Still water

Какие-то участки широкой тропы были мокрыми и глинистыми, поэтому мужчина старался обходить их стороной. Но позже ему стало наплевать и он, не боясь запачкать блестящие туфли, шёл прямо без единого колебания. Вдали Децзюнь увидел крытый бордовый мост, что за годы своего существования успел покрыться пылью и выцвести, от чего краска казалась коричневой. Под мостом хлестал ручей, бегущий по своему течению и ласкающий плоские камни. Впереди, под крышей крытого моста мужчина заметил светлую макушку. Ускорил шаг. Юноша, одетый не по погоде: спортивные серые шорты, под низом телесные колготы, яркая жёлтая майка, поверх которой надета блестящая куртка с мехом. Он едва шел, ступая ближе к тротуару. Вся его кожа покрыта синяками и ссадинами, а тело, казалось, приобрело фиолетовый оттенок. Парень выглядел ужасно болезненно. На лице Сяо промелькнула ухмылка и он, находясь всего в полуторах метрах от блондина, протянул к нему руку, чтобы вскоре оставить её на талии Чону. Парень вздрагивает, поворачивает голову на незнакомца и встревоженно смотрит красными глазами. — М-мы знакомы? — спрашивает дрожащим голосом. — Виделись всего один раз, когда Сычен приводил своих друзей…впрочем, это не важно. Не бойся, я тебе помогу добраться домой. — Мужчина, я знаю, где я живу, не надо… — Чону попытался оттолкнуть брюнета от себя, чувствуя что-то неладное. — Ты едва идёшь, у тебя болят суставы. Уверен, что доберёшься до дома? На этой ноте студент сдался. Ему действительно было очень тяжело и больно идти. Локти и колени ломило, кожа чесалась, а старая неудобная одежда натирала кожу, принося дичайший дискомфорт. Перед глазами плыло (то ли от слез, то ли от холодного воздуха), юноша доверился мужчине и схватил того за предплечье, следуя за ним. Сяоцзюнь помог юноше спуститься по деревянной лестнице к рову, откуда было легче добраться к реке. Ли даже и не заметил, как мужчина провел его дальше, вдоль реки, вглубь леса. Здесь было особенно скользко из-за влаги, поэтому Сяо сильнее держал парня, а тот ухватился за него мертвой хваткой. Они остановились возле подножья моста, так, чтобы их никто не увидел. — Где мы? Мы скоро придём домой? — хриплым голосом спрашивает блондин, цепляясь за крепкие руки. — Да, довольно скоро. — убедительно утвердил Децзюнь, скользя ладоней по чужой груди к худой шее. Он гладил её, массировал и слегка пощипывал, от чего младший, приоткрыв рот, издавал стоны. Ему было больно. Мужчина повис над ним, с любовью наблюдая, как дрожат ресницы студента, как краснеет его кожа и покрывается испариной. Он обвел двумя пальцами челюсть, едва приспуская её. Засунул в рот большой палец и без капли омерзения, симулировал движения. Мальчик поддавался и водил языком по чистой коже фаланги и слегка причмокивал, когда собственные губы касались чужого пальца. Второй, свободной рукой, Децзюнь очертил задницу блондина и, удовлетворенно вздохнув, погладил бедра, которые тут же покрылись гусиной кожей. Старшего это настолько возбуждало, что он, закончив лапать худые ноги юноши, остановился на серой ткани шорт. Более громкие стоны Чону вывели мужчину из себя и он, ощутив член через тонкие ткани, помассировал чужой пах. Он гладил его, терся тазом о него и всячески пытался вызвать эрекцию. Тем временем Децзюнь вытянул мокрый палец из чужого рта и, вытер его о серые шорты. Он поставил ладони на плечи, скрытые под слоем куртки, и надавил, так, чтобы блондин начал оседать на землю. Его ноги казались ватными и неощутимыми, а глазные яблоки покатились наверх, веки почти закрылись. Опустив юношу на землю, Сяоцзюнь резко стянул с него шорты и разорвал колготы, после чего, отодвинув трусики, протолкнулся средним пальцем в горящий анус младшего. От избытка адреналина, он делал это быстро и не прошло и трех минут, как мужчина щёлкнув молнией собственных брюк, двинулся к теплому телу юноши. Он коснулся ладонью чужого стоящего члена и медленным движениями водил ладонью по выпирающим венам, не переставая двигать тазом. Чону был не против, можно даже сказать, он терял сознание, поэтому почти ничего не ощущал. Кроме боли в теле, естественно. В какой-то момент Децзюню разонравились милости с блондином, ему не нравилось, что жертва не сопротивлялась и поддавалась его манипуляциям. Он ускорил темп, от чего Чону ещё громче застонал вперемешку с плачем. Увидев на щеках у жертвы капельки слез, Сяо тут же пришёл в ярость, он бил юношу ладонями по щеках до посинения. Он удерживал его руки над головой, сильно стискивая