Записки молодого анархиста

Солнце уже давно взошло на небосвод, когда он открыл глаза. Открыл и сразу же закрыл, накинув на голову одеяло. Он хотел снова уснуть, но сон предательски к нему не шёл, несмотря на все его старания. Он поворочался в постели, затем плюнул и скинул с себя одеяло. «Зачем?», - вертелась в его голове единственная мысль. Зачем он просыпался день ото дня? Ради чего? После ухода Вари прошло три недели. Достаточно, чтобы избавиться от привязанности. Но не для него. Он никак не мог её забыть. Пытался, но не мог. С тех пор она ни разу не появилась в коммуне. Другие относились к этому спокойно. Девушка часто надолго пропадала. Но он не мог равнодушно относится к этому. Сердце мучило его, жгло изнутри, требовало действий. Но какие он мог предложить ему действий? Она ясно показало ему, что не хочет видеться с ним. Это было её решение. Что он мог противопоставить этому? За это время в коммуне произошли существенные изменения. После победы над бритоголовыми, они осмелели. Штаб нацистов переоборудовали под тренировочный лагерь, где теперь постоянно занималась струна безопасности. Да и другие струны часто навещали её из своих соображений. Начались новые акции АРФА. Пока небольшие и не сильно приметные, но они начинали набирать обороты. Победа воодушевила их. И все в этом благодарили его. Но их он не замечал. Ему претила мысль о революции. К чему менять мир? Ради кого? На эти вопросы у него не было ответов. Он не мог целый день лежать в кровати. Начал просыпаться голод. А как говорил один писатель: «Голод не тётка, а дядька с вилками вместо зубов». Он сквозь зубы выдохнул, встал и направился на кухню. В коммуне никого не было. Кто-то на акциях, кто-то на тренировке, кто-то в загородной резиденции. Он был предоставлен самому себе и ему это нравилось. Сейчас он как никогда хотел тишины и покоя. Когда разбито сердце меньше всего хочется, чтоб тебя окружали счастливые люди. В холодильнике он нашёл копчёной колбасы и, не став морочиться с её нарезкой, начал есть всю палку, заедая её найденным батоном. Он не успел съесть и половины своего «завтрака», когда в дверь кто-то постучал. Он напрягся. Если это был кто-то из АРФА он бы не стучался, а гости здесь бывают редко. Парень сунул пистолет, который ему подарили в коммуне после победы, и пошёл смотреть на незваных гостей. Он был в одних джинсах, но это его не смущало. Он привык, что люди здесь не стесняются своего тела и не прячут его под одеждой. Он открыл дверь и сразу выхватил пистолет. На пороге коммуны стоял тот скинхед, с которым он сражался за будущее своих групп. Тогда он выиграл и тот поклялся ему, что не будет мстить. Но зачем тогда он пришёл кроме как ради мести? Дуло пистолета смотрело бритоголовому прямо в лоб, но тот даже бровью не повёл при этом. Он спокойно стоял, скрестив руки, и твёрдо смотрел парню в глаза. Парень тоже не отводил взгляд и решительно смотрел на него, всем своим видом давая понять, что он не будет мешкаться и выстрелит в случае чего. Они молчали и просто смотрели друг на друга, не принимая никаких действий. Это начинало затягиваться. Но тут скин произнёс: -Опусти пушку. Я поговорить пришёл. Парень медленно опустил пистолет, но не убрал его, готовый в любое мгновение вновь вскинуть его. -И где ваше хвалённое гостеприимство? – с сарказмом спросил его мужчина. -Зачем ты здесь? -Предупредить. -О чём? -После того, как ты выиграл, мы разошлись кто куда. В основном все подались к «Северному дивизиону». Их главный – Харальд. После того, как наши рассказали ему всё, он пообещал отомстить вам и вернуть всё утраченное. -Зачем ты мне всё это рассказываешь? Разве ты не один из них? -Да, я один из них, но я держу своё слово. Я поклялся, что никто из наших людей не будет вам мстить. Я не могу этого предотвратить, но могу предупредить. Ты хорошо сражался и честно заслужил победу. К тому же, я не настроен как они. Да, у нас с вами разные идеалы, но боремся против общего врага. Против государства. Святослав предал всё наше дело, когда продался властям. Но не все такие, как он. Я надеюсь, что когда-нибудь мы сможем если не заключить союз, то хотя бы перемирие. -Я тоже на это надеюсь. Спасибо, что предупредил. -Ты мой брат по вере, это мой