Кольцо змеи

      Керис, Пэнси и Дафна выходят из гостиной и следуют по коридору за двумя четверокурсницами, чтобы добраться до лестницы, которая выведет их наверх в главный холл школы. Подземелья всё ещё кажутся мрачными в зеленом свете факелов на стенах и пугают своими одинокими, тёмными сводами. Троица старается шагать быстро, чтобы не отставать от старших, невольно ставших их сопровождающими, даже не подозревая об этом. Пока им нужен какой-нибудь ориентир, чтобы не потеряться.       — Кто-то запомнил пароль от гостиной? Что там было? — Пэнси заправляет за ухо короткие волосы.       — Змеиный яд, — Керис заворачивает за угол, следом за четверокурсниками, и тут же вскакивает на первую ступеньку лестницы. — Все пароли точно будут связаны с нашим факультетом, либо со змеями и… чистотой крови?       — Предсказуемо, — отзывается Дафна, перешагивая сразу через ступеньку, чтобы быстрее добраться до верха.       Они оказываются в холле, минуя лестницу. И быстрым шагом направляются к входу в большой зал. Его двери распахнуты и туда стягиваются ученики разных возрастов и курсов. Преимущественно галдят гриффиндорцы, обсуждая что-то очень важное. Но отовсюду доносится шепот и обсуждение того самого Гарри Поттера.       Керис оглядывается по сторонам, неосознанно она ищет взглядом избранного в толпе. Ничего особенного, мальчишка в круглых очках, с растрепанными волосами, шрам она не заметила, когда Поттер садился на табуретку, уж больно сильно ему надвинули шляпу на лоб. Но сейчас его нигде не видно, зато очень много рыжих за гриффиндорским столом.       — Эй, Крис. Не зевай, — Дафна тянет за руку, подводит поближе к скамейке за их столом. — Быстро позавтракаем и пойдём, не хочу опаздывать.       — Да, конечно.       Толчок в спину заставляет ухватиться за руку Дафны, но всё равно больно удариться коленкой об ребро скамьи. Крис оборачивается. Растрепанный, взмыленный светловолосый мальчишка с криво повязанным красно-золотым галстуком явно сам не ожидал, что в кого-то влетит.       — Эй! Ты вообще смотришь, куда несешься?! Осторожнее можно быть?       Мальчишка сдувает волосы со лба. Рукава его рубашки небрежно закатаны. И Керис недовольно кривится, ей не нравится эта небрежность. И, кажется, она уже его видела в поезде. Может, на посвящение? В мыслях девочка перебирает, как его зовут. Но в её голове не то что не отложилась его фамилия, она вообще не может никого вспомнить, кроме вездесущего Гарри Поттера, Уизли, Драко и Пэнси. Может, он и вовсе не стоял с ними в одном ряду? Она не помнит.       — Тебя забыл спросить, — мальчишка оборачивается на оклик друзей, друзья-гриффиндорцы вопят его имя — Курт. Нет, она точно не в состоянии припомнить и имя такое, не то что с кем и где он стоял и каким был по списку.       — Извиниться не хочешь? Ты её толкнул! — Дафна скрещивает руки не груди. Точно также делает Пэнси, подскакивая с другой стороны к Керис.       — Нет, — Курт фыркает.       — Отстань от него, Дафна. Гриффиндорцы вообще не знают, что такое манеры, — Керис задирает нос, поправляет волосы, как это обычно делает её тётушка, когда говорит что-то особенно значимое прислуге в доме, и садится за стол, пока соседка по комнате сверлит недовольным взглядом Курта.       — На себя посмотри, змея, — слышится из-за спины.       — Ненавижу, когда себя так ведут, — Пэнси издаёт звук, вновь похожий на хрюканье. И Керис прикусывает кончик языка, напоминая себе — об этом не стоит говорить. Особенно, когда вокруг так много людей.       — Он просто глупый. Только глупые мальчишки будут бегать по замку, — Керис придвигает к себе ближе тарелку, всё ещё не оборачиваясь.       Дафна опускается по правую руку, Пэнси — по левую. Обе разглаживают юбки. И каждая из трёх девочек стелет салфетку на колени. Уроки этикета — одна из основ, которую им преподавали дома. Для Керис ещё одной такой основой была математика. Она всё ещё не может понять, почему тётушка так старательно заставляла её учиться вычитать, складывать, умножать и делить, и чем это в дальнейшем ей поможет изучать магию. Но она привыкла не спорить, когда говорят взрослые.       — Дурацкие гриффиндорцы.       Керис молча отправляет ложку с овсянкой себе в рот.       — Грубые и наглые мальчишки.       — Всё хорошо. Правда.       Соседки по комнате кивают и возвращаются к содержимому своих тарелок, чтобы побыстрее расправиться с едой и пойти на первый их урок в Хогвартсе. Старшим ребятам за столом приносят почту, кто-то разворачивает газету, на которой большими буквами выведено «Ежедневный Пророк». На первый странице Крис видит фотографию какого-то спортсмена с метлой, дающего интервью тощей женщине с кудрявыми волосами и квадратными очками. У неё крючковатый нос, острый подбородок и очень идиотская улыбка, а перо само вертится над блокнотом, который она держит.       Керис пытается прочитать, что написано в заголовке, но старшекурсник сворачивает газету и кладёт её на стол.       Ладно.