кисти до синяков. Вязкая сперма стекала на живот со стоящего полового органа, пачкая неоновую майку. Трижды кончив в почти что бездыханное тело, Децзюнь вышел из него и, вытерев свой член платком, застегнул молнию и ремень на талии. Он злостно смотрел напротив, видел как вздымается и опускается грудь юноши. Вытянув из портфеля нож бабочку, а затем оттянув майку, оголил впалый живот блондина и легко провел кончиком ножа по бледной коже. Следом за лезвием проступали капельки крови, вырисовывались четкие красные линии. По хозяйски осмотрев оружие, Децзюнь резким движением поднял зажатый в руках нож и глубоко прошелся им по шее. Тем же платком вытерев метал, убийца спрятал его в портфель и спокойно взглянул на мёртвое тело. В один миг толкнул его ногой, оно покатилось по мокрой и липкой земле и скатилось в ручей.

14:47

Тэмин к тому времени уже освободился от очередного собеседования и как раз таки направлялся домой. Смеркалось. Зачастую мужчина ходил пешком, экономил деньги и не ездил на транспорте, будь то такси или автобус. И хоть дорога забирала у него полтора часа ходьбы, он не жаловался и спокойно шел вдоль дороги по тротуару, которого окружали высокие сосны и ёлки. Здесь, в предместье, зачастую можно встретить густые леса и извивающиеся дороги, что время от времени пересекаются с мостами. Тэмину оставалась ещё половина его пути, он обыденно стискивал сумку на плече и смотрел куда-то прямо. Внезапно его внимание привлекло белое пятно на коре дерева. Подойдя поближе, мужчина увидел привязанный к дереву конверт, болтающийся на жёлтой ленточке. На конверте было нарисовано три ромашки, а рядом имя «Кому:Ли Тэмину». Поскольку в этой местности люди друг друга знали и были гуманными и правильными, любой прохожий не стал бы срывать конверт с дерева и тем более читать содержимое. Поэтому мужчина спокойно воспринял конверт, как обращение к себе. Но одно ему казалось странным: почему отправитель не отправил письмо по почте, или же не отдал лично? Разорвав белую бумагу, Мин выудил оттуда исписанный лист. Он сразу понял почерк, он учуял знакомый запах цветочных духов. «Привет, папа. Это твой любимый сыночек Чону. Чувствую, как на твоём лице расцветает улыбка. Продолжай в том же духе! Походу, писать родителям письма, чтобы до них достучаться — это моё призвание. Как бы это грустно не звучало. Я рад, что именно Ты читаешь это письмо, не кто-то другой. Прислушайся ко мне, выслушай. Это для меня очень важно. А я, пожалуй, начну. Где-то ещё в декабре я начал себя плохо чувствовать, у меня начала портиться кожа. Непонятно откуда взялись синяки и сыпь, ведь я особо ничего и не ел, не вступал в драки и половую жизнь. Я пытался пить таблетки, мазал кожу различными мазями, которые находил у нас дома. Ничего не помогало. Я купил специальные крема от высыпания и синяков, думая что они исправят ситуацию. Как же я ошибался. Я даже собрал деньги на дерматолога, но и тот мне не помог. Он так и сказал: «Извините, но я не знаю как вам помочь.» Тогда-то у меня опустились руки, я понял что меня уже ничего не спасёт. Тебе я не стал говорить, так как понимал, что у тебя самого проблем с головой хватает, а тут ещё и я. Мне было очень больно физически, у меня болели суставы, болела кожа, словно я пролежал под палящим солнцем пол дня. Это были недели пыток. Поэтому я решил, что лучшим способом избавления от боли будет путь избавления от жизни.» — Нет-нет-нет! — отрицательно закивал головой Тэмин, дрожащими руками держа лист бумаги. На его и без того красные глаза накопились слезы, а во рту чувствовался металлический привкус. «Прости, пап. Я верю, что ты сильный человек, не такой, как я. Я верю, что ты найдёшь работу и сможешь обеспечить себе лучшую жизнь! А пока…в конверте лежат 30 000 долларов. Это всё, что я мог у себя найти, давай поблагодарим за это Джехена. Позаботься о сестрёнке, передай ей, что я её очень-очень люблю и, пожалуйста, не унывай. Знай, что я мысленно всегда рядом и всегда тебя поддержу, ведь я люблю тебя, папа. На данном этапе я буду с тобой прощаться. Знай, что именно сейчас я улыбаюсь, улыбаюсь от счастья. Как ты и хотел. Прощай, папа. Я люблю тебя.» — Чону, дурачок, что же ты наделал. — Тэмин осел на бордюр, ощущая как холод пробирает до костей, как мурашки бегут по спине. Мужчина сильнее всхлипывает и прячет глаза в шерстяной рубашке. Ему понадобилось ещё три минуты, чтобы чуть-чуть успокоится и заново перечитать письмо. Он не хотел верить, он не хотел отпускать. Он так мало для него сделал.

