Сумасшествие, а не семья!

Когда день уходит за днем и экзамены, переживания и стресс уходят на задний план, на какое-то время, школа устраивает особые дни. Например, две недели назад в Старшей школе проводилась неделя с различными тематиками. Сначала были «смешные носки», «веселые побрякушки», «день Экологии», а затем началось что-то посложнее и веселее: «день Нептуна», «принеси что угодно, кроме портфеля», «кинопятница», «день пранков» и… День наоборот. И как раз сегодня был подобный день. О дне Наоборот объявили буквально меньше недели назад, не дав никакие дресскоды или инструкции, просто бросив старшеклассников с этой новостью плавать сосиской. Хиханьки да хахоньки, а вот подростки-выпускники без лимита на «наоборот» могут привести к не очень желанным последствиям. Так в прошлом году «наоборот» поняли в двух смыслах: «противоположный пол» и «ученики это учители и наоборот». Конечно же, были и подгруппы, которые восприняли «наоборот» в других смыслах, но в основном были эти два варианта. В первом случае это было классикой, но были инциденты, что парни друг другу поднимали юбки и флиртовали друг с другом в шутку, а во втором — большинство вырядилось в своих любимых учителей и ребята чуть случайно не начали прямо-таки межучительную войну. И Османы в семье особо любили этот день, в особенности, когда у них имелся шанс подготовиться к нему и предпринять что-то свое. Их День начинался еще с дома, когда они могли вырядиться и играть из себя девушек, либо пробуждая всю семью вспыльчивым знакомым ревом своего тренера. В сегодняшний день, в День Наоборот, было решено, что все будет наоборот. Говоря точнее, Ник, Джейсон и Мёрвин намеренно проспали и, после того как открыли глаза, стали вести себя невыносимее обычного. Мёрвин на пару с Джейсоном были самыми шумными и ноющими, пока Ник вел себя более сдержанно, изредка присоединяясь к их детским и девчачьими жалобам. Парни игрались со своей едой во время завтрака, болтали без умолку и крутили пряди своих цветных (хэллоуинских) париков. Рейчел же с Эриком смотрели на них во все глаза, не совсем понимая, ведь у младших не было такого тематического дня. Сначала оба глазели и разглядывали, как их привычные маскулинности братья тут вдруг стали вести себя, как маленькие девочки, а затем они стали смеяться с них, с того, как Джей громко завопил обидой и стукнул по столу, чуть не разбив тарелку и стакан, как Мёрв крутил своими плечами и хлопал глазками, хихикая ни с того ни с сего и улыбаясь, чающего обычного, пока Ник без остановки говорил о том, как он хочет новый кухонный игрушечный сет кухни, со всеми крутящимися штучками, звуками и сковородками-кастрюлями. Салим только посмеялся с их поведению, даже изредка включаялся в их «игру» и болтал с ними о том, о сём, пока резко не вспомнил, что им вообще-то надо в школу. Хихоньки закончились во время поездки в машине и хахоньки продолжились уже в школе. Точнее всё веселье продолжилось только у старших братьев, ведь тематический день выпал на один из многочисленных праздников, из-за чего только а младшеньких отменили школу. Эрик остается с Салимом дома, взявшим себе неожиданный выходной, а Рейчел напрашивается остаться у соседки, которая присматривала за Клариссой, родители которой ушли на работу. Стоит наверное сказать, что Старшей школе ученики смогли таки соединить свои клетки мозга воедино и согласовались на том, что сегодняшнее «наоборот» это огромный наоборот. Ученики приходили в школу задом наперед, седлали свои места и показывали учителям свои волосатые затылки (и некоторые учителя даже не замечали этой выходки, пока не разворачивались к ним и встречались лицом с.. ну, затылками). Затем же ученики разделялись на тех, кто брал себе обеды и сразу выбрасывал их или ел «выплевывая», или попросту