Эдельвейс/Сегодня - исключение

Дорогие читатели! Вот и закончилась моя первая работа, в которой всё от начала и до конца вело меня к главной цели — показать развитие персонажа. Развитие через катарсис. Катарсис — это кратковременное состояние облегчения и радости, наступающее после того, как проходит сильное негативное переживание или отступает тяжелая болезнь. С древнегреческого языка слово κάθαρσις переводится как «очищение» или «исцеление». Иными словам, это точка, в которой сильное неприятное чувство или переживание сменяется приятным. Аристотель называл это состояние «душевной разрядкой». Катарсис — это чувство невероятной внутренней свободы, возникающее за счет сильного негативного переживания, резко перешедшего в позитивное. Это эмоциональное потрясение, заставляющее человека полностью переосмыслить жизнь и переоценить приоритеты. В подобном состоянии он испытывает прилив сил и уверенности в себе, его переполняет желание самосовершенствоваться в личном и профессиональном плане. источник: https://dnevnik-znaniy.ru/znaj-i-umej/chto-takoe-katarsis.html Для того, чтобы создать сильное негативное переживание, мной введён персонаж Жаннет — она страдает синдромом Адели в очень запущенной степени. Синдром Адель Гюго, или синдром Адели (фр. syndrome d’Adèle) — длительная любовная одержимость, психическое расстройство, которое заключается в безответной любовной зависимости, схожей по тяжести с наркотической. Синдромом Адели называют всепоглощающую и длительную любовную одержимость, болезненную страсть, которая остаётся без ответа. Источник: wikipedia У Жаннет проблемы с самоидентификацией: она так и не может понять, мужчина она или женщина. Армин Арлерт привлекает её поверхностно, в первую очередь своей смазливой внешностью. Жаннет чувствует сексуальное влечение во многом из-за того, что Армин абсолютно к ней холоден. Она воспринимает Армина, как добычу, и поэтому, когда поймала его в сети, готовится его разделывать. Ещё одна роль Жаннет — показать, что Армину нравится не любая сильная девушка, а только одна-единственная. И, как видите, он больше не поднимает вопрос о том, откуда взялись его чувства. Самое главное: Жаннет является неким олицетворением прошлого Армина. Это становится ясно в главе «Меч возмездия», в сцене, где Армин её убивает. А если вспомнить сцену у зеркала (с ножом Жаннет у щеки), можно провести параллель Жаннет с самой жизнью Армина, и что она с ним делает (ранит и мучает, удерживает насильно, хотя Армин хочет свободы). В последний раз мы видим Армина у зеркала вместе Энни. Он хочет видеть будущее. Наверное, это главная перемена в персонаже. Что касается Энни, я действительно считаю, что у неё есть все данные для того, чтобы скатиться в депрессию. И более того, она уже в депрессии, когда приезжает в город Армина. Об этом символизирует её чёрная одежда, всплески эмоций и даже хотя бы то, что она сидит на полу, дожидаясь пробуждения Армина. А ведь она везла его в барак всю ночь, и должна быть измучена. Другая бы легла на кровать рядом (там хватает места), но Энни просто забила на себя после смерти отца. Эдельвейс выбран мной, потому что это первый горный цветок, попавшийся мне в поисковике :) Но потом, прочитав легенду, стало понятно, что это стопроцентное попадание. Эдельвейс только кажется белым, пушистым и беззащитным. Этот горный цветок называют символом стойкости и бесстрашия. Если юноша принес его любимой в подарок, значит не побоялся забраться высоко в горы. А если тяжелый сапог или копыто лошади примяли растение к земле, то оно тут же распрямится и продолжит смотреть в небо. Источник: travoedov.ru/rasteniya/edelvejs Думаю, здесь всё говорит само за себя. Что касается героев, которых мы встречаем до плена Жаннет: в моём видении Армин обязан попрощаться с каждым из них, перед тем как уедет на другой континент. И, если вспоминать слова Армина из первой главы, все их разговоры с Микасой сводились к Эрену. И, Армин не мог признаться даже себе: его напрягал не Эрен, а то, что Микаса совершенно не разговаривает о нём самом. Каким-то образом, она это чувствует и приходит к дереву. Тогда и случается их долгий разговор, столь