22 февраля, 1994 год

Децзюнь вышел во двор, чтобы подышать свежим воздухом и расслабиться. В последнее время накопилось очень много работы, и у него даже не было возможности передохнуть. Мужчина понимал, что если это так и будет продолжаться, он сойдёт сума. Тишина по-настоящему успокаивала: собаки не лают, машины в этом районе ездят редко, а соседи заядлые трудоголики и просиживают свои кресла в офисах. В дворе красиво и ухоженно — всё же жена брата действительно любит подстриженные газоны и цветочные клумбы. Он расхаживал по территории двора и думал о своём, слегка улыбаясь собственным мыслям. Как вдруг мужчина почувствовал запах табака, исходящий с западной стороны. Медленно повернув голову на соседний дом, увидел юношу, расслабленно сидящего в большом подвесном кресле на втором этаже на балконе. В его правой руке была зажата сигарета и он все время смотрел то куда-то вдаль, то на соседского мужчину. — Здравствуйте, господин Сяо. Приятно вас видеть. — Я почтителен. И вам здравствуйте. — Решили взглянуть на улицу, развеяться? — увидев кивок, Доём понятливо кивнул и продолжил. — Здесь действительно хорошее место, чтобы расслабиться. — он одними лишь глазами повернулся в сторону старшего и едва уловимо ухмыльнулся. — Не хотите зайти ко мне на чашечку кофе? — С вашей стороны это так вежливо. — улыбается Сяоцзюнь, стоя у входа в соседский дом. Доём отходит, чтобы дать проход соседу. — Ну что вы. Это всего лишь гостеприимство. Проходите. Коттедж, как мужчине показалось, был больше, чем дом его брата. Просторная гостиная с видом на двор, большая кухня, соединенная со столовой. Также Децзюнь заметил лестницу наверх и вниз, подумав, что там может находиться бассейн или кинотеатр. Для такого дома это было довольно-таки вероятно. — Скажите, а вы…почему вы решили переехать в этот коттедж? — интересуется старший, присаживаясь на высокий стул. — Я всегда хотел жить в большом, можно даже сказать, полупустом доме самому. В нем мне спокойно и никто не мешает. — А вы не сталкивались с такой проблемой, что вас затапливало? Не бывало такого? — А почему спрашиваете? — вскидывает бровей младший, включая кофеварку, после чего та начинает шуметь и наливает в маленькие чашечки тёмный напиток. — Прежние соседи жаловались на постоянный потоп. Именно поэтому они переехали. — Ах, вот в чем дело. Если честно, единственный раз было, когда мне затопило ванную и проблема была во мне. Я забыл выключить кран в ванной. Я считаю, проблема была в трубах, по которых течёт питьевая вода. Ну и канализация, естественно. — Так вы уже все починили, верно? — Естественно. — Доём повернулся всем телом к гостю и поставил на стол две чашки кофе. Они разговорились. Их разговоры в основном состояли о соседях и о работе, а иногда кто-то из выдавал шутки и они щедро смеялись. Децзюнь засмотрелся на юношу и его улыбка сменилась грустными вдумчивым лицом. Он сделал глоток горячего кофе, не отрывая глаз от тёмных волос Доёма. — Что-то не так? — спрашивает парень, вставая со стула и пряча чашку в раковине. — А…нет, нет, все в порядке. Вы просто очень похожи на моего племянника. — Вы за ним скучаете? И как он сейчас? — Конечно скучаю. Жаль только, что его нет в живых. — Простите, я не хотел вас задеть. — Ничего, всё в порядке. Всё равно это было очень давно. Давайте не… Мужчина не успел договорить, так как ощутил на своих бёдрах чьи-то ладони, а к его губам прислонились чужие губы. Они целовались так спокойно, без излишней дерзости и страсти. Сяо