Луноликий

— Где он? Где мой омега? — Чонгук залетает в тронный зал, пытается отдышаться. В какой-то из комнат раздаётся пронзительный крик, и альфа сжимается, ощущая, как сердце неспокойно бьётся в груди. Это Тэхён так кричит. — Время пришло, Чонгук. — Мне нужно к нему! — Чон снимает доспехи впопыхах и пытается пройти в одну из спален, но отец ловит его за плечи и не даёт ступить и шагу. — Отпусти меня. — Там три лучших лекаря и Дасон, он обязательно будет в порядке, а своей нервозностью и феромонами ты ему можешь навредить. — Я не наврежу своему омеге, — злится Чонгук. — Забыл, как твои феромоны давят на него? Или одного обморока во время вашей перепалки тебе было мало? Чон рычит, едва ли не скалится. Ох, это он прекрасно помнит. У Тэхёна, как и других омег — часто менялось настроение. И несмотря на то, что гарем давно распущен, Тэ нашёл к чему приревновать. Альфа клянётся, что до последнего молчал и сохранял нечеловеческое терпение. Он ни разу даже голоса на Тэхёна не повысил за все пять лет брака. Достаточно было просто посмотреть на него и всё. Омега успокаивался и лез в объятия, сам же прижимался крепче и торопливо извинялся. Да Чонгук и не злился на него никогда, однако, в определённый момент, что-то пошло не так. Альфа лишь рыкнул на него, неосознанно выпуская феромоны наружу, как младший свалился ему в руки без сил. Разумеется, Чонгук чуть сам богу душу не отдал, когда бежал к лекарю с омегой на руках. И переживаний было множество: на пятом месяце его животик уже был достаточно большим, а этот обморок был далеко не первым. О чём король узнал от самого лекаря. Благо, ничто не угрожало здоровью Тэхёна и его малыша, но ему приходилось пить разные травяные настойки, много спать и проводить времени со своим мужем. Чонгук вот послушал его, отлучился всего на три дня, чтобы наладить мирные отношения, а как итог — долгожданные роды. — Боже, как он кричит, — Чон садится на пол и запускает ладони в свои волосы. — Неужели, нельзя никак облегчить его боль? — Они сделают всё возможное, чтобы он не пострадал, Чонгук. — Он… Может пострадать? — альфа испуганный взгляд на отца переводит, зрачки его дрожат. — Не знаю, надеюсь, что всё будет хорошо и— Из закрытой комнаты слышится детский крик, но омега продолжает кричать. Чонгук тяжело дышит и цепляется за жилет своего ханбока. — Король Чон, — девушка-альфа открывает дверь и смотрит на правителя. — Вы можете пройти к своему омеге. И альфа встаёт моментально, подрывается к своему луноликому мальчику, идёт к нему быстрым шагом. — Тэхён он.? — Господин отдыхает сейчас, но вы можете просмотреть на ваших детей, — девушка протягивает ему розовый свёрток, из которого виднеется крошечный носик. — Он — омега. Король осторожно принимает малыша, придерживая его головку. И охает, когда тот, лишь на секунду, распахивает кристальные глаза. Омега точная копия Тэхёна, такой же маленький и аккуратненький. — Тэмин, — обращается он к малышу и тот сладко причмокивает губками, снова засыпая. Дасон забирает у сына омегу и аккуратно кладёт его в колыбель, но затем протягивает ему ещё один свёрток — золотой. А это значит только одно — мальчик-альфа. — Тэхён очень сильный омега, Чонгук, — королева подходит к спящему Тэ и гладит его по белым волосам. — Он справился. Омега мычит во сне и прижимает к себе одних из любимых ханбоков мужа. Это посоветовала сделать мама Чона, говоря, что его запах может помочь родам пройти благоприятно. — Мне нельзя с ним видеться, да? — шепнул альфа, целуя своего альфёнка в носик и сразу же передавая его маме. — Ты хорошо чтишь наши традиции, но это не обязательное условие, — Дасон укладывает кроху-альфу в колыбель. Чонгук же сел рядом со своим омегой и взял его ладонь в свою, оставляя поцелуи на каждом из пальчиков и тыльной стороне, утыкается в неё лбом и не замечает, как льёт слёзы. Слёзы счастья и беспокойства за него, слёзы бесконечной любви и благодарности за весь этот пережитый стресс. Чонгук так и засыпает, рядом со своим любимым человеком, и держа его ладонь в своих. Просыпается он от мягких поглаживаний по волосам, в них длинные пальчики Тэ путаются. — Уже проснулся? — улыбается Тэхён и поддаётся вперёд, оставляя поцелуй на кончике носа короля. — Ну ты и соня, — хихикает. — Как твоё состояние, самочувствие? Сильно болит сейчас? — в покои приносят суп из риса и сушёных водорослей, ставя тарелку перед омегой. Но Чонгук перехватывает её, и сам кормит младшего. — Мёккук вкусный? — спрашивает король, подставляя ложку к его губам. — Очень вкусно, особенно, когда ты меня кормишь, Гук, — Тэхён улыбается мягко и смотрит так любовно. — Я так и не дал имя нашему альфе, — жмурится Чонгук. — Почему же? — омега перенимает его настроение, обхватывает своей чужую ладонь и чуть сжимает в знак поддержки. — Я хотел омегу, и имя «Тэмин» мы обсуждали вместе… Хочу, чтобы имя дал ему ты. И я уверен, что ты выберешь хорошее. Омега снова смотрит так открыто и наивно. Так, что Чонгук не в силах его не обнять, поэтому, откладывает тарелку в сторону и тянет руки к мужу. Тэхён