нужный Армину. Они сближаются обратно. Момент, когда Микаса спрашивает о том, верит ли Армин в свободу после смерти для Эрвина и Эрена, намекает на финал. Армину действительно пришлось «умереть» в теракте, чтобы стать свободным. Капитан Леви подходит к Армину несколько раз. Леви сам до сих пор терзается от мысли, верно ли он выбрал между Эрвином и Армином. Перед выступлением он боится, что Армин станет марионеткой в руках нового правительства, но не говорит это напрямую. Поэтому сам не поднимается на сцену, как будто знает, что случится. Речь Армина приносит ему облегчение, поэтому при следующей встрече Леви даже шутит. Сам Леви, кажется, научился жить в мире без сражений и мягко намекает на это Армину. Именно слова Леви про «дом и сын» задают Армину новый смысл жизни. Что касается Хистории, на острове действительно назревает революция и новое правительство играет более важную роль, отодвигая на второй план королеву.Боюсь, в моём видении у Хистории печальный конец и, в лучшем случае, она присоединится к Армину в бегах, а худшем — будет расстреляна, как некогда царская семья в России. Что касается главного героя, то мне кажется, что Армин Арлерт проживёт долгую и в основном счастливую жизнь. Знаете, мной решено оставить открытый финал. Всё-таки моя цель — показать изменения персонажа, а не ограничить его будущее. У меня был эпилог, но мной принято решение перенести его в сиквел в качестве пролога. Если кому-то интересно, сиквел который берёт корни именно из этой истории. И там можно наблюдать моё видение будущего. Но не Армина и Энни, а уже их детей. Ссылка: https://ficbook.net/readfic/11524156 Но — опять же — эта история — совершенно отдельная, законченная в том виде, как есть. Так что в рамках этого рассказала погружение в сиквел совершенно необязательно :) Спасибо огромное за каждый отзыв, надеюсь, для всех нас это был незабываемый опыт. Если есть вопросы насчёт сюжета или вы нашли несостыковки: пишите сюда, с радостью отвечу. Всех обнимаю! ___________________________________________________ Прикладываю рецензию от Dederror, которая расставила по полочкам всё — и даже больше. Надеюсь, она вызовет у вас такие же мощные эмоции, как у меня. Сегодня — исключение. А, впрочем, может быть и нет. Ведь всё внутри напоминает поле боя, где всё ещё стоит дым и пока не утраченное тепло исходит от павших воинов, но звуки сражения уже стихли и настало невыносимое, тягучее затишье. Ты застрял в этом сценарии и каждый день проживаешь эту апатичную агонию, уже не представляя другого сценария. Сегодня — не исключение. Всё будет так, как и последние пять лет. Ты себя в этом глубоко убеждаешь, выжигаешь на сердце…но у жизни другие планы. Если в начале кажется, что сегодняшний день пройдёт так же — незаметно, монотонно и до скрежета в груди, то она постучится тебе в дверь и уверенно заявит: «Нет, Арлерт, сегодня — всё же исключение». Так и начинается вся история, где всего-то два дня — а кажется, будто вся вечность. И каждая глава будет лишь доказывать: сегодня — очередное исключение. В первой главе — это сама Энни, как и та жизнь, что решила вмешаться в эти тягучие омуты депрессии и, хоть полностью по самый подбородок испачкалась в своей собственном вязком моральном оцепенении, она стала — и всегда была, — тем исключением, ради которого стоит поднять голову и оглядеть всё вокруг. Во второй главе исключением становится то, что он сам долго откладывал — навестить могилу Эрена и начать говорить о себе. В третьей — Жаннет, которая пока просто исключение из (привычной) жизни Армина. Четвёртая — сам насыщенный, людный день, который больше для такого самоличного затворника смахивает на пытку, нежели на естественную среду обитания. Пятая и шестая — это главы-исключения сами по себе, ведь всё, что делает Армин в них — это разворот на все 180 и уверенные быстрые шаги далеко от прописанного сценария, весь апогей не смирения, первые осознанные вздохи, не будучи «частью этого фарса». Седьмая, восьмая, девятая — настоящая квинтэссенция нездоровых отношений, где исключение — это здравый рассудок, ведь всё же, будем откровенны, что Жаннет, что Армин — оба по-своему