Химическая связь

      — И долго мне ждать?       Я пытаюсь поймать ртом воздух, когда у моего учителя нет даже отдышки за интенсивные три часа тренировки, он вновь ожидает от меня ответа. Возможно, мне стоило сдаться ещё час назад, но азарт в крови не давал этому совершиться. Собираю остатки сил и ныряю под его руку, перекатываясь на матах через голову, я быстро разворачиваюсь, вытягивая обе руки вперёд и выкидывая из себя сгусток фиолетовой энергии.       Баки отбрасывает в сторону и он прилично бьётся спиной о стену, но на моё удивление только начинает смеяться, медленно приподнимаясь.       — Если у тебя есть это, зачем учиться боевым искусствам? Я смотрю у тебя отлично выходит использовать свои силы, без применения кулаков, — Барнс встаёт на ноги, поправляя бионическую руку и ухмыляется, приподнимая одну бровь. Я же в этот момент оседаю вниз, не в силах стоять ровно.       — Они не всегда работают, — опускаюсь спиной на прохладную площадь и устремляю взгляд в потолок. — Иногда мне кажется, что я отлично контролирую свою энергию, но в нужный момент. — я щёлкаю пальцами, смотря на солдата, — Как по щелчку пальцев — ничего. Оттого я хочу научиться постоять за себя, вне зависимости от ситуаций. Вдруг мои силы не вечны?       Баки хватает белое полотенце со скамьи и перекидывает его через свою шею, цепляясь обеими руками за его концы. Он долгое время изучает меня серыми глазами, о чём-то размышляя.       — Верно, уметь постоять за себя — отличный навык, который может помочь выжить. Особенно когда ты одна из мстителей.       — Но я не мститель, — встаю с места, направляясь в сторону мужчины. — Я не проходила никакие обряды посвящения, Старк не представлял меня миру. У нас взаимовыгодные отношения: я помогаю всем, мне помогают справиться с этим, — указываю на своё тело, имея в виду все спрятанные силы. — К тому же, уже скоро я съеду обратно в свою квартиру.       — И ты думаешь, что у тебя получится просто начать жить прежней жизнью?       Его вопрос застаёт меня врасплох и я погружаюсь в собственные мысли. Я знала, что момент прощания обязательно наступит и, как мне казалось, я отлично была к этому подготовлена. Но одно дело вести монологи в собственных мыслях, а другое, когда тебе говорят о таком в лицо. И, быть честной, я всегда старалась убежать от этого ответа.       — Я не знаю, что будет дальше, но у меня нет другого выбора, чтобы жить иначе, — пожимаю плечами, надеясь на его удовлетворение и хватаю свою спортивную сумку с вещами.       — Как это знакомо.       Бросаю последний взгляд на Баки, ловя в его глазах помутнённую грусть и благодарю Джеймса за оказанную помощь, после этого мы расходимся по разным сторонам помещения, направляясь в душевые кабины.       — Ну же, ну же, — я кручу микроскоп, наблюдая за активными элементами, нащупывая что-то важное, затем отталкиваюсь ногами от пола, прокатываясь на стуле до соседнего стола и начинаю рыться в груде бумаг. — Давай, ты же был где-то здесь.       Откидываю ненужные отчёты и наконец-то в моих руках оказывается картонная папка с делом Баки. Я вскрываю застёжку и приступаю к быстрому анализу содержимого. Не знаю, что конкретно я пытаюсь сейчас найти, но моя интуиция громко кричит, командуя не останавливаться, потому я натыкаюсь на маленький клочок чёрного листа. Верчу плотную бумагу с обеих сторон, но на ней нет содержимого. А правильнее сказать — вообще ничего нет.       — Они бы не хранили это просто так, не могло же оно упасть в папку случайно? Но такой вариант нельзя отбрасывать, — уже собираясь убрать найденное в свою сумку, останавливаюсь. Снова бросаю взор и чувствую, как сердце начинает стремительнее биться в грудной клетке. — Вот и попалась разгадка.       Ухватив бумагу за кончик, я подношу её к свету от лампы и немного щурюсь, пытаясь разглядеть. Этим оказывается порванный клочок старой плёнки, поэтому на свету я вижу большую часть того, что было на ней запечатлено.       — Же-ла-ние, рж-ав-ый, сем.над.цать… — останавливаюсь, пытаясь разглядеть содержимое на русском, которого я толком и не помнила, хотя, и изучала какое-то время, но моё зрение не такое острое, чтобы разглядеть детально полустёртую плёнку, — Что это такое?       