угощали кухарок едой из своих ланчбоксов. Говоря коротко, к огромнейшему удивлению, как и Османов, так и самого директора, этот День Наоборот проходит невиннее всех, что были до этого. Учители смеются с учеников, пародируют их, делают вместе фото, пока ученики также смеялись т шутили друг на другом, кто переодевался в своего друга-подругу, а кто изображал дуэт или целый квартет учителей. И все бы ничего, день проходит просто фантастически для трёх Османов, изображающих маленьких и надоедливых девчонок, что вечно дразнили друг друга и играли салки, пока они не приходят обратно домой. А там их встречает Салим… ну, как Салим?… — Йоу-йоу-йоу, чуваки! — он жестикулирует своими руками и вальяжно широко подходит к парням, здороваясь с каждым громким и сильным хлопком по ладони, — Как ваш день прошел, как денечек ушёл! — у Салима широкие и отражающие солнечные очки на глазах с кепкой козырьком назад и в наряде, который никак не назовешь, кроме как умершим трендом прошлого (узкие джинсы и черная майка с незнакомой цепочкой). Джейсон первым выходит из общего оцепенения, не убирая своих широко раскрытых глаз, блять, от своего отца?! — Салим, ты.. в порядке? — Джейсон косится на мужчину, наблюдая за тем, как он надувает губки и позирует, расставляя широко ноги и скрещивая руки на своей груди. — Джей-Джейсенуля, у меня всё пучком, живу поживаю и не тужаю, — Салим кивает ему, не сбрасывая свою игру. — Выколите мне глаза, — Мёрв тихо говорит братьям, устало стягивая со своей головы фиолетовый парик ведьмы, — Скажи, что ты шутишь? — он обращается к папаше, также удивленно оглядывая его прикид. — Нравится, хах? — Салим им широко улыбается, упирая руки на своих бедрах, как какой-нибудь супергерой, — Раз день наоборот, то и я вот наоборот сделал, Нэйт. Зацен прикид, а?  Старший Осман поворачивается им спиной и поднимает свои руки, играясь, позируя и показывая всю свою мускулатуру, что у него и правда была. Вот тут-то парни и взрываются неким оскорбительным вздохом, разинув рты и неверяще оглядывая Салима с неплохими бицепсами и трицепсами.  — Пап! — Ник говорит это с оскорбленным и восхищенным тоном, нервозно посмеиваясь, когда к нему разворачиваются с самодовольной улыбкой и игривым взглядом, опустив очками на кончик носа, — Ба! Ты когда только успел? Что это такое? — парень тычет своим пальцем ему в мускулу, на что Салим напрягает свою руку, вызывая у Никки резкий вскрик и заставляя его даже как-то отпрыгнуть от себя. — Ни-чего себе! — Мёрв чуть ли не материться, также подходя к старшему Осману и вглядываясь в его длинный ремень, свисающий ему ниже колен, — Ты откуда только это все достал, слышь! — Зейн разрешил одолжить. Чё, нрав? — Салим знающе кивает, раскрывая руки и позволяя своим парнями оглядеть себя в новом стиле. — Зейн? — Джейсон удивляется, также замечая, что кепка у Османа с прямым козырьком и с надписью «I love NY», — По-моему ты заглянул в слишком ужасное и глубокое прошлое, Салим. — он качает головой. А Салим только улыбается ему, стоя с расслабленной осанкой и забавными человечками, отражающиеся у него на очках. Он вновь напрягает свои мышцы, когда Нэйт также тыкает его по телу, прощупывая и оценивая отцовскую мощь. Парень также удивленно отдергивает руку, обмениваясь с Ником неловким смехом и удивленными взглядами, когда Салим громко хлопает в ладоши, отдергивая их внимание со своей мускулатуры. — И так, — он говорит и коварно улыбается, — раз мы все готовы, мы идем в Молл. Парни тут же теряют всю забаву и игривость, принимая более ужасающую реакцию на своем лице. На этот раз, рты у них раскрываются от ужаса и идеи, что их собственный отец, папаша семейства, солидный мужик, собирается пойти по магазином со своими детьми в подобных нарядах. Тут было бы стыдно не только Салиму за своих