Fuck, Marry or Kill

      — Приятно чувствовать себя кому-то нужным, скажите? — на лице парня появляется глупая, но счастливая улыбка от подступающих на телефон сообщений, пропитанных любовью и волнением за любимого человека. — Моя девушка разрывает мой телефон смс-ками. Прости, милая, но не смогу тебе ответить, — убирая пальцем очередное уведомление, Курт откидывается на кресло автомобиля, с гордостью окидывая взглядом проделанную работу, и, вскинув руки, проговаривает: — Я взорву интернет, ребята. Вот увидите.       Шейла тяжёло вздыхает и устало прикрывает глаза, получая очередное «прочитано» на свои семь сообщений, посланных парню. Тот стопроцентно сейчас находится под дулом камер и не может оторваться от эфира, чтобы ответить возлюбленной.       Ощущение ненужности медленно, но верно своими гадкими щупальцами подползает к сердцу, обматывая его колючей проволокой, и то пускает сигналы о том, что забота девчушки парню вообще не сдалась. И Шейле кажется, что это действительно так, но у Канкла нет фаната вернее, чем она. Даже сраный Бобби лишь потехается, просматривая эфиры бывшей няньки, но Курт этого не замечает. Или просто не хочет замечать.       Шейла Коллинз верит. Верит, что её парень ещё обретёт известность среди людей, ведь он правда старается, но, видимо, идёт не в том направлении. Конечно, двадцать первый век — время социальных сетей, где люди обретают популярность благодаря блогам и стримам, но и то в топы выдвигаются не все. Курт старается попасть в число первых, но его стримы от силы набирают зрителей двадцать.       Скинув туфли, девушка приседает на пуфик в коридоре и, откинув голову чуть назад, пытается набраться сил. Хотелось немногого любимого, который был бы рядом с ней после тяжёлого дня.       И сколько это всё ещё будет продолжаться?       «Чел, эфир хуйня, лучше поучись у своей тёлки, как набирать аудиторию».       Улыбка, вызванная от убийства какого-то расиста-педика, медленно сползает с лица Курта, стоит только глазам прочитать всплывшее в эфире сообщение. Потенциальных зрителей всё также мало, а быть точнее — один Бобби. Смерть человека у последнего не вызвала никаких эмоций, словно так и должно было быть. В своём сообщении этот мудак смог обосрать не только ведущего, но и его девушку.       — Она девушка, а не тёлка, — бурчит Канкл, завершая эфир и вынимая заправочный пистолет из люка бензобака.       Он приезжает к ней глубокой ночью, когда в окнах других домов уже и не горел свет. Достаёт запасные ключи, которые она дала ему пару месяцев назад, выдав, что парень может прийти к ней в любой момент, ведь она всегда его ждёт и хочет видеть.       Домой не хочется. Неудачник-отец снова начнёт заливать о моральных ценностях, ругая за позднюю езду по городу и за пачку сигарет, найденную в шкафчике парня. А этого Курту хватило после двадцати поступивших сообщений от родственника. Делает вид, что его волнует поведение и состояние сына, а на самом деле — всегда было плевать.       От осознания последнего Курт судорожно выдыхает, потирая шею и закрывая двери машины на ключ. Облокачивается спиной о дверку со стороны водительского, опуская голову и задумываясь о своём. Вечный весёлый детский настрой, который присутствовал во время эфиров, куда-то испаряется. Мир Курта не такой уж и забавный, да и даже в том мире есть только один Канкл.       И Шейла, которая в это время резала овощи для ужина на двоих. До последнего надеялась, что сегодня в доме она будет не одна. Подняв взгляд на окно, понимает, что её надежды оправдались. Парень стоял облокотившись о машину и не спешил идти в дом, видимо, совсем запутавшись в своих мыслях.       — Хей, Курт Канкл, — последнего вырывает из мыслей любимый голос, и он замечает перед собой Шейлу в одной лишь пижаме, состоящей из его огромной футболки и милых шортиков. Не самая лучшая погода, чтобы стоять в таком виде на улице. Но Коллинз это не важно, ей важнее быть рядом с ним в трудные моменты. — Разрешите войти в ваш мир? — вызывает улыбку на лице, не понимая, что

