Спасение

Как давно это было, когда я жила? Счастье, что есть оно? Я не слышала этих слов так давно, что уже начала забывать об их значении. Счастье, что это? Нет, не слышали о таком. Так думает каждый в это время. Война. Холод и печаль. Скорбь об убитых. Смерть... Это был 1941 год. СССР. Мне было 10. Я и раньше была не такая как все. Болела постоянно, всегда бледная и уставшая, точно я мертва. Общалась я мало, всё больше предпочитала книги людям. В школе общения так вообще не было, все книги, да книги. Отстаньте от меня все! А потом случилась война... Это было быстро, никто не ожидал нападения. По громкоговорителю объявили, чтобы все немедленно уходили домой, но никто не успел. Рядом со мной взорвалась бомба. Все стекла в ближайшем здании были выбиты. Тот момент казался вечностью. Очнулась я уже дома. Открыв глаза, я не понимала, что происходит, голова раскалывалась, а перед глазами была всё та же картина: кровь, много крови. Дом был пуст. Гробовая тишина стояла во всем большом здании, и только свист пуль за окном нарушал ее. Лето прошло. Наступил сентябрь. Мне исполнилось 11. Я сидела на подоконнике и читала книгу. Было 5 утра. В семь, пришла Шура. Шура - старушка лет 65, давно не молода и очень сварлива. Мы были соседями. Жила она за стеной и иногда заходила. На завтрак были каша и чай. А весь оставшийся день я провела под одеялом с книгой. Так прошли недели, месяцы. Наступил ноябрь, я заболела. Уже к декабрю мне было не до войны, не до книг. Чувство обречённости, от такой жизни уж лучше сразу помереть! Я и так была меньше нормы по весу, а теперь из-за болезни даже с кровати с трудом встаю. Все оставшиеся в доме ждали моей смерти. Только Шура приходила, да и то лишь для того, чтобы принести поесть. Так прошла ещё неделя. Этот день я запомнила на всю жизнь - 17 декабря. Утро было туманным, снег валил так, что видимость была нулевая. Ещё и ветер. Отопление в этом году не дали. Я проснулась поздно, часов в 12, а может я просто не хотела открывать глаза? Я бы и дальше не вставала, но за ночь в окно попала пуля, так что из него дул не стихающий ветер. Медленно встав, я подошла к окну. Жуткий холод тут же пронзил все мое тело. Иногда за окном пробегали солдаты. Черные фигурки - живая смерть. Я снова уселась на кровать. На тумбочке стояла железная миска с похлебкой из картошки и хлеба, давно размокшего в воде. Комната покрылась инеем. Я все сидела и смотрела на ледяные конечности собственного тела. Руки беспомощно сжимали ступни. Наконец, собравшись с силами, я встала и вышла в коридор. Безжизненный и холодный. Я пошла в сторону кухни, надеясь найти хоть кого-то, кто закроет дыру в стекле. Хотя, поможет ли это? Я шла с закрытыми глазами, сил не хватало, чтобы открыть их. На кухне было теплей. Температура воздуха уж точно была не минусовая. Две женщины сидели за маленьким столом, устелённым клеенкой и болтали о чем-то своем. Встав перед ними, я не смогла открыть рта. Губы от долгого молчания были скреплены так, будто их клеем намазали. Сделав усилие, я прошептала что-то невнятное о пуле. Женщины вспорхнули со своих стульев, и начали охать и ахать, тараторя так, что ничего не было понятно. Меня усадили на стул и дали кипятка из только что вскипевшего чайника. Я сидела на кухне. Дверь с запотевшем стеклом была прикрыта. Впервые за долгие недели было хорошо. Тепло. Через полчаса я услышала шаги по направлению к входной двери В дом кто-то пришел, но мне было всё равно. Чувство эйфории не покидало меня. Я слышала разговоры, и даже смех. Давно такого не было. Прошло ещё десять минут. Меня позвали из коридора. Как только я приподнялась, у меня закружилась голова. Сделав ещё одно усилие, я вышла, держа в руке кружку с кипятком. Спустя десять минут я дошла до своей комнаты. И снова холод, а потом жара. Хотелось упасть. Нажав на ручку двери, я вошла. У окна стоял высокий мужчина. Он не был солдатом, в темном костюме и шляпе. У меня начались галлюцинации. Все произошло в один момент: вот я стою в одной ночной рубашке с кружкой в руке, а вот он поворачивается, и я начинаю падать. Мне показался его черный костюм одеянием смерти. И тут глаза перестали видеть. Стало так жарко, словно летом. А в комнате мороз. Падая я зацепила тарелку, всё ещё стоявшую на тумбочке, уже лёжа на полу я видела, как мне в голову летит тяжёлая посуда. Через закрытые глаза я слышала, как кружка отскочив от моей груди, со звоном падает на пол. Я потеряла сознание. Очнулась я на своей кровати с ужасными болями по всему телу. Очень хотелось умереть. И тут я увидела, что все тот же человек в черном стоит у окна. Как долго он там? Я вспомнила, что это в нем я увидела смерть, хотя на самом деле для меня он оказался жизнью, спасением. Он подошёл ко мне и с мягкой улыбкой на лице объявил, что я уезжаю. Он обещал вернуться завтра. Ушел. На тумбочке стояли какие-то микстуры. Врач он что ли!? Я взглянула на окно. Оно было целым. Но как? Не приснилось же мне это!? Голова разболелась и я уснула.