Fuck, Marry or Kill

      — Спасибо, народ. Это был душевный и классный вечер,

Удар острым ножичком приходится прямо по солнечному сплетению избалованного подростка, который не умел держать язык за зубами и по этой же причине сейчас расплачивался.

       — …вы потрясающие!

Канкл злой. Даже очень. Но скрывает эту злобу за оскалом, выступающим на лице, и даже не обращает внимание, как в его эфир добавляется всё больше и больше людей, желающих увидеть сцену кровопролития. Никто не говорит, что эта ситуация должна прекратиться и пора вызывать скорую. Каждый жаждет продолжения и, как ни странно, в комментариях пролетает много чёрных шуток. Курту всё равно. Его внутренний ребёнок хочет творить зло, и он лишь ловит удовлетворение от того, как по полу течёт алая, тёрпкая кровь. Наверное, именно этого момента парень жаждал последние несколько лет.

      — …Приветствуйте следующего комика! — восклицает Шейла, возвращая микрофон в кронштейн и отходя за кулисы, к остальным участникам мероприятия, уже проведшим десятиминутный стендап.

— Две тысячи триста пятьдесят четыре… — Количество зрителей в эфире вызывает улыбку на вымазанном кровью лице таксиста. — Вау… — Проводит ладонью по лицу, стирая остатки крови и прокручивает кран душа, останавливая льющуюся воду. — Спасибо, ребята. Это было круто! Обещаю, вас ждёт незабываемый контент на днях! Правда, сейчас я должен спешить к своей девушке. Он ставит телефон так, чтобы не было видно нижней части его тела, и, быстро вытеревшись полотенцем, накидывает на себя белую кофту. Чат взрывается вопросами и предложениями, которых так и не терпелось прочитать стримеру. «Зачем ждать, если можешь сделать контент сегодня». «Так ты тот самый паренёк той стендаперши?» «Мог бы стать куда круче и известнее её». «Взорви интернет. Убей свою шутницу!»

