Ангельская пыль

Холодный осенний полдень. Тяжёлые, налитые свинцом тучи растекались по небу, перекрывая и без того хилые лучи бледного солнца, отражаясь в больших, холодных лужах. Октябрь - один сплошной контраст - пока кроны деревьев полыхали всем спектром жёлтого и красного, порывы ветра безжалостно срывали листья с корявых, чёрных ветвей, пронизали колким холодом насквозь вызывая неприятную дрожь, заставляя алеть маленький носик и веснущатые щёчки. Восьмилетний рыжеволосый мальчишка в фиолетовом пушистом шарфике сидел на лавочке, рассматривая переливы оттенков на большом кленовом листке. Глаза - чистые, голубые льдинки - медленно, внимательно скользили по паутинке тонких прожилок, восхищаясь их хрупкостью и замысловатым узором, стараясь запомнить каждую деталь, чтобы потом перенести их на изрезанную квадратиками бумагу. Слегка помятая тетрадка уже на большую половину была заполнена различнымм рисунками : маленькие, аккуратные зарисовки растений, животных и птиц, изображения человечков с забавными рожицами, городские пейзажи с пыхтящими машинами и уличными фонарями. Маленькие, подрагивающие от холода пальчики ловко танцевали по листку, шурша сменяющими друг друга цветными карандашиками. Штрих за штрихом вырисовывался очередной листочек, пестря жёлтым, с переходом в коричневый, и насыщенным, тёплым оранжевым. Волосы парнишки были такими же - рыжимы, взъерошенными ветром прядями они прикрывали шею, кончиками касаясь плеч. Среди всей этой осенней грязи и хмурого неба они вгылядели как никогда ярко, почти искусственно, привлекая к себе ещё больше ненужного внимания чем обычно. - Эй, сопляк рыжий! - окликнул кто-то з-за спины. Ну вот.. - Алё! Оглох что-ли?! Я к тебе обращаюсь! - противный голос звучал громче, информируя о приближении "друга" Мальчик глубоко вдохнул и стиснул зубы, продолжая водить карандашом по бумаге. - Да ты совсем уже офигел! - раздражённо процедил парень, нагнувшись, чтобы поднять с земли камешек. - Да оставь ты этого патлатого в покое. - топот ног сменился ещё одним голосом. - Лучше посмотри что у меня есть! - Крутяк! А ну, дай сюда! - выбросив камень парень подбежал к товарищам. - Ох, сейчас будет весело. Погнали, пацаны! Глухой стук подошв и гогот постепенно стихали ускользая за угол бетонной стены. Мальчик облегчённо выдохнул, зажмурив глаза. Похоже, сегодня ему улыбнулась удача. Здесь, в одном из детских домов Санкт-Петербурга, жилось далеко не сладко, но иногда, солнце светило ярче, трава была зеленее, а синяков появлялось не пять а два. Он заправил непослушную огненную прядь за ухо, поднимая взгляд в небо. Большие тучи всевозможных оттенков серого тяжело смещались вперёд, напоминая волны глубокого океана. Такое зрелище всегда успокаивало. Возможно, скоро начнётся дождь. Ой, точно! Юноша встал со скамейки, аккуратно отложил тетрадку в сторону и направился к большому старому дереву, листья которого уже давно покоились на сырой земле. Разгребая их носком обуви он пнул маленький, темный... Каштанчик! Один, второй, третий... Собрать надо было целый кулёчек, для изготовления подделок - так сказала воспитательница. И он, как послушный воспитанник, обязательно их соберёт. Тем более, задание не сложное, интересное. И каштаны - красивые, с узорами, гладкие, холодные после осеннего дождя... Вдруг, за спиной зашуршала листва и мальчик от испуга резко обернулся. Ворон. Самый обычный. Стоял, наблюдая за ним. Поняв, что опасности нет, юноша глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бушующее из-за неожиданного прилива адреналина сердце. Он перевёл взгляд на птицу, с интересом рассматривая, а та находилась так близко, словно тоже с любопытством поглядывала на нового знакомого. Вороны были его любимыми пернатыми. Он обожал их рисовать, заполняя листок силуэтами изящных чёрных крыльев. Все твердят что они приносят беду, что они мрачные, скучные, злые, и вообще их нужно гнать долой. Но ему было их жалко. Чем же они заслужили такое несправедливое отношение к себе? Мрачные... Чушь! Только посмотрите как переливаются их прекрасные гладкие перья! И зелёный, и синий, и фиолетовый. А глаза какие, карие, внимательные. А клюв какой необычный! Эти птицы - восхитительны! Они выносливые, умные, смелые, точно могут постоять за себя. Вдруг з-за угла взлетела стая ворон, разбавляя тишину громким эхом. Птица, услышав зов собратьев, одним взмахом чернильних крыльев поднялась ввоздух, бросив на прощание хриплое " Кар!" Мальчик провёл стаю взглядом, вскоре исчезнувшею в свинцовых тучах. Немного постояв, он снова принялся собирать каштаны, пока на рыжую макушку не упала холодная капля. Кажется, дождь начинается. Юноша быстро подбежал к лавочке, успевая словить почти унесённую прорывом ветра тетрадь и стал складывать карандаши обратно в коробочку. И снова удача - в этот раз ни один не потерялся! Улыбнувшись себе, мальчик поправил волосы, но резкая боль моментально