сыновей, но парням было бы жуть, как неловко перед чужими людьми, что их опекун одевается в люди таким образом. А еще это было констатирование факта, что значило это было окончательное решение и отказы парней не принимались. — Я переоденусь, — Мёрв качает головой и собирается было уйти, как его сразу же хватают за руки Ник и Джейсон, — Пустите! — Нет, нет, не-е-ет! — они качают головой, утягивая Нэйта обратно на место, — Раз мы все наряжены, то так уж и пойдем! — Да не буду я-! — парень пыхтит, пытаясь вырваться из крепких футболистских хваток и не дать мини-юбке, поверх его спортивных шорт, задраться или порваться. Парни пыхтят друг на другом и иногда вскрикивают, дергая друг друга за одежду, юбки, платья и парики, срывая их и откидывав куда-то в сторону. Они не дают друг другу отойти или убежать в сторону, грубо хватаясь и чуть ли не разрывая такую драгоценную одежду для маскарада, пока их отец стоял в стороне, скрестив руки на груди и смотря на них поверх своих очков. Колчек захватывает руку Мёрва в своих объятьях, пока Ник обнимает его за шею и грудь, пытаясь обезвредить вырывающегося подростка. Когда Мёрвин вновь вскрикивает и вырывается из хваток парней, он выкручивается из своей куртки, делая только хуже и застревая чуть ли ни верх тормашками вместе со своим портфелем и застрявшими запястьями. Подросток рыдает в голос, прося отстать от него, пока оба его брата смеялись над ним, щекотали и хлопали. — Так, так, так! — Салим разъединяет парней, поднимая свои руки перед ними, чтобы они вновь не прицепились, — Драки в доме я не одобряю. Сегодня веселый день. Мы все наряжены, — он оглядывает всех по очереди одним долгим взглядом, — и мы с вами, вот так, в такой одежде, пойдем в Молл. Когда парни вновь стонут в отчаянии и просят отца, ну, хотя бы одеться более-менее прилично, то встречаются только с пустым местом, ведь тот уже успевает уйти с нужными вещами в машину. Мёрвин хлопает себя по лицу и двигается, пока Джейсон и Ник, забрав необходимые вещи из рюкзаков, упрыгивают на улицу к их машине. Приезжая, к удивлению, без пробок, они оказывается тут. Их знакомый городской Молл. Только с четырьмя этажами, со многими закрытыми или не пришедшими магазинами и со вполне хорошим фуд-кортом, что является по идее «хитовым» местом молодежи, по словам Салима. И откровенно говоря, старший Осман прав, ведь сюда стекаются многие люди, как место где можно просто потусоваться и может даже пересечься с другим кругом друзей. Салим идет развязно — размахивая руками, легкой походкой с одной ноги на другую, изредка подправляю свою кепку или касаясь козырька и поднимая ее при приветствии каких-то знакомых, обменивается одними кивками и идет себе дальше. А парни плетутся же сзади; Ник, почти копируя папу, идет уверенными шагами, не боясь встретиться с глазами с проходящими мимо людьми, Джей шагает по правую руку от Османа, скукожив лицо в непонятную эмоцию, но откровенно веселясь и еле сдерживая смех, а Нэйт — плетется позади них, глядя на кафель и сунув свои руки в карманы шорт под своей юбкой, избегая чьих-либо взглядом и любых звуков. Не считая того, что все вокруг и вправду смотрели на них с забавой в глазах, Джейсон замечает, как некоторые знакомые со школы также в Молле, продолжающиеся веселиться в своих нарядах наоборот. Они сидели группой или смеялись друг на другом, продолжая забавляться и «входить в роль» в своих костюмах, пока ничего не знающие пожилые люди оглядывали их осуждающими взглядами. — Ради Бога, только не позорьтесь перед людьми, — сказал Нэйт им перед тем, как войти в Молл. — Да ладно тебе, будто ты и сам не опозоришься вместе с нами, — только ответил Джей с посмеивающимся рядом Ником. К веселью Салима и Джея с Ником, но, к несчастью, Нэйта, они и правда в каких-то моментах