себе. Кто-то просто лежал ничего не делал, кто был занят чем-то. Но так или иначе каких-либо больших дел не намечалось, так что я решил просто побродить по окрестностям. Было понятно, что далеко заходить не следует, но и я не собирался уходить за несколько километров. Я просто хотел походить посмотреть, что да где есть. Вместе с собой я позвал Банана, а уже с ним пошел и Пузырь. За ними увязался и Максим Котелков, как он сказал: «за компанию». Основного плана куда можно было пойти не имелось, так что мы первым делом решили пойти в кабинет слесарей. Пестов куда-то ушел, так что точно сказать, где находился этот самый кабинет мы не могли, так что пришлось идти наугад. Хорошо, что мы знали примерное место расположения. Спустившись на первый этаж, хотя этот первый этаж был относительным, ведь лестница вела еще дальше вниз, мы начали бродит по этажу, проходя по высоким и широким коридорам. Было бы тихо если наши разговоры, шаги по кафельному полу и остроумные, как сам думал Максим, фразы не разрезали тишину. У наших разговоров не было цели, мы просто говорили каждый, кто о чем думает. –Если бы попали прямо сейчас домой, то просто бы проспал весь день, а на следующий бы лежал на диване и сидел на ютубе, — сказал Банан. –Такая же ботва. Главное, чтобы родаки тебе за такие прогулы пизды не дали, — усмехнулся Пузырь. –А я бы просто хорошенько погулял на воздухе, под открытым небом, -сказал я. –Ну а я бы такое дело бы отметил. Эт, был бы повод, — мечтательно сказал Максим. Под такие разговоры мы и дошли до кабинет слесарей. Кто бы мог подумать, что там не будет простая курилка с инструментами, а полноценный ремонтный цех. Чего там только не было, одних инструментов там было на несколько десятков килограмм. Там так же еще были и всякие лестницы, спецодежда, расходные материалы по типу гвоздей и шурупов, всевозможные кабели. Недолго думая, мы все же решили взять с собой сколько сможем, а потом сообщить об этом остальным. Так мы и поступили, взяли с собой разных ключей, Максим повесил себе на плечо кабель, Пузырь нашел какой-то мешок и насыпал туда гвоздей в перемешку с шурупами и саморезами. Банан и я взяли всевозможных инструментов. Мы также еще взяли по разной мелочевке от замков до изоленты. Зачем они нам тогда нужны были мы не знали, но если что-то можно взять, то так лучше и поступить. А мало ли, вдруг пригодится. Пока мы были на первом этаже, решили еще и проведать кабинет техничек. Может и там найдется что-то интересное. Но каково же было наше удивление, когда мы поняли, что ходить с набитыми всевозможным железом карманами не так уж и легко. Но чтобы не показать, что нам не трудно и что мы не слабаки, мы просто отшучивались по этому поводу. Немного побродя, мы нашли что искали. Подсобка техничек оказалась тоже не так уж и маленьких размеров, одно только название говорило, что это подсобка. Да там было не меньше 50 м2. Вот там уже не было чего-то такого интересного. Все возможные швабры, щетки, какая-то одежда, различные моющие средства и прочая бытовая химия. Там мы задерживаться особо не стали. Правда наше внимание привлекла специальная тележка, в которой технички должны были перевозить свои ведра и швабры. Пузырь предложил переложить туда часть вещей чтоб еще можно было набрать. Так мы и сделали, и даже несмотря на то, что мы не показывали вида, что нам было совсем не тяжело, но больше брать не стали. Разве только Пузырь взял с собой швабру: «Да я из нее копье сделаю, когда придем.» Когда мы выходили из подсобки, нам в глаза бросилась дверь. Нет она не появилась там сама собой, мы ее просто не заметили, когда заходили. Вот только эта дверь заметно отличалась от тех, что были раньше. Она явно не принадлежала тому месту, где мы находились, то есть была не школьной. Немного постояв и пообсуждав эту дверь, мы все же решили посмотреть, что там может быть. Мрачный коридор, тусклые лампочки, грязные изношенные полы. Вот такая картина нам предстала, когда мы ее открыли. Разница между светлой и чистой школой, в которой мы находились, и этим, я даже не знаю, может это был коридор из какой-нибудь коммуналки, была разительна. Оттуда прямо так и веяло безнадегой и разложением. Долго мы туда смотреть не стали и быстро закрыли эту дверь. Больше мы путешествовать особо не хотели и направились прямо к своему временному убежищу. Колесики тележки мерно скрежетали по кафельному полу. Мы время от времени разговаривали о том, о сем и вскоре уже подошли к лестнице. Вот тут-то нас и ждал первый облом. Нам предстояло поднять на высоту больше 10 метров по лестнице тележку, которая весила где-то как средний взрослый человек. Но делать было нечего, так что решили навалиться всем вместе и все же дотащить эту проклятую телегу наверх. Сказано — сделано. Не знаю сколько у нас на это ушло, но мы все же одолели лестницу. Уже в лагере, рассказав обо всем, что мы нашли, мы бросили ту тележку. После чего было принято решение хорошенько отдохнуть. В те кабинеты еще ходили, таскали мелочь по мелочи. Вроде бы почти все перенесли, большую часть конечно же перенес Пестов, когда пришел откуда-то. Вместо того, чтобы брать по мелочи, он взял оттуда целый шкаф, напихал туда все, что влезло, да так и притащил. Пузырь, как и сказал, сделал из швабры и своего ножа целое копье. Ему примеру последовали еще пара ребят, которые тоже начали как-то усиливать свое вооружение. Благородя инструментам у Феди Аджахова, получилось сделать целый щит из двери шкафчика. Только выглядело это все не очень надежно. Парикмахер так вообще разошелся и привязал нож к скакалке. Надо ли говорить, что ему настоятельно порекомендовали не использовать такую самоделку, но он был непреклонен. Тогда ему просто сказали, чтобы он шел махаться своим новым оружием куда-нибудь подальше от остальных. Все чем-то занимались. Кто-то делал себе оружие, кто-то разбирал притащенный хлам, кто-то, как Саня Потемкин, делал себе что-то вроде палатки. Каждый старался занять себя чем-то. Ибо было два варианта: сидеть в лагере и чем-то развлекать себя, либо, чтобы побороть скуку, пойти исследовать местные коридоры и закоулки. А так как этот окружающий мир был новым и непонятным, от чего одновременно страшным, то особо как-то не хотелось уходить из места, которое могло дать хоть какую-то защиту.