стёрла улыбку с лица. Что-то сильно стукнуло его в тыльную сторону ладони. Он зашипел, потирая холодным пальцем больное место, и к его ногам упал камешек. И ещё один удар, на этот раз в плечо. Благодаря куртке - безболезненно. Со стороны снова зазвучал гогот. Только не это.. Компания из пятерых парней неспешно шагали, весело смеясь. Двое явно были немного старше остальных. Один из них поднял руку. Мгновение - и ещё один снаряд стукнулся об ногу. Рогатки. - Хе-хе, смотри-ка! Видал, мямля? Опа! Снова выстрел, на этот раз прямо в макушку. Больно. Глаза начало щипать от поступающих слёз, но он не заплачет. Только не перед ними. Никогда. Он снова стиснул зубы и обернулся к лавочке, подбирая свои вещи. - Эй, чучело лохматое! Что, небось опять какую-то фигню калякаешь? - усмехнулся парень, толкая мальчика в плечо. Но реакции небыло. - Отвечай когда с тобой разговаривают! Толчок посильнее. Удача удачей, а судьба всё же остаётся судьбой - раз ему суждено слушать ежедневные издёвки, значит так тому и быть. Но он не будет поощрять их ответной реакцией. Лучше покричать, поплакать, разорвать несколько листов, но потом, на едине. - Смотрите, какой смелый. А если так? - обидчик схватил тетрадку, вырвав её из рук. - Эй, что ты делаешь, отдай! - мальчик искренне испугался за свои рисунки, изо всех сил тянулся к ним руками, подпрыгивая, но мерзавец был выше и сильнее. - Хе-хе, смотрите, как завыл. Щас будеш свои каракули по кусочкам собирать! - криво улыбнулся парень, и сжал одну из страниц в руках. - Нет! Пожалуйста, отдай! Что-то больно кольнуло в груди, голос предательски дрожал, но отступать было нельзя. - Мальчики! Время на прогулку вышло! Бегом идите обратно! - громкий женский голос заставил всех застыть и посмотреть на открытую дверь. - Чёрт, как же она достала. Как всегда всё веселье портит! - злобно возмутился хулиган. - Так! Я кому сказала! - одетая в бежевое пальто женщина сверкнула грозным взглядом и тяжёлой походкой направилась к ним. - Я сто раз повторять не собираюсь! Шагом марш в свои комнаты! - Да идём мы, идём. - раздражённо протянул парень. - А с тобой мы ещё не закончили. - он смерил юношу взглядом и небрежно бросил тетрадь на землю, разворачиваясь к друзьям. Мальчик тут же подбежал к несчастной тетрадке, аккуратно поднимая её, встревоженно осматривая повреждения. - Ну что за дети! Пога нагоняя не дашь, не послушаются. - важно сунув руки в бока сказала женщина, провожая воспитанников взглядом. - Серёжа, тебя это тоже касается. Она подошла к мальчику и посмотрела на чуть запачканый рисунок. - Ох, какая красота, как правдоподобно нарисовал! Дай посмотреть. - с восхищением вздохнула воспитательница, протягивая руку к картинке, попутно легонько касаясь пальцев юноши. Взгляд её сразу стал строже. - Так, а ну дай сюда руку. Давай-давай. Бо-о-оже! - охнула женщина, разочаровано посмотрев на Серёжу. - Холодная как у жабы! Разумовский, ну сколько раз я повторяла, чтобы ты не сидел на улице до такого состояния?! Хочешь опять неделю с температурой лежать?! Мальчик лишь виновато смотрел под ноги, шмыгая красным от холода носом. - А ну живо забирай свой кулёк, карандаши и бегом в комнату, пока подзатыльника не получил! И руки сразу к батарее! Поджатые губы дрожали от обиды, а всё вокруг плыло из-за пелены слёз. Забрав вещи Серёжа забежал в здание, миновал коридор и зашёл в небольшую комнату, хлопнув скрипящей дверью. В комнате было три кровати - та что была ближе к окну пренадлежала Серёже, а две на против принадлежали ещё двум парням - Жене и Славе. К сожалению или к счастью, они не особо общались и парни редко находились на своих местах, оставляя Разумовского одного, чему тот был очень даже рад. Он любил посидеть в тишине, спокойно делать задания, рисовать или просто витать в раздумьях. Тем более, на едине можно было дать волю накопившимся за день эмоциям. Как, например, сейчас. Сбросив с себя шарф и куртку на стул он грубо кинул кулёк на кровать. Тот, видимо был плохо завязан : несколько каштанчиков выкатились наружу и звонко поскакали по полу. Парень зажмурился, громко вздохнув, а потом взял в руки измученую тетрадь. Он медленно переворачивал страници, рассматривая их, немного успокаиваясь. Но тут он широко распахнул глаза в ужасе - один лист, на котором был нарисован большой, красивый ворон, разсекал кривой разрыв, по которому Серёжа невесомо провел кончиками дрожащих пальцев. Похоже, это стало последней горькой каплей в чаше терпения мальчика. Кипящяя злоба тяжело давила на солнечное сплетение, заставляя учащённо, шумно дышать, сжимать кулаки и до боли закусывать губу. Обида ледяной волной захлестнула его с головой, даже не позволив зделать последний вдох, и тёплые ручейки слёз мягко стекли по холодным щекам. Окончательно здавшись, Серёжа сел на пол и поджал колени к груди, склоняя голову к батарее. Осенний ливень глухо стучал в окно, заглушая тихие всхлипы.