прижимается к нему, с упоением вдыхает запах молока и улыбается счастливо. — Тэгук, — шепчет он альфе на ухо. — В нём будут части нашего имени, наша любовь. — В них есть частички нас обоих, и твоя несравнимая красота, мой свет, — Чонгук целует его губы мягко сминая их. Тэ на поцелуй отвечает, но ложится на постель. Силы ещё не восстановились, поэтому себя ему нужно беречь. — Может, ты хочешь чего-нибудь? Только скажи, — шепчет Чон. — Хочу увидеть наших малюток ещё раз, их приносили только на кормление, и я так и не успел налюбоваться ими вдоволь. Хочу, чтобы ты никуда не уходил, я очень скучаю по тебе, — Тэхён укладывает альфу рядом с собой и ложится ему на грудь, носиком жадно вдыхая родной запах. — Я от вас теперь никуда, луноликий мой, — Чонгук его в макушку целует, талию поглаживает. А когда придворные заходят в покои короля, тот повелевает принести омеге самую вкусную и полезную, в его положении, еду. Снова кормит сам, воркует со своим любимым мужем. Тэхён в его любви купается, но и сам отдаёт не меньше. Целует каждые пару минут, жмётся ближе некуда и звонко смеётся. — Король Чон, ваши дети, — в покоях снова появляется та альфа, что помогала принимать роды. А за ней — мать и отец Тэхена, которые держат в руках наследников. Омега буквально сияет от счастья, наблюдая, как Чонгук берёт на руки Тэмини — их омегу и первенца. Альфа с ним донельзя осторожен, улыбается, когда омежка берёт его палец в свою маленькую ручку. Тэхён от счастья слёзы проливает, но Тэгук состояние папы явно ощущает — вертится. — Ну чего ты, мой маленький, — воркует пепельноволосый. — Папочка совсем не плачет, и тебе не нужно, радость моя. — Как вы решили их назвать? — спрашивает Джунхо, обнимая Хёнэ. — Омегу зовут Тэмини — великий, возвышенный, красивый человек, — улыбается Чонгук. Он с такой любовью смотрит на маленького омегу, а затем переводит взгляд на альфёнка, которого кормит Тэхён. — А его зовут Тэгук, что означает чистота души, доброта, отзывчивость и лидерство, — Чонгук целует сыночка в лоб и тот распахивает синие глаза. — Они так влюблены. Хёнэ улыбается, наблюдая за взаимодействиями парочки, уводит мужа под руку, чтобы не мешать им. *** — Чон Тэмин! — рычит альфа. — Не дай боже, я опять увижу, как ты лезешь на скалы — расскажу отцу! — Я же не специально, — хнычет омега, сидя на спине у брата. — Думал, удержусь… — Отец тебе такие скалы устроит, помяни моё слово, — Тэгук фыркает, но останавливается и сажает брата на ближайший камень. — Ну всё, не плачь. Очень больно, да? Иди сюда. Тэмин поджимает губы и порывисто обнимает брата, не важно, что сам появился на свет на две минуты раньше. Тэгук для него — Хён, старший брат. Его защита и опора, особенно когда Тэмин лезет во всякие передряги, совсем как их папенька в юношестве. Когда они оказываются во дворце — их сразу же встречает взволнованный Тэхён, который пугается, увидев кровь на коленях омеги. — Тэмини, детка, что случилось? — король-омега осматривает его ножки. — Ох, боги. Потерпи немного, ладно? Тэгук, позовёшь лекаря в ваши покои? — Нет, — хмурится альфёнок. — Я Тэмина сам донесу, а тебе — нельзя тяжёлое таскать! Я всё отцу расскажу, — фыркает он и снова сажает брата себе на спину, под его тихое «ох». И Тэхёну ничего не остаётся, как послушаться маленькую копию своего мужа и пойти за лекарем. *** — Господин Чон Тэмин, будьте пожалуйста осторожны со своим здоровьем, — причитает женщина. — Куда вам по скалам и камням прыгать? — А какая от меня польза? — фырчит раздосадованный омега, Тэхён и Тэгук замолкают. — Тэгук-и на трон сядет, а меня замуж выдадут, вот и всё. — И кто тебе такое сказал? — звучит грубый голос. — Отец, — замирает Тэгук и бросает в родные объятия. — Ты вернулся! — Разумеется, я вернулся, — Чонгук поднимает альфёнка на руки и звонко целует в щёку. Неважно, что альфа. Он сыновей до безумия любит. — Тэмин-и, луна моя, если ты спрашиваешь, какой от тебя толк, то вспомни, что твой папа — тоже омега, как и ты. Он подарил мне двух сыновей, которых я бесконечно люблю, сделал меня счастливым и дал мне стимул возвращаться домой живым. Подумай сам, неужели я смогу выдать тебя замуж за человека, которого ты не любишь? Разумеется, нет. Омеги слишком ценные, дорогой. Они вынашивают детей, любят нас, непутёвых альф. Тэгук громко смеётся, когда отец щекочет его. — Я так ждал вашего появления, а ты говоришь, что от тебя толка нет, ну, — Чонгук поднимает взгляд и хмурится. — Ну чего ты сразу в слёзы, а? Весь в своего папу. Тэмин теперь смеётся тоже и тянет ручки к отцу, обнимает его и что-то шепчет тихо. — Значит вот как, — Король поворачивается к своему омеге и тот всё с полувзгляда понимает. — Мне нельзя нервничать, не наседай! — гнусит Тэхён и прячется в родных руках. — Давно узнал? — Чонгук гладит его по спине и улыбается, целует в затылок и носом зарывается. — Два месяца назад, как только ты уехал, — Тэхён всё равно улыбается. — У нас будет братик или сестрёнка? — Тэмин лезет с обнимашками. — Да, маленький, — Чонгук обнимает свою семью, чувствуя себя самым счастливым.