When There Can Be No Surrender

Они не позволят ему увидеть Исаака. Стайлз ругается и пинает стул, и если бы он был дома, он бы сказал "к черту все это" и вошел как по волшебству. Но теперь, когда Айзек думает, что он практически чужой? Что он собирается сказать? "Привет, это я разболтал и привел тебя сюда"? Да, это было бы здорово. "Чувак, тебе нужно успокоиться". Скотт заставляет его сесть на один из стульев. Садится рядом с ним и даже не пытается освободиться, когда Стайлз хватает его за руку и практически сжимает ее в своей. Стайлз заставляет себя дышать. "Я разговаривал с копами", - говорит он Скотту, потому что ему нужно кому-то в этом признаться. "Говорил с ними о чем?"О, Скотт понятия не имеет, почему Айзек на больничной койке дальше по коридору. Почему Стайлз знает причину и бесится. "Его отец..." Но слова подводят его. Как он может объяснить такое ничтожество, как тренер Лейхи? И почему Стайлз знал об этом? Скотт не купится на то, что Стайлз подслушал что-то снаружи дома Джексона. "Это сделал его отец?" - спрашивает Скотт, широко раскрыв глаза. Стайлз кивает. "Я даже не знаю, посадят ли его за решетку. Если Айзек утверждает, что это неправда..." Стайлз негромко смеется, прерывисто и мокро. Потому что Айзек, вероятно, собирается сделать именно это. Чтобы защитить своего отца, когда он этого не заслуживает. Чтобы попытаться защитить себя. Будет ли достаточно увидеть морозильник и травмы Айзека? Стайлз может дать показания, и, возможно, Джексон. Блядь. Стайлз должен был заявить, что Лейхи тоже добрался до него. Это было бы легко. Просто расскажи им все о Джерарде, как будто это был Лейхи. Убедитесь, что это были их слова друг против друга, потому что никто не поверит Лейхи. Какое это имело значение, если он этого не делал, когда он был виновен во многом другом? Он мог бы пойти на все это. Стайлз мог бы даже обратиться за помощью к Дитону, заявив, что он пошел к своему новому ветеринарному боссу, чтобы его подлатали, потому что сначала не хотел, чтобы кто-нибудь знал. Но этот Дитон поступил как ответственный взрослый и убедил его сообщить об этом. Все могло бы быть так хорошо, а теперь уже слишком поздно. Айзека снова избили, сильно, потому что Стайлз не думал. Он цепляется за Скотта, но кого он действительно хочет, так это своего Дерека. Это была одна из тех вещей, которые у них были общими, у Дерека и у него. Облажаться и заставить людей, которых они любили, страдать из-за этого. Если бы Дерек был здесь, он бы не пытался переубедить его, как это сделает позже папа. Папа скажет, что это не твоя вина, это сделал Лейхи, ты не можешь винить себя. Дерек рычал на Стайлза. Скажи ему, что да, ты облажался, иди и исправь это. Айзек не умер. Стайлз не может забыть то, что только что произошло, но теперь он может защитить Айзека. Ты никогда ни от кого не отказываешься, пока они живы. "Скотт", - говорит Стайлз. "Мне нужно, чтобы ты была шепчущей медсестрой. Выясни, насколько все плохо и проснулся ли он". "...Конечно, хорошо. И это круто-оставить тебя в покое?" "Это круто". Он смотрит, как Скотт уходит, немного успокаивается, а затем идет запереться в ванной. Паническая атака нарастает, и он не может видеть Айзека, пока это не закончится. Это круто, сказал он Скотту. Ему нравится притворяться, что это так. Как будто он профессионал в нападениях. Что это просто досадно. Что-то, с чем нужно покончить. Это ужасно. Каждый раз. Его сердце учащенно бьется, все тело дрожит, и он не может дышать. Стайлз чуть не умирал миллион раз, но почему-то никогда не чувствовал себя так близко к смерти, как сейчас, свернувшись калачиком на полу больничной ванной.   Стайлз устал. После этого он часто устает. Странно, что его сердце все еще бьется быстрее, чем обычно, и часть его хочет следить за лечением, в то время как другая часть хочет спать. Он остается на полу. Приятно чувствовать, что между ним и остальным миром есть запертая дверь. Он немного возится со своим телефоном, прежде чем ему удается позвонить Дитону. "Привет", - говорит он. Черт, Скотт должен был быть сегодня на работе? Если так, то он, вероятно, раньше отшил его из-за видеоигр. В любом случае, это не проблема Стайлза. Он не несет ответственности за все. Просто такие мелочи, как Исаак и конец света. "Стайлз", - говорит Дитон. "Значит, Айзек в больнице". Тишина. "Я сейчас здесь. Я пойду к нему через некоторое время." Снова тишина. "Я думаю, что расскажу ему, что происходит. Немного этого". "Хорошо". «действительно?» "Я знал стаю Хейла в течение многих лет, и я был среди других стай, а также. Не говоря уже о том, что я начал узнавать тебя лучше с тех пор, как ты здесь. Это меня не удивляет, и при всем том, что это может быть неразумно... Если кто и может это сделать, так это вы". Стайлз на мгновение замолкает, затем, заикаясь, произносит "Хорошо" и вешает трубку. Иногда он просто не может иметь дело с Дитоном. То, как он в какой-то момент назовет Стайлза идиотом, а потом заявит, что он действительно думает, что Стайлз может все. Как будто он ему доверяет.