Она обманула его

Нохара вслушивается в мерный звук удара колес поезда о рельсы. Пейзаж за окном сменяется на угрюмую серость, на припорошенные снегом верхушки одиноких деревьев и уходящие куда-то вдаль равнины. Внутри вагона пахло чем-то затхлым и совсем немного едой. Ниюта окончательно убеждается, что ей никогда не нравились поезда. Однако это был единственный способ избежать лишних вопросов и проблем, а еще возможность добраться до города меньше, чем за сутки. Кто бы мог догадаться, что Орикаси сразу же отправят под гражданский суд для дальнейшего разбирательства. Ниюта прикладывает прохладные пальцы к вискам, утвердительно кивая на предложение проводника выпить кофе.        — К сожалению, прибытие немного задержится из-за непогоды, — подавая Нохара бумажный стаканчик с ароматным напитком, сообщает молодая девушка в форме. Ниюта перевит хмурый взгляд за окно — к вечеру снег усилился, из-за чего разглядеть, что происходит снаружи, становится сложнее. Внутри все как-то скручивает и неприятно тянет, Хатаке на пару с Учиха вероятно с ума сойдут, когда узнают, что она сбежала из Конохи для встречи с Такуми. Но Нохара заходится в каком-то истерическом порыве докопаться до правды, чтобы просто утереть им обоим нос, доказывая, что они были не правы, оставляя ее в неведении. Девушка отпивает кофе, удивленно отмечая, что вкус у него отменный, с легкой кислинкой. И если Ниюта топала ногой и обиженно заявляла Обито, что не собирается больше участвовать в этом деле, то остудив голову на пути домой, изнутри возникло практически детское желание докопаться до правды. Именно потому, когда поезд прибывает ровно в полночь по местному времени на станцию, Ниюта плотнее укутывается в куртку и быстрым шагом добирается до высокого здания местного отдела полиции, где сейчас по ее предположению должны были допрашивать господина Орикаси, а в последующем и самого даймё Страны Огня. Нохара почти не врет, когда говорит следователю, что вынуждена встретится с Орикаси Такуми по приказу господина Хокаге, почти не врет и о том, для чего нужна эта встреча.        — Выяснение некоторых деталей передачи средств в руки Черного Солнца, — серьезно отвечает Ниюта высокому следователю, который только кивает и проводит ее до нужных дверей. Нохара кивает двум постовым, что стоят по обе стороны от металлической двери, которая ведет в следственный изолятор. В коридоре мигает лампочка, грозясь в скором времени перегореть, и это действует ей на нервы. В тот самый момент казалось, что все на свете может стать концом для натянутых струн по всему телу Ниюты. Простая вредность толкает ее вперед и вместо того, чтобы пойти к Какаши, накричать на него и потребовать объяснений, она ввязывается в очередную авантюру, за которую потом обязательно получит выговор, а может быть, и нервы самого Хатаке не выдержат, и он ее отстранит.        — Ниюта-сан! — Такуми не скрывает своего удивления, когда замечает Нохара в дверном проеме. — Не ожидал вас тут увидеть. Прическа Орикаси больше не была идеальной, пряди волос спадали на его высокий лоб, делая его слегка моложе. Пиджака на нем не было, он покоился на спинке стула, а рукава помятой рубашки были закатаны до локтей. Ниюта хмыкает, отмечая для себя, что даже в таком виде, Такуми производил впечатление важного человека.        — Не могу сказать о вас того же, Такуми-сан. — Нохара присаживается за стол напротив мужчины, расстегивая свою верхнюю одежду. — У меня есть к вам вопросы.        — Я не сомневаюсь. — Орикаси усмехается слегка надменно и откидывается на спинку стула, разглядывая девушку таким довольным взглядом, даже победным. — Господину Хокаге все же стоило посвятить вас во все детали этого дела, раз уж он поручил вам миссию по присмотру за Учиха.        — С чего вы взяли, что моей миссией был присмотр за Обито-саном? — Ниюта слегка поддается вперед, укладывает локти на стул, переплетая пальцы в замок. — Какую роль, вообще, играет Обито-сан в этом всем?        — А как вы думаете, Ниюта-сан? — Такуми подражая девушке, наклоняется вперед, понижает голос до шепота: — Разве вы с Шикамару-саном не выступали как сопровождающие для Учиха при переговорах с Черным Солнцем?        — Переговоры сорвались, Такуми-сан. — Нохара щурится, слегка качая головой. Какое-то другое предчувствие расползается по рукам, вниз до самых стоп. Взгляд мужчины перед ней был настолько торжественным, что ей на мгновение показалось, будто они поменялись ролями. — Существует две организации, так ведь? Орикаси медленно кивает, возвращаясь в исходное положение, с легким недовольством смотрит на наручники на своих кистях и встряхивает ими. Нохара невольно сравнивает его с Асурой, который ни капли своего достоинства не сохранил, оказавшись в кандалах. Такуми наоборот заставляет чувствовать себя так, будто он здесь в роли следователя.        — Вы правы, Ниюта-сан, всегда существовало две организации и цели у них были абсолютно разными. — Мужчина хмурится, встряхивая головой, чтобы убрать с глаз спадающие на них волосы. — Асура почти так же хорош в актерском мастерстве, как и сам Учиха. Создавая образ благодетеля, который желает искоренить несправедливость из мира шиноби, он надеялся найти поддержку в лице даймё и кого-то вроде Учиха. — Такуми хмыкает, замечая, как на лице девушки отражается недовольство. — Вы слышали его историю?        — Смею предположить, что она схожа с историей Обито-сана, — тяжело вздыхая, отзывается Ниюта, откровенно не особо желая знать, чем именно руководствовался Хироки. — Каковы же настоящие мотивы Черного Солнца? Орикаси расплывается в ироничной усмешке, от которой по спине бегут мурашки. Нохара на мгновение чувствует себя такой глупой, несмышленой, что становится стыдно. Во взгляде мужчины читается насмешка, и все это делает небольшое помещение изолятора таким некомфортным, что Ниюта оттягивает ворот свитера.        — Очевидно, что мировое господство. — Такуми фыркает, обводит рукой, на сколько позволяли наручники, небольшую комнатку. — Как банально.        — Значит, даже даймё не знали о двойных планах Черного Солнца? — уточняет Нохара и сводит брови на переносице, получая утвердительный кивок от Орикаси. — Тогда откуда это известно вам, Такуми-сан?        — Вам ли не знать, что каждый преследует свою личную выгоду? — Мужчина пожимает плечами, задумчиво проходится взглядом по лицу Ниюты. — И моя выгода оказалась схожа с выгодой Идзити Сотаро.        — Идзити Сотаро? — непонимающе переспрашивает Нохара, тут же напрягаясь всем телом. Ниюта неожиданно задается вопросом, как много еще от нее скрывал Какаши, помимо деталей этого дела. От каких еще опасностей, по его мнению, он ее ограждал? Усталость как-то неожиданно сваливается на девушку головной болью. Нохара даже не находит в себе сил злится на Хатаке, понимая, что все это время позволяла ему так поступать.        — Правая рука Асуры, тот чей разговор вы подслушали, Ниюта-сан, — наблюдая за девушкой, объясняет Такуми. Оба молчат довольно продолжительное время, Нохара требуется оно, чтобы разложить по полочкам информацию, а Орикаси находит забавным, что господин Хокаге пытаясь защитить дорогую Ниюту, оставляет ее в неведение, подвергая еще большей опасности. — Предупреждая вас об опасности тогда в особняке, я действительно не угрожал вам, Ниюта-сан. Асура воспользуется любыми рычагами давления на Учиха, если его нынешний план не сработает.        — Асура схвачен и сейчас находится в тюрьме Конохи, — поднимаясь из-за стола, Ниюта принимает решение, что в дальнейшем продолжении разговора больше нет смысла. Она выяснила все, что ей требовалось.        — А Сотаро-сан — нет. Нохара странно дергает плечом, застывая на полушаге, в конечном итоге все становится на свои места. Тогда, в небольшом помещении следственного изолятора под хитрым взглядом Такуми, она впервые ощущает себя настолько одиноко и разбито, что хочется плакать. Ниюта не прощается, выскакивает в тускло-освещенный коридор, даже не обращая внимания на вопросительные взгляды двоих охранников, широким шагом покидает здание полицейского отделения. Она уже и не вспомнит, когда последний раз ее душил ком в горле, а глаза наполнялись непрошеной влагой. Нохара прячет лицо в руках, часто дышит, надеясь избавиться от этого мерзкого чувства удушения. Кто еще водил ее за нос? Шикамару тоже знал, но тактично молчал, однажды проболтавшись о планах Хатаке, который и не собирался посвящать Нохара в них. «Обмани его, Ниюта». Разве она заслуживала быть особенной, когда даже