***

Вечер. За усыпаным каплями стеклом царил мрак, окутав сырым, тёмным туманом улицу и лишь тусклый свет фонарей выступал единым спасетельным кругом, отражаясь в широких лужах. Серёжа зашёл в комнату, вернувшись со столовой. Никого до сих пор не было и он щёлкнул выключателем, заливая спальню жёлтым светом. После ужина он обычно садился читать, к чему, собственно, приступил и сейчас. Сев за стол мальчик открыл книгу. Это был сборник сказок с яркой, цветастой обложкой. Ему был до жути интересен этот волшебный, фантастический мир полон магии, необычных существ и интересных приключений. Читая, он абстрагировался от несправедливого, жестокого мира, и старая, скучная комната превращалась в залитый солнцем луг или большой роскошный замок. Может, его жизнь и не была такой красочной, но он быстро научился плыть по течению своих фантазий, трансформируя напечатанные слова в формы, цвета и эмоции. С воображением у мальчишки небыло никаких проблем и он охотно отправлялся на помощь заточённой принцессе, держа в руках острый, холодный меч, весело бегал по заколдованному лесу часами напролёт, ощущая как шёлковые травы щекотали босые ноги... Тишину разрушил громкий топот ног и скрип двери. Двое мальчишек забежали в комнату, заливисто смеясь. Шум резко оборвал тонкую волшебную нить, возвращая Серёжу в реальность. Парни затихли, посмотрели на него а потом снова увлечённо залепетали, прыгая на кровать. Разумовский загнул уголок страницы на которой остановился и отставил книгу в сторону. Почитать уже все равно не выйдет. Напряжённые тусклым светом глаза начинали болеть и мальчик потёр их сквозь закрытые веки, попутно зевая. День был сложным, и в доказательство усталость постепенно растекалась по телу. Он встал со стула и подошёл к кровати, стягивая покрывало. Матрас слегка прогнулся под весом юноши и он, взбив подушку, закутался в одеяло, прикрывая глаза. - ... Здорово! Слушай, а меня дядя к себе через две недели заберёт. - с нескрываемой радостью сказал коротко подстриженый мальчик, укрываясь одеялом. - Серёзно? Тот, который в Америке был? - Ага. Это он мне ту машинку подарил. И значок. - Круто! - ответил блондин, выключая свет и прыгнул на свою кровать. - Слав, ты же мне потом значок пришлёшь? - уложив голову на подушку спросил парень заметно грустным тоном. - Пф, Женя, обижаешь. Конечно! Даю слово. - усмехнулся тот и развернулся в другую сторону, устраиваясь поудобнее. - Хех, ну смотри, я запомнил. - ответил друг прикрыв глаза. - Спокойной ночи. - Спокойной ночи. ... Тихие всхлипы растворялись в скрипе кроватей и мирном сопении. Конечно, Серёжа слышал, и конечно, ему было грустно. Он не завидовал остальным, не дрался за игрушки, не бежал первым в очереди за сладким подарком. Ему было достаточно коробки карандашей, книги и новой тетрадки чтобы продержаться ещё один день. Но что делать ночью? Что делать, когда ты остаёшься один на один со всёпоглощающей тьмой? Со слишком громкой тишиной? Остаётся лишь забиться в угол или укрыться одеялом з головой, позволив горькому ручейку стечь по переносице и впитаться в наволочку. Серёжа не просил ничего, только искренне желал услышать тёплое, уверенное "даю слово". Хотел ощутить радость предвкушения следующего дня. А сейчас... Сейчас он не хочет спать. Не хочет просыпаться завтра, чтобы пережить всё по новому обречённому кругу. Глаза сильно, неприятно щипало, напряжение отдавалось тянущейся болью во лбу, пауза между чёткими ударами капель о подоконник становилась всё короче. Волна безумной усталости охватила мальчика мгновенно, и неожиданно приятно. Мокрые ресницы подрагивали всё реже, пока вовсе не опустились. Непонятное тепло успокаивающе коснулось волос и тихий шепот слабо прозвучал сквозь сон, теряясь в шелесте листвы и приглушённом шуме дождя. - Спи, мой хороший... Все будет хорошо... ... Обещаю...