… она давно занимает важную роль в мире Курта…

      Он понимает это даже сейчас, прижимая её хрупкое тело ближе к себе под единственным источником света в виде фонаря, пытаясь насладиться таким редким моментом подольше. Понимает, когда чувствует мурашки на её холодной коже и спешит с ней в дом, чтобы его девочка не заболела.       Понимает, когда Коллинз замечает грусть в его глазах, и притягивает ближе за шею, увлекая в такой долгожданный для них двоих поцелуй, медленно перерастающий во что-то большее. Что-то, из-за чего они скрываются за дверями спальни, ложась на кровать и изредка отвлекаясь от поцелуя из-за нехватки воздуха. Коллинз пьянеет от поцелуев любимого настолько, что еле осознаёт, как его руки пробираются под её футболку и скользят по телу вверх-вниз, вызывая очередной табун мурашек и стон после, стоит губам Канкла провести дорожку поцелуев от подбородка к ключицам.       Тёплые руки Курта сжимает тонкую талию возлюбленной, а после, схватив за края футболки, стягивают вверх, снимая лишний предмет одежды, и на мгновение прерывается поцелуй. Именно в это мгновение Канкл видит, как девушка на него смотрит — с самой искренней и неподдельной любовью, которую он не прознал в детстве. Парень и представить не мог, что на него когда-либо будут так смотреть. Что уж говорить о том, что его будут ждать в любое время дня и ночи, как это делает его милая Шейла Коллинз. Девушка, которая таяла от его прикосновений каждый раз, стоило им найти время для встречи, как сейчас.       От этих мыслей, наполнявших голову, Курт не сразу понял, что застыл в одном положении не в силах шелохнуться, и только его сбившееся дыхание выдавало с головой то, как он взволнован.       — Курт, — и вновь этот голос помог ему вернуться в реальный мир, — я…       Прерывает её на полуслове, вновь беря в плен её пухлые губы, и, схватив её руку своей, переплетает их пальцы, вкладывая в это действие всю любовь, которая в нём копилась за долгое время.       Вслед за футболкой в сторону летит остальная одежда, мешавшая молодым людям. И никто из них не планировал торопить события, словно это был их первый или последний раз, почему им и хотелось насладиться каждым моментом встречи. Даже тишину в комнате нарушало лишь затруднённое дыхание их двоих, а крепкие мужские ладони Курта чувствовали, как подрагивает тело возлюбленной в ожидании того самого момента.       — Ты же знаешь, что давно занимаешь значимую роль в моём мире? — хриплым голосом шепчет Канкл, смотря прямо в глаза любимой, которая неотрывно смотрела в его карие.       Вместо ответа Коллинз обхватывает одной рукой его за шею, приближая его лицо к своему и сливаясь в очередном поцелуе. Сквозь поцелуй раздаётся протяжный стон от возбуждения, когда проворные пальцы касаются её между ног и нежно проводят вверх-вниз по клитору. Курту приятно чувствовать, насколько там становится мокро от простых его ласк. Дыхание девушки спирает после того, как длинные пальцы медленно погружаются внутрь, проходясь движениями вперёд-назад. От этих незатейливых движений девушка выгибается в спине и прикрывает глаза, сбито выдыхая. Пальцы начинают двигаться быстрее, заставляя Коллинз биться в экстазе, но до кульминации девушку доводить так не собирались. Курту не терпелось погрузиться в неё, поэтому он вынул влажные пальцы и приставил к её влажному клитору головку члена.       Не успела Шейла привести дыхание в порядок, как член Курта вошёл в неё. Из уст Канкла вырвался стон после того, как её лоно сжалось и запульсировало вокруг его члена. Хотелось больше. Хотелось глубже. Медленно вытащив ствол, он провёл им по всему клитору, размазывая смазку и вызывая сладкие стоны у возлюбленной. В её глазах горело желание получить куда большее, и парень исполнил это желание, вновь проникая внутрь почти целиком. Курт знал каждое её чувствительное место, и какое же наслаждение ему приносил вид любимой, сжимавшей простынь от удовольствия. Коллинз приподняла бёрда, позволяя члену скользнуть внутрь на этот раз полностью. Парень продолжил свои движения, делая аккуратные, нежные толчки внутрь, впиваясь затуманенным взглядом в её глаза, в её лицо.       Он был ей важен. Благодаря ей он чувствовал себя значимым и любимым.       Даже сейчас она согревала его своим взглядом, заставляя чувствовать себя хорошо. Курт всё также продолжал держать её за руку с переплетёнными пальцами, что говорило о их всепоглощающей любви друг к другу. Несмотря на ссоры и конфликты, вечно возникающие на почве зависимости Канкла от социальных сетей, они любят друг друга и готовы на всё ради любви.       Шейла ахнула, когда парень задвигался быстрее, задевая все нужные точки и вырывая из её уст стоны. Коллинз оказывала содействие, сжимая мышцы и приподнимая бёдра, двигаясь в такт его движениям. Острые ногти впились в плечи любимого, но он того и вовсе не заметил из-за внутренних ощущений. Теперь толчки сопровождались громким хлюпаньем, заставляя внутри всё сжиматься от скольжений члена, и пробуждали каждое нервное окончание, словно требовалась разрядка.       Курт, как и сама Шейла, был на грани — девушка почувствовала это, когда он крепко сжал рукой её бедро и обдал её шею горячим дыханием. Толчки становились медленными, но резкими и глубокими, приближая каждого к той самой кульминации. Парень врезался в неё последний раз, и волна оргазма захлестнула их обоих.       — Я скучала по тебе, Курт, — прошептала Коллинз, поворачивая голову в сторону парня, упавшего рядом с ней на кровать и восстанавливающего дыхание.       — Я тоже скучал по тебе.       Эта фраза даёт ей надежду на то, что теперь они снова смогут проводить время вместе чаще.       Возможно.