не помнила голоса старшей сестры, из-за которой теперь каждый считал своим долгом оградить ее от опасностей. Нохара зарывается пятерней в волосы и сгибается пополам, пока дожидается обратного поезда на пустующей станции. Пар вырывается изо рта, когда она жадно глотает воздух, который льдом опаляет легкие. Обито ведь был таким же, что бы она себе не придумывала, как бы не пыталась изменить. В конечном итоге все упиралось в то, что он видел в ней только Рин и возможность исправить прошлые ошибки. К утру снег заметает пути, оттого состав задерживается на станции отправления, а машинист долго с кем-то ругается, высовываясь из двери. Нохара прислоняется к окну, кутается в куртку, ощущая, как ее бьет неприятный озноб. По возвращении в деревню она не пойдет к Какаши, не станет выяснять отношения. Спрячется в ванной комнате, представляя, что за ней и правда пришли монстры из кошмаров, и не станет больше отвечать на трезвонящий телефон, кто бы там не звонил. А если к ней заявится Обито, она просто не откроет ему дверь — вот так по-детски поступит Ниюта. Чья-то высокая тень заставляет Нохара вынырнуть из собственных размышлений, слегка вздрогнув, обернуться на незнакомца.        — Тут свободно? — Мужчина смотрит на нее с легкой флегматичностью, ворот куртки поднят так высоко, что скрывает добрую половину его лица, а на темных волосах намерз снег. Зато голос у него смутно знакомый — безэмоциональный и ровный.        — Да, конечно. — Нохара кивает, стаскивая свою сумку с соседнего сидения. Ниюта слегка поворачивается на своего попутчика — от неожиданности не может совладать с эмоциями на своем лице. Смуглая кожа и немного прищуренный недобрый взгляд: она даже не предполагает, а знает, что под высоким воротом скрывается странная маска-респиратор, из-за которой голос незнакомца звучит приглушенно.        — Чудная техника водного зеркала, — вытягивая ноги вперед, тянет мужчина. Нохара медленно выдыхает, незаметно нащупывая припрятанный кунай во внутреннем кармане куртки. Незнакомец оборачивается на нее, сверкая изумрудно-зелеными глазами — неестественными, даже пугающими.        — Сотаро-сан полагаю? — Ниюта заставляет себя расслабиться, делая вид, что абсолютно не напугана неожиданно встречей. Идзити хмыкает, но звук искажается респиратором и становится похож на хрип. Нохара пропускает прядь волос сквозь пальцы, и даже без способностей сенсора, чувствует какая сильная чакра исходит от мужчины.        — Я и не сомневался, что Такуми не станет держать в секрете наши с ним планы, особенно от вас, — расстегивая свой плащ, спокойно отвечает Сотаро.        — Что это значит? — Ниюта следит за движениями нукенина, пытается просчитать все возможные исходы, если придется с ним сражаться, но поезд неожиданно трогается.        — Что вами не могли не заинтересоваться, раз вы являетесь близким другом Учиха Обито-сана, — только по собравшимся в уголках зеленых глаз морщинкам становится понятно, что Идзити улыбается. Какаши тоже улыбался одними глазами, но его улыбка была доброй, теплой, в Сотаро же не было ничего, кроме холодного безразличия.        — И что же вы намерены делать, Сотаро-сан? — Ниюта окидывает взглядом полупустой вагон, облегченно отмечая, что если и придется драться, так удастся избежать ненужных жертв.        — Ничего, что могло бы вам навредить в данный момент, Нохара-сан, поэтому прошу вас, уберите оружие, — насмешливо выгнув брови, отзывается мужчина. — Я выйду на следующей станции, возможно, даже перекинусь парой слов с Учиха-младшим. К сожалению, этот мальчишка не такой сговорчивый, как Учиха Обито-сан, пусть он и привязан к членам своей бывшей команды, у меня большие сомнения, что они смогут сильно повлиять на его решение даже если не предать Коноху, а просто присоединится к нам. Нохара недовольно косится на Идзити, но послушно прячет кунай обратно в скрытый карман, показательно складывает руки на груди, откидываясь на спинку кресла. Как она и предполагала, миссия Саске заключалась в поимке правой руки Асуры. Однако все так же остается не ясно, каким именно образом они собираются действовать теперь, когда глава Черного Солнца находится под стражей лучших шиноби Конохи.        — Думаю, вы не понаслышке знаете, что случилось с вашей старшей сестрой, — Сотаро косит взгляд на девушку и продолжает монотонно, без каких-либо эмоций на лице, что и так скрыто маской. — Ответ на ваш вопрос, что мы собираемся делать, если нынешний план не подействует на Учиха-сана, — звук колес поезда почти сливается с голосом мужчины, Нохара задерживает дыхание, когда становится таким очевидным их план. — Нохара-сан, к сожалению, Асура-сама настроен очень серьезно на то, чтобы Учиха-сан перешел на нашу сторону.        — Зачем он вам? — Ниюта выдыхает вопрос, со злостью замечая, как слабо звучит ее собственный голос. — Из-за его глаз?        — Как символ, Нохара-сан. — Сотаро поднимается с места, заставляя Нохара тут же выхватить кунай, нервно сжимая его в пальцах, тихий смешок скрывает со скрытых под респиратором губ. — Моя станция. Ниюта оглядывается в окно, замечая наполовину стертое название незнакомого городка. Людей на платформе нет, а снег падает медленно-медленно, укрывая собой одинокие скамейки. Когда она оборачивается, Издити уже нет, и на некотоую секунду ей кажется, что все произошедшее только сон, который выдал ее воспаленный мозг. Нохара устало прикладывает ладони к щекам, несколько раз хлопает себя. Кажется, это был уже второй раз, когда ей угрожали из-за того, что она связалась с Обито. Ниюта тихо стонет, съезжая по креслу вниз. И собственное мерзкое желание самоуничтожения, продолжает настаивать на том, чтобы она ничего рассказывать Хатаке. Но она ведь не самоубийца, чтобы так поступать. Именно так она думает, пока поезд мчится вперед, разрезая собой снежную метель. А огни Конохи уже можно разглядеть вдалеке. Нохара не находит в себе сил, отправиться в резиденцию Хокаге сразу по возвращению. Обида удушающе липкая, медленно становится клокочущей злостью, оседающей где-то в глубине ее души. Ниюта обнаруживает ее, когда стоит под горячими струями воды, прислоняясь лбом к холодной плитке. Сквозь шум душа слышит звон посуды на кухне и прикрывает уставшие глаза, медленно выпуская весь воздух из груди.        — Только попробуй что-нибудь сказать. — Ниюта наматывает полотенце на влажные волосы, шлепает босыми ногами по паркету, заходя на кухню и обнаруживая Хатаке за приготовлением завтрака. Мужчина кивает, возвращая все свое внимание к яичнице на сковородке. По небольшой комнатке разносится аппетитный запах. Нохара усаживается на стул и подпирает голову ладонью, наблюдая за тем, как Какаши хозяйничает на ее кухне, с легкостью находит две чашки, кофе и сахар. И правда молчит. А по плотно сжатой челюсти несложно догадаться, с каким трудом ему дается это молчание.        — У тебя нет права на меня злиться, Какаши, — тихо замечает девушка, когда Хатаке ставит перед ней незамысловатый завтрак. Нохара утирает несколько капель воды с шеи, замечая, как мужчина следит за ее действиями. — Нужно было рассказывать все, учитывая, в какое дерьмо ты меня ввязал.        — Думаешь, я не жалею, что решил сделать тебя подстраховкой в случае, если Обито снова решит взяться за старое? — сквозь зубы произносит Какаши, сжимая руки в кулаки.        — Я думала, ты ему доверяешь, — разглядывая его снизу вверх, отвечает Ниюта. Хатаке хочется доверять другу как когда-то в юношестве, но такой вольности сейчас он себе позволить не мог. Слишком много ответственности на его плечах. В глубине души Какаши жалеет, что Цунаде приняла именно такое решение, взваливая на него всю ответственность за Обито. Нохара тянет руки к мужчине, утыкается лбом ему в живот, позволяя ему ладонями зарыться в ее мокрые волосы. Если она и собирается позволить уничтожению случится с ней, то пусть это будет кто-то из них двоих.        — Давай переспим, — как и в тот раз просит будничным тоном, чувствуя, как замирают его руки в ее волосах. Какаши прикрывает серые глаза, потому что если он поступит так, как сейчас ему того хочется, не сможет себя простить. Отобрать Ниюту у Обито путем того, чтобы переспать с ней, разве это правильно? Разве может он так поступить? Хатаке знает, что другого варианта просто нет по одной простой причине — Нохара запуталась так сильно, что уже не понимает, как ей поступить дальше. Мужчина мягко отстраняет от себя Ниюту, заглядывает той в глаза, а сердце пропускает один удар. Ее глаза красные и полные слез.