долг. Скин развернулся и пошёл прочь. Парень понял, что сейчас его личные проблемы должны отойти на второй план. Вся коммуна была в опасности. Требовалось предупредить всех. В первую очередь надо было предупредить тех, кто был за городом. Там были дети, а их они никак не могли подвергнуть опасности. Парень заскочил в свою комнату. Он быстро натянул на себя футболку, надел куртку и, сунув кастет в карман, побежал из коммуны. Тут он понял, что ему не на чем добраться до остальных. Машин, естественно не было, а идти до вокзала, чтобы уехать было слишком далеко. Оставался один вариант. Автостоп. Но для этого надо было выйти к трассе, куда он и направился. Пару минут быстрого шага и уже его слуха достигли звуки автомобилей. Вскоре показались и они сами. Их было на удивление мало. Из-за отсутствия преград они бешено неслись. Каждый куда-то спешил, каждому что-то было надо и каждому было наплевать на всех остальных. В том числе и на него. Он не знал, сколько он уже простоял возле трассы. Мимо него пронеслись сотни, если не тысячи автомобилей, но никто не желал останавливаться и терять своё драгоценное время. Парня злило равнодушие людей. Он понимал, что должен относиться к этому лишь с сожалением, но его это злило. Очень злило. Неужели они не понимали, что на кону стоят жизни людей? Не понимали. Откуда бы? Наконец, перед ним затормозила видавшие лучшие времена семёрка. -Пацан, тебе куда? – выкрикнул такой же, как его машина, видавший лучшие времена водитель. -За город, километров пять по трассе, - ответил парень. -Садись, довезу. Я как раз на север еду. По пути. Парень не стал медлить и залез на пассажирское сиденье. Сзади на сиденьях покоилась такая куча вещей, что казалось, будто он везёт в них пропитание для всех голодающих детей Африки. Сидения были потрёпаны. Ни о каких чехлах речи и не могло быть. Задние боковые стёкла пустовали. Их место занимал скотч, обычный канцелярский скотч, намотанный плотным слоем один поверх другого. Глушителя, по всей видимости, на ней тоже не было, потому что как только они тронулись, рёв мотора оглушил его. Мужчина, который вёл эту колымагу, был так же стар, как и его железный конь. Ему было на вид лет пятьдесят, и лишь трясущиеся руки да покрасневшие глаза выдавали в нём обычного сорокалетнего алкоголика. И как все мужчины его возраста он любил поболтать. Причём чрезмерно. Речь, как обычно принято в нашей стране зашла о политике, а точнее о так называемой «геополитике». О том, как нашу «великую» страну давят иностранцы и о том, что Россия «великая и могучая» скоро победит злосчастных «америкосов» и «толерастов». Парень мог найти тему для разговора с любым человеком. Даже если сама тема ему была до ужаса неинтересной. Но только не сегодня. Он был слишком занят своими проблемами. Да, он мог рассказать ему о том, что всё это бред сивой кобылы. Но какой бы был в этом прок? Максимум, чего бы он добился так это того, что его бы высадили посреди дороги. Люди не хотят избавляться от своих заблуждений. Приходилось терпеть и время от времени в знак согласия угукать. Таков менталитет нашего народа. Мы не видим проблем внутри нашего государства. А если и видим, то считаем, что они идут не изнутри, а снаружи. Что все наши несчастья – это происки зарубежных сил. Оттого и наглость всех наших депутатов и чиновников. Все наши беды из-за глупости народа. Из-за его невежества. Но как донести людям правду, если они не хотят её видеть? Как показать им это? Он не знал. Наконец, они доехали до нужного поворота, и парень, поблагодарив водителя, вышел. Поля ещё пустовали. Лишь грязь и лужи. Но всё же даже в этой неприглядности был своя красота. Он обвёл взглядом, окружающую его бескрайность просторов, и пошёл по дороге. Дорогой, конечно, это было назвать трудно, просто направление пути, в котором следовало двигаться. Но его это не смущало. Ему приходилось бывать и в худших местах. Поэтому он просто шёл, не обращая внимания на слякоть. Вдали показался дом. Его ни с чем нельзя было спутать. Огромное двухэтажное здание с кучей пристроек и с отдельной детской площадкой, на которой было постоянно множество детей. Здесь не было какого-то распорядка дня, каждый занимался, чем хотел в любое время. Учёба здесь