You know I can't leave you alone

Каждый день становился все более невыносимым. О спокойном сне Сынмин не знал уже почти месяц, о чем свидетельствовали его темные круги под глазами, осунувшееся лицо и вечно недовольный тон в разговоре. Он стал жутко раздражительным, почти не разговаривал с друзьями в столовой университета. Из-за потери нормального сна у него почти пропал аппетит, он сильно похудел. Нет, он никогда и не был из разряда «больших и сильных», как, например, тот же Чанбин, что при своём невысоком росте имел огромную ширину плеч и большие бицепсы. У Сынмина было стройное тело со слегка проступающим рельефом мышц (спасибо утренним пробежкам с Феликсом) сквозь светлую тонкую кожу. Но после того, как за день он мог пить лишь любимый чёрный чай или, в худшие дни, пару стаканов воды, он быстро потерял вес. Учеба отошла на второй план. Не было сил на то, чтобы написать конспект, послушать лектора, а уж тем более понять материал, который рассказывает преподаватель. Начали появляться задолженности, выговоры, даже угрозы о недопуске на экзамены. Но парню было откровенно наплевать на это, он слишком сильно был занят борьбой с сонливостью, чтобы решать какие-либо другие проблемы. На просьбы друзей обратиться к врачу или выпить какой-нибудь препарат для сна, он лишь отмахивался и говорил, что все в порядке. Но это было самой большой ложью. Никогда он не чувствовал себя настолько разбитым, и лишь от одной мысли о том, что данное его положение - безвыходно, он впадал в отчаяние. Когда это закончится? *** - Ты понимаешь, что ты не даёшь ему нормально выспаться? Он выглядит ужасно. - А мне кажется, что это весело! Посмотри на него: такой милый, сонный щеночек. Он похож на лабрадора. Люблю собак! - Пожалуйста, прекрати. Чего ты добиваешься? Хочешь его в могилу свести? - Возможно… - Я тебя умоляю, останови…, - диалог был прерван внезапно открывшейся входной дверью. - Ты не сможешь мне помешать. Сынмин прошёл в коридор и прислушался. Секундой ранее ему показалось, что он слышал что-то, чей-то голос. Но, постояв в тишине ещё несколько секунд, он ничего подозрительного не услышал. Отключив сигнализацию дома, он снял обувь и прошёл в сторону кухни. Желудок издал жалобный звук, прося уделить ему должное внимание. Парень открыл холодильник, оглядывая его содержимое и, недовольно сморщив нос, отвернулся, закрывая дверцу. Есть не хотелось совершенно, несмотря на то, холодильник был забит разнообразными продуктами под завязку. Он налил себе стакан воды и осушил до дна: так хоть немного утихнет чувство голода. Стоя с пустым стаканом в руке, он размышлял о том, почему ему так плохо? В какой момент вся его жизнь стала такой серой и бессмысленной? Каждый день был словно липкая субстанция чёрного цвета, которая обволакивает его и тянет вниз, не даёт пошевелиться, с каждым днём погружая парня в себя все сильнее. И чем активнее он старается выбраться, тем глубже погружается в неё. В какой-то момент он либо сойдёт с ума от недосыпа, либо попадёт в больницу после голодного обморока. Тряхнув головой и отгоняя от себя плохие мысли, он поставил стакан на столешницу и прошёл в свою комнату, по пути забрав рюкзак из прихожей, в которой его бросил. Пришло время расправляться с долгами, так как на экзамены идти не хочется от слова совсем. Единственное спасение - автомат по предмету. Но для этого нужно постараться, и сделать это прямо сейчас. Достав из ящика прикроватной тумбочки наушники, Сынмин включил песни своей любимой группы, взял в руки учебник по экономике и принялся конспектировать упущенные темы. Спустя три часа было исписано 20 листов тетради, отчего рука стала затекать. За окном уже давно стемнело и рабочую поверхность стола освещала лишь настольная яркая лампа. Парень отбросил ручку куда-то в кучу учебников, откинулся на спинку кресла и принялся разминать затёкшее запястье. В этот момент последняя песня в альбоме закончилась и наступила тишина. Краем уха Сынмин услышал звон, который снился ему вот уже месяц. Но то были сны, а сейчас он отчётливо слышит, как из глубины его дома исходит посторонний звук. Шумно сглотнув и сняв наушники, он повернулся в сторону двери, гипнотизируя ее своими карими глазами и ожидая, что оттуда сейчас кто-то выйдет, как это бывает в заезженных сюжетах фильмов ужасов. Он поднялся с кресла и, с трудом передвигая ногами и стараясь издавать как можно меньше шума, подошёл к двери. Взяв во влажную от волнения ладошку прохладную металлическую ручку, он слегка помедлил. Сердце гулко билось в груди, кровь стучала в висках, а дыхание участилось. Попытавшись успокоиться, сделав глубокий вдох, он резко повернул ручку и потянул дверь на себя. За ней никого. В коридоре тоже. Но металлический звук никуда не пропал, а стал ещё громче. Источником оказалась та злосчастная вторая спальня. Сынмин пришел в ещё большую панику, осознавая это. Ему очень хотелось закрыть уши руками и убежать отсюда далеко, только чтобы избавиться от этого жуткого назойливого звука. Страх заставлял колени трястись, а руки становились липкими от холодного пота. Второй раз приготовившись к худшему, он резко открыл дверь. Вместе со звуком поворота ручки пропал и звон, не оставив после себя даже эхо. Как будто его и не было вовсе секунду назад. Охваченный