impossibility

Ты снова бежишь; пытаешься скрыться от себя, закупорить пустотой банку со спрятанными внутри надеждами и неисполненными обещаниями. Ты кричишь так, что, кажется, должен слышать весь мир, но твой голос остается где-то на дне моря из разочарований, по поверхности которого дети, забавляясь, пускают плоские камни, заставляя их скакать по воде и ударять по сердцу; они лишь соревнуются, проверяя, насколько далеко могут зайти и что выдержит твоя душа. Если бы все еще могла дышать, ты бы вслед за криком упала в черную воду и оставалась там, задыхаясь вновь и вновь. Ты бы переживала ту игру тысячи раз, постепенно убивая в себе все мечты и оставляя лишь страх, что разъедал бы изнутри и поглощал органы; резал вены и вырывал сердце. Он бы наполнял легкие сотнями демонов, надкусывающими капилляры и ворующими каждую крупицу воздуха. /если бы ты все еще могла дышать/ А знаешь, ты как манекен в торговом зале, увешанный строгими тканями, что совсем тебе не идут. Они становятся оболочкой, призванной оберегать, но вместо этого сжимающей и связывающей режущими нитями тело. Они не дают вырваться мечтам, прорезаться голосу; подчиняют, предотвращая побег. На тебя обращено множество глаз; ты не замечаешь никого, сосредоточившись на поиске путей освобождения. В один момент жизнь резко снимает внешние оковы. Ты мечтала о свободе, но собравшись бежать, осознаешь, что невозможность прокралась внутрь твоего организма и прорастает гнилыми цветами, а ты так и стоишь, после стольких попыток лишенная способности двигаться, дышать и кричать; лишенная способности жить. Цветы внутри тебя продолжают разрастаться и рассыпают семена, заполняя собой каждый миллиметр свободного пространства; они ведут войну, убивая все живое. В какой-то момент их становится так много, что ростки лезут наружу, разрывая кожу. Ты истекаешь кровью, твои глаза выкатываются, а тело гниет; демоны рвут мертвую плоть на части. Что же ты скажешь сейчас? Очередная попытка кажется бессмысленной, когда погибаешь раз за разом. Можешь продолжать бежать, можешь продолжать скрываться от себя или же сразу сдаться внутренним убийцам, что в конце так или иначе тебя найдут и уже не выпустят из оков.