Невлюблённый рыцарь

Палач заглянул в таверну: ранним утром местные пьянчужки только начинали расходиться или засыпали прямо под столами. Он прошёлся тяжёлым взглядом по каждому и вышел на задний двор. Разломанный в щепки забор продолжал гнить, отдыхая обломками в грязи. Никто его не починил. Руки палача коснулось что-то склизкое. Он обернулся и увидел того самого ослика. Голодный обормот тыкался тёплым носиком в кулак палача. Верзила улыбнулся и потрепал его плешивый загривок. -Братишка, в другой раз обязательно принесу тебе морковку! Он прошёл через дыру в заборе к реке. Той, где всё началось... Палач подошёл к самому краю, посмотрел в чёрную бездну. Ужас стукнул по башке оглоблей: в глубине горели два красных, налившихся кровью глаза. Ему захотелось рассказать кому-то, какое чудище живёт в реке, укрытое толщей воды. Но это было всего лишь отражение. Из-под красного колпака вырвалось: -Эй! Ты там?! Он боялся услышать тишину в ответ. -Его там нет, - раздался какой-то хрустальный звон. Палач огляделся - рядом никого. -Подними голову, дурачок, - звон хихикнул. Палач поднял голову, и поймал улыбку Луны. Старая подруга рыцаря подмигнула громиле, но он не поддержал кокетство. -Я не твой дружок и не называй меня так! -Как знаешь... - она исчезла под заутренний звон колоколов. "Черт! Надо было спросить, где он... Походу, небесная оладья была права. Ну и дурак же я..." Он пошёл на работу. В этот день не ладилось всё: верёвки рвались, ржавые замки не замыкали цепи вокруг шей пленников, тупые ножи не срезали кожу, деревянные иглы ломались, отказываясь залезать под ногти. Голова страшно потела под полуденным пеклом, а лицо чесалось под шерстяным колпаком. Стражники волокли к эшафоту осужденного. Поникшую голову венчали игривые золотые кудряшки то тут, то там испачканные запекшейся и свежей кровью. Палач вздрогнул. Неужели это те кудри, что выбивались из-под скрипящего забрала? Неужели, это те кудри, в которые так легко влюблялись женщины, не менее легко оставляющие свой предмет любви?.. Приговоренного втащили на помост. Палач схватил обмякшую голову за волосы и рванул наверх. В расквашенной отбивной едва читалось лицо...его...сапожника. Палач выдохнул с облегчением. Но вместе с ним вернулось и недоумение. "Где этот чёртов раздолбай?! Неужели попрощаться сложно было?!" Палач уложил голову сапожника на окровавленный пень и потянулся за орудием. Грохот! Головешка топора отвалилась от рукояти. Палач злобно цокнул и принялся чинить его. Закрепив конструкцию, он провел пальцем по лезвию: топор был безнадежно туп. Палач достал тяжёлый точильный диск, но едва нажав на педаль, колесо вывалилось. Он в сердцах бросил Топор на землю и сгорбился как горгулья на краю эшафота. Редкие прохожие и скучающие зеваки посмеивались над беззащитным воплощением вселенского страха. Сегодня был явно не его день. Раздалось медленное шарканье. Краем глаз Палач заметил, что осужденный отлепился от пня и пополз. "Неужто сбежать пытается?" С утра сапожник последний раз в жизни надел сапоги. Не свои, а испанские... поэтому ноги приговоренного были размозжены в кашу, и он полз как червь. "Люблю людей, которые не сдаются. Которые не теряют желания жить до самого конца... а есть ли оно у меня?" Палач уже собрался хватать за шкирку беглеца, как вдруг последний сам бросился ему на шею! Едва живой преступник обвил своими пока ещё тёплыми руками плечи палача. Он погладил его по спине, опустил на плечо голову и сердечно прижался. -Мужик...Я вижу, что тебе хреново. Но ты держись, - прохрипел сапожник и похлопал размякшего убийцу по спине. Растроганный палач обнял его в ответ...