      Зал взрывается в смехе и аплодисментах после удачной шутки коллеги, работающей в сфере комедийного искусства более пяти лет. Пабу, в котором Коллинз впервые попробовала себя в роли комика и благодаря которому продвинулась в карьере, сегодня исполнилось десять лет. Значимая дата, и об этом знал не только обслуживающий персонал, но и несколько медийных личностей городка, а также завсегдатаи этого заведения. Именно поэтому сегодня здесь проводилось мероприятие, которое вели стендаперы, а посетители наслаждались хорошими скидками на вкусные алкогольные напитки и блюда.       — Эй, Коллинз, — Шейла отрывается от телефона, на который поступал звонок от Курта, и оборачивается к коллегам, — планируем остаться здесь до утра, ты как? — с вопросительным взглядом интересуется Джуди, сидящий возле зеркала на высоком стульчике.       Все, кто находился в гримёрной, переговаривались о своём, попивая виски, стоящий на столе. Комики ожидали окончания стэндапа последнего участника, самого известного в округе, появления которого никто не ожидал сегодня. Неудивительно, что чуть ли не каждую минуту из зала доносился хохот и одобряющие выкрики.       — Я не могу сегодня остаться, — возвращая взгляд к экрану, отвечает девушка, замечая, что тот погас после долгого звонка от Канкла.       — Бежишь на свидание к своему ненаглядному, как его там, стримеру? — комик кривит лицо от такого неприятного тона со стороны неприятной ей коллеги, но виду не подаёт. Лишь кидает телефон в клатч и, махнув рукой и попрощавшись, покидает гримёрную, быстрым шагом направляясь к выходу, на свежий воздух. Он сейчас требуется, как никогда.       Пребывание в этой атмосфере и компании служит последним толчком к её решению, о котором Шейла обязательно расскажет зрителям на следующем выступлении. Шутки и выступления не должны были переходить на постоянную работу, они должны были оставаться лишь подростковым хобби, но в какой-то момент всё пошло не так.       Единственным, кто был рад и поддерживал её в этом деле, был Курт. Но он будет рядом, даже если Коллинз поставит на этом крест.       — Выглядите расстроенным, молодой человек, — выдаёт девушка, приближаясь к стоящему к ней спиной парню.       Тот обводил свою машину, напичканную камерами, задумчивым взглядом. Перед поездкой к Шейле, которую он хотел забрать после выступления, Курт успел отмыть автомобиль от крови пассажиров.       — Ты сегодня затарился в магазине? Не видела тебя раньше в такой одежде, — подходя ближе к развернувшемуся к ней парню, констатирует Коллинз и проводит рукой по его груди. — Приятная ткань. Прекрасно выглядишь. — После этого девушка встала на цыпочки и чмокнула парня в щёку.       — Я потерялся в мыслях. Это я вообще-то планировал осыпать тебя комплиментами, когда ты выйдешь, — сконфуженно выдал Канкл, обнимая любимую за талию.       — Правда? Тогда я жду, — весёлым голосом отвечает Шейла, выныривая из объятий и, обогнув машину, открывает дверь, садясь на переднее сидение, ожидая водителя.       Последний, в свою очередь, окидывает взглядом новую, как уже сказала ранее Коллинз, одежду, которую спёр у уже мёртвого Бобби. Не мог же Курт приехать за своей девушкой в одежде, полностью запачканной кровью. Пришлось одолжить и помыться в душе в доме у убитого им человека.       — Ты больше не ведёшь прямые эфиры? — наблюдая за сосредоточенным за рулём парнем, интересуется Шейла. Раньше он каждый раз включал стрим, стоило ему оказаться с кем-либо в его машине. Он мог говорить о чём угодно и сколько угодно, забывая о том, что в его эфирах чаще всего нет никаких зрителей. Они появлялись, когда Шейла садилась в машину и незаметно для парня тэгала его в своих стори. Курт этого не желал, так как хотелось добиться популярности самому и не позволить навесить на него клеймо «парень Шейлы Коллинз». Хотелось быть отдельной личностью, прославившегося своим трудом или рекламой у других, чужих ему людей.       — М-м-м, — Канкл напрягся, кидая взгляд в зеркальце и судорожно раздумывая над тем, что ответить пассажирке, — устал немного от этого. Хочу с тобой побыть без прицела камеры. — Парень не знает, поверила Шейла его словам или нет, но, по крайней мере, после этих слов она не принялась выпытывать у него правду.       Машина свернула с нужного направления, тем самым озадачив пассажирку на переднем сиденье. Глянув в окно и пронаблюдав за тем, как за ним проносятся неизвестные ей неоновые вывески торговых центров и яркие фонари, размазываясь в одну сплошную жёлто-оранжевую полосу, Шейла повернула голову к парню и спросила:       — Наш дом находится в другой стороне.       На сердце стало тепло после словосочетания «наш дом», а на лице расползлась счастливая улыбка. Парень явно был в предвкушении чего-то, что вызывало любопытство со стороны ничего не знающей Коллинз.       — Курт? — недоумевала она.       — Сейчас всё увидишь.       Автомобиль медленно припарковался рядом с другими на знакомой, но давно непосещаемой ими парковки. Стоило глазам девушки заметить неоновую голубую вывеску любимой круглосуточной закусочной, в которой пара проводила первое время их отношений, как в сердце что-то затрепетало. Глаза распахнулись, а на лице появилось заметное восхищение. От её улыбки Курту самому хотелось заулыбаться.       — Хорошо, сейчас я готова с тобой согласиться. Железный человек действительно лучше, чем Капитан Америка, — отправляя ложку любимого ванильного мороженого в рот, выдала Шейла.       Парень всплеснул руками, мол, я же говорил! И Коллинз хихикнула. Вечер в кафе «У Мэнни», названного в честь первого директора, проходил душевно и романтично. И Курту, и Шейле, сидящим у окна, не хватало такого времяпрепровождения друг с другом. После неожиданного карьерного роста у Шейлы и возникновения новой стриминговой платформы, где застревал Курт, количество романтичных свиданий сократилось. Эта закусочная была для них находкой, когда пара только начала отношения: здесь их никто не находил, на знакомых наткнуться было невозможно, ибо заведение не самое известное в районе. Тут Шейла и Курт появлялись чуть ли не каждый день, пока девушка не купила дом и свидания перенеслись туда, в бытовую обстановку.       «У Мэнни» — потрясающая кафешка, которая славится не только вкусными молочными коктейлями, но и хлебобулочными изделиями, которые на вкус были как домашние, словно их приготовила бабушка, с которой не виделся долгое время.       Однако сегодня выбор двоих остановился не на этом; Коллинз заказала себе любимое мороженое, которое не пробовала уже чёрт знает сколько. Наверное, с того самого последнего дня здесь, после которого пара пропала в своих делах на полтора года. Вкус мороженого был таким же нежным и сладким, как и в старые добрые времена. Парень же взял себе бутылку недавно вышедшей на витрины газировки и любимый бургер, который давно хотел вновь попробовать на вкус.       В принципе, всё, как раньше. От того и на душе было хорошо. Словно все обиды, которые были между ними, остались позади и уступили место той приятной, яркой искорке, возникшей ещё при их первой встрече.       Шейла и Курт будто вновь вернулись в то время, когда проводили каждый вечер в закусочной. Помнится, им даже делали скидку как постоянным посетителям, да и встречали каждый раз с улыбкой и вопросом: «Вам как обычно?»       Задумавшись о своём, Коллинз не сразу заметила, каким взглядом на неё поглядывает парень. Тот аккуратно открыл газировку, снимая колечко с горлышка и пряча его в сжатой ладони, не смея портить милый сюрприз.       — Курт, — упомянутый не успел сказать то, что хотел, поэтому тут же закрыл приоткрывшийся рот, желая сначала выслушать девушку, — приходи на мой следующий стендап, пожалуйста. Я там скажу кое-что очень важное…

Шейла даже не знает, что скажет там не одну, а несколько важных вещей, касательно их отношений тоже.

      — …и мне важно твоё присутствие.       Канкл улыбается уголком губ, протягивая руку в сторону девушки, замечая немой вопрос в её глазах.       — Как я не могу прийти на выступление своей будущей жены?       Шейла удивляется ещё сильнее, не зная, как на такое реагировать. Коллинз оцепенела, а парень в это время раскрыл ладонь, где находилось колечко от той самой бутылки с газировкой.       — Шейла, готова ли ты поменять свою фамилию на мою? — На лице девушки медленно расползается улыбка, а спустя секунду кафе заполняется смехом двух влюблённых.       Они оба знают, что это, хоть и шутливое предложение, но не за горами и настоящие, золотые колечки для пары, которая состоит в отношениях уже долгое время.       И Шейла понимает, что с удовольствием поменяет свою фамилию на фамилию любимого человека.        Чуть позже, Курт, проводив свою девочку, отправится на своей машине совершать ужасные убийства, даже не предполагая, как за одну ночь чёртовы зрители перевернут его мир с ног на голову. И чёрт знает, чем закончится для Коллинз её следующий, решающий стендап…