непонятной горьковатой смесью страха, непонимания и немного облегчения (от осознания, что в доме действительно нет никого), он вошёл внутрь, оглядывая помещение и пытаясь найти источник этого жуткого звука, который успел порядком надоесть. Убедившись, что никаких цепей в комнате нет и уже начав раздражаться от таких шуток сознания, он повернулся в сторону выхода и закричал. Перед ним стоял человек, одетый в обычные синие джинсы и мягкий пушистый джемпер, цвет которого в темноте было трудно понять. Волосы его доходили почти до плеч и были чёрными, как смоль. Черты его лица очень сильно напоминали ему парня из своего сна, который был привязан к стулу в этой же комнате. - Тихо-тихо! Пожалуйста, не бойся меня, я не причиню тебе вреда, - он поднял руки ладонями вверх в мирном жесте, внимательно следя за эмоциями парня напротив. Сынмин же, кажется, не собирался просто так отпускать свой страх. - Кто ты? Уходи, или я в-вызову полицию, - заикаясь, проговорил он. Парень выставил руки перед собой в защитном жесте. - Меня зовут Хенджин. Хван Хенджин. Я жил в этом доме до тебя. Ты не помнишь? Я показывал тебе это во снах, - он сделал маленький шаг ближе, все ещё держа руки перед собой, - Я знаю, прозвучит странно и это, скорее всего, напугает тебя ещё сильнее, но я - призрак. Призрак, застрявший в этом доме и мне безумно сильно нужна твоя помощь. - Ты… Я не помню ничего. Я плохо сплю и тем более не могу вспомнить, что мне снилось… Но как я тебя вижу, если ты призрак?, - задал он вопрос, немного успокаиваясь, но держась на расстоянии от этого странного человека, на всякий случай. - Я не знаю. До тебя меня никто не мог видеть и слышать. Я не могу ответить на твой вопрос, потому что сам не знаю ответ, - грустно улыбнулся Хенджин. Парень был действительно хорош собой. Высокий рост, очень красивые правильные черты лица, пухлые розовые губы, красивое стройное тело, и ещё неизвестно, что могло скрываться под этим большим толстым свитером. - Хенджин… Это ты был привязан к стулу в этой комнате? Тот человек, Чан, кажется так ты его называл? Это он тебя… убил? - Сынмин сделал небольшую паузу и произнёс последнее слово максимально осторожно, не зная, как может отреагировать призрак, стоящий перед ним, на эти вопросы. - Да, - просто и без всяких заминок ответил тот, - У нас с ним были сложные отношения, но я не готов рассказывать тебе об этом. К тому же, он может нас услышать. Он и так на даёт тебе спать, а если ты будешь знать слишком много, станет еще хуже. Я уже подвергаю нас обоих опасности, общаясь с тобой. Но с помощью снов я уже не могу это делать, он не даёт. - Погоди, так моя проблема со сном - это вина Чана? Он тоже призрак? В этом доме? - в шоке спросил брюнет. - К сожалению, в этом доме застряли мы оба. Он настолько был ослеплён своей яростью, когда я захотел от него уйти, что он провёл ритуал, который связал нас и теперь я не могу от него избавиться. Мы связаны вместе и с этим местом, - он обвёл пальцем комнату, указывая на то, что в этом доме Сынмин - далеко не единственный житель. - И что мне делать? Как я могу помочь тебе, если я себе то помочь не могу? Я не спал нормально с тех пор, как переехал сюда. А за последние трое суток так вообще всего четыре часа! Я не смогу, нет, не смогу, - в отчаянии проговорил Сынмин, с грустью смотря в чёрные глаза напротив. Его очень тяготит вся эта информация о виновниках его бессонницы, призраках и убийствах. - Я постараюсь ограничить его вход в твоё сознание. Отчасти тут есть и моя вина, ведь он из-за меня не даёт тебе спать. Если бы я не начал лезть к тебе в голову - этого бы не случилось, - он виновато опустил голову, смотря куда-то Сынмину под ноги. А Ким не знал, что ответить и как реагировать теперь на этого гостя. Он вроде бы и виновен в бессонных ночах и измотанном состоянии парня, но сил злиться и обижаться Сынмин найти не может. Хенджин не виноват, он просто хочет спастись. Но вот от чего? - Почему ты хочешь сбежать? Почему ты просишь тебя спасти? Ты же вроде уже мёртв, не все ли тебе равно, что будет дальше? - он озвучил накопившиеся вопросы. - Я не могу видеть его, он лишил меня жизни, но этого было мало, и теперь я должен терпеть его и после смерти? Он не оставляет меня, не даёт ни дня покоя, а теперь он не оставит и тебя, - глаза блестели в темноте, возможно в уголках его красивых глаз скопились слёзы горечи от воспоминаний, что всплыли на поверхность после сказанных слов. - Я не могу тебе обещать, что помогу, не могу обещать, что все получится…, - он делал паузу, тщательно взвешивая все за и против этой просьбы, в конце придя к одному ответу, - Но я постараюсь помочь всем, чем смогу. Это я тебе обещаю. - Спасибо, - парень склонил голову в благодарном жесте и подошёл ближе, встав в шаге от брюнета. - Взамен я обещаю, что ближайшие дни ты обязательно выспишься. Постараюсь сдержать его как можно дольше, насколько это в моих силах. Мне нужно идти, скоро встретимся, Ким Сынмин. Договорив, Хенджин поджал губы, внимательно и с неким интересом на дне темных глаз разглядывал лицо парня напротив несколько секунд. Затем развернулся и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь с тихим хлопком. Опомнившись, Сынмин подбежал к ней и спешно открыл, но за ней уже никого не было.