Встаю со стула, хватаю нужное и направляюсь в общий зал, обычно в это время Стив обедал, поэтому я всем нутром надеюсь его увидеть и мои ожидания оправдываются. Капитан сидел за барным стулом, уплетая овощной салат и смотрел новости на экране перед собой. Баки сидел на своём привычном месте и читал такую же привычную книгу.       — Приятного аппетита, Кэп, — я с улыбкой приветствую друга, обходя его стол и останавливаюсь перед ним, спиной к Барнсу. — Хотела попросить воспользоваться твоим супер зрением и разглядеть вот это.       Достаю из внутреннего кармана белого халата маленький кусочек, последний раз вытягивая его в сторону лампы и осознаю, что вижу остальное содержимое.       — Накладочка вышла, зря тебя потревожила, у меня получилось самой.       — И что в результате? Есть новые зацепки? — Роджерс продолжает поедать свой салат, одновременно общаясь со мной. Дёргаю плечами, вновь вчитываясь в содержимое.       — Набор непонятных мне слов, но не думаю, что они могли оказаться в архивах Гидры случайно: желание, ржавый, семнад…       Не успеваю закончить слово и вообще осознать происходящее: Баки срывается с места с молниеносной скоростью, оказывается позади меня огромной горой. Металлическая рука больно врезается в кожу, накрывая мои губы, заставляя меня замолчать, а другой рукой он дёргает меня за плечи, проворачивая корпус и чуть ли не перекидывая на спинку, находящегося рядом, дивана. Всем корпусом Барнс наваливается на моё тело, полностью обездвиживая, продолжая причинять боль, отчего по одной щеке я чувствую скатывающуюся слезу.       — Баки, стой, что ты делаешь?! Роджерс реагирует молниеносно, перескакивая через барную стойку и хватая со спины своего друга, в глазах которого сейчас я видела только огромный ком гнева, злости и страха. Он всё ещё не отпускал меня, несмотря на крики Стива, из-за которых в комнату ворвались Старк с Брюсом. Тони выставил руку вперёд, на которой был частично надет элемент его костюма.       — Так, солдатик, давай без глупостей, — мужчина активировал устройство, показывая, что его слова далеки от шуток.       Я перестаю дёргаться, внимательно смотрю в холодные серые глаза, когда очередная слеза касается его бионики и он начинает моргать. Вижу, что пустота растворяется и мужчина начинает приходить в себя.       — Ребекка, — он расцепляет мёртвую хватку, отдаваясь в руки Стива, который сразу же уводит друга в его комнату, подальше от случившегося.       Ощущаю на себе тёплые ладони, Брюс помогает мне подняться, осматриваясь по сторонам, стараясь самостоятельно понять причину произошедшего. Я восстанавливаю пульс и привожу себя в порядок, пока оба мужчин ожидают от меня объяснений.       — Извините, но как бы это не было странно — я знаю не больше вас.       — Почему он чуть ли не прикончил тебя, раз ничего не произошло? Что-то задачка не складывается, — Тони кидает в рот пару орехов и облокачивается о серую стену, не сводя с меня взора.       — Я начала читать вот это, — поднимаю с пола плёнку, показывая её любопытным присутствующим. Так как я и сама не понимала, что могло повлиять на Баки — мне не хотелось ставить его в неловкое положения между ним и Старком. — И в принципе — всё. Сначала нужно спросить у Джеймса, уверена, мы сразу всё поймём.       — Как благородно, словно это не тебя только что пытались убить, — Тони усмехается в своей любимой саркастичной манере и кидает пустой пакетик из-под арахиса в мусорный бак. — Раз с этим разобрались, доктор Бэннер, давайте продолжим нашу работу?       — Конечно.       Мужчины покидают меня так же быстро, как и приветствовали, от чего мне становится немного спокойнее.       Я возвращаюсь в свою комнату, останавливаясь напротив двери, хватаясь за ручку и слышу голоса из другого конца коридора. Бросаю взгляд на туннель, видя открытую комнату Баки, как и его самого вместе со Стивом. Меня окутывает ощущение, словно я вторгаюсь на личную и недоступную территорию, отчего быстро ретируюсь в изначальную точку.       Кидаю сумку у двери и вваливаюсь в душевую комнату, проворачивая краны, заставляя воду наполнять ванну. Скидываю с себя всю одежду и сажусь на холодную керамику, привыкая к перепадам температуры. Вода быстро достигает нужного уровня и я прерываю этот поток, а затем медленно опускаюсь под прозрачный настил, стараясь избавиться от всех мыслей.       