Руби знает

Руби знает — но молчит. Так не смотрят на братьев, на друзей, на родню. При прощании с ними никто не выглядит так, будто готов кинуть весь мир к чужим ногам, убиться самому, прикончить всех только за то, что кто-то покусился на драгоценую жизнь брата. Так не смотрят, чутко внимая каждому слову, готовые сделать что угодно и когда угодно, готовые хоть удушить себя же — и тем более, не глядит брат на брата с затаённой мольбой, нежностью и отчаянием. Так смотрят на кого-то большего. Руби не позволяет ни одному вздоху сорваться с губ, когда Сэм кидается к Дину и крепко обнимает его, а старший усмехается и немного насмешливо чмокает его в лоб. Дин гладит его по щеке, проводит пальцем привычно по родинке, заправляет за ухо вихрастую прядь, и Сэм ластится ближе, сильнее, отчаяннее — последняя встреча. …возможно. Руби не говорит ничего, когда Сэм в порыве целует Дина в скулу и плачет, утыкаясь лбом в ключицу. Старший его обнимает — тихо, привычно, крепко держа в руках и укрывая от всего мира. -Продолжай сражаться, ладно? Сэм давится собственными всхлипами — и кивает. У Дина вот-вот треснет безразличная маска на лице и держит её только до крови закушенная губа. Он снимает с себя кулон -подаренный Сэмом кулон- и надевает брату на шею. Шепчет тихо на ухо, так, что демоница едва-едва различает слова — догадывается: -Вернёшь его, когда мы встретимся вновь. Руби вдруг читает между строк спокойное и прошедшее через всё: -я всегда с тобой, где бы ты не был. Дин сжимает плечо брата. -Я вернусь. Я клянусь, я вернусь. Сэм кисло улыбается и расправляет плечи, уверенно вздёргивает подбородок и в его взгляде зажигаются неумолимые огни. Надо же, одна фраза старшего брата — и Сэм будет стоять до конца. Часы бьют полночь. Дин прижимается к Сэму, целует его — быстро и жарко, и Руби не видит его силуэта — Сэм закрывает его собой. Как и всегда. Отстраняются друг от друга. Винчестер привычно сжимает руку младшего брата, и говорит твёрдо: -Умрёшь к тому моменту — полезу наверх, спущу тебя с небес на землю, Сэмми, и надеру тебе зад. Сэм глупо улыбается со слезами на глазах, и молчит. Виснет тишина. Демоница прокашливается. Говорит почему-то севшим голосом: -Сожалею, Дин. Тот молча кивает. Оскаливается. -Меня ждут-недождутся в Аду. Так давайте же сыграем последний аккорд! Бьют плетью слова: -Я отправлюсь в Ад — но их я не стану никогда. Адский пёс просто сходит с ума там, за дверью.