больны. Десятая — как и подобает настоящему «троянскому коню» и совершенно героически, чуть ли не до карикатурности, однако это без исключения Конни. И наконец, одиннадцатая, где исключение — это прошлое. Достоинств у этой работы множество. Невероятно метких и точных слов, аккуратно выстроенных в совершенно ритмических и мелодичных предложениях — все они начинаются ровно в такт, чтобы также ровно окончится в самом «правильном» месте; где-то выдержана нужная пауза (глава «Эдельвейс», самый конец), где-то — протяжный обволакивающий звук ужаса (вся глава «Правда или вызов»), в других местах — непредсказуемые соло разных инструментов («Меч возмездия»), где-то — словно нарастающий тревожный звук скрипок («Перед церемонией»), а где-то и совершенно невыносимая тишина (в главе «Горшок») и удивительная какофония звуков — в «Письмо Арло». Но текстовой симфонии мало, ведь сами буквы образуют самый настоящий кадр — всё происходящее не просто живёт и дышит, оно фиксируется с субъективной точки зрения смотрящего — Армина и, всё же, немного нас самих. Сама манера повествования с отличным переданным потоком сознания лишь усиливают экзистенциальный опыт, и в таких главах, как «Зелёный дым» или «Правда или вызов», оно доходит до вершины, заставляя прожить всё это каждой клеткой своего тела. Не менее важны и постоянные контрасты, которые не только выстроены на пределе абсурда, но и призваны отогнать персонажей по разные стороны баррикад, вынужденных сосуществовать вместе. Всё, как и в жизни. Не менее выдающая черта — пропись персонажей: как они предстают, как себя ведут, как мыслят, как мечтают, как двигаются вперёд, и как закрываются в себе. Лишь по мелким деталям, как одежда, нужная пауза, резкие фразы, косой взгляд, лёгкая ухмылка и так далее, все действующие лица открываются с другой, более глубокой стороны, как на давно известной картине рестораторы внезапно находит нижний базовый слой. Все они не просто статисты, взятые с оригинальной истории, это отличное попадание в их подноготную, достойное продолжение их самих из канона. Вся история с зеркалами — направленная точно в цель потрясающая метафора преобразования, собственного «я». В самом начале Армин видит в отражении «себя» — того прошлого Армина, совсем потерянного и даже, может, и не совсем «настоящего Армина», ведь если поразмыслить — а был ли он настоящий? Были ли его поступки — его? Выбор армии, назначением командором? А вдруг то, что он видит сейчас — это и есть он, тот самый? Впрочем, ответа мы тут не узнаём, и следующая остановка у зеркала уже у цирюльника, и Армин не узнаёт себя (ли?). Его новый вид, статная одежда, вся импозантность мероприятия словно и трубит: «Вот видишь, это всё же ты». Но во всей неуверенности действий, зажатости движений, мёртвой хватки в злосчастный горшок, будто это единственное, что как-то ещё связывает с «прошлой» версией себя, выдается его внутренний дискомфорт. Словно он всё ещё в поиске, а в голове на подкорке набатом отдаёт: «Нет, это всё ещё не я». В главе «Письмо» его отражение впервые улыбается ему. И кажется, что будто вот, оно налаживается, вдруг и правда его «я» где-то тут совсем рядом, но нет. Все надежды искусно обмануты, карты разыграны, в игре — Жаннет. В «Пленнике» — они оба перед зеркалом. В фильме Жана Кокто «Орфей» 1950-го года к главному герою через зеркало является сама Смерть. Жаннет- его возмездие, чуть ли не вся та грязь, эклектика неразрешимых чувств внутри у Армина. Жаннет и есть его Смерть. И вот в последней главе «Эдельвейс» он и Энни уже вместе в отражении. С новыми надеждами, поступками, осторожностью и болью. Но они крепко держатся за руки, неловко и с осторожным оптимизмом смотря в будущее, и верят, что впереди у них — «целая жизнь». Может, это и есть они настоящие, но если ли смысл искать это эфемерное «я»? Думаю, ни Армин, ни Энни не смогли с уверенностью ответить на этот вопрос, но они продолжают идти вперёд. Закольцованность событий — один из моих любимых тропов. Тут он воплощен прекрасно: те же декорации, те же герои — но внутренне они уже другие. Лучше, хуже? Это не имеет значения. Они будут жить. Как? Это совсем не наше дело.