Уверена, Баки не хотел причинить мне боль, но прочитанные слова заставили его сделать то, что он сделал. Что в сказанном могло так сильно его разозлить и одновременно напугать? Знаю, чувствую, что ответ связан с Зимним и это логично, ведь папка принадлежала Гидре и тому времени, когда он был закодированным убийцей.       Закодированным?       Резко выныриваю, из-за чего большое количество брызгов оказывается на полу и уставляюсь перед собой. Могли ли эти слова быть кодом активации его сознания? Благодаря им Гидра всегда могла задействовать своего лучшего бойца, но как это работало? Как можно внедрить такое в голову и заставить их выполнить своё предназначение? Возможно ли разобрать слова на химические составляющие и впихнуть их в сыворотку или это дело рук психологии?       Как много вопросов в голове, от которых я уже начинаю уставать, а ответы мне мог дать только один человек, и я уверена, что он даже не захочет поднимать эту тему. Но что если разгадав эту тайну, я смогу избавить Баки от тюрьмы собственного сознания?       — Ты в порядке?       Сочувствующий голос Стива закрепляется его крепкими ладонями, сжимающими мои. Он внимательно осматривает небольшие синяки под моим подбородком, часть из которых располагалась на шее, а другая под скулой. Я натягиваю улыбку и вытаскиваю свои руки, хватая бутылку с пивом, содержимое которого я практически уничтожила.       — Брось ты, ерунда, я в порядке, — стараюсь утихомирить порывы утешения в сторону своей персоны, но пока получается слабо. Мужчина сильно опекал меня и я до сих пор не понимала причину. — Ты по-прежнему ни-ни?       Взгляд голубых глаз меняется, он начинает нервничать. Я что, его смутила? Ответ так и не доходит до моих ушей и я начинаю думать, что он просто не услышал вопроса.       — Ты по-прежнему не пьёшь алкоголь? — дублирую и Роджерс едва заметно выдыхает. О чём он вообще подумал?       — Ты же меня знаешь, меня не интересуют такие вещи, — он внимательно смотрит на меня и на лице появляется улыбка.       Я пожимаю плечами, делаю новый глоток и наклоняюсь ближе к Капитану.       — А какие вещи тогда интересуют? — заговорщически шепчу, надеясь услышать что-то, чего я бы никогда не узнала. Этот детский восторг зарождается глубоко в груди, но быстро блекнет, когда замечаю странные эмоции на лице мужчины и он выпрямляется.       — Мне нужно отлучиться, скоро вернусь.       Стив одаривает меня полуулыбкой и исчезает из поля зрения, а я вновь не понимаю такую его смену настроения, которая в последние дни встречалась всё чаще и чаще. Я крепче сжимаю в руках стекло и отхожу от бара, приземляясь на никем не занятый диван. Сегодня здесь было шумно, Тони устроил очередную вечеринку, созвав многих известных людей. До меня, да и как мне до них — было всё равно, поэтому я наслаждалась грустным одиночеством, опустошая уже третью бутылку, но опьянения как рукой сняло.       — Не многовато для тебя? — холодный голос мужчины внедряется в мою атмосферу, опускаясь на соседнее место. В руках Баки тоже было пиво, он приподнял бокал, как бы чокаясь и сделал несколько глотков.       — Не хочешь рассказать другое? — да, вот так прямо спрашиваю об этом, возможно алкоголь всё же сделал своё, добавив мне пару граммов смелости, — Что сегодня произошло?       Вижу как напрягаются его скулы, Барнс откидывается на спинку и поворачивается ко мне лицом, внимательно изучая моё. Я поступаю аналогичным образом, удобно устраиваясь в подушках и ныряя в его глаза.       — Слова, произнесённые тобой, вернут в этот мир Зимнего солдата, а я очень не хочу этого допустить, — он наблюдает за моей реакцией. — Это если говорить очень кратко.       — А если не кратко?       Я вновь давлю, но ничего не могу с собой поделать, мне хочется знать больше, чтобы понять Джеймса лучше. Даже удивляюсь такому любопытному порыву и интересу, но сейчас, в эту секунду — его голос, его взгляд и история было единственным, в чём я нуждалась.       Его глаза на секунду задерживаются на моих губах и клянусь, я хотела, чтобы этот момент продолжался вечность.       — Каждое слово в этом списке означает определенное действие и момент, связанный с моей жизнью. А точнее с переходом на другую сторону… Первое означает, что Зимний грезит желаниями вернуться в своё прошлое, в мир до войны, в спокойствие, но это всего лишь желания.       Желание.       — Второе напоминает мне о том, что я достаточно зрелый, и мне уже далеко не столько, насколько я выгляжу.       Ржавый.       — Третье самое простое — я родился в 1917 году, оттого и название.       Семнадцать.       — Дальше идёт мой новый путь, в виде солдата и послушника Гидры. Моё перерождение в другого человека, хотя человеком меня сложно было назвать.       Рассвет.       — Пятое это место, в котором было создано вот это, — он приподнимает бионическую руку, грустно ухмыляясь и вновь прячет её под длинный рукав кофты, не желая лишний раз святить таким орудием, из-за чего мне становится грустно. Я никогда не разделяла его руки, каждая — это его часть, ему тоже нужно понять и принять это.       Печь.       — Шестое относится больше к мифологии. Ты знала, что по сказаниям у Гидры было девять голов? Оттого и соответствующее слово.       Девять.       — Седьмое сложнее, — мужчина останавливается, сжимая ладони в кулаки и закрывает глаза. Я мнусь, но всё же кладу свою руку на его плечо, стараясь показать, что он не один. — Пока я был одним из зомби, всё мною содеянное не воспринималось как что-то плохое.       Добросердечный.       — Восьмое значило моё возвращение домой и этому изначально не суждено было сбыться.       Возвращение на Родину.       — С девятым думаю не будет сюрпризов, по мне достаточно видно, что я не любитель сторонних компаний, — Барнс давит улыбку, не отводя от меня своего взгляда и я продолжаю внимательно его слушать. — Хотя раньше я был другим, Бекка. Возможно это и сложно сейчас представить.       Один.       — И последнее, — мужчина останавливается, будто боится закончить рассказ этой истории, словно я могу осудить за это. — Место, где погиб Джеймс Барнс и родился Зимний солдат.       Товарный вагон.       Тяжело дышу, стараясь принять услышанное, а если быть точнее — не разреветься прямо на этом месте, потому что я не могу представить судьбы сложнее и что должен был пережить один человек, чтобы пройти такое. Я склоняю голову вниз, но Баки касается моего подбородка, аккуратно поднимая, чтобы я вновь посмотрела в его глаза.       — Только не нужно жалости, Ребекка. Её я никогда не смогу принять.       Коротко киваю, отпуская негативные мысли и стараюсь расслабиться. То, что он рассказал мне обо всём заставляет сердце трепетать. Я благодарна за каждое предложение, за то, что он смог поделиться этим. Возможно он тоже почувствовал себя лучше.       — Давай выпьем, без тоста, просто так, — улыбаюсь, задевая концом стеклянного горлышка его бутылку и отпиваю несколько глотков. Мужчина поступает точно также. — Думаю, что мне на сегодня хватит алкоголя, — я поднимаюсь с дивана и все предметы помещения, включая людей начинают вертеться, затягивая меня в круговорот безумия.       Практически падаю обратно, но Баки перехватывает меня за талию, придерживая для равновесия. Барнс ловко вальсирует между людьми, унося нас в глубину коридора и через какое-то время я уже практически не слышу никаких голосов.       — Тебе ещё снятся кошмары?       Мой голос немного дрожит на вопросе, не знаю что именно тому виной: алкоголь или странное волнение, вперемешку с желанием.       — Да, — его короткий ответ обезоруживает и парень приостанавливается на развязке помещения, прижимая меня к стене, чтобы я не сползла вниз, ведь ноги уже давно не держали меня.       Поднимаю густые ресницы, замечая, что он молча смотрит на меня, слишком внимательно, слишком проникновенно. Я приподнимаю голову, чтобы лучше видеть мужчину и вступаю в эту безмолвную игру. Он склоняет голову в бок, блуждая взглядом по моим ключицам, шее, губам. Я нервно закусываю нижнюю губу и пытаюсь выскользнуть из-под такого настила, но он перехватывает меня за запястье.       — Спасибо, что слушала меня сегодня, я рад, что смог этим поделиться.       — Я тоже рада, правда.       Мы обмениваемся улыбками и Джеймс доводит меня до комнаты, где я прощаюсь с ним и закрываю дверь, скатываясь по ней вниз.       — Боже мой, кажется мне нравится Баки Барнс. Чёрт.