и не понял - что там потекло по щеке то ли пот со лба, то ли нет. Но ему стало менее паршиво. Всякий человек заслуживает поддержки. -Пожалуйста, убей меня поскорее, я так больше не могу, - вдруг шепнул ему в ухо осужденный. Палач стиснул свои объятия сильнее. Затёкшие в тюремной камере косточки захрустели. И ещё сильнее. Приговоренный посинел. Его глаза налились кровью и закатились глубоко под веки. Его рёбра с треском воткнулись в лёгкие. Работа окончена, можно идти домой. По дороге домой палач взял в лавке сладкого сбитня и вяленую рыбу. Не самое лучшее вкусовое сочетание, но он мог позволить себе всё! Его настроение улучшилось. Он любил свою работу; где ещё можно встретить такую искренность и отдачу? На пороге своего дома палач оторопел. -Приветик! В золотых кудрях торчали перья, а лицо было придурковато-счастливым. Палач молча сел за стол напротив рыцаря и швырнул ему рыбу. -О-о! Моя любимая спасибо! -Ты где был-то? - палач отхлебнул сбитня и подобрел. -Дружище, ты не поверишь!!! У меня было второе свидание...С НЕЙ! Палач ударил себя по лбу ладонью. -Ну чего ты сразу так? Это было прекрасное свидание, восхитительное, замечательное, и я так счастлив! Всё было идеально, вот прям как я давно мечтал. Ничего особенного: просто она и я, стихи вагантов, брага и секс. И нам было так весело вдвоём, я думаю, что мы могли бы чаще проводить так время. -Ооо, где-то я это уже слышал... -Но я больше ничего не ожидаю, ни на что не надеюсь и не прошу взамен. Я буду рад, если это случится снова, а если нет - и так уже было прекрасно. Запомню это навсегда! Спустя ровно три дня, в это же время палач дёргал за ногу рыцаря, уткнувшегося лицом в сено. Он не был пьян. Он рыдал... -Я хочу просто её увидеть, ну бляяяя! Ну почему?! Всё ведь было так хорошо... Рыдания сотрясали грудную клетку, которая билась о доспех как гонг на ритуальном колдунстве. Палач дёрнул друга за ногу и стащил с верхотуры. Рыцарь шлепнулся на землю, но не возмутился, а скрючился как личинка майского жука на солнце и заревел. -Хватит себя жалеть, пойдём обедать. Рыцарь отмахнулся. Зря… Он открыл рот, силясь втянуть воздух, и перед его глазами замельтешили пузырьки воздуха. Холодная вода ударила в нос, затекла в уши и, кажется смогла немного вымыть его мозги. Теперь он думал не о любви, а о том, что хочет прекратить эту пытку. Он был снова на дне. Но на сей раз это было днище корыта с водой для свиней. Палач заботливо держал друга за затылок, не давая подняться. Он весело ловил бульканье с вырывающимися проклятиями. Садисты всегда будут садистами, даже если это ваши друзья. Рыцарь вытерся полотенцем и уложил голову на колени палачу. Палач взял длинную щепу и засунул в ухо рыцаря. -Слушай, мне кажется, что тебе не стоит с ней больше видеться. -Да ладно тебе, не убьёт же это меня. Через недельку боль пройдёт, и я буду помнить только хорошее. Палач выковырял из уха друга огромный кусок серы и стряхнул на пол. -Да у тебя тут плотина...Не удивительно, что ты моим советам не внемлешь. Ты их, походу, тупо не слышишь! Рыцарь рассмеялся и перевернулся другим ухом. -Не видься с ней. Даже если она позовёт. Даже если тебя уже отпустит грусть. Даже если будет очень хотеться. Тебе нужно заставить себя позаботиться о себе...и отказаться. -Угумс...-обречённо согласился рыцарь, - Но всё же давай сегодня напьёмся? Друзья полезли в погреб. А куски серы, которые палач накидал на пол, вдруг зашевелились... Они открыли свои маленькие глазки, а кольчатые тельца начали сокращаться. Личинки поползли дружной компанией на крыльцо и с наслаждением попадали в свою привычную среду. Малыши зарылись в землю и больше никогда не слышали громких мыслей рыцаря.