Нерушима

Я просыпаюсь от того, что чей-то мужской голос шепчет мне на ухо: — Просыпайся, пора вставать.   Я открываю глаза и вижу перед собой Алекса. На нем чёрное худи и штаны. Все замирает. Я напрочь забываю о ноющей боли от того, что всю ночь я провела прикованной к батарее. Смотрю на него не отводя взгляда, едва дыша.   Светловолосый парень стоит прямо напротив меня, а Мейсон сидит в кресле неподалёку. Закинув ногу на ногу, темноволосый парень что-то смотрит в своём телефоне. Я сижу на стуле в зале. Мой живот примотан скотчем к спинке стула. Я срабатываю моментально, пользуясь тем, что Алекс стоит рядом. Я ударяю его между ног, и парень скрючивается от боли.    Тут я смотрю на его лицо. Его глаза наливаются кровью, под глазами проявляются вены, я замечаю его клыки. Он вампир! Элизабет же говорила, что их больше не осталось. Кажется, мама была права, сказав, что они могли остаться. — Думаешь, теперь я должна бояться тебя?! — спрашиваю я, проведя рукой по его плечу.   Мой страх работает мне же на пользу. В крови кипит адреналин. Когда я дохожу до его шеи, он хватает меня за запястье. — Слишком глупо вставать на пути у вампира. Или ты думаешь, что меня заинтересовала такая как ты? — парень начинает смеяться, отпуская мое запястье. — Как ты мог врать все это время? — мой голос звучит надтреснуто, я едва ли могу сдержать накопившиеся слёзы.    Не хочу казаться слабой, но мне хочется кричать. Хочется ударить его за ту боль, которую он причинил мне. Ведь самое ужасное то, что я уже начинала влюбляться в этого парня. Я доверяла ему, делилась сокровенным. Мне становится нечем дышать. Как будто из этой комнаты выкачали весь чертов воздух. Я закрываю глаза и выдыхаю, пытаясь успокоиться. — Зачем я вам? — сухо спрашиваю я. — Скоро узнаешь, — говорит Мейсон, сидя в кресле и наслаждаясь зрелищем.   Он видимо ловит кайф, когда видит, что я с трудом сдерживаю слёзы. — Значит все, что между нами было неправда? — я перевожу взгляд на Алекса. — Да, Мелисса, — его лицо не выражает ни единой эмоции.   Алекс просто спокойно стоит, словно только что не разорвал мое сердце на множество кусочков. — Ты лжёшь! — я поднимаю голову немного вверх, чтоб слёзы закатились обратно, но одна всё-таки скатывается по моей щеке. Алекс дотрагивается большим пальцем до моей щеки, вытирая слезу. — О, бедная Мелисса, ты всерьёз думала, что я влюблён в тебя? — Алекс заливается смехом, вызывая у меня приступ паники. — Не смей прикасаться ко мне, — рычу я. — Я буду делать с тобой все, что захочу, — его голубые глаза темнеют.   У меня начинает болеть сердце, к горлу подкатывает тошнота. Она скручивает мой пустой желудок. Меня колотит. Человек, которому буквально пару дней назад я могла доверять, оказался очередным разочарованием. — Да как ты смеешь! — я начинаю ерзать на стуле, пытаясь высвободиться.    Этот самовлюбленный блондин ещё имеет совести говорить, что будет делать со мной все, что ему захочется. Пусть только попробует! Я сжимаю кулаки. — Ты пустышка с денежками своих родителей. У тебя все было. Думаешь, такая как ты действительно достойна любви? — он берет меня за подбородок, и я мотаю головой из стороны в сторону, пытаясь вырваться из его рук. — В тебе нет ничего особенного, Мелисса. Ты просто мусор, — он резко отдергивает от меня руку, которой держал меня за подбородок. — Ты отвратителен. Ты ничего не знаешь обо мне, чтобы судить меня, — я вступаю в спор, забывая о страхе. — Я знаю достаточно. — Нет! — кричу я. — Ты говорил, что никогда не оставишь меня, — тихо произношу я. Глаза заполняются слезами. — Пора заканчивать наш бессмысленный разговор, а то вижу кто-то скоро заплачет, — рычит парень. — Ненавижу тебя, — выдавливаю я. — Ахахаха, врешь, — губы Алекса искривляются в хищной улыбке. — Надеюсь, когда-нибудь ты влюбишься в кого-то так сильно, что будешь гореть изнутри. Желаю, чтобы тебе причинили ещё больше боли, чем ты мне.   Выражение его лица становится грубым. — Этого никогда не будет, Мелисса! У меня нет чувств! И я никогда не стану таким беспомощным, как ты, из-за какой-то любви. Ее не существует, глупенькая, пора это уже осознать, — парень уходит.   Ко мне подходит Мейсон. — Как же я сразу не поняла, что это ты его опекун, — уголок моего рта приподнимается.     На словах я гораздо увереннее, чем чувствую себя. Я уже не даю отчёт своим словам. Внутри меня пожар, который готов сжечь все, что станет на пути. — Зря ты влюбилась в него, глупышка. — Это не твое дело, — отрезаю я. — Как раз таки мое. Думаешь, чья это идея?! — кучерявый парень заливается смехом. — Не думал, что ты так быстро в него влюбишься. Интересно, чего же ты ожидала, Мелисса. Думала, что запала в его сердце? — Ты жалок, — говорю я.   Мейсон, ростом 188 сантиметров, освобождает меня от скотча, хватает и несет в комнату. Я пытаюсь бить его ногами и руками со всей силой, но ему, кажется, это доставляет лишь удовольствие. Он опускает меня у этой проклятой батареи и опять надевает на мои руки наручники.   Он уходит. Когда я остаюсь одна, я даю волю своим эмоциям. Все это время Алекс играл со мной. Слёзы обжигают мои щёки. Все эти объятия, поцелуи, признания в любви, его завтраки, наши планы — все это шутка. Та ночь, проведённая вместе: я выбрала его для своего первого раза. Как же я ошиблась. Каждый его шаг был спланирован. Больнее всего понимать, что он мне до сих пор нравится. Как же это противно. Хочу промыть себе мозги, чтоб не думать о нем. Он не из тех, кому следовало дарить свою любовь, свою невинность. Почему нельзя повернуть время вспять? Тогда я бы ему так влепила.                  Алекс знает, что у меня до сих пор есть к нему чувства, поэтому он будет использовать это против меня. Слезы катятся по моим щекам, шее.