Ridens silentium

— Быстрее, готовьте реанимацию! Парень с ножевым ранением! - суетливо готовясь к операции, доктора шли рядом с кушеткой черноволосого молодого человека, у которого из живота виднелась рукоятка ножа. Дверь реанимации закрылась и, чужая душа оказалась в руках больничных стражников. Группа парней стояла снаружи и лишь четверо вошли внутрь, повествуя выдуманный рассказ и объясняя, кем является раненый. — Баджи Кейске, 16 лет. Живёт по адресу ***. Из родителей есть мать, мы ей уже сообщили. — А вы сами ему кто? — Мы друзья. Я Мицуя Такаши, если это важно. — парень отошёл от стойки, идя к остальным. — Нам остаётся только ждать. Такемичи, нужно поговорить. Дракен, иди к Майки, ему явно нужно твоё мужское плечо. Пачин... — Да понял я, иду. — Хорошо. Тогда здесь останемся мы с Ханагаки. Будем держать вас в курсе. — Мицуя мог показаться спокойным, будто ему плевать на друга, находившегося при смерти, но все прекрасно знали, что ему тоже не легко. Сейчас каждый из них переживал до дрожи. Пока остальные волновались за жизнь Баджи, парень снаружи, выделяющийся из всех курткой белого цвета, думал лишь о прощении. О прощении того самого раненого. Ведь это именно он пырнул его. Но... Тот удар не был последним. Кейске нанёс решающий сам себе. Чтобы его, Катзутору, не винили друзья и он сам. Смогут ли его простить? Простит ли он самого себя? Эгоистично думать об этом сейчас, но на деле он просто знал. Знал, что его друг выживет. Ханемия всегда винил остальных, но в этот раз... — Я уничтожил самое дорогое... Прости, Баджи. — Ещё с той самой фразы хотелось перечеркнуть всё. Не вышло. Ханма не дал ему сдаться полиции. Теперь оставалось только ждать, пока Кейске очнётся. Катзутора шёл, смотря в землю пустым взглядом. Ему больше некого было винить в том, что произошло. Лучше бы его убил Майки, или забрала полиция. Тогда он бы смог покончить с собой в тюрьме. Как теперь смотреть им всем в глаза? Казалось не только судьба, но и собственный организм издевался над ним. Невозможно было думать хоть о чем-то, голова казалась совершенно пустой, даже прорыдаться не выходит. Все слёзы высохли. Была уже поздняя ночь, когда в кармане завибрировал телефон. Ханемия глянул на ярко-горящий экран, режущий глаза. Там было новое сообщение из... — А? "Свастоны"? Что я здесь делаю? Неужто... Да. Его простили. Почему? Это Катзутора понял, когда увидел текст от Мицуи: "Баджи жив." Никто не ответил на его сообщение. Им не нужно было как-то реагировать, чтобы показать своё счастье. Парень облегчённо выдохнул и наконец смог улыбнуться. Всё же, он боялся.