тоже шла не в определённое время, дети когда угодно могли подбежать к учителю и задать интересующий их вопрос. Таким образом, дети узнавали лишь то, что им было интересно и никогда не теряли свою любознательность. Да, это не давало таких высоких знаний, но это давало нечто большое. Пытливый ум. А это гораздо важнее. Он зашёл в дом. На пороге стояло много обуви: мужской, женской, детской. Сегодня многие решили навестить детей. Здесь люди могли отдохнуть от мирских забот и просто предаться детству. Иногда, это очень много значит для человека. Парень разулся и пошёл искать Альфа. Все радостно встречали его и приветливо улыбались. Он не хотел видеть, как тает счастье на их лицах. Поэтому сначала ему надо было переговорить с Альфом. Он нашёл его в одной из комнат. Тот игрался со своим сыном Димой, которому было два года отроду, и который уже как две капли воды был похож на отца. Парень знал его историю. Когда-то Альф был женат. Его жена была вместе с ним сначала в скинхеда-движении, потом вместе с ним пошла в АРФА. Их любовь была похожа на любовь из книг. Они всегда были вместе и никогда не расставались. Они шли рук об руку. И хотели вместе изменить этот мир. Её звали Ириной. Потом она забеременела. Счастью Альфа не было предела. Всё шло хорошо. Ради безопасности ребёнка они даже отошли от дел. Но это их не спасло. Их нашли. Альфу удалось вывести жену, но из-за стресса начались преждевременные роды. Они были в розыске, потому они не смогли обратиться в официальную больницу. А в той, куда они смогли пойти, грамотную помощь при родах не смогли оказать. Ребёнка спасли. Но Ирина погибла. С тех пор Альф больше не заводил ни с кем отношений. Он полностью посвятил себя АРФА и Диме. Парню не хотелось тревожить сейчас Альфа. Он знал, что то очень редко видится со своим ребёнком, а когда это происходит, то хочет как можно больше провести с ним время. Но у парня не было выхода. Он должен был сказать ему. Он подошёл к нему и тихо позвал: -Альф. -Да, - улыбаясь, ответил ему мужчина. -Мне тут из доверенных источников информация пришла, что на коммуну вновь собираются напасть. -Кто?! -Другая банда бритых, в которую отошли большинство из «Белых волков». -Это точно? -Да. -А кто тебе рассказал? -Один знакомый. Но ему можно верить. -Хорошо. Раз ты ему веришь, то поверю и я. Я предупрежу остальных. А ты можешь пока здесь отдохнуть. -Я могу помочь. -Нет. В этот раз нам самим не справится. Нужно будет подключать другие группы. А в нашей я «зеркало». Значит, мне и надо предупредить всех. -Зеркало??? -Да. В начале деятельности АРФА. Мы были неосторожны, самонадеянны. Что потом сказалось на нас. Многие из организаторов попали в тюрьму. Мы лишились самых деятельных участников нашего движения. Нам пришлось затаиться на некоторое время и стать осторожными. Тогда-то мы и придумали эти самые «зеркала». Их суть в том, что только два человека знают о местонахождении и способе связи с другими ячейками АРФА. И то, только с ближайшими по географическому положению. Это обеспечивает нам очень высокую конфиденциальность. Хоть и ограничивает нашу мобильность. В нашей коммуне этими «зеркалами» являемся мы со Светой. И на нас лежит ответственность за связь. -Разве это не нечестно скрывать от остальных что-то? -Да, нечестно, но это решение было принято всей АРФА в наш последний общий сбор. Пойми, мы не можем рисковать тем, что нас раскроют. Мы боремся за правое дело, но те, с кем мы боремся, обладают гораздо большими возможностями, чем мы. Так что пока нам остаётся прятаться и выжидать. Я понимаю, что с трудно смириться. Ты можешь выдвинуть это на голосование. Но я верю, что ты не будешь этого делать. Ты и сам понимаешь, как важна в нашем деле безопасность. -Да, я понимаю. Я не против этого. Но надо хотя бы сообщить всем. -Они и так знают, - с лёгкой улыбкой ответил Альф. А затем добавил: -Кстати. Сюда скоро приедет Варя. -И? Что мне с того? – как можно равнодушнее отозвался парень. -Ты можешь врать мне, другим, но не ври себе. Я вижу, что ты её любишь, и что она любит тебя. Вам надо поговорить. Она не простая девушка. У неё много тайн и секретов. Но ты ей нужен не меньше, чем она тебе. Любовь величайший дар Вселенной. Не упускай её из-за мелочей. Мы