Хранитель Ключей

Поскольку Лотар не запретил ему самому осматривать замок, Северин свободно бродил по нему и очень быстро, благодаря аппетитным запахам готовящейся пищи, нашёл кухню. Где застал Лайми и Фейтеля за очень странным занятием. Они аккуратно раскладывали на столе по небольшими кучками серебряные, а иногда и золотые монеты. — Что… — но Северин так и не задал свой вопрос. Лайми и Фейтель просто смотрели на монеты, и те исчезали, а мгновением позже на столе вместо монет появлялись овощи, фрукты, бутылки с вином, куски мяса и мешочки со специями. И когда все монеты исчезли и были заменены продуктами, Фейтель решился заговорить. — Мы были созданы магией хозяина, а значит, можем и сами пользоваться ею. — Самому хозяину некогда заниматься покупками, — объяснила Лайми, — а мы вряд ли могли бы просто прийти на человеческий рынок. — Понятно, — тихо сказал Северин. Хотя на самом деле ничего ему было непонятно. На следующий день Лотар начал учить его фехтованию. — Я… немного учился у Августа Беспощадного, — сообщил ему Северин. — Если торговля была удачной, отец мог заплатить за мои уроки. — И это были уроки на городской площади, — сказал Лотар, — организованные властями для всех желающих, у кого найдутся монеты. — Ещё я учился у Эльвина, Первого Клинка короля Борха, — гордо сообщил Северин. — Знаю, — согласился Лотар. И черты его лица вдруг сделались нечеткими и размытыми. Северин понял, что происходит превращение, но не успел отвернуться. И вздохом позже увидел перед собой Эльвина Великолепного, Первого Клинка короля Борха, состарившегося, но всё ещё сохранившего и осанку и выправку. — Защита, молодые люди, — сказал Лотар его голосом, — должна переходить в нападение. И деревянный меч в его руке превратился в настоящий, стальной. Лотар мастерски повторил все приёмы, показанные Эльвином великолепным на городской площади в тот день, когда Северину посчастливилось взять у него урок. — Я… — поражённый, Северин не находил слов, — я… не понимаю… — Знаешь, почему Август Беспощадный допустил Эльвина на площадь? — насмешливо спросил Лотар. — Он ведь Первый Клинок, — тихо и неуверенно сказал Северин. — А ещё денежный мешок, — сказал, улыбаясь Лотар. — И он, то есть я, дал Августу в тот день денег больше, чем он заработал бы за месяц. — Ты… и есть Эльвин? — спросил Северин. И Лотар расхохотался в голос. — Я был им в тот день, на городской площади. Черты его лица снова сделались нечеткими, и Северин вновь не успел отвернуться прежде, чем увидел его настоящее лицо. Меч в руке Лотара опять превратился в деревянный. — Защищайся, — сказал эльф и атаковал его. Северин, замешкался и немного растерялся, а потому пропустил несколько его ударов. Лотар не нападал в полную силу и лишь дотрагивался деревянным клинком до Северина, только намечая удары. Северин всё же начал обороняться, пусть и ужасно медленно и неуклюже. Лотар неодобрительно прицокнул языком. — В реальном бою ты был бы уже мертв, — тихо сказал он, не прекращая атаковать. Северин ничего не ответил ему — всё его внимание было сосредоточено на деревянных клинках. К концу второго часа Северин окончательно выдохся и Лотар прекратил урок так же внезапно, как и начал. От усталости Северин едва держался на ногах, часто и шумно дышал. — Я… никогда не… упражнялся так много, — прошептал он, будто оправдываясь, хотя прекрасно понимал, что оправдываться не в чем. — Да, но здесь ты быстро наверстаешь упущенное, милый Северин, — сказал, улыбаясь, Лотар. — Зачем мне это? — спросил Северин. — Я — сын рыбака и я умею ловить рыбу. — Узнаешь позже, — уклончиво ответил Лотар, — когда будешь готов к этой правде. Северин нахмурился, но промолчал. — Помнишь переулок Локхарт? — спросил Лотар. И Северин побледнел. Вечером, когда они распродали весь улов, отец решил наведаться в аптечную лавку за эликсиром от кашля и вздумал пройти к ней коротким путём. Северин никогда не забывал лиц оборванцев, окруживших их. Андреас без колебаний решил отдать им всю дневную выручку, но вряд ли их бы отпустили живыми. Высокий незнакомец в плаще и широкополой шляпе, просто вышедший навстречу бандитам из тени, расправился с ними за несколько секунд, только его окровавленный меч сверкал стальным блеском в свете уличных фонарей. — Вы выбрали опасную дорогу, господин Вилар, — сказал незнакомец, вложив к ножны меч. — Позвольте проводить вас. Андреас был слишком напуган, чтобы говорить, и только согласно кивнул. Незнакомец сопровождал их до аптечной лавки, и Северин во все глаза разглядывал его, но так и не смог запомнить. — Пообещайте, что пойдёте обратно безопасным путём, — сказал незнакомец у входа в аптечную лавку. И Андреас снова кивнул. А незнакомец… исчез. Просто снова скрылся в тени. Северин пристально посмотрел на Лотара. — Это был ты, — тихо сказал он, — теперь я узнаю. — Это был я, — согласился Лотар и на несколько мгновений опять изменился, и Северин снова увидел незнакомца из переулка Локхарт. — Ты… следил за мной? — спросил Северин. Лицо Лотара и очертания его фигуры заколебались и вновь стали нечёткими. А затем Северин увидел по очерёдности: старушку из ягодной лавки, мастера, торговавшего музыкальными шкатулками, отца большого семейства, жившего на окраине города… и многих других их постоянных покупателей. — Ты… превращался в них? — спросил Северин. — Чтобы купить у отца рыбу? — У меня были причины, — сказал Лотар. — И ты, конечно же, не скажешь мне, почему? — Северин не скрывал злобу в голосе. — К чему тебе я, сын бедного рыбака?! — Я смогу рассказать тебе позже, когда будешь готов услышать меня, — ответил Лотар. — Пока что могу сообщить только, что да, я хотел, чтобы ты выжил и не голодал, но вовсе не доброта и бескорыстность были моими главными мотивами. А теперь… отвернись, если хочешь. И Северин отвернулся, чтобы не видеть, как Лотар оборачивается.