опозорились. Ник минимум дважды увидел посреди дороги и в магазине своих знакомых-дружбанов, после чего оба визжа, как девчонки, кинулись друг другу в объятия, веселясь и крича во всю. Джейсон также хотя бы трижды устроил целые выступления в магазинах в разделе косметики, жалуясь на не подходящие оттенки и дорогие товары. А Салим же умудрялся по дороге не только встречаться со своими знакомыми, но и заводил новую дружбу с ровесниками парней, что делали комплименты его наряду и поддерживали их общий хаос в динамике. Джейсона можно было назвать единственным откровенным человеком, что наслаждался и не стеснялся на пару с Салимом. Ник же скорее балансировал в золотой середине, удерживая их «выступление», а Мёрвин полностью вытрезвял их ситуацию, помогая понять мимо проходящим, что да, у него семья идиотов и да, он также идиот, что присоединился к ним. Не считая временами улетавшими париками с их голов, Османы выступили хорошо. Ну, откровенно — они повеселили и себя и остальных на славу, ловя свои парики, подправляя порванную по шву женскую одежду и превращая свои «стрелки» в вечерний макияж для клуба. Когда же Джейсона с повеселившимся Мёрвином вышвырнули из магазина за громкое поведение, «раздражающее и спугивающее всех покупателей», Салим объявил, что им уже можно и уходить. И не успели парни вздохнуть с облегчением, как Салим напоследок затащил их в магазин одежды… — Ну, ка-а-ак? — мужчина раскрывает свою штору и красуется перед кучкой развалившихся парней на маленьких пуфиках перед примерочными, — Мне идет? — он взмахивает полами пиджака, красуясь глупой футболкой с надписью «I love My Kids (even if they’re adopted)!»* («Я люблю Своих Детей (даже, если они приемные)!»), и крутится на своем месте, в конце сбивая несуществующую пыль со своих плеч. Получая в ответ лишь неопределенное и уставшее мычание своих мальчиков, Салим прекращает всю игру, снимая с себя очки и кепку. Минутой или две позже, старший Осман возвращается к дремлющим парням, развалившимся и оперевшимся на друг друга или стенку рядом. — Джей. Джейсон? — парня аккуратно зовут четким шепотом, пробуждая ото сна. — Фт- что, что? Что такое? — Колчек делает резкий вздох, раскрывая глаза и осматриваясь перед собой, чтобы встретиться с добрым взглядом Салима перед собой. На нем больше не было этой глупой и неподходящей одежды, но оставалась та идиотская футболка, которую он примерял, — Что случилось? Ты кофту порвал? — О? Нет-нет, все нормально, — он слегка смеется, — Просто решил закончить на сегодня и… ну, заодно решил обновить слегка гардероб и поменять одежду. — А.. а-а, — парень полусонно кивает, выпрямляясь на своем месте и смещая спящее домино, разбудив Ника и Мёрвина со своих мест. — Ау! — Нэйт отбивается от руки Кея на своем лице, когда он хватается за него и пытается поднять себя с пуфика, — Да бля- Свали! — М-мх!.. — Кей также полусонно поднимается со своего места, пошатываясь и рискуя вновь упасть от строго положения стоя. Оглядывая своих полусонных парней взглядом и проверяя, что они ничего не забыли, Салим раскрывает небольшой пакет, куда уже успел положить свою футболу ум очки с кепкой: — Кидайте свои парики и костюмы. Мы закончили, господа. Оранжевые, голубые и фиолетовые парики слетают с голов и падают внутрь пакета, на что парни сразу же вздыхают с облегчением и расчесывают раздраженную кожу своей голову. Затем же, они также срывают уже потрескавшиеся костюмы (или оставшиеся их части) и кидают их за париками. — Вы отлично справились, — Салим говорит, направляясь с ними на выход. Парни вновь что-то неопределенно мычат в унисон, не позволяя себе проснуться, но доверяя отцу довести их в подобном состоянии до знакомой безопасности и теплоты их машины, чтобы направиться в и так уж более знакомые и комфортные стены их дома.