огладил плечи юноши, а затем обнял его за шею. В этот момент младший подхватил его за бедра и взял на руки, сильнее прижимая к себе. Он посадил его на столешницу и стал настойчиво целовать, блуждая руками по корпусу тела. — На самом деле, вы мне ещё с самого начала понравились, господин Сяо. — проговорил Чон, поднимая полы чужого серого джемпера. Мужчина улыбнулся словам и зарылся длинными пальцами в черные волосы парня, выцеловывая каждый миллиметр покрасневшей кожи. Доём наконец справился с кофтой и перешёл к рубашке, шустро растегнув несколько пуговиц. Его руки очень жаждали ощутить подкачанное мужское тело, ощупать бархатную смуглую кожу и добраться до груди. Коснувшись набухших сосков, он слегка их подразнил, а затем покрутил пальцами, из-за чего получил блаженный стон. И пока одна рука изучала кожу на ощупь, вторая оказалась на бедре, постепенно опускаясь вниз, задевая внутреннюю часть. Парень тонкими пальцами водил по серым брюкам, желая тут же их скинуть с него, но он не собирался спешить. Наконец дотронулся до паховой части от чего улыбнулся, продолжая любезно выцеловывать приятные губы. Он надавливал ладонью на возбужденный член, дразнил его и ощупывал сквозь слои ткани. От подобных действий мужчина сбился в дыхании и заерзал на столешнице, подталкиваясь ближе к младшему. Растегнув ширинку брюк, Доём аккуратно пробрался рукой к плавкам и, стиснув в руках чужой возбужденный половой орган, выудил его оттуда, смутив мужчину. Он большим пальцем задевал выступающие вены, слегка сдавливал орган, а затем двигал ладонью, вызывая ещё большую эрекцию. Указательным пальцем юноша помассировал головку члена, ощущая, как по его фаланге течёт сперма. Доём оторвал ладони от столь занимательного дела и, взяв лицо Децзюня в руки, желаннее поцеловал. Он изучал его щеки, изучал зубы. Все это длилось бесконечно, но эта бесконечность была невероятной. Стянув с него брюки и плавки, парень приготовился войти в соседа двумя пальцами, чтобы приготовить к самому сладенькому. И как только фаланги пальцев ощутились в теплом тесном проходе, Доём блаженно вдохнул, переводя взгляд на мужчину. Тот, все еще держа собственные руки на широких плечах юноши, склонил голову влево, наслаждаясь красотой младшего. Он подергал пальцами, стараясь вызвать у старшего оргазм, задевал стенки анального прохода, вызывая у мужчины дрожь по всему телу и сильное возбуждение. Доём перевел взгляд на длинную шею мужчины и прильнул к ней. Он покусывал её, целовал, оставляя заметные засосы. Но Сяо был не против. Он так давно хотел ощутить подобные чувства вместе с кем-то. Как только Децзюнь почувствовал возле сжатого колечка прикосновения чужого члена, он сильнее прижался к младшему, обнимая, словно ребёнок. Его слегка потряхивало и он перевел взгляд на панорамное окно. Юноша успокаивающе целовал мужские плачи, оставляя приятные прикосновения пухлых губ. И он вошёл, вызвав у старшего множество ярких ощущений и эмоций. Он ощущал, как ногтями тот царапает его спину, как поддается движениям, как излучает искреннюю приязнь. В этот момент Доём озарено приулыбнулся, влюбленно глядя напротив. Он потянулся к мужчине, чтобы сильно и скучающе обнять. Это был тот человек, который ему нужен. Это была его судьба. — Спасибо за кофе, господин Чон. — Ну что вы. Зовите меня Доём. — парень приятно улыбнулся и прошёл в прихожую. — У меня к вам просьба. — Децзюнь смущенно взглянул на высокого мускулистого юношу и засиял. — Мы можем обменяться номерами?