***

      Троица взлетает по лестницам с ещё несколькими первокурсниками. Все торопятся на первый их урок — историю магии. Хотелось бы, чтобы первым занятием было что-нибудь более занимательное: трансфигурация, которую ведет декан Гриффиндора, может быть, уроки заклинаний, где можно будет применить палочку по назначению, а не ковыряться ей в носу, как это делал один из первокурсников с факультета барсука, или хотя астрономия. Но в расписание стоит история магии — и все они не очень уверенно, но очень старательно ищут кабинет, где им предстоит заниматься.       Кто-то кричит: «вот здесь, сюда». И первокурсники, как покорное стадо, тащатся за негласным предводителем. Просторный кабинет заполняют два ряда парт, за каждой из которых стоит по два стула, множество пыльных книг, свитков и различных карт. Но вместо преподавателя вокруг кафедры плавно наворачивает круги призрак.       — Извините, а где преподаватель? — какая-то девочка с синим галстуком роняет тяжелую сумку с книгами на одну из парт. Призрак не обращает на неё никакого внимания, он всё ещё кружится рядом с кафедрой, проговаривая себе под нос не то какую-то песню, не то заклинания, а может и вовсе какую-то околесицу.       Керис пожимает плечами и выбирает парту поближе к месту преподавателя. Она бы заняла и первую, но кудрявая гриффиндорка уже умостилась за ней, а сидеть рядом с кем попало у Крис нет никакого желания.       — Сядешь со мной? — она обращается к Дафне, единственной оказавшейся с ней рядом. Пэнси уже умудрилась убежать к Драко, и рыжей ничего не остаётся, как предложить соседке по комнате составить ей компанию.       — Давай.       Гринграсс выкладывает на стол свиток, аккуратно кладёт перо и учебник «История магии» за авторством Батильды Бэгшот — всё тоже самое, что достаёт из своей сумки Крис. Их всех обязали купить много одинаковых учебников, какие-то из них Керис уже успела пролистать и посмотреть кое-где на картинки. Учебник истории магии привлекал её меньше всего, чего не скажешь об истории квиддича.       Призрак, на которого уже практически перестали обращать внимание, замирает возле кафедры и начинает монотонно бубнить себе под нос:       — Здравствуйте, студенты. Меня зовут профессор Катберт Бинс. Ко мне можно обращаться профессор или профессор Бинс. Я преподаю историю магии, предмет, который вам предстоит изучать на протяжении всего обучения в Хогвартсе. История магии — это важная часть всего вашего обучения. Можно сколько угодно махать палочкой и творить заклинания, но если ты не знаешь основу-основ, то никогда не сможешь назвать себя настоящим волшебником.       Некоторые ученики одергивают своих соседей по партам, болтающих слишком громко, чтобы расслышать, что же говорит преподаватель-призрак. Со стороны всё это выглядит занимательно и интригующе, в голове сразу возникают мысли о том, какими могут быть преподаватели других школьных предметов, но уже через десять минут такого монотонного монолога Крис едва может удержать глаза открытыми.       Не так она себе представляла первый урок в школе волшебства и чародейства. Она подпирает подбородок ладонью, упираясь локтем в стол. Но по привычке сразу же себя одергивает, садится прямо, хоть рядом с ней с палкой не стоит гувернантка.       — История магии — обширный предмет, она меняется с изменениями магического мира вокруг нас. На ваших столах находятся учебники, они рассчитаны на два года. Первый год обучения посвящён введению в историю магии. Данный раздел учебника призван помочь начинающему волшебнику разобраться в периодике истории магии от древнейших дней до нашего времени, точно понять основной вопрос магии, его возникновение и развитие, а также…       Дафна осторожно, но ощутимо пихает Крис в бок, от чего рыжая переводит взгляд на соседку.       — Какой же он скучный. Если он так и дальше будет продолжать бубнить, то разве же мы что-то сможем понять?       Керис пожимает плечами. Примерно таким же скучным тоном её преподаватель по алгебре пытался вложить в её голову все известные ему знания. Однако, это не отбивало всё желание учиться, в отличие от настоящего момента.       — Может, просто прочитаем учебник? — девочка подтягивает к себе книгу, открывает её на первой странице, где указаны автор, дата печати и дата написания, перелистывает на оглавление, занимающее практически шесть страниц и пробегается глазами по заголовкам. — Вот, смотри, периодика. Кажется, он что-то такое сказал.       Кивнув, Дафна открывает учебник на той же странице, что и Крис. И до конца занятия они переписывают на пергамент то, что им кажется важным. Бой настенных часов прямо над доской совпадает с боем таких же часов на башне над главным входом. Несколько ударов извещают о конце занятия, и слизеринцы, не дожидаясь разрешения, поднимаются со своих мест и складывают вещи в сумки.       Профессор Бинс не обращает на общую суматоху никакого внимания, продолжая рассказывать о происхождение магов и магглов.       — Я надеюсь, следующий урок будет лучше, — чуть слышно обращается Крис к Дафне, сверяясь с расписанием, которое им выдали ещё вчера вечером.       — Ага, его будет проводить наш декан Северус Снейп и… давай уже оттянем Пэнси за уши от Драко.       Крис смеется, прикрыв рот ладонью, и смотрит в ту сторону, где ещё недавно сидели её кузен и соседка по комнате. Пэнси тащится за Драко, но тот явно не заинтересован в её обществе.       — А мне кажется, ей хорошо и без нас.