никогда не знаем, сколько нам осталось быть с любимыми. Не теряй её. Альф похлопал его по плечу и пошёл прощаться с сыном. Парень вышел из комнаты. Его душу обуревали эмоции. С одной стороны он страстно желал снова увидеть Варю, а с другой хотел больше не видеть её никогда. Она отвергла его. Но что если Альф прав и надо просто поговорить. Не просто так же она столь неожиданно оборвала с ним контакты. Для этого должны были веские причины. И он хотел знать их. Он не собирался сдаваться. Не сейчас. Не тогда, когда его чувства оказались взаимными. Он дождётся её и обо всём поговорит. Таким было его окончательное решение. Менять его он не собирался. А до этого он навестит Алису. Он, как и обещал, навещал её каждый день и никогда не забывал. Девочка была на улице. Она качалась на детских качелях и заливисто смеялась. Парень засмотрелся на неё. Она так изменилась с детдома. Больше не было в её глазах и поведении глубокой грусти. Она научилась смеяться и веселиться. Начала заводить дружбу с другими детьми. Она потихоньку отходила от ужасов детдома. Как и остальные дети. Только ради их улыбок, которые они сейчас дарили этому миру, стоило идти на преступление. -Алиска, - позвал её парень. Она повернула голову в его сторону. Сначала на её лице отразилось удивление, и парень сначала испугался, что девочка не рада его видеть. Однако потом её лицо озарила такая искренняя радость, что в парне не осталось никаких сомнений. Алиса спрыгнула с качелей и побежала к нему. Когда она прыгала, у него в сердце что-то ёкнуло. Ему стало страшно за неё, хоть он и понимал, что ничего не случится. Он теперь понял, что чувствуют родители, когда их дети делают что-то опасное. Обежала к нему и крепко обняла. -Ну что? Скучала по мне, мелкая? – спросил он её, опускаясь к ней. -Я не мелкая, - пытаясь выглядеть обиженной, ответила она. -Ладно-ладно, мелкая, - пошутил он. Она ударила его своим маленьким кулачком и засмеялась. Он подхватил её и закружил. Она заливисто смеялась, и он смеялся вместе с ней. Только с ней он мог забыть все сердечные тревоги и быть счастливым. -Чем занималась без меня? – спросил он Алису, опустив. Она начала ему рассказывать обо всём на свете. О муравьях, которых они нашли с Колей, её лучшим другом. О том, как тёть Света рассказывала им о море. О новом мальчике, который сбежал из дома и пришёл к ним. О том, как сильно понравился ей этот мальчик, и о том, как он подарил ей цветок. Парень отвечал ей и улыбался. Сейчас он не думал ни о чём кроме этой маленькой девочке, которая была ему младшей любимой сестрёнкой. Они долго болтали. Обо всём, что приходило в голову. И тут неожиданно речь зашла о Варе. -Смотри, что мне Варя вчера подарила, - сказала Алиса, показывая новый браслет. -Она была здесь??? -Ой. -Алис, ты от меня что-то скрываешь? -Нет. То есть да. Она меня сама попросила тебе ничего не рассказывать. -Почему?! -Я не знаю. -Алииис. -Она просила не рассказывать тебе, что навещает меня здесь. Она не объяснила почему. Честно. -И часто она бывает здесь? -Почти каждый день. Парень опустился на корточки и облокотился спиной о стену. Сейчас ему очень хотелось закурить и расслабиться хоть на минуту. Почему она так старательно избегала с ним встречи? Почему делала всё, чтобы он не смог найти её. Зачем? Неужели ей стало так противно его общество? Но что так резко изменилось? Что он сделал не так? Чем он вызвал её игнорирование? Нет, выносить это было выше его сил. Хватит. Он встал. Он не хотел дожидаться Вари. Зачем? Чтоб увидеть равнодушие и презрение в её глазах? Ну, уж нет. Ему хватило этого раньше. -Алис, я пойду, - сказал он, сдерживая в себе все эмоции. Девочка не была ни в чём виновата, чтоб выливать на неё всё. -Постой, - тихо попросила она. -Что? – он был готов сорваться, но останавливал себя изо всех сил. -Я обещала этого тебе не рассказывать, но я должна это сделать, - прошептала она. Было видно, какая борьба идёт в её душе. -Мы часто говорим с ней наедине… И она мне рассказала одну вещь… - продолжала она, постоянно прерываясь. -Что, Алиса, что??? – срывался уже парень. Алиса не могла уже продолжать, слёзы потекли по её детскому личику. Парень понял, что зря накричал на неё. Она этого не заслужила. Он был слишком требовательным к ней. Девочка шла против себя, рассказывая ему это. А он. А он поступал, как полный эгоист. Нет. Он хотел избавиться от этого. Нет. Он хотел избавиться от этого. Не надо мучить Алису. -Прости меня, звёздочка. Я не хотел кричать на меня. Просто это важно мне. Но ты можешь не рассказывать. Не надо ради меня нарушать обещания, - сказал он ей тихо, опустившись и обняв Алису. -Она любит тебя, - срывающимся голосом проговорила она. У парня застряли все слова в горле. Варя. Любила его. Это уже были не предположения Альфа. Это были её собственные слова. Но почему? Почему она тогда избегала его? Он не понимал. Чёрт. Почему всё было так сложно? Почему с девушками, которые ему были безразличны, всё было легко и просто, а с той, которую он впервые по-настоящему любил, всё никак не складывалось? Нееет. Сегодня он должен был поговорить с ней. Пусть она не хочет этого. Но больше он не выдержит этих мучающих его вопросов. -Тише, звёздочка, не надо плакать, всё хорошо, - произнёс он и сильнее прижал к себе малышку. -Я обещала не рассказывать тебе, - не переставая плакать, сказала Алиса. -Варя не узнает об этом, честно, - пообещал он ей. Девочка начала успокаиваться. Он встал и понёс Алису обратно на качели. Он хотел хоть как-то развеселить девочку. Он спас её от детдома и насилия, теперь же он не хотел, чтоб она плакала из-за него. Слишком маленькой она была для переживаний. Он хотел избавить её от всего плохого. Ведь он был её и старшим братом, и отцом. От качелей девочка отказалась, и они пошли вдвоём гулять по роще. Это был небольшой лес плодовых деревьев, где росло всё, что только можно было здесь вырастить. В АРФА были люди, для которых растения и животные были важнее человеческого рода. Да, со стороны это может показаться и смешно. Но эти они, как и все анархисты, боролись за справедливое дело. Почему человек неожиданно стал венцом природы? Потому что он умеет говорить? Умеет мыслить? Умеет строить высокие здания? По-моему это лицемерие, считать себя выше других живых существ. Разве материнство других существ не так же свято, как материнство человека? Или животные хотят жить меньше человека? Поэтому среди анархистов были и те, кто сражался не только свободу и равенство всех людей, но и всех других живых организмов. Парень понимал их и даже в чём-то поддерживал. Благодаря им, коммуна получала со своих участков пропитание. При этом не страдали ни люди, ни биосфера. Они с Алисой гуляли по этому «парку» и наслаждались молоденькими зелёными почками, которые едва-едва стали появляться на деревьях. Они слушали пения ранних птиц и наслаждались свежим воздухом. Он рассказывал ей о деревьях, цветах и насекомых, о ветре и дожде, о небе и об облаках. А она слушала его, не смея перебивать. Для неё всё, что он рассказывал, было в новинку, ведь с ней всегда обращались, как с ребёнком. А все взрослые почему-то решили, что ребёнку не надо рассказывать правду о мире, лучше придумать сказку и заставить их верить. Но к чему? Ведь реальность гораздо прекраснее, чем любая фантазия, придуманная человеком. Главное уметь преподать её. А он умел это. Возможно, ему следовало стать учителем. Он умел зажигать огонь знаний внутри детей. И ему нравилось это. Но всё ещё не было потеряно. Здесь, в АРФА, все пути были открыты для людей. Каждый мог стать кем угодно и в любой момент мог поменять, если это было не его. В коммунах людям давали надежду. Надежду и свободу. Они сели у большого дуба, который рос неподалёку от сада. Парень всё говорил и говорил, пока девочка не уснула. Сказывалась ночь, проведённая на прогулке. Он поднял её на руки и понёс обратно в дом. Она была такой маленькой и беззащитной на его руках. Нет, он не мог допустить, чтоб кто-то её обидел. Но он не знал, как защитить её, если весь мир был настроен против них. Он хотел свободы. И даже не для себя, а для этой маленькой девочки. Она не заслужила жить в таком жестоком мире. И он должен был создать новый мир. Для неё. И для всех людей. Он занёс её в комнату. Здесь, как и в коммуне, дети могли сами выбирать: спать вместе или отдельно. Место хватало для всех. Девочка, несмотря на то, что была новенькой здесь, не боялась спать с остальными детьми. В этом плане она была более свободна от предрассудков, чем он сам. Он положил её, на многоместную самодельную кровать, сделанную Вовой, который был плотником, по специальности, и вышел. На улице веселились дети. Казалось, что солнце даже светит ярче от их радости. -Добрый день, - послышался сбоку до боли знакомый голос. Он резко повернулся. Перед ним предстала Варя. До безумия прекрасная в лёгком цветочном платье. Впервые он видел её в платье. И оно ей чертовски шло. -Ты прекрасно выглядишь, - сказал он ей тихо, подойдя к ней настолько близко, что почти касался своим лбом её. Она не отстранилась, но и ничего не сказала. -Почему ты тогда ушла? – задал он вопрос, который всё это время мучил его. -Я должна была это сделать, – так же тихо ответила она. -Почему тогда вернулась? -Я не знала, что ты здесь. -Я могу уйти. Он отошёл от неё, но она взяла его руку и произнесла: -Постой. Он остановился. Воцарилось молчание. -Я надеялась, что ты когда-нибудь придёшь сюда, когда здесь буду я. -Но продолжала избегать меня. Он не понимал, почему был груб с ней. Просто за всё время без неё в нём накопилось столько противоречивых чувств, что теперь вся злость неосознанно сейчас вырывалась из него. -Я не могла тогда остаться. -Почему? -Я понимаю, что ты поступил правильно. Ты спас коммуну. Нам было не выиграть в том бою. Но мой брат не был отомщён. -Так всё было из-за этого?! -Да. Ты не понимаешь, он был не просто для меня братом. Он был всей моей семьёй. Отец возлагал на него все свои надежды и видел лишь его. Меня же для него не существовало до момента, когда надо было выдавать карманные деньги. Мать тоже всегда любила лишь его. Я всегда была в тени своего брата. Но я не обижалась на него, ведь он всегда заботился обо мне. Заступался перед отцом, когда я в чём-то провинилась. Не давал меня в обиду в школе. Я боготворила его. Ты не представляешь каким ударом было для меня новость о том, что его не стало. Каждое упоминание о нём отдаётся болью во мне. А теперь, когда появилась возможность отомстить за него, из-за тебя я упустила её. Её глаза наполнились слезами. Он подошёл её и нежно обнял. -Варя, послушай, я обещал тебе помочь отомстить. И я помогу тебе. Но тогда я не мог допустить гибели нашего дела из-за мести. Но я обещаю тебе. Святослав ответит за содеянное. Я найду его, где бы он ни прятался. Ради тебя. Ты мне очень дорога. Всё время, пока мы не виделись, не было дня, чтобы я не вспоминал тебя. -Ты мне тоже дорог. Я не понимала этого, пока мы не расстались. Она заплакала. И он второй раз за день утешал дорогого ему человека. Он слегка отстранил её и, нежно приподняв её подбородок, заглянул в её бездонные зелёные глаза. Он утонул в них. И ему не хотелось выбираться оттуда. Ведь он любил её. Любил каждой клеточкой своей души и тела. И она должна была знать это. -Я … люблю тебя Впервые он произносил эти слова искренне. Впервые, эти слова были не пустым звуком для него. Впервые, они что-то значили для него. Он говорил от всей души. Он хотел показать все свои чувства к ней. Но никакие слова не могли выразить их. Кроме этих. -И я тебя, - еле слышно ответила Варя. Никакому перу автора не передать, что сейчас произошло у него в душе. Это невозможно, ведь это чувство было задолго до возникновения человека и будет ещё столько же после него. Оно было в момент сотворения Вселенной. Оно же будет в момент её гибели. Возможно, оно и было Вселенной. Вселенной двух людей. Он медленно наклонился к её лицу. Его губы коснулись её губ. Он почувствовал, как она потянулась к нему, и нежно поцеловал её. Нет, это не был поцелуй, наполненный страстью. Но в нём было не меньше чувств, чем в самом горячем поцелуе. Ведь им он показывал свою любовь к ней, свою нежность и заботу. А это гораздо важнее страсти. Он не знал, сколько длился их поцелуй. Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он отпустил её. Но даже после этого он не смел открыть глаза, стараясь подольше оттянуть этот момент единения. Он чувствовал её талию и волосы под своими руками, чувствовал её руки на своей шее, чувствовал сладкое послевкусие её губ на своих губах, и в этот момент он бы самым счастливым человеком на Земле. Ведь он любил и был любим